Мой необычный роман. Люциус.

      POV Кейт.       Коридор. Длинный, он казался бесконечным, но нет. Вот она, дверь, к которой я так долго шла. Но почему я к ней шла, а главное зачем, я не знала. Но теперь я здесь. Стою перед этой дверью, открываю её, а потом слышу чей-то голос:        — Я всегда буду рядом. Обещаю. Ведь… Я люблю тебя. Помни об этом…       На этом моменте я проснулась.        — Мм… Уже утро? — я, зевая, потянулась, а потом открыла слегка заспанные глаза.       Когда в глазах перестало двоиться, я взглянула на часы.        — 05:46. Ещё так рано… Какой бес разбудил меня раньше будильника? — проворчала я, вылезая из-под тёплого одеяла.       Что-то у меня немного болит голова. Наверное, я перетрудилась вчера. Да, вчера… Стоп. А что было вчера? Я поймала себя на том, что я совсем ничего не помнила о событиях прошедшего дня. Всё-таки, я слишком устала. Надо было поспать подольше, ну да ладно.       Я пошла в душ. Прохладная вода действовала на меня отрезвляюще.        — А? — удивилась я, когда заметила на своём правом запястье браслет из маленьких чёрных бусин, на котором была большая подвеска в форме двух расправленных крыльев также черного цвета, — Никогда его раньше не видела. И откуда он у меня? — спросила я саму себя, как будто мой мозг мог сейчас что-то ответить.       Но ещё большим удивлением стало то, что вместо родного медальона-сердца на моей шее красовался кулон в форме дерева жизни. А это ещё что такое? И где мамин медальон? Я же никогда его не снимала. Это очень странно. Но сейчас мне как-то не до этого. Сейчас мне нужно поесть, а то я с ума сойду днём. Я поспешила на кухню.        — Так, салатик, гречка, котлетка и… чаёк. Ля-ля-ля. Чаёк. Чаёчек!       Я услышала, как скрипнула дверь.        — Доброе утро, — обыденно сказала я, повернувшись к двери, — А?       В дверях никого не оказалось. У меня что, глюки? И почему я ещё сказала доброе утро? Ведь я никого не ждала. Странно. Очень странно. Но у меня было чувство, что кто-то должен был быть здесь. Но кто? Я ела и размышляла.       Когда посуда была вымыта, я начала собираться в академию. Прошлогодние синие джинсы, белая футболка с синим пиджаком, белые носки и серебристые кроссы с синими звёздами. А что, простенько и со вкусом. Самое главное, что удобно. Я взяла рюкзак, закинула его за спину и вышла из дома.       POV Люциус.        — Ух ты. Впервые вижу, чтобы она так рано встала.       Я грустно улыбнулся, глядя на то, как Кейт выбежала из дома. Девчушка, которую раньше семи даже артиллерийская канонада не смогла бы разбудить, в шесть двадцать три уже выбегает из подъезда. Мне кажется, что я слишком её оберегаю, но я не могу не следить за ней. Я сидел в небольшом кафе напротив её дома и пил кофе. Так, пора заканчивать, ведь это моя десятая чашка.       Я поднялся со стула и вышел, оставив на столе счёт с приличными чаевыми. О, вот она. Так легко следовать за ней, особенно когда она стоит на переходе. Нельзя оставлять её одну, ведь ангелы до сих пор преследуют её. Я не могу оставить её. Так странно. Неужели, я преследую её? Раньше я был слишком горд, чтобы вести себя подобным образом, но теперь… Теперь я стал совершенно другим человеком.       Вот светофор заморгал зелёным, и Кейт вприпрыжку побежала вперёд. Куда она идёт? Она шла в абсолютно противоположном направлении как от колледжа, так и от академии. Кейт не прогуливает занятия, это не в её принципах. Она продолжала идти, как вдруг остановилась, когда заметила маленького пушистого щенка. Недолго думая, она присела на корточки и взяла на руки этот маленький пушистый комочек. Что-то мне это напоминает… Одной неделей ранее.       Мы неспеша шли по дорожке, как вдруг Кейт увидела маленького щенка и не раздумывая ни минуты подошла к нему, взяв на руки.        — А я и не думал, что кошечки ладят со щенками, а? — слегка посмеялся я, глядя на эту картину.        — А почему нет? Он такой лапочка. Посмотри, — она улыбнулась лучезарной улыбкой, показывая этого маленького щенка, который смотрел на неё своими чёрными глазками-бусинками.       Но я смотрел больше на Кейт, чем на этого щенка.        — Да, он просто прелесть, — сказал я, улыбнувшись, а про себя подумал: « Также, как и ты».       Вспомнив это, я почувствовал, как по моей щеке скатилась слеза. Что-то я совсем раскис. Я посмотрел на Кейт, которая весело прижимала к груди щенка. Как же я хочу подойти и обнять её. Но я не могу. Пока это невозможно. Я заметил, как Кейт задумчиво посмотрела на щенка, затем по сторонам, на скамейку (ту самую, на которой мы когда-то сидели). Она опустила щенка на землю и нерешительно зашагала дальше.       Теперь она шла к академии, где провела много времени. Я даже не считал, сколько часов прошло. Я просто сидел около её любимого фонтана и терпеливо ждал её, чтобы после продолжить преследование. Наконец, она вышла. Её верная подруга Эвелин шла вместе с ней. Они весело о чём-то переговаривались. А я тихо следовал за ними. Так мы пришли к дверям колледжа. Я спрятался за деревом, когда Кейт неожиданно посмотрела туда, где я только что был, что-то поискала взглядом, и, не найдя, скрылась в дверях колледжа.       Конец POV Люциус.       POV Кейт.       Во время перерыва я услышала, как звонит мой телефон. Я подошла и взяла трубку, даже не посмотрев, кто звонит. На другом конце провода послышался хриплый голос отца:        — Как ты смеешь так долго не брать трубку?! — зло прошипел он.        — Во-первых, привет. А во-вторых, прости, я не слышала. У меня были занятия.        — Меня это не волнует. Ты должна брать трубку вовремя, а не то… — начал он, но я спокойно оборвала его.        — А не то что? Снова пошлёшь следить за мной свою собачку Ники?        — Его зовут Николай и ему уже 29 лет. Он старше тебя, и ты, как моя дочь, должна…        — Отец, может хватит уже? — устало произнесла я.        — Не смей перебивать меня, когда я говорю! Дерзкая девчонка! — воскликнул отец, после чего в трубке послышался кашель.        — Тебе лучше поберечь голос для кого-то другого. Если у тебя на этом всё, то я кладу трубку, — я не любила разговоры с отцом, ведь они всегда плохо заканчивались, поэтому я и сейчас старалась как можно быстрее закончить разговор.        — Ты положишь её только тогда, когда я скажу. А теперь изволь выслушать меня, — он снова раскашлялся.        — Хорошо. Я слушаю.        — Позавчера я был на приеме у мадам Смит. Её сын мне очень понравился. Хороший молодой человек, умный и красивый. Он был бы неплохой партией для тебя.        — К чему ты клонишь, отец? — я начинала терять терпение.        — К тому, что, если ты не вернёшься в Нью-Йорк в течение трёх дней, то я объявляю о твоей помолвке с Дэвидом Смитом.        — Я же тебе сказала, что ноги моей не будет в твоём дерьмовом мавзолее!        — Или ты делаешь то, что я сказал, или же я сейчас же объявлю о свадьбе! И мне не нужно твоё согласие. Ты поняла?! — рассвирепел отец.       Я поняла, что у меня не осталось иного выбора, кроме как согласиться.        — Я согласна! — в сердцах воскликнула я, бросая телефон на стоящий рядом диванчик.        — Опять ругалась со своим отцом, верно? — спросила подошедшая ко мне Моника.        — Да, — еле произнесла я, так как в душе кипела ярость.        — И что на этот раз? Опять требовал вернуться, да?        — И не только.        — А что ещё? — в глазах Моники читалось искреннее удивление.        — Он сказал, что если я не вернусь через три дня, то он выдаст меня замуж за Дэвида Смита. Насильно, — по моей щеке скатилась слеза.        — Кэти, — Моника обняла меня, нежно прижимая к своей груди.       Мои слёзы побежали ещё быстрее. Почему я плачу? Раньше я никогда не плакала после разговоров с отцом, а сейчас реву, словно мне пять лет. Что меня так расстроило? Свадьба? Нет. Может, это потому, что я не люблю Дэвида? Хм, а это мысль. Почему-то мне стало так больно, будто меня разлучили с тем, кого я действительно любила. Да, я влюблена. Но я не могу вспомнить, в кого. Я заплакала ещё сильнее.        — Кэти, ну не надо так надрываться. Твоё сердце не должно плакать, оно должно смеяться. Вот, съешь конфетку. Твоя любимая, между прочим, — Моника достала конфету, а я покорно съела её и уже скоро успокоилась.        — Моника, — обратилась я к ней, когда от моих слёз осталось лишь воспоминание.        — Да, — мгновенно отреагировала она.        — У меня такое чувство, будто я кого-то забыла. Ты не знаешь, кого?        — На этот вопрос я не могу ответить. Ты сама должна вспомнить, — её слова прозвучали как-то странно, будто она говорила фразу из фильма.       Наш разговор прервал весёлый голос Ани.        — Эй, Кейт! Я тут кое-что нашла! Не могла бы ты подойти?        — Да, конечно. Уже иду, — я кивнула Монике и получив ответный кивок пошла к Ане, — Что такое? — с нескрываемым любопытством спросила я.        — Вот. Я нашла её, когда шла за камерой. Думаю, ты обронила её, когда вынимала вещи из рюкзака, — сказав это, она показала мне небольшую коробочку сиреневого цвета с наклеенным на неё белым бисером и маленьким жёлтым бантиком.       Заметив надпись на середине коробки: «Мои лучшие воспоминания», я сразу поняла, что это моя коробка. Это было ясно и потому, что я сама клеила этот бисер и бант. Но я не помню, чтобы я брала её с собой.        — Спасибо, Аня. А я как раз её искала, — солгала я, хотя понятия не имела, как она здесь оказалась.        — Не за что. И постарайся лучше следить за своими вещами. Ладно?        — Ладно, — я улыбнулась, Аня отдала мне коробку, — И спасибо ещё раз.        — Да ладно. Всё нормально, — она похлопала меня по плечу и пошла к Глебу, который, судя по всему, всё это время ждал её.       Когда я осталась наедине с собой, я решила узнать, что же скрывается в этой коробочке. Может это прояснит те небольшие провалы в памяти, которые я сегодня обнаружила. Я решительно подняла крышку и обомлела. Внутри мирно лежали рисунки, эскизы и фотографии вперемешку с билетами в кино и на аттракционы. Я ходила в парк аттракционов? И в кино? Я посмотрела на билет в кино. Это было на прошлой неделе. Тогда почему я этого не помню? Чем больше я смотрела, тем больше вопросов рождалось в моей голове. Я потрясла коробку и всё содержимое оказалось на журнальном столике. ЗВЯК!       Я услышала, как что-то звякнуло, ударившись об стол. Это были два брелка. Один был в форме трёх переплетенных между собой лилий, другой в форме совы. Какие красивые. Интересно, а их я где откопала? Таких уже давно нет в продаже.        — А это что?       Сколько фотографий. Аж в глазах рябит. На большинстве фоток запечатлена я, а на остальных я и какой-то очень красивый парень с огненными волосами и алыми глазами.        — А? — когда я как следует пригляделась, я увидела на его шее кулон в форме дерева жизни.       Это же… Моя рука непроизвольно прикоснулась к кулону на моей груди. Я ощутила тепло, исходящее от кулона, а затем почувствовала лёгкое головокружение и шум в ушах. Перед глазами появилась сцена, где я срываю с себя медальон и надеваю на его шею со словами: «Если я не смогу вспомнить тебя, то ты сможешь вспоминать обо мне, когда захочешь. Ладно?» Он молча снимает свой кулон и закрепляет на моей шее.        — Ах, — я чуть не упала, но во время удержалась.       Что это было? И почему, почему я сказала, что не смогу его вспомнить? Неужели… Мне стёрли память?! Но зачем? И кто? Да что я забыла?!        — Ай! — я вскрикнула от внезапной головной боли и уронила коробку.        — Кэти! — как будто почувствовав неладное, крикнула Моника.        — Эй, что случилось?! — крикнул Саша, обеспокоенный внезапным криком Моники.        — Ты в порядке? — спросила подбежавшая ко мне Аня, глядя на меня испуганными глазами.        — Я не… — я не успела договорить.       Жуткая боль, похожая на ту, что люди испытывают при переломе черепа, буквально убивала меня. Последнее, что я слышала перед тем, как потерять сознание, был чей-то голос, который сказал: «Я люблю тебя».

***

       — …А ты думал, что я боюсь высоты? — слегка игриво спросила я.        — Когда ты заорала тогда, когда я первый раз полетел с тобой, мне как раз показалось, что ты боишься высоты, — ответил он, слегка усмехнувшись.        — Эй, я тогда заорала, потому что перепугалась до полусмерти. Или ты думал, что я регулярно использовала чертятские авиалинии? — возразила я, слегка пихнув его в бок.       Наше свидание. Как будто я заново пережила тот день. Что дальше?        — Хорошо. Я согласна.        — Ты так говоришь, словно согласна выйти за меня замуж.        — Ещё чего не хватало!        — А что такого? Я не подхожу на роль твоего жениха?        — Да.        — Это почему же?        — Потому что ты — демон, а я — человек. Заруби это себе за рогами, понял?       Куранты. Наша самая первая встреча и заключение контракта. Я вспоминала и вспоминала.        — Маленькая леди, ты идёшь? — ласково спросил Люциус и протянул руку, которую маленькая я взяла даже не задумавшись.        — Мы идём гулять? — спросила я, смотря на него сияющими от радости глазами.        — Знаешь, мама не хочет, чтобы я это делал, так что я спрошу тебя. Хочешь полетать? — весело спросил он.        — Полетать? А как это?       Я была удивлена и рада одновременно.        — Вот так.       Люциус взял меня на руки, расправляя крылья. Расправив их, он взмыл вверх.        — Как здорово!       Моему восторгу не было предела.        — Нравится? — весело спросил он.        — Да! Очень!       Когда мы приземлились, к нам подбежала мама.        — Люциус, что ты делаешь? Я же запретила это делать, — сказала мама.       Почему она так злится?        — Мамочка, Лютик ничего такого не делал. Мы просто летали, — начала оправдываться маленькая я.        — Идём, маленькая леди, нам пора. А с тобой, Люциус, будет отдельный разговор, — пригрозила мама и взяла меня за руку.        — Пока, маленькая леди, — сказал он и помахал рукой.        — Пока, Лютик, до завтра, — я помахала ему рукой и пошла вместе с мамой.       Моё детство. Я их знала. И Люциуса, и Мицуки, и Грея. Воспоминания сменяли друг друга, словно кадры из фильма.        — Утречка, Кейт, — поздоровался Люциус, входя в комнату.        — О, Люциус, привет, — я постаралась как можно быстрее спрятать свою коробочку, но было уже поздно.        — Что это ты там прячешь? — спросил Люциус, заглядывая под стол.        — Ничего, — я быстро встала из-за стола, спрятав коробочку за спиной.       Но это не помогло. В итоге, пришлось бегать от него по всей комнате.        — Люциус, перестань! Я всё равно не покажу, что там! — кричала я, бегая уже по всей квартире.        — А вот и нет, котёнок! Рано или поздно, но я узнаю, что же ты там так яростно охраняешь! — кричал он в ответ.

***

      Я… я вспомнила. Я всё вспомнила! Когда я открыла глаза, увидела толпу перепуганных лиц. В их числе была Моника.        — Ах, — я приподнялась и села на полу.        — Кэти, — Моника облегчённо вздохнула, — Ты так меня напугала. О ребятах я вообще молчу. У них тут чуть инфаркты не случились. Ну нельзя же так пугать.        — Моника, — я виновато склонила голову на бок, — Ну прости.        — Ладно. Простила. Но, прошу тебя, не делай так больше. Если что-то болит или тебе нездоровится, сразу говори мне. Хорошо? — она ласково улыбнулась.        — Хорошо, — я улыбнулась в ответ, а Аня помогла мне подняться, — Спасибо, Аня.        — Не за что. Я же должна помогать подруге, верно?        — Верно, — мы обнялись.       В этот момент вмешался Мицуки:        — Можно тебя? — спросил он, хватая меня за руку.        — Да, но…       Мицуки так быстро стартанул, что мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.        — Куда мы идём? — спросила я, но ответа не получила.       Спустя несколько минут, мы пришли в гримёрку, которая находилась в самом конце студии. Мицуки закрыл за нами дверь и наконец остановился. Я освободилась от его хватки.        — Да объясни ты наконец, зачем ты притащил меня в гримёрку?! — возмущённо произнесла я, чувствуя, что начинаю терять терпение.       Вместо объяснений, Мицуки подошёл ко мне и крепко сжал с своих объятиях. Я была смущена и счастлива одновременно.        — Просто скажи, что это ты, — тихо и ласково прошептал он.        — Мику, — я не смогу обмануть его, да и зачем?       Звук моего голоса заставил его подпрыгнуть. Мицуки отстранился от меня и посмотрел прямо в мои глаза:        — Это ты. Это действительно ты, — на его губах появилась лёгкая улыбка.        — Да. Это я. Ваша милая Маленькая леди, — я сделала реверанс и рассмеялась, глядя в его ясные голубые глаза, полные любви и преданности.        — Ты всё вспомнила, да? — я кивнула, — Ты так повзрослела. А мы все эти годы искали тебя. Грей даже пробовал проникнуть в твои сны, но это не дало результатов и тогда… — я прервала его.        — А вот и нет. Я очень часто видела его во сне. Он протягивал руку и звал меня, но я не могла до него дойти или добежать, так как невидимая стена не давала мне выйти.        — Грей тоже так говорил. Но это уже не важно. Главное, что мы нашли тебя.        — Мику, — мне хотелось как можно скорее найти Люциуса и всё ему рассказать.       Как будто прочитав мои мысли, Мицуки сказал:        — Понимаю, ты хочешь рассказать ему обо всём, да?        — Да.        — Но ангелы по-прежнему следят за тобой, — предостерёг меня Мицуки.        — Я сильнее, чем кажусь, — бесстрашно произнесла я, хотя на душе уже начали скрести кошки.        — Знаю, но подстраховаться всё же стоит, — он достал из пиджака пистолет и протянул его мне, — Не смотри на меня так. Я знаю, ты не стрелок, но он может спасти тебя. И да, будь осторожна, ладно?        — Ладно. Спасибо, Мику, — я приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. Мы крепко обнялись, соприкоснувшись лбами. В этот момент зашла Моника.        — Так, и что же я вижу? Измену на ровном месте.       Мицуки отпустил меня, и я посмотрела на Монику.        — Моника, мне нужно уйти. Прикрой меня, ладно?       Она всё поняла без лишних слов и лишь слегка улыбнулась.        — Конечно, иди. Я знаю, что он где-то поблизости.        — Да. Я тоже это чувствую.       Моника подошла ко мне и приобняла за плечо. Я посмотрела на Мицуки.        — Я побегу, — я собралась уходить, но Мицуки остановил меня.        — Подожди, — и он кинул мне в руки маленький брелок в форме милого бурого медвежонка.        — Спасибо, — я сунула его в карман джинс и скрылась за дверью.       Я выбежала из студии, пулей пронесясь мимо своих одногруппников. И куда я бегу? Я чувствую его присутствие, но не могу его найти. Не важно, я найду его или он меня. Мы встретимся. Ветер играл с моими волосами, которые я забыла заплести. Так я оказалась на крыше. Я снова здесь. Место, где всё началось и теперь закончится.        — Прекрасный вечер, не правда ли? — послышался знакомый вежливый голос.       Я сразу же обернулась, услышав его. За моей спиной стоял Михаил. В голове сразу вспомнились слова Люциуса о нём. Ангел. Тот, что изначально пытался убить меня. Так, Кейт, успокойся. Ты не должна показывать свой страх.        — Немного ветрено. Не находишь? — как можно естественнее произнесла я.        — Зачем ты пришла сюда? — ответил он вопросом на вопрос.        — Я не знаю. Захотелось побыть одной и проветрить мозги.       А ещё хочу понять, зачем я вообще с тобой заговорила.        — Боишься меня? — его неожиданный вопрос ввёл меня в ступор.        — Н-нет. Конечно нет. Просто я немного не в своей тарелке сейчас, — пусть я и пыталась изображать бесстрашие, но мои трясущиеся коленки говорили как раз об обратном.       Михаил как-то странно посмотрел на меня, а затем произнес:        — Мне всё равно, боишься ты меня или нет. Я покараю тебя! — в его руке появился меч, будто созданный из луча света, а затем я услышала, как Михаил рассёк им воздух.        — Нет, — сорвалось с моих губ и я начала пятиться назад, а Михаил стал медленно наступать.       Я вспомнила про пистолет, данный мне Мицуки и аккуратно достала его из кармана пиджака. Сняв предохранитель, я направила его на Михаила. Как Люциус говорил, целься и стреляй. У меня не было времени на долгие размышления, поэтому я постаралась прицелиться в грудь, а затем спустила курок. Последовал выстрел. Михаил пошатнулся и упал на колени. Я стояла, будто мои ноги вросли в бетон. Ноги отказывались шевелиться, несмотря на мои мольбы. Посмотрев в сторону Михаила, я потеряла дар речи. Он спокойно поднялся с колен, а затем…        — Ай! — сильный порыв ветра сбил меня с ног, и я упала на спину, больно ударившись головой о бетонный пол.        — Глупая девчонка! Думала убить меня этой игрушкой? — он медленно подошёл ко мне, пока я корчилась от боли, и наступил мне на руку, чтобы я отпустила пистолет, но я не сдавалась, — Думаешь, что можешь бороться со мной? — он наклонился ко мне ещё сильнее наступая на руку, а его ладонь потянулась к моему лицу.       Он мне сейчас руку сломает. Я посмотрела ему в глаза, а затем изо всех сил плюнула ему в лицо. На секунду он убрал ногу с моей руки и начал вытирать своё лицо.        — Ты… Как ты посмела? — его руки сомкнулись на моей шее, а я инстинктивно попыталась разжать их.       Как больно! Помимо боли от того, что он душил меня, я чувствовала сильнейшую боль, равную ожогу. Снова эта боль… Он, он убьёт меня! Я чувствовала, как последние силы покидают моё тело. Люциус, если ты слышишь меня, прошу, помоги. В этот момент, когда я уже потеряла всякую надежду, я услышала странный звук, а после ощутила, что руки Михаила ослабли, отпуская меня. Я упала на пол.       — КХЕ! КХЕ! КХЕ! — от недостатка кислорода я раскашлялась так, что горло сдавило спазмом, а из глаз потекли слёзы.       Я посмотрела на Михаила, руки которого теперь украшали сильные ожоги. Ожоги? Люциус!        — Ты… — злобно прорычал Михаил, в глазах которого горела ненависть.        — Ты не ранена? — обеспокоенно спросил Люциус, глядя на меня своими ярко-алыми глазами.       Люциус… Ты пришел. Я заплакала, увидев его.        — Эй, ангелочек, я, конечно, всё понимаю. Ты не в духе и всё такое, но с каких это пор тебе можно убивать обычных людей? — Люциус говорил с ним так, будто ни во что не ставил его, что очень оскорбляло Михаила.        — Обычный человек? Ха! Она использовала книгу. И кара божья настигнет её, и тебя тоже!        — Ты, наверное, шутишь? Контракт аннулирован и она ничего не помнит, — кося под дурочка, невинно произнёс Люциус.       Вот блин. А я уже тут такие выкрутасы показала, что он теперь ни за что не поверит словам Люциуса.        — Думаешь, я поверю в столь удобное оправдание? Она не забыла меня.        — Я думаю, она просто не знала, что ты ангел, — спокойно ответил Люциус.       Да, пока ты об этом не сказал.        — Она использовала книгу. Это очевидный факт! — Михаил из последних сил пытался сохранить спокойствие, но получалось не очень.       Я сидела на полу, пока они разговаривали.        — Эй, Миша, может хватит болтать? Или ты хочешь стать горсткой пепла? — было видно, что Люциусу уже надоел этот разговор.        — Пепла? Ха. Без контракта ты ничего не сможешь мне сделать. Ожог — максимум твоих возможностей, но не пепел.        — А ну иди сюда, мерзавец! Сейчас посмотрим, кто и на что способен! — в руке Люциуса загорелось пламя.        — Кто-то разгорячился. И всё из-за какой-то сопливой девчонки.        — А ты бесишься из-за какой-то книжонки.        — Я лишь исполняю свой долг.        — Вот и мне дай делать свою работу, — огненный шар пролетел всего в нескольких сантиметрах от лица Михаила.        — Что ж, ладно. Сейчас я вас покину, но сначала… — в его руках появились лук и стрела, — Сделаю тебе небольшой подарочек, — он направил стрелу на меня и выстрелил.