Малолетка

— Это все я виновата! — Сокрушается Ами Мицуно, качая головой над чашкой с горячим капучино. — Не нужно было мне оставаться на работе и доделывать презентацию к этой дурацкой защите! — Причем здесь ты? — Отмахивается Минако, надув губы и подперев рукой подбородок. — Ты же не заливала мне в глотку текилу. Эх! Знала же, что надо остановиться на четвертом шоте. — И все равно, это я рассказала тебе про тот бар и променяла подругу на работу. — Айно становится стыдно за мысли Мицуно, за то, что она пытается переложить ее вину на себя. — Прекрати самобичевание, Ами. — Минако кладет ладонь на пальцы подруги и вынуждает себя улыбнуться. — Жаль, что наша встреча в Токио омрачилась моими глупостями.       Они какое-то время молчат, каждая думает о своем. Айно рассматривает простое, непримечательное ничем убранство кафе, куда Ами ее пригласила. Она утверждала, что тут подают хороший чай и неплохие вафли. Что ж, это действительно так, и компенсирует скромность интерьера, лишённого того шарма и уюта, к которому Айно привыкла в Англии. — Что ты собираешься делать? — Спустя некоторое время интересуется миниатюрная брюнетка, неловко ерзая на стуле. — Не знаю, — Айно пожимает плечами от безысходности. — Буду делать вид, что мы не знакомы. — А уволиться ты не можешь? — У меня контракт подписан до конца семестра, а это выпускные экзамены. Мне не дадут уйти в этот период. — Ох, кошмар! — Ами все еще не может прийти в себя от открывшихся перед Айно «радужных» перспектив прогреметь скандалом на всю Японию за роман со старшеклассником. — Магистр в области английской литературы, что тебе не сиделось в Лондоне? — Ты прекрасно знаешь, что. — Минако начинает понемногу злиться, хотя Мицуно всего лишь озвучила вслух вопрос, который блондинка задавала самой себе не раз, жалея о своем спонтанном решении.       Ругаться или спорить с Ами Минако не хочется совершенно, да и повода для этого никакого нет, несмотря на всю взвинченность Айно. Мицуно — единственная из подруг, что остались у нее в Токио. И то, наверное, потому, что Ами улетела в Германию сразу же после выпускного поступать в университет своей мечты. Так же и сама Минако покинула Токио, поддавшись на уговоры родителей попытать счастья в Англии.       Их одноклассницы, в основной своей массе, уже повыходили замуж и обзавелись семьями, а соответственно, и другими интересами, поэтому общение довольно скоро сошло на нет.       Ами оставалась на связи, потому что плохо сходилась с людьми, предпочитая книги разговорам о моде и парнях, да ещё и на плохо дающемся ей немецком. Их редкие, но теплые беседы с Минако по телефону, обмен открытками и электронными письмами, были необходимы обеим девушкам, как воздух. И, наверное, именно испытание расстоянием сделало дружбу настолько крепкой.       Ами вернулась в Японию год назад, но ее потребность в общении с Минако не исчезла. Несмотря на то, что Мицуно работала в крупном исследовательском центре ведущим специалистом, она всегда старалась выкроить минуты для звонка подруге.       Единственным исключением, когда Ами не смогла отложить работу ни на минуту, был вечер субботы, и теперь она считает себя виноватой в произошедшем с Минако. — Извини, Мина, — вновь неловко поерзав на стуле, произносит Ами, — но мне кажется, что ситуация в Лондоне сейчас выглядит более привлекательной, чем твои перспективы здесь. — Ну, не знаю. — Айно призадумывается, мешая ложечкой давно остывший чай с молоком, — порицание общественного мнения мне было обеспечено и там, разве что без угрозы загреметь в тюрьму. — Но ведь этот парень уже достиг возраста согласия, разве нет? — Боже, из твоих уст это звучит так, будто я его принуждала! — Я вовсе не это имела ввиду! — Да, знаю, просто… Я на нервах, Ами. Извини.       Во вторник утром Айно идёт к директору. Ее план — наплести про большую ответственность и нежелание испортить выпускному классу оценки за выпускной экзамен по английскому из-за неопытности. А потом попросить дать ей младшие классы старшей школы.       В общем-то, все выглядит вполне логично, глупо со стороны директора не прислушаться ко вполне разумным доводам новой учительницы, которой движут лишь благие намерения. Но вместо этого директор выдумывает совершенно иное: Минако обижает кто-то из старшеклассников — она так молода, выглядит едва ли не их ровесницей, не мудрено, что кто-то из самых бойких студентов решил перетянуть одеяло на себя.       Короче говоря, разговор идет совсем не в то русло, на которое рассчитывала Минако, и вот директор уже так распаляется, что требует выдать имена особенно отличившихся школьников. Айно едва сдерживается, чтобы не завопить от абсурдности происходящего. Убедить директора, что все ученики вели себя более, чем достойно на их первом занятии, составляет ей немалых трудов, и в итоге блондинка выходит из его кабинета нервная, еще более встревоженная и утомленная.       Когда она открывает дверь класса, там стоит шум и гам, но подростки быстро успокаиваются и рассаживаются по своим местам. Первая парта в среднем ряду пустует, и Минако с облегчением выдыхает.       От урока прошло пятнадцать минут, дети задали вопросы по домашнему заданию и приступили к прослушиванию диалога в аудиозаписи. Минако пишет на доске список вопросов к диалогу, стараясь выводить буквы как можно ровнее.       Дверь в класс без стука открывается, и в нее входит новенький, мгновенно подняв бурю из возгласов и визгов девчонок. Айно смотрит на него в удивлении, совершенно не понимая, в чем дело: почему женская половина класса так реагирует на его появление на уроке? «Он что, сын известных родителей? Богатый жених? Звезда интернета? Или сегодня на пике моды пепельноволосые блондины?»       Новенький с минуту наслаждается вниманием девочек, растянув губы в широкой обворожительной улыбке, а потом проходит к своему месту. На парту ему падают несколько записок, он оборачивается, многозначительно подмигивая старшеклассницам с дальних парт, расхлябанно откидывается на спинку стула и только тогда обращает свой взор на учителя.       Айно стоит у доски, сжимая мел в пальцах, и борется с приступом внезапной злости: этот нахал ведёт себя так, словно главный человек в этом классе — это он сам. Ни извинений за опоздание, ни хотя бы проявления малейшей скромности. Будто он осчастливил всех своим присутствием!       Айно всегда таких терпеть не могла, еще с младших классов школы. Зазнайки и задаваки, таких в ее классе было немало, однако их путь успеха закончился вместе с выпускным: в реальной жизни, в открытом море настоящих испытаний и проблем, они не стоили ничего.       Этот парень — не исключение, а правило: звезда в школе и, возможно, на спортивной площадке, после окончания последнего класса потеряет свой статус первого красавчика и сломается от свалившийся на его голову настоящей жизни.       В эту минуту, стоя у доски, Айно борется с собой. Она могла бы выставить нахала вон, написать гневную записку родителям, отчитать его прилюдно. Но Минако прекрасно понимает — такое поведение ей не поможет, ведь как-никак, но она заложница ситуации и открытая конфронтация сыграет только против нее. «Обозлившись, парень просто расскажет обо всем директору или вообще, выставит меня на посмешище перед всей школой. Поэтому, надо держаться, Минако. Конец учебного года не за горами, и тогда все твои переживания закончатся с выпуском паршивца из школы». — Мистер… Простите, я ещё не выучила имена всех учеников, — Айно выразительно смотрит на блондина за первой партой. — Коу, — подсказывает он, вскинув бровь, а ученики в классе смотрят на Минако, как на последнюю дуру. — Ятен Коу. — Так вот, мистер Коу, — кивает головой Минако, — не могли бы Вы приходить на урок вовремя? Дело в том, что своим появлением посреди занятия вы отвлекаете остальных учеников. А им сдавать выпускные экзамены, как и Вам. — Какая трогательная забота о судьбах старшеклассников, — блондин расширяет в притворном восхищении глаза. — Я постараюсь учесть Вашу просьбу, мисс Айно. Но обещать ничего не могу.       Она кивает ему, окинув испепеляющим взглядом, и принимается перематывать диалог на начало — появившийся посреди прослушивания Ятен Коу выбил у своих одноклассников все мысли, связанные с английским языком и заданием, что дал к выполнению учитель.       С трудом дождавшись звонка с урока, Айно наскоро пишет на доске домашнее задание и выскакивает из класса. К счастью, второго урока у нее по расписанию нет, и она может проветрить голову на улице, когда учителя и ученики разойдутся по своим классам.       Звенит звонок, коридоры стремительно пустеют. Айно идет по коридору к учительской, оттуда на лестницу, ведущую во внутренний двор. В школе стоит тишина, нарушаемая только цокотом ее каблуков.       Айно распахивает дверь и с наслаждением готовится вдохнуть свежий воздух, стягивая с шеи шелковый шарфик. Но тут же морщится — в воздухе витает запах сигарет, который портит ей настроение ещё больше.       Ятен Коу стоит на крыльце, подперев ногой перила и выпускает облачка сигаретного дыма. Айно хочет незаметно уйти, но поздно: зеленые глаза парня мгновенно впиваются в ее фигуру. — Мистер Коу, Вы нарушаете одно из важнейших школьных правил, — не слишком уверенно произносит Минако.       Отчитать его Айно не может, опасаясь вызвать волну агрессии, навлекая на свою голову ещё большие неприятности. Но и промолчать тоже как-то неправильно: она же, как-никак, учитель и не может закрывать глаза на такие вещи, как курение несовершеннолетних. «Черт бы их побрал за эти возрастные рамки, этих законодателей»! — Это какое же? — Ятен опускает ногу и скрещивает руки на груди. — Ученикам запрещено курить и распивать спиртные напитки в стенах учебного заведения. Вас могут исключить. — У меня особое положение, — Ятен равнодушно пожимает плечами, делая очередную затяжку. — Вы что, сын директора? Или ваши родители являются щедрыми спонсорами? — Минако совершенно не понимает причин подобной уверенности в своей вседозволенности. — Мисс Айно, Вы переигрываете, — он делает шаг к ней навстречу и, зло прищурившись, смотрит в глаза. — Что Вы имеете ввиду? — Недоумевает блондинка, отступая назад. — Ты что, серьёзно не врубаешься? — Парень продолжает неумолимо приближаться, Айно вскидывает бровь и облокачивается на перила лестницы с другой стороны. Не будет же она от него убегать, как младшеклассница, по школьным коридорам? — Смените тон. — Не прикидывайся идиоткой! — Не сдерживается парень, голос выдает его гнев и раздражение, хотя в классе он говорил с Минако с другими интонациями. — Хватит делать вид, что понятия не имеешь, кто я.       Лицо его серьезное и надменное; оказавшись близко к Минако, Ятен внезапно растерял свою подростковую угловатость и тонкость: выражение глаз, изгиб губ, напряженные плечи с легкостью обманут любую девушку, и она будет уверена, что перед ней отнюдь не старшеклассник. Небрежно взъерошенные волосы, школьная форма, идеальная гладкость кожи, задорный или ехидный взгляд — вот что выдает в Ятене Коу подростка, но Айно этого в тот вечер не углядела. — Мистер Коу, даже если Вы и являетесь отпрыском какой-то влиятельной семьи, это не значит, что нужно вести себя, словно рок-звезда! — Минако пытается объяснить ему простые истины, хотя абсолютно уверена, что Ятен их не поймёт. — В стенах этой школы все ученики равны.       Он смеется. Его буквально сгибает пополам от хохота, и пепел с тлеющей сигареты сыплется ей на запястье. Айно шипит от отвращения и трясёт ладонью, скорчив презрительную физиономию. — Не понимаю, что такого смешного я сказала. — Ты и правда, не знаешь! — Восклицает блондин, отсмеявшись.       Его глаза уже не мечут молнии, в них пляшут озорные искорки веселья. — Боже мой, — она закатывает глаза, — и знать не желаю! — Минако, скажи, а что бывает с учителем за связь со своим учеником? — Отстранившись, серьёзно спрашивает Ятен. — К чему Вы клоните, Коу? И для вас я мисс Айно. — Ещё чуть-чуть, и она его действительно обругает последними словами за нахальство, наплевав на последствия. — А вот теперь ты точно врешь! — Он указывает на ее щеки пальцем, словно ребёнок на витрину магазина. — Твое краснеющее лицо просто умора. — Рада, что развеселила, — снисходительно отвечает Минако. — Мне нужно готовиться к следующему занятию, а Вам не стоит и дальше прогуливать уроки. — Какая правильная, кто бы мог подумать! — Он прижимает ладони к груди в фальшивом восторге. — А я помню ночь с субботы на воскресенье, и ты отнюдь не строила из себя мисс Благопристойность. — Уймите свою буйную фантазию. — Она мгновенно чувствует, как лицо покрывается красными пятнами от стыда. — Вы курите что-то покрепче обычных сигарет? — Ну, если фантазия может оставлять в моей квартире свое нижнее бельё, то производители табачных изделий вышли на новый уровень. — Ятен достает из своей сумки кружевной комплект Минако, который она не смогла отыскать, в спешке покидая его квартиру. — О боже, маленький извращенец! — Восклицает она, пытаясь вырвать белье из рук парня, но его рост играет против Айно. — Ты притащил это в школу? — Хотелось похвастать перед парнями своими победами, но пока случая не представилось. — Он, повернувшись полубоком, ловко прячет белье в сумку. — Только попробуй. — А что, ты узнала в этих кружевных трусиках свои? — Конечно, нет! — Но кого будет волновать такая мелочь, как твои протесты, если я покажу этот чудный розовый комплект всей школе? — На лице Ятена расплывается гаденькая ухмылка. — Чего ты хочешь? — Прямо спрашивает его Айно. — Переходим на торг? — Светлые брови взлетают вверх. — Очевидно, что ты пробуешь меня шантажировать. — О, никогда не занимался подобного рода вещами, но мне кажется, что это весело. — с довольной улыбкой, тянет Коу. — Веселись в другом месте! — Айно повышает голос до крика, не сдержавшись. Ещё чуть-чуть, и из глаз польются слезы от идиотизма сложившейся ситуации. — Ты спала с несовершеннолетним, Айно. К тому же, со своим учеником, что еще хуже. — Безапелляционно припечатывает Коу, внезапно став серьезным. — И ещё пытаешься сделать вид, будто мы не знакомы, и ты не сбегала из моей квартиры ранним воскресным утром. — А ты сначала докажи. — Ты такая наивная, просто прелесть. Вся страна с легкостью поверит моим словам, а не твоим. Ты же видела, как меня боготворят школьницы. А уж их мамочки… — Довольно! Чего ты от меня хочешь? — Минако скрещивает руки на груди, упрямо вздернув подбородок, хотя внутри нее бушует гнев и ярость, хочется огреть нахального подростка чем-то тяжелым. — Есть у меня одна потребность, ты же понимаешь, о чем я? — Многозначительно вскинув бровь, тихо говорит он.       Лукавый взгляд из-под опущенных ресниц проходится по лицу и фигуре Минако. Ятен наклоняется к щеке блондинки, обдавая ее ароматом своего одеколона и запахом сигарет.  — Что ты себе позволяешь? — затаив дыхание, шипит Айно, инстинктивно отклонившись назад и вцепившись в перила ладонями, ища в них поддержки — Ятен Коу находится опасно близко! — Это уже ни в какие ворота не лезет! — Ты что, подумала, я буду тебя целовать? — Парень вдруг отстраняется и тихо смеётся, довольный реакцией молодой учительницы. — Ты будешь делать мои домашние задания до конца семестра, а там посмотрим. И старайся, как следует, чтобы все было как надо, а то мало ли, где может оказаться твои кружевной комплект?       Он уходит, вальяжно закинув руку со школьной сумкой на плечо, оставив Минако глотать свое раздражение, потрясение и все ещё пахнущий сигаретным дымом воздух.