мечтай, Билли

— Билли, Бога ради, поехали, — одноклассница поправила шевелюру пухлыми пальцами, нервно выдохнула. Ну и позёрка. Он молча, не скрывая своей брезгливости, оглядел девушку. Какие они все приторные, такие, что застревают в зубах после первой пробы, такие манерные, такие одинаковые. Обычные школьные идиотки, от которых, если по-хорошему, его тошнит. Асфальт буквально дрожит под тяжестью берцев Бридж, которая с хмурой миной пробирается вдоль машин на парковке. На губах засохшие кровавые корки, под стать облезлому лаку для ногтей. Некогда накрасить по новой. Легче отрицать, прикрыть всю аккуратность и презентабельность. А иногда думается, что и волосы надо было отрезать максимально неровно, чтобы всякая стандартно-девичья гадость даже не смела с ней ассоциироваться. Билли поворачивает ключ, бросает взгляд на девчонку, заворожённо смотрящуюся в зеркало его машины. Он говорит: — Выметайся. Милое личико портит возникшее недоумение, преданные глаза, как в дурацком фильме, невинно хлопают ( а ещё, на румяных щеках ему мерещатся остатки приклеенных ресниц). — Я неясно выразился? Убирайся к черту из моей машины, иначе я сам тебя вышвырну. Ей не нужно повторять дважды. Испуганная девочка пулей вылетает из машины, и, стукнув по земле каблучками, бежит вперед, наверняка грезя о пересказе произошедшего подружкам. И наверняка мечтает о новой встрече с королём Харгроувом. Билли открывает дверь машины, запуская внутрь вездесущую Эль. На них с парковки пялится четыре пары густо подведённых глаз, в недоумении, красотки шепчутся о том, как Харгроув пускает её к себе. Разумеется в жизнь, не в машину. Он оглядывает Бридж с ног до головы, пока она, прикусив изнутри щеку, таращится куда-то в область лобового стекла его «Камаро». Билли смотрит на бордовые губы и ухмыляется: — Со стеной целовалась? Лучше бы со мной. Но меньше крови не обещаю. Бридж фыркнула. Сейчас так хочется проехаться по загорелым щекам Харгроува, его по-дурацки невинным глазам, разодрать одежду, сплошь пропитавшуюся приторным парфюмом. Острыми костяшками проехаться. К чертям. Ей ведь всегда так хочется. — Мечтай, Билли. Он закуривает, стряхивая пепел за приоткрытое окно. Протягивает сигарету Эль. Она впускает дым, тот привычной горечью расползается по нёбу. Единственное приятное в этой жизни ощущение. Но и оно когда-нибудь, поверьте, погубит. Бридж выпускает драгоценное из пальцев, вон из машины, пальцы вытирает о края майки с “Guns n’ roses”, купленную Билли в заправском магазинчике. Харгроуву никогда не нравились шмотки Эль, слишком тёмные, слишком потёртые, пропитанные дымом его сигарет и запахом сырости. Ему порой хотелось видеть похабные юбки и разноцветные платья, как у школьных стерв, которые дольше часа у него не задерживались. Но Бридж не они. Ей не по нраву речи Билли об одежде и поведении. Щелчком хочется вырубить звук, убрать подальше эту его способность расшевелить внутри то, от чего всеми силами пытаешься избавиться. И, быть может, поэтому Эль в его голове расположилась основательно, насовсем. Он натыкался на очертания её спутанных волос, расцарапанные ладони, бледную, с проступающими венами шею. Но чаще всего на безразличный взгляд, отблеск бесцветных глаз, возникающий в сознании как только он закрывал свои. Бридж подкручивает песню Билли Айдола на радио, а Харгроув давит по газам.