Тайный порок

If I could have just a moment of you Would I be wanting more? If I could have just a taste of you Would I be addicted? If I could have just a touch of you Could I tear myself away? I would pray to be the rain that runs over and in your skin With no consequence To be the liquid in your glass that falls around your lips and mouth Swallow me* / Если б мне хоть на миг тебя, Захотел бы я большего? Если б мне только вкусить тебя, Стал бы я зависим? Если б мне к тебе только прикоснуться, Стёр бы я себя до тла? Я молюсь быть дождём, по твоей коже сбегая, Быть напитком в твоём бокале, по губам и рту твоему стекая Глотни меня - Визерис, я уже говорил тебе, что ты дурачок? – Рейегар слегка усмехнулся, неслышно, уголками губ – как делал он это всегда, демонстрируя уверенность в себе и самообладание. Младший брат был полной его противоположностью – шебушной и бесноватый, с демонятами в глазах. Он слегка дёрнулся – брат застал его врасплох – но он изо всех сил старался не выдать своего волнения. Он в негодовании поджал губы. Что ему сказать? «Нет, не говорил»? Обидеться и надуть губы? Или устроить ему сцену? Но тогда он поймёт, что зацепил его… А этого ему показывать нельзя. Ему нужно вести себя по-царски, как и подобает наследнику династии Таргариенов. Он слегка улыбнулся, подражая манере старшего брата, и великодушно обратил на него свой взгляд. - Чем обязан столь позднему визиту? - Визерис, в такое время суток и в твоём возрасте, ты должен вовсю ублажать какую-нибудь деву, а не сидеть в своей спальне и валять дурака. Рейегар посмотрел на стол, уставленный горящими свечами. - Покажи мне свои руки. Визерис поднялся и отвернулся. - Нет. - Визерис… - брат добавил строгости в голос и подошёл ближе к нему. Рейегар был немного выше него, он смотрел на него сверху вниз, и теперь Визерис будто плавился под его взглядом. Он пытался выдержать эту схватку, но не смог. Быстрым порывистым движением он повернул руки ладонями вверх. - Я так и знал, - сказал Рейегар, поглаживая брата по краснеющей коже. – Ты снова этим занимался. Зачем ты делаешь это? - Потому что я хочу доказать, что я тоже дракон, - Визерис смущённо отвёл глаза и опустил голову. Ну почему рядом с Рейегаром он чувствует себя таким ребёнком? Рейегар улыбнулся – снисходительно и дружественно, покровительственно. От этого Визерису стало только хуже. - Визерис, я уже говорил тебе, что всё это сказки. Просто мифы, легенды – ими овеивает своё имя любой известный дом в Вестеросе, а наша династия и подавно овеяна ими более всех других. Никакой человек не выдержит испытания огнём. Да и не всякий дракон, если на то пошло. Оставь эти глупости и ложись спать. Рейегар постоял немного рядом с ним и, не дождавшись никакого ответа, повернулся, чтобы уходить. - Постой… - позвал его Визерис неуверенно. Рейегар остановился на пол-пути к двери и обернулся к нему. - Ты что-то хотел, братишка? – он улыбался так же невозмутимо. - Да, - заявил Визерис смелее. – Ты говоришь, что мне нужно быть с девушкой в это время, но тебя это касается ещё больше. Тебе уже 26, а у тебя до сих пор нет наследника, нет жены. Ты отверг всех: Элию Мартелл, Лианну Старк, Серсею Ланнистер… - принялся перечислять Визерис, и перечисление отвергнутых невест доставляло ему явное наслаждение. - Ты так переживаешь об отсутствии у меня наследника, братишка? – Рейегар подошёл ближе к нему. – Но разве не этого ты бы хотел? – теперь он обошёл его и остановился прямо у него за спиной. – Чтобы у меня не было наследников и корону унаследовал бы ты? Визерис почувствовал, что он пылает: от стыда о том, что Рейегар угадал его мысли – он действительно мечтал об этом – о троне и короне, он представлял себя на престоле, он грезил, как все будут ему кланяться… Но он никогда не хотел бы, чтобы это было во вред брату. Он видел и его в своих мечтах – он не хотел, чтобы он падал пред ним ниц и стоял на коленях, но он хотел видеть его горящий восторженностью взгляд, он жаждал его уважения и… Сейчас, когда Рейегар стоял у него за спиной и обжигал затылок своим горячим дыханием, его обжигало стыдом от того, что больше всего на свете он жаждал… его. - Нет. Нет, что ты… Я бы не хотел, чтобы ты умер или… - он обернулся, чтобы встретиться с ним взглядом, и пожал плечами. Он не знал, что сказать. - Я и не говорю о своей смерти. Есть другие пути передачи власти. Я мог бы просто отречься от неё. В конце концов, это то, чего хочет отец. Рейегар стоял совсем близко к нему, и Визерис почти ловил губами его дыхание. - Мне плевать, чего там хочет отец, - сказал он резко и тут же осёкся. Он не хотел и не должен был говорить об отце в таком тоне. Но Рейегар лишь снова улыбнулся. Он взял Визериса за запястья, и кожу его словно опалило драконье пламя, и мягко, но уверенно заставил сесть на кровать позади него. Сам Рейегар неожиданно опустился на колени перед ним. - Разве тебе не хотелось бы, - говорил он, поглаживая брата по ноге, - чтобы знатные лорды и леди приходили к твоему трону и склоняли пред тобою головы, - его рука поползла вверх, к шнуровке полусапожек из мягкой кожи, в которых Визерис привык ходить по замку, - чтобы они падали пред тобою на колени… - он снял один и принялся за другой. Визерис не заметил, как сам он потянулся к завязкам на своей тунике, торопливо расправляясь с узелками на них. - …боготворили тебя?.. – Рейегар сжал ногу брата в ладонях, аккуратно коснулся губами лодыжки и юркнул рукою под ткань штанов, касаясь горячей обнажённой кожи. Визерис встрепенулся, ему казалось, что он слышит только биение своего сердца и ток крови в висках, а голос брата доносится откуда-то издалека. - Я хочу, чтобы меня боготворил ты… - сказал он полусонно, почти прошептал, и уронил своё тело на постель, его белоснежные волосы разметались по подушке. Рейегар беззвучно усмехнулся. - Так я и боготворю… Его руки заскользили вверх по одежде Визериса, чувствуя жар его тела даже через ткань. Визерис глубоко и сбивчиво дышал и глядел в потолок – ему не верилось, что брат сейчас исполняет его самые смелые мечты, угадывая его грёзы и предвосхищая их… Желание затопило его мысли, овладело его сознанием. В штанах становилось совсем тяжело и жарко, и Визерису больше всего хотелось их снять. Каково же было его удивление, когда кожу в самых интимных местах овеяло едва уловимой прохладой – это Рейегар снял с него штаны, словно читая его мысли. Визерис вдруг осознал, что лежит сейчас перед старшим братом почти без одежды. Не то, что бы ему было, чего стесняться – поди не большая диковинка – увидеть брата без одежды или предстать пред ним без оной, но в жар бросало от самой ситуации, в которой он оказался: лежит теперь перед братом почти обнажённый, на нём только уже полностью расстёгнутая туника, больше открывающая, чем прячущая его тело, волосы рассыпались волнами на постели, глаза горят желанием, щёки пылают, а он голодно и жадно ловит губами воздух, словно забыв, как дышать – хороша же картина. Но Рейегар на самом деле его боготворил, он его обожал, прямо сейчас он пробирался поцелуями всё выше, выше, начиная с пальцев ног – словно разрешая и себе, и ему отпустить себя и отдаться наконец своим сокрытым доныне потаённым чувствам и мечтам. И хотелось бы Визерису сейчас упиваться властью над старшим братом, но он не мог – да, Рейегар боготворил его прямо сейчас, он возлагал на алтарь его юности и красоты жертвенные подношения – он готов был поступиться своим долгом и отдать ему трон, он готов был отказаться от невест и наследников, от своих принципов, чести… Но почему-то Визерис чувствовал, что всё наоборот - что это он во власти Рейегара, что он готов подарить ему всего себя, своё естество, что он готов последовать за ним на край любой опасности – будь то битва не на жизнь, а на смерть, или добровольное изгнание, - и на дно любых глубин – будь то самый кромешный ужас или самый изысканный разврат… Он готов был последовать за ним, куда он скажет - за своим братом, за своим… королём? Мог бы Визерис отказаться от предложения и пожертвовать короной ради него? На этот вопрос он пока ответить не мог, но сейчас он готов был отдать ему своё тело. - Ты стал таким красивым, братишка, - Рейегар ласково перебирал пальцами его волосы, он был так близок к нему, что теперь их ресницы почти соприкасались, а дыхание сливалось на двоих в одно, и вот наконец, он поцеловал его. Ни один поцелуй на свете не был для Визериса таким желанным, как этот. Он мечтал об этом уже не один год, скрывая свои желания и тая, украдкой лаская себя по ночам. Рейегар своими губами приоткрыл ему рот и поцеловал его теперь с языком, углубляя поцелуй и прижимая брата к постели. Его руки были везде, и его движения становились всё более сильными, порывистыми – Визерис и не предполагал, что его брат может быть таким властным. - Ты сводишь меня с ума, - сказал он ему и поцеловал за ухом. – Теперь ты знаешь, почему я отвергаю одну за одной всех невест. Ты – мой тайный порок. - Но почему… - хотел было спросить Визерис, но Рейегар обжёг его губы новым поцелуем. - Потому что я ждал, когда ты вырастешь, - улыбнувшись, ответил Рейегар, ещё не слыша, но уже зная вопрос, и его рука скользнула ему на бедро. Другую руку он запустил в волосы у него на затылке, а его губы заёрзали по шее, небольно прикусывая кожу. - Я ждал так долго… - И тебе воздастся за твоё терпение. Это твоя слабая сторона, и тебе следует тренировать её, братишка. Больше он ничего не сказал, да Визерис и не требовал. Вместо слов у них были поцелуи, у них были ласки. Рейегар обвёл языком его соски, Визерис вздрогнул и замер в его объятиях, запуская руки ему в волосы, держась за его плечи – без этого ему казалось, что его дух вот-вот покинет его тело и он попросту взлетит. Рейегар скользил губами и языком всё ниже, ниже по его телу, пока не достиг спускающейся от пупка дорожки из светлых волос, тогда он произвёл хитрый манёвр и сдвинулся вправо, целуя и лаская руками его бёдра, пока Визерис под ним изнывал от желания. Он обводил языком его коленки, покусывал кожу над ними, наконец, он слегка развёл брату ноги и лёг головой между них, попутно целуя его бёдра теперь с внутренней стороны, всё приближаясь к самому сокровенному. Он размашисто лизнул языком его яички, заставив Визериса вздрогнуть, вцепиться руками в простынь и застонать. - Тише, братишка, ты же не хочешь всполошить часовых, - сказал Рейегар. И больше всего Визерис сейчас боялся, что он прекратит. Потому он замолчал, изо всех сил сдерживая свои порывы, хотя, по правде говоря, в душе ему и впрямь хотелось бы, чтобы их слышал весь замок. Рейегар не стал больше его томить и взял в рот его естество. При первых же движениях его члена во рту у брата, Визерис почувствовал, что внутри него словно что-то надломилось и себе он больше не принадлежит, что он не может контролировать себя. Он полностью отдался ощущениям и стал вбиваться в рот брата, придерживая его за голову и насаживая на свой член. Он и не заметил, как всё уже кончилось – брат неторопливо потянулся на локтях и лёг рядом с ним, целуя его в уголок губ, и Визерис почувствовал свой собственный вкус на своих губах… Он даже не успел понять, что только что произошло. - Мой маленький дракончик, - ласково сказал ему Рейегар, целуя его в макушку. Визерис хотел возразить, что он вовсе не маленький, что он давно уже взрослый, и Рейегару вовсе не нужно было так долго ждать, чтобы сделать то, что они только что сделали. Но вместо этого он лишь коротко зевнул и прикрыл глаза, поудобнее устраиваясь на груди у Рейегара. Очень скоро их накрыла нега и открыл свои владения один на двоих, сон, такой уютный и сладкий, что ни одному, ни другому и думать не хотелось о каких-то там звёздах в вышине, не хотелось ни срывать их, ни, тем более, падать.