Конструктор

В своей первой рекламе Сава снялся раньше, чем научился ходить. Белокурый ангелочек с голубыми глазками-пуговками смотрел со всех баннеров компании «Rashnпамперс» даже тогда, когда Сава не только встал на ножки, но и самостоятельно мог на этих самых ножках доехать на троллейбусе до школы. А потом понеслось. Реклама детской одежды, обуви, творожков и витаминов, пока Саву не занесло на подиум. Диеты, спортзалы, салоны, и вот он, готов к употреблению, Сава Романов, среди поклонников ласково именуемый Совенок, а среди модельной кодлы Гарпия, идол современной молодежи и лицо Модельного Дома «StarRuss». — Совушка, золотко моё ненаглядное, напоминаю, сегодня у тебя выход в свет! — щебеча над его левым ухом, Муся, в народе Миша Голованов, а в модельном бизнесе - персональный стилист, пытался уложить гелем непослушную белокурую челку. — В «Золотом Яблоке» у тебя оплачено дефиле для представителей не менее золотой молодежи. Сава оторвался от Инстаграмма. — В клубе? — переспросил он угрожающе спокойно. — Да, рыбка моя, а что не так? — Всё не так. Неужели так плохи дела нашего агентства, раз гендир уже в эскорт-услуги подался? — Ой, всё, ну покрутишь попой перед хрычами в ролексах, не отвалится же она у тебя. — Ты же только что сказал, что там будет золотая молодежь. — А что, сорок лет для тебя уже старость? Отмахнувшись от наманикюренных ручек, Сава поднялся с кресла, разом став выше стилиста на две головы. И хотя Муся сам по себе был компактным и удобным в перевозках, Сава все равно оставался слишком высоким для омеги. Но не для модели. — Совушка, не кипятись, — торопливо проговорил Муся, заметив знакомое выражение на его лице, которое ничего хорошего не сулило. Как обычно, без стука, Сава вошел в кабинет шефа. — Мне как, сразу у вас отсасывать начать или подождать, пока вы освободитесь? В его сторону повернулись все пятнадцать голов сидевших за длинным столом альф. Шеф вздохнул. — Одну минуту, господа, — учтиво кивнув, он вышел за дверь с Савой под локоть. — Что опять не так? У меня совещание, если ты не заметил. — Спросить зашел, надевать мне сегодня трусы на показ или не стоит, все равно сразу снимать придется. — Я не понимаю, чем ты недоволен. Ты знаешь, что за этот приватный показ некий ноунейм заплатил больше, чем за всю нашу неделю моды во Франции? Отказываться уже поздно, да и потом - ты ничего не теряешь. Сава и в самом деле ничего не терял, кроме самоуважения, которое давно стало мифическим зверем в модельном бизнесе, и все же согласился поехать в «Золотое Яблоко» тем злополучным вечером. В отдельной гримерке ему выдали латексные ботфорты до середины бедра на умопомрачительной шпильке, черный короткий плащ и крошечный блестящий треугольник. — И что это? — Сава поднял треугольник на уровень своего лица двумя пальцами, как обычно держат отвратительное насекомое. — Оооо боже, боже, это же новая коллекция нижнего белья от Пьеро Мудини! С золотыми нитями и кристаллами Ковровски! Муся готов был описаться от восторга прямо в своем роскошном фиолетовом комбинезоне. Саве хотелось смыть сверкающее недоразумение в унитаз, но он всё-таки натянул его на бедра. Муся боролся с его челкой, когда в гримерку зашел сам гендиректор. — Забыл тебе сказать, в конце выхода под песню Олега Бузякова «Я привык просыпаться один», ты смотришь на первый столик и скидываешь плащ. У Савы дернулось веко. — Правда, что ли? Муся замер в предвкушении бури, слегка подавшись назад, но челку в покое не оставил. — Савелий, — сказал шеф веско. — Без глупостей. У нас контракт. В такие моменты Саве казалось, что контракт он подписывал кровью. — И вишенка на сегодняшнем торте — лицо — и не только, — Дома Моды «StarRuss» в замечательной компании не менее сладкой вишенки… — ведущий сделал паузу. — Олега Бузякова! Бузяков, облепленный как новогодний трюфель золотистым трико, вышел первым. Сава должен был выплыть во время припева. — Ты же снимешь плащик, Совушка? — поинтересовался Муся, заискивающе стряхивая пылинку с его плеча. — Конечно. Муся зажмурился и вздохнул. Слишком уж спокойно это прозвучало. На сцене врубились дополнительные софиты, и Сава, отработанным шагом, слегка покачивая стройными бедрами, двинулся к краю импровизированного подиума, где должен был покрутиться и сбросить плащ. Так, третий, второй… Первый столик. За ним всего один альфа с квадратным подбородком и круглыми маслеными глазками. Сава ловко спрыгнул со сцены и, без промедления приблизившись к своей цели, по-кошачьи неторопливо прогнулся в спине, ложась животом на лакированную поверхность стола. — Так это ты меня купил? — промурлыкал он, запуская длинные пальцы в волосы альфы и окутывая его замершую фигуру ароматом дикой морошки. Альфа облизнулся, задышав часто и шумно. Сава был уверен, что под столом его штаны едва ли не трещат в ширинке. — Какие же вы все тупые животные… Вздохнув, Сава сжал в пальцах жесткие волосы и со всей силы, от души и с особым наслаждением приложил альфу головой об столешницу. Завопивший за его спиной Бузяков перекрыл фонограмму на пару тонов выше.