Запах Небес

— Ты представляешь! — в сотый раз возмутился Кроули, без стеснения отпивая виски прямо из горлышка. — Меня! И ангела!..       Они пили уже точно не первый и наверняка не второй час. Кроули лежал в кресле, закинув ноги на подлокотник. Очки потерялись где-то среди книг и вечно разбросанных пергаментов, но сейчас Кроули особо не переживал за них. Все его мысли были заняты возмущением.       Азирафаэль был пьян не меньше, чем его друг, но сидел спокойно, прижимая вино к груди, словно оно было самым ценным предметом в его жизни. Но несмотря на три литра алкоголя, Азирафаэль старался внимательно слушать Кроули. Ведь друг в беде, и он должен помочь! — Я… ик! — ангел громко икнул, что было свидетельством высокой степени опьянения. — Какой именно ангел им нужен?       Глаза слипались, и Азирафаэль готов был заснуть прямо на полу, но голос Кроули, неприятно громко резавший тишину, стучал набатом по воспаленному сознанию. — Любой, — как-то особенно горько ответил Кроули, смотря в горлышко бутылки и с сожалением осознавая, что виски иссяк. Азирафаэль встрепенулся, вставая и пьяно пошатываясь. — Я… — ангел неосознанно причмокнул, находя точку равновесия, — я принесу еще. — Нет! — развязно запротестовал демон, соскальзывая с кресла подобно змее. До Азирафаэля запоздало дошло, что Кроули и есть змея в истинном обличии. Эта мысль вяло повисла в голове беловолосого создания и почему-то усердно не хотела вылезать. — Кро…у…ли-и, — пьяно пропел ангел, поднимая руку и покачивая указательным пальцем в воздухе, — ты гость. Сиди, пужало…пжало…пожалуйста.       Кроули же тем временем явно не собирался выполнять просьбу белокрылого друга и пошел в его сторону, едва не путаясь в ногах. Ведь надо так надраться… «Надо!» — скомандовал в своей голове падший. — «Повод есть». — Не-е-ет, — Кроули попытался оттеснить Азирафаэля с пути к подсобке. Для демона это было игрой: кто раньше доберется до выпивки. — Отста-ань, — жалобно проверещал ангел, несильно хватая демона за отвороты пиджака и намереваясь оттолкнуть его в сторону. — Я сам!       Но всё, как и всегда, пошло не по плану. Азирафаэль споткнулся о книгу и испуганно взвизгнул, падая на пол и утягивая за собой и без того нетвердо стоящего на ногах Кроули. В магазинчике послышался характерный звук падения двух тел, а затем всё стихло.       Азирафаэль мутным взглядом смотрел на Кроули, который навис над ним. Демон упирался ладонями в паркет по обе стороны от головы ангела, а желтые глаза с расширенными от алкоголя зрачками вопрошающе смотрели на друга. Азирафаэль закряхтел: ему почти не было, чем дышать. Кроули нагнулся, чтобы податься назад и встать, но замер. — Кроули? — настороженно позвал падшего ангел, бегая глазами по лицу и волосам напротив. — Этот запах… — Кроули едва не уткнулся носом в шею Азирафаэля, глубоко вдыхая до боли знакомый аромат. Нет, не вина или одеколона ангела. Хотя эти запахи тоже были вполне знакомы демону. Азирафаэль пах чем-то светлым и мягким, чем-то… по-ангельски чистым. Азирафаэль пах Небесами. Опьяненный ароматом еще больше, чем виски, Змий подался вперед и лизнул шею ангела. Да! Так пахла райская лаванда, когда Энтони был таким же, как Азирафаэль. — Кроули, Христа ради, что ты делаешь? — Азирафаэль попытался выползти из-под тела демона, но быстро понял, что ползать — точно не его конёк. Молящие нотки в голосе ангела заставили Кроули очнуться и буквально отлететь от друга, мотая головой, чтобы прогнать наваждение. Азирафаэль неуклюже поднялся, отряхивая костюм и расфокусированным взглядом наблюдая за другом. — Прости… — Кроули сам пытался понять, какого Дьявола сейчас натворил. — Мне пора. — Погоди! — окликнул его Азирафаэль и щелкнул пальцами, протрезвляя их обоих и с облегчением вздыхая. — Теперь иди.       Кроули буквально тут же исчез, оставляя за собой легкий ветер и хлопок массивной деревянной двери. Через несколько секунд мотор Бентли стих где-то вдалеке.       Азирафаэль устало сел в кресло, где недавно лежал Кроули, и уставился немигающим взглядом в окно. Мокрая дорожка от прикосновения демона все еще горела, вгоняя ангела в краску, но пернатый не чувствовал отвращения. То есть… Кроули никогда не был ему противен, скорее, даже наоборот, но… этот жест друга должен был вызвать в Азирафаэле отрицание хотя бы потому, что он ангел. Ничего. Ничего, кроме небольшого шока.       Кинув взгляд на пол, Азирафаэль приметил очки Кроули и, нагнувшись, поднял их, внимательно рассматривая. Интересно, сколько эмоций падшего скрыли эти затемненные стекла? Азирафаэль предполагал, что множество: гнев, разочарование, раздражение, боль, обида… и, наверное, что-то светлое, что Кроули так усердно отрицал в себе. Нежность, ласка, умиление, любовь? Может быть.       Собственное сердце неприятно сжалось в груди Азирафаэля и заныло. Любовь… кому достанется любовь Кроули? Другому демону? Человеку? Ангелу, которого ему предстоит соблазнить? В любом случае, если Энтони будет счастлив, то и Азирафаэль тоже. ***       Прошло около недели после инцидента в магазинчике. Кроули старался не попадаться на глаза никому: ни людям, ни демонам, ни начальству, ни Азирафаэлю. Особенно Азирафаэлю. Странное тёплое чувство, охватившее демона, когда он коснулся шеи ангела, совершенно не собиралось отпускать, и падший готов был биться головой об стол, чтобы всё это закончилось. За неделю Энтони успел убедить себя в том, что наваждение было вызвано ностальгией по Небесам, не более. Азирафаэль не был причастен к этому. Этот ангел был слишком чист и невинен, чтобы Кроули впутывал его в свои опасные демонические игры. — Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! — прокричал Кроули, цепляясь пальцами за свои волосы и оттягивая их. Будь благословлено это дурацкое задание. Соблазнить ангела! Да где он возьмет ангела? Эти белокрылые ублюдки постоянно ошиваются на Небесах, да и особого желания искать кого-то у Кроули не было. «Азирафаэль», — кричало демоническое начало. — Азирафаэль… — выдохнул Кроули, качая головой. — Нужно наведаться к нему. Всё-таки вышло… неудобно.       О нет, конечно же Кроули не собирался просить прощения у ангела. Да ни за что! Ни за один статус, чин или выходной! Нет-нет-нет. И еще раз нет. * — Азирафаэль, прости меня за тот вечер, — демон явился в магазин Азирафаэля посреди дня, не позаботившись о том, что там могут быть посетители. Но рабочий день был в самом разгаре, покупателей было от силы один в два часа, поэтому ангел спокойно листал старую греческую книгу, время от времени хмурясь или удивленно вскидывая брови. — О… — ангел снял очки и встал со стула, не спеша приближаться к другу. — Кроули, я очень рад, что ты пришел.       Ангел печально улыбнулся и жестом пригласил Энтони присесть, но тот отрицательно замотал головой, поправляя новую пару очков. — Мне еще задание нужно выполнить, — Кроули развернулся и зашагал к двери.       Азирафаэль застыл. Прошла неделя, и Кроули до сих пор… то есть… нет? Не нашел ни одного ангела? Или не искал? Ангел отмахнулся от потока мыслей как от надоедливых мух и подбежал к демону, хватая его за руку. — Кроули, нам нужно поговорить, — Азирафаэль посмотрел в лицо друга. Тот покривился и вырвал руку, открывая дверь. — Не нужно, Азирафаэль. Забудь, — демон почувствовал что-то, напоминающее грусть. Он не хотел уходить. Не хотел оставлять Азирафаэля с кучей вопросов и догадок.       Он хотел, чтобы всё случилось иначе.       Но назад не повернёшь и в прошлом ничего не изменишь. Тот вечер случился, и он останется в памяти обоих, как бы Кроули не стремился выкинуть блаженное ощущение из памяти и из сердца. — Я не могу, Кроули… — в голосе Азирафаэля снова проскользнула мольба, и Энтони прикрыл глаза. — Останься…       «Останься»? Если бы не очки, ангел увидел бы, как глаза Кроули застыли, смотря строго перед собой. Погодите, он не ослышался? Азирафаэль попросил его остаться? Дьявол, ну что за ванильная драма!       В одно мгновение Азирафаэль оказался прижат к стене. Но не так, как в монастыре год назад. Немного мягче и осторожнее. Кроули медленно приблизился к ангелу вплотную, одной рукой приобнимая того за талию, а второй — зарываясь в короткие светлые волосы, вороша их ещё больше.       Азирафаэль сглотнул, но не отстранился и не оттолкнул падшего от себя. Ангел не был напуган, или разочарован, или оскорблён. Он чувствовал себя… по-новому. Это как пробовать новый торт после того, как долгие годы ел один и тот же. Перед тобой стоит тарелочка с кусочком, и ты недоверчиво косишься на него прежде, чем отломить немного и наконец положить в рот.       Одним ловким движением Азирафаэль снял очки с Кроули и откинул их на стол. Демон изумился такой вольности ангела, но промолчал, перехватывая его запястье и целуя бледную кожу.       Азирафаэль забыл, как дышать. Не то чтобы ангелам вообще требовался воздух, но в данный момент Азирафаэль задержал дыхание, с удивлением и трепетом наблюдая за действиями падшего. Эта нежность, несвойственная демонам, могла бы насторожить ангела, но тот слишком доверял д р у г у, чтобы подозрения хотя бы на секунду охватили его разум. Кроули отстранился; Азирафаэль не мог допустить, чтобы тот отошел дальше, чем на тридцать сантиметров. — Кроули… — прошептал ангел, притягивая демона одной рукой за шею и наклоняя к себе. Их губы оказались настолько близко, что Азирафаэль ощущал горячее дыхание Энтони. Радужка змеиных глаз потемнела, а зрачки-щелки расширились, выдавая Кроули с головой.       Рука демона спустилась ниже, на поясницу ангела, поглаживая её и словно чего-то выжидая. — Азирафаэль, надеюсь, ты осознаёшь, что сейчас произойдёт, — Кроули прищурился, изучая покрасневшее то ли от смущения, то ли от духоты лицо ангела напротив, а затем поцеловал его.       На минуту время для Азирафаэля остановилось.       Это был его первый в долгой ангельской жизни поцелуй, и он был… потрясающим. Губы Кроули будто пробовали его на вкус, осторожно изучали и примерялись; Азирафаэль прикрыл глаза, робко обнимая Энтони за шею и позволяя углубить поцелуй. Неожиданно ангел вспомнил, что сегодня с утра приходил Гавриил и лично отдал приказ: «Наставь одного демона на путь истинный». Азирафаэль с трудом понимал, что для Гавриила является «истинным путём». Служение Небесам? Или ему одному? Ангел поморщился. Для него самого существовал единственный истинный путь: любовь. Только она способна пробудить лучшие стороны человека.       А пока Азирафаэль рассуждал в своей голове, Кроули углубил поцелуй, проводя по ровному ряду зубов ангела языком и наконец проникая внутрь. Азирафаэль тихонько застонал, когда язык демона коснулся его языка, и рефлекторно подался вперёд, ожидая от Кроули дальнейших действий.       Падший, абсолютно довольный результатом своей маленькой шалости, усмехнулся и отстранился, невозмутимо смотря на ангела. — У тебя ещё много работы, не так ли? — Энтони кивнул в сторону стола, как обычно загруженного бумагами. Азирафаэль прикусил губу, смотря на Кроули снизу вверх. — Сейчас я свободен, — на самом деле, его ждал огромный перевод, но Азирафаэль откровенно плюнул на него. Кроули только что поцеловал его едва не до потери сознания, какой уж тут перевод! — Ну раз так… — демон ухмыльнулся, грубо хватая ангела за руку и притягивая к себе, чтобы оставить мокрый и глубокий поцелуй на его нежных, почти девственных губах. — Ангел… — Энтони уткнулся носом в шею Азирафаэля, и… чёрт, этот запах чистоты и невинности, ясно различимый демоном соблазнения, сводил Кроули с ума. Падший прикусил светлую кожу шеи ангела, вырывая из груди Азирафаэля удивлённый вздох.       В следующую секунду ангел и демон оказались на втором этаже магазинчика, оборудованном специально под спальню. Кроули никогда здесь не был, считая это место святая святых Азирафаэля. Ну, знаете, личное пространство. А мысль о том, что это именно Азирафаэль перенес их сюда, не могла не ласкать самолюбие демона. — Азирафаэль… — тихо прорычал Кроули, освобождая ангела от многослойной верхней одежды. Азирафаэль дрожал — Энтони прекрасно чувствовал это руками. Ангел боялся, и демон понимал его страх. Грехопадение — не самое приятное, что может быть в жизни ангела. Но Азирафаэль всё ещё был здесь и таял от прикосновений Кроули, что демон посчитал молчаливым согласием.       Никогда ещё Кроули так не радовался двухспальной кровати, как сейчас. Уложив полураздетого Азирафаэля на покрывало, Энтони навис сверху, грубо целуя ангела. Тот застонал: громче, чем внизу, у двери, и немного раздвинул ноги, чтобы Кроули было удобнее. Демон усмехнулся. — Предлагаешь себя, ангел? — Азирафаэль вспыхнул, отводя взгляд. На краю сознания ангел понимал, что падший был прав: Азирафаэль открылся ему полностью и отдался греховному влечению. Лишь бы получать больше этих обжигающе страстных прикосновений.        Кроули наклонился, раздвоенным языком оставляя влажную дорожку от ямочки ключиц Азирафаэля до пупка. Далее не позволяла ткань штанов, с которой, к слову, демон разобрался щелчком пальцев. И вот — самое прекрасное, что Кроули видел в своей жизни: Азирафаэль, обнажённый, зацелованный и смущённый, лежит перед ним, находясь на грани греха. Энтони плотоядно облизнулся; сегодня ему достанется вишенка на торте — девственность этого вечно правильного, нетронутого и невероятно красивого ангела.       Поцелуй, поцелуй, укус, засос… Кроули не хотел упускать ни миллиметра тела Азирафаэля. Сам ангел впился ноготками в плечи демона, откинув голову назад и предоставляя Энтони делать с ним всё, что тому заблагорассудится. Член требовал такого же усердного внимания, какое Кроули оказывал венке на шее или соскам ангела, но демон просто-напросто игнорировал этот факт, продолжая наслаждаться запахом и стонами Азирафаэля.       Собственный член упирался в ткань штанов, болезненно покалывая, и Кроули нехотя отстранился от своего ангела, снимая с себя штаны и боксёры. Из-под полуопущенных ресниц Азирафаэль следил за действиями демона и утробно застонал, когда налитое кровью достоинство Кроули оказалось в поле его зрения. Азирафаэль заелозил; хотелось большего. — Ну что, ангел, — демон хохотнул, нависая над Азирафаэлем. — Чего ты хочешь?       Это было чистой воды издевательство. Но Энтони нужно было куда-то девать свою демонскую сущность, которую он и так ущемил тем, что просто не взял и не засадил Азирафаэлю. За шесть тысяч лет их знакомства Кроули уяснил одну немаловажную вещь: Азирафаэль высоко ценил любовь и уважение. И поскольку падший был влюблён в него, то он не мог не быть осторожным и внимательным по отношению к ангелу. Особенно в такой момент.       Азирафаэль глубоко вздохнул, чтобы хоть как-то успокоить разбушевавшиеся чувства. Вышло не очень, но ангел смог вытянуть из мысленной неразберихи нужное Кроули слово: — Тебя.       Кроули прорычал, прикладывая явно не человеческую силу, чтобы перевернуть Азирафаэля и поставить того в коленно-локтевую позу. «Нежнее, — услужливо напомнил внутренний голос, — нежнее». Энтони фыркнул, но подчинился, ласково целуя выпирающие лопатки ангела. Здесь начинались крылья, и демон знал, какое удовольствие получал Азирафаэль от прикосновений губ падшего к этой эрогенной зоне.       Но сил на новую порцию поцелуев уже не было. Выпрямившись, Кроули создал тюбик со смазкой и выдавил немного лубриканта на пальцы, которые он поднес к сжатому колечку мышц ангела. — Расслабься, — прошептал демон, и Азирафаэль, прикрыв глаза, отпустил себя. Он не был человеком, поэтому физическая боль не была такой сильной для него. Чем Кроули и воспользовался, вводя сразу два пальца и начиная растяжку. Азирафаэль всхлипнул, стремясь уйти от неприятных ощущений. Энтони положил свободную руку на спину возлюбленного, успокаивающе поглаживая её. — Тише, мой ангел. Боль пройдёт, — Азирафаэль кивнул, сосредотачиваясь на поглаживании тёплой руки Кроули и не замечая, как тот добавил третий палец.       Естественно, член был внушительнее, чем три пальца, но Кроули просто не мог больше терпеть. Как и Азирафаэль, у которого от ожидания и напряжения начали подрагивать кончики невидимых крыльев. Обильно смазав член, демон придвинулся к заду ангела и выдохнул, аккуратно начиная вторжение.       Азирафаэль вскрикнул. Даже не от боли, которая прострельнула позвоночник, а от прилива неизведанных ощущений. Член Кроули был большим сюрпризом для ангела во всех смыслах. Большим и даже в какой-то степени приятным.       Кроули вошёл до конца и блаженно прикрыл глаза. Азирафаэль был таким мокрым, тесным и горячим, что Энтони еле сдержал порыв внутреннего демона изнасиловать ангела. Азирафаэль слегка подался назад, насаживаясь сам и так давая любовнику понять, что банкет можно продолжать. — Азирафаэль, что же ты делаешь со мной? — усмехнулся демон, делая пробный толчок. Затем ещё один и ещё…       Темп постепенно нарастал. Азирафаэль вцепился пальцами в простыню, слабо соображая, куда делось покрывало. Несчастная белая ткань буквально сразу была порвана. Ангел уткнулся носом в подушку, заглушая стоны, но Кроули посчитал это настоящим кощунством и зарылся пальцами правой руки в волосы ангела, оттягивая его голову назад и заставляя стонать вслух. Левая рука демона придерживала ангела за бедро.       Через минут пять стоны Кроули и Азирафаэля слились в один и наполнили всю спальню. Демон быстро и размашисто втрахивал ангела в постель, а тот двигал бёдрами навстречу, стремясь получить как можно больше удовольствия. — Азирафаэль… я… сейчас… — Кроули был на грани. Азирафаэль понял это и сжался вокруг него, давая недвусмысленный намёк. С громким полурычанием-полустоном демон излился в ангела, испытывая один из самых ярких оргазмов в своей достаточно долгой жизни. Ангел, почувствовав тёплую жидкость внутри себя, последовал за возлюбленным, кончая на простынь и свой живот.       Некоторое время в спальне слышалось только сбивчивое дыхание двух любовников. Затем Кроули аккуратно вышел из Азирафаэля и лёг на постель, щёлкая пальцами и очищая ангела и себя. — Можно ли считать это выполнением моего задания? — Энтони усмехнулся и притянул Азирафаэля к себе, устраивая его голову на своей груди. Тот приподнялся, смотря в любимые желтые глаза, всё ещё тёмные от недавнего оргазма, и хохотнул: — Или моего задания.       Кроули удивлённо посмотрел на ангела. — Мне велели наставить демона на светлый путь, — Азирафаэль пожал плечами и лёг на грудь Кроули, внимая ускоренному сердцебиению своего демона. — И мне кажется, я сделал это уже очень давно, — ангел зевнул и прикрыл глаза. На губах падшего появилась лёгкая улыбка. — Как и я давно соблазнил тебя на многие вещи. Если бы не я, ты бы никогда не узнал вкус своих любимых французских блинчиков. — Наверное, поэтому мы не подчиняемся нашим боссам. — Именно, ангел.