Доверься мне

Что может быть хуже одиночества? Изо дня в день слоняться в стенах университета одному. Ни друзей, никого. Ты поглощён только учёбой и ни чем больше. Стоит на кого-то взглянуть, как от тебя шарахаются и за спиной говорят, какой ты гнилой. И суть в том, что эту репутацию сделали за тебя. Ты вовсе не хотел, чтобы так вышло. Первые два месяца учебы ты был со всеми добр, стремился всем помочь, но сейчас ты абсолютно другой. А всё из-за клеветы. Всё из-за одной гадины, которая одним обвинением испортила мне жизнь. Иногда у меня появляются мысли, чтобы перевестись в другой университет, но как только я об этом думаю, то вспоминаю, с каким трудом мне удалось попасть в этот. — Ты кусок дерьма, — снова этот ненавистный голос. Я всегда его игнорирую, но до тех пор, пока обладатель не поднимает руку, — я к тебе обращаюсь! — Мотоясу положил руку мне на плечо и с силой сжал его. В то время я даже не посмотрел на него и сбросил ладонь с плеча, — я к тебе обращаюсь, демон. Я повернулся в сторону ненавистника и наградил его таким же гневным взглядом. Этого напыщенного блондина, как обычно окружали ученицы. А весела на его шее эта тварь, которая пустила ложные обвинения в мою сторону. Малти — сука, каких только поискать нужно. Я до сих пор не могу понять, почему она обвинила меня в изнасиловании, при этом публично. Именно месяц назад вся моя жизнь пошла под откос из-за этой шлюхи. Люди стали меня презирать и бросать в мою сторону косые взгляды, а иногда и обидные слова. Я злился. Очень злился, но виду не подавал. Я ходил с безразличием на лице. И никому больше не доверял. Прикол в том, что эта дамочка дочь проректора университета. Конечно же поверят ей. Ей всё сошло с рук. — Помнишь, кто в последней драке кому зад надрал? — ухмыльнувшись, спросил я у блондина. Он изогнул губы в недовольной улыбке и с презрением на меня посмотрел, — Значит помнишь. Тот мне ничего не ответил. Вот и правильно, пусть молчит. Но вместо него ответила та напыщенная сука. — Да как ты смеешь так разговаривать с господином Мотоясу? Немедленно извинись, — её голос был словно лезвием по металлу. Милый, за которым кроется противный и до жути раздражающий. Но я проигнорировал Малти. Захватив сумку, я вышел из кабинета. Почему из-за таких сук, как она должны страдать другие люди? Всё, что мне теперь остается — игнорировать. Пропускать мимо ушей все чёрствые слова. Но отвечать только тогда, когда назревает драка. А попадал я в такие передряги часто. Обычно они были с Мотоясу. — Извините, — тихий голос вывел меня из мыслей. Я опустил взгляд вниз. На меня смотрела пара розовых глаз. Единственное, что я в них увидел — страх. Конечно, что еще люди будут ощущать глядя на меня? Девушка присела на корточки и стала собирать листы, которые уронила, когда столкнулась со мной. А я даже и не почувствовал ничего. Слишком был поглощён своими мыслями. Я вздохнул и присел рядом с ней. Та явно не ожидала помощи от меня. — Извините, — опять повторила она, но в этот раз уже тише, заправляя выбившуюся рыжую прядь волос за ухо. — Зачем ты извиняешься? Ничего по сути плохого не произошло, — спросил я у неё, когда передал лист. Она с удивлением посмотрела на меня. Больше ничего не сказав, я прошел мимо неё, направляясь в сторону выхода. Холодный ветер ударил мне в лицо. Я чувствую некое облегчение, когда нахожусь снаружи здания. Только недолго мне пришлось радоваться. — Наофуми! — на моё плечо легла рука и с силой развернула лицом к обладателю. Доля секунды и я ощущаю кулак на своем лице. Чёртов Мотоясу. Прошлого раза ему мало было. Решил повторить. Хорошо, будет ему драка, раз он её хочет. Проигнорировав боль в области щеки, я схватил блондина за ворот рубашки и ответил ему тем же. Вокруг нас стала скапливаться небольшая толпа. Естественно все были на стороне Мотоясу. И та сучка тоже. Она нагло ухмылялась, смотря на меня, и восторженно выкрикивала имя своего обожателя. Я повалил его на землю и стал бить кулаками по лицу. А какой-то степени я получал от наших драк удовольствие. И эта была не исключением. Мне нравилось смотреть на то, как он мучается. Такое же у меня творилось в сердце. И я бы с радостью разбил морду той шлюхе, но она же девушка. Сраные стереотипы. Вдруг я почувствовал, как меня обняли со спины. Руку, которую я занес для удара, схватили за запястье. Я зло посмотрел в сторону того, кто посмел прервать мучения этого индюка. Какого было моё удивление, когда я увидел те же рыжие волосы и испуганные глаза. Снова эта девушка. Что ей нужно? — Немедленно прекратите! — громко крикнула она. Эти слова были обращены к нам обоим. Стоило мне отвлечься, как Мотоясу воспользовался моментом и ударил меня в челюсть. Скорее было неожиданно, чем больно. Я упал спиной на землю, не забыв придавить ту девчонку своим телом. Всё из-за неё. Я наградил её гневным взглядом и вновь поднялся на ноги. Теперь этим взглядом я сверлил блондина. Я не собирался сдаваться, как и эта девушка. Она стала между нами и не давала обоим ступить и шагу друг к другу. — Отойди красотка, — посмотрев на неё, ласково произнёс Мотоясу. Как бы там ни было, но к девушкам он даже в такие нагнетающие моменты относился с уважением. — Разве никто их не остановит? Они же поубивают друг друга! — голос девушки дрожал, хоть она и старалась быть решительнее. Но на её слова толпа лишь посмеялась. — Это нормально, отвали от них, — прекратив смеяться, сказала Малти, — только мешаешь. Смотри аккуратнее, а то Иватани и тебя может ударить. Ему без разбора кого бить. Я сжал зубы и кулаки. Как же хочется сровнять эту девку с землёй, вместе с её напущенным индюком. Я вдохнул в лёгкие побольше воздуха. Мне ничего не оставалось, как уйти. Что я собственно и сделал. Перед тем, как уйти, я гневно посмотрел в глаза той рыжей девушки. Какого хрена она вообще вмешалась в драку? Стояла бы с остальными студентками и смотрела, восхищаясь тем уродом. Преимущество было на моей стороне. И если бы не она, то я бы в конец разбил ему лицо. Но всё же, почему она вмешалась?