Красноглазая

«Майко»

В какой-то момент, Рой вежливо попросил всех выйти, чтобы поговорить с юным дарованием наедине. Я не противилась, схватила доспех, то бишь второго брата, и потащила его в другую комнату. — Не понимаю, как это возможно, — с маниакальным блеском говорю, усаживая Альфонса прямо на пол и снимая его шлем. Кровавая печать поражала. В голове до сих пор не укладывалось, что такое вообще возможно. Нет, в моем Мире тоже было что-то подобное. Например, запретная техника Второго Хокаге, но там совсем другой подход! Насколько я слышала, для призыва нужна жертва. А тут, просто душу присоединить к доспеху! Алхимия в этом плане поражает… — Как вас зовут? — вежливо поинтересовался мальчик, смирившись с моими действами и уже не пытаясь вырваться. — Рея Сноу, — верно, я ведь не представилась. Да и какая разница сейчас! У меня тут разрыв шаблона идет по полной. Вот, даже Широ на шее в каплю впал. Что уж там говорить про слабого человека? — О чем вы думали в тот момент? Мертвых не вернуть. Боги не позволят. Но если и есть нормальный способ воскресить человека, о нем бы все равно не написали бы в книге. — Мы просто хотели увидеть вновь маму, — грустно прошептал он. А мне стало стыдно. Что же взять с ребенка то? Тут бы взрослый не удержался. — Мне жаль, — поглаживаю Широ, — Жизнь жестока по своей натуре. — Братика ждет наказание? — Элрик опустил «голову». — Свое вы уже получили, — выпрямляюсь, — Но будь уверен, подполковник никому не скажет о вашем случае так же, как и я, — ведь, если прознают, быть беде. А Мустанг слишком благородный, чтобы бежать и трещать об этом на каждом углу. Да и здесь мы лишь для того, чтобы получить столь юных дарований на свою сторону. — Правда? — наивно переспросил Альфонс, вызывая слабую улыбку. — Да. — А можно котика погладить? — более робко. Широ напрягся. Я задумалась, еще раз погладив мягкую шерстку. — Держи, — кое-как удалось отцепить от себя Широ, под его возмущенное мяуканье, — Веди себя хорошо, — уже коту. Через минуту Альфонс вовсю гладил его, пока он зло буравил меня. Ох, чувствую, аукнется мне это. А в воздухе так и повисло: «предательница». Когда Мустанг выбрался из комнаты, я спокойно сидела в кресле, попивая вкусный чай и мысленно рассуждая о смысле жизни. — Какого? — заметив Широ в чужих руках, брюнет тормознул, во все глаза смотря на эту картину, — Тебя променяли? Смеюсь, отрицательно качая головой и делая небольшой глоток из кружки. — О чем вы? — удивился ребенок. — Как тебе удалось заполучить этот вредный комок шерсти? — озвучил свои мысли подполковник, подходя ближе, — Он, кроме лейтенанта, никого близко к себе не подпускает. — А? — Просто нужно уметь просить, подполковник, — на это Широ издал шипение, синие глаза прищурились, а длинный хвост заходил ходуном, — Не злись, все свои. — Мяу! — он резко вывернулся из рук Альфонса и помчался на меня с расставленными когтями. Резко вскакиваю, уходя с траектории, со смехом забегая за Мустанга. Широ же на всех парах вписывается в кресло, шипит. Снова бросок. Теперь уже орет Рой, который огреб за меня. Его рукав превратился в считанные секунды в лоскутки до локтя. А красные царапины украшают бледную кожу. — Простите, подполковник, — виновато улыбаюсь. — Какой он шустрый, — подмечает Альфонс, но тут же с печалью, — Может, аптечку? — Нет, — Мустанг тяжело вздыхает, — Нам уже пора. Скоро поезд. — До свидания, — первая вылетаю из дома, за мной агрессивный Широ с вытянутыми когтями… Так я и бегала от злого котика, пока не додумалась на вокзале достать кошачью мяту и потрясти ею в воздухе. Широ подумал, подумал и принял извинение. — Так вот как ты его приручила, — с довольной улыбкой оповестил меня Рой. — Возможно, — это отчасти, правда, — Поехали домой? — Да.

***

По прибытию, сразу же пошли в штаб. Широ шел на своих четырех, пока я прикидывала, сколько же работы скопилось за время нашего отсутствия. Мустанг же прибывал в нелегких мыслях, то и дело хмурясь. — А у нас проверка! — с порога «порадовал» Хавок. — Нет, — устало сажусь за стол, опрокидываясь на спинку стула, — Они должны были прибыть послезавтра. — Сами удивлены, — блондин откладывает отчет, — Весь штаб на ушах стоит. Прибывшая «делегация» довела всех уже до нервного тика. Полковник у них довольно заносчив. — Что и следовало ожидать от столичных, — зеваю, — Наш отдел проверяли? — Нет, — собеседник качает головой, — Вот, должны скоро прийти. — И за что нам такое горе?

***

С первого взгляда мужчина лет тридцати мне не понравился. Он смотрел на нас свысока, кривя губами. Презрительно оглядев кабинет, остановился на мне. — Где подполковник Мустанг? Почему не на месте? — без приглашения завалился на диван, что стоял в углу, — И сделайте уже мне кофе. А не пойти бы тебе…! — Подполковник Мустанг сейчас находится у генерал-лейтенанта Груммана, — встав с места, отдаю честь и по-военному отчитываюсь, — Как прикажете. Кофеварка стояла рядом с диваном. Быстро достаю из шкафчика все необходимое, и через десять минут на небольшом столике стояло все необходимое. — Почему в части находится это? — полковник, даже имя его не запомнила, указал на посапывающего Широ. Хавок резко побледнел, затем прикрыл очередным отчетом лицо. Наверное, сдерживая предвкушающую усмешку. Ему конец. — Это… — и что бы такого придумать то? Как назло, в голову ничего не лезет. Плохо дело. — Что ж, — полковник встает со своего «трона», неспешным шагом подбирается к котику, и только попытался взять его за шиворот, как получил очень внушительную царапину на пол руки и разорванный рукав формы, — Да как ты?! Мужчина с рычанием, хватает пистолет. Прицеливается, выстрел. Пуля пробивает стул, а Широ уже в прыжке, с намерением украсить красивое личико полковника. Тот, естественно, не успевает увернуться, по полной огребая. А затем мой напарник молча выпрыгивает в окно. Тишина… — Никому ни слова, — полковник одаривает нас с Хавоком смертельным взглядом. Мы болванчиком киваем. Пытаясь удержать серьезное лицо, а не заржать, — Если проболтаетесь, убью. Проверка долго не задержалась в нашем отделе. Мужчина слишком быстро ретировался, гордо покидая нашу обитель, даже не дождавшись Мустанга. — У меня плохое предчувствие, — киваю. Кажется, за такое унижение нам еще прилетит. Но это стоило того. А через полчаса вся исцарапанная делегация отправилась восвояси. От Груммана Широ получил личную благодарность и десять килограмм рыбки. Штаб еще месяц смеялся над всей этой историей. А Широ ходил довольней некуда всю следующую неделю.