Красноглазая

«Майко»

Я находилась в одном из узких и темных переулков, недовольно буравя взглядом своего ученика. Клон только-только развеялся, отправляя мне всю информацию о бое с гомункулами, а точнее с самим Фюрером. Похоже, я стала сильнее Счастливая улыбка появилась на лице. Значит, все мои тренировки были не напрасны, раз даже клон с легкостью уворачивался от атак мужчины. В прошлый раз было намного тяжелее… Тогда в Ишваре после сражения с ним я едва переставляла ноги, ни черта не соображая. Шла на чистом упрямстве и чуть не погибла. Если бы не мой клон, оставленный Мустангу, то умерла бы от банальной пули, от рук обычного рядового солдата. Вот бы была потеха… Прикрываю глаза на минуту, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце. Выходит с трудом, так как горечь от собственных неправильных поступков оседает на языке. Сколько из-за моих игр умерло ишварцев? Я ведь собственноручно их убивала, чтобы спасти задницу Роя. Могу ли я после такого что-то говорить собственному ученику? Он меня возненавидит, если узнает правду. Даже, скорее всего захочет убить… — С вами все хорошо, учитель? — взволнованный тихий голос Айшера выводит из собственных сожалений. Нервно улыбаюсь, наклоняю голову немного в бок и всматриваюсь в кроваво-лиловые глаза собеседника. — Вы выглядите взволнованной. Красиво. — Просто устала, — верно, просто устала. От всех игр! От того, что каждый раз нужно сражаться! От вранья! От всего и всех… — Что им нужно было от тебя, ребенок? Интересно, а смерть принесет спасение? — Я… Перешел им дорогу, — сглотнув, пробормотал парень. — Вы не поверите, но я узнал, как делаются философские камни. Нет, не перебивайте, они и вправду существуют! Но лучше бы нет! Ведь, для их создание нужны жертвы и… — Я знаю, — с грустной улыбкой говорю, опуская взгляд. — Я все знаю, Айшер… — И почему вы меня не удивили, — глухо рассмеявшись, сказал он, внезапно оседая по стене на каменную кладку и смотря высоко в небо. — Вы всегда много знаете. Всегда были выше всех людей, которых я знал. Сильнее, благородней и… — Прекрати! — не выдерживаю. Дыхание вновь сбилось. — Ты ничего обо мне не знаешь! Уж понятия не имею, какой идеал ты себе нарисовал, но это не я! — едва сдерживаю себя от того, чтобы не врезать от бессилия по стене. Боль бы отрезвила хоть на мгновение. — Знаешь, скольких я в своей жизни убила? И не на твоей родине, а на моей? За обычные монеты! — Вы не взяли с ишварцев ни копейки, — жестко парировал ученик, на что я громко рассмеялась. Больше истерично, чем радостно. — Вы помогли, а другим было все равно… Они ненавидели нас за наши необычные глаза и цвет волос. Мы не такие. Они считали, что мы не люди, а… — Демоны! — договариваю я, включая свой Шаринган. Он угрожающе пульсировал, адреналин пошел по крови, а на губах появилась едкая, ядовитая улыбка. — Видишь мои глаза, Айшер? На моей родине слишком многие хотели их присвоить. В конечном итоге, им это удалось. Они убили почти всех. Лишь крупицы из сотни человек смогли спастись. — Ужасно! — прошептал побелевший парень. — Очень, — усмехаюсь. — Ирония в том, что мы… Повелись на обычную провокацию, которая и привела к вымиранию клана. Я спаслась по чистой случайности. Мой лучший друг и напарник убил мою мать при мне. Я не успела ничего сделать, даже среагировать… А он… После он спас меня. Майко, прекрати! Нельзя говорить такое, но я просто устала от молчания! Пусто. В душе давно было пусто и одиноко. Я сражалась и жила чисто на упрямстве. Если так подумать, когда я сражалась лично за себя? Разве что с Гридом, когда тот захватил мое тело… — Ваши глаза… Они?.. — М? — моргнув, поднимаю взгляд на ученика. По виду он что-то желал у меня спросить про них, но не решался. — Они особенность моей семьи. Можно сказать, это продукт генной инженерии. — То есть, у ваших детей тоже будут такие глаза? — Да, если смогут в свое время их пробудить, — не умереть бы, правда, раньше, до того, как рожу спиногрыза. — Они же вам что-то дают? — С чего такой интерес? — уже с настороженностью спрашиваю. Ученик-ученик, а клановые знания — клановые. — Просто интересно. — Отличное зрение, — усмехаюсь, смотря в удивленные глаза Айшера. Ага, отличное. С Мангекё-то! Уже сейчас мое зрение не такое идеальное, какое было. За все надо платить в этой жизни. — Понятно, — странно протянул гласные ученик. Видимо, не поверив. — Послушай, возвращайся домой, — серьезным тоном попросила я его, сложив руки на груди. — Гомункулы не твоя весовая категория, как ни крути. Ими займусь я, хорошо? — слабо улыбаюсь, видя, как сомнения появились в кроваво-красных глазах. — У тебя же есть дядя, верно? Вот и живи с ним! Помоги им вновь обустроить разрушенные города! Своей местью ты ничего не добьешься. И никак не сможешь помочь тем ишварцам, которым нужна помощь другого рода. — Я понял, — кивнул парень. — Единственное, что бы я у вас хотел спросить… Почему вы в тот раз меня оставили? — Ась? — удивилась я, а затем устало выдохнула, ласково улыбнувшись и потрепав ребенка по мягким волосам. — У тебя появился дядя. Хоть я видела его мельком, смогла понять, что он хороший человек и сможет дать то, чего бы я никогда тебе не дала — спокойную жизнь. Ведь, если о моих глазах кто-то прознает… Возможно, начнется охота уже здесь. — Я бы пошел за вами, учитель. — Знаю, Айшер, — правда, он пошел бы за мной. Подверг свою жизнь опасности, но пошел. Война и правда сближает намного сильнее кровных уз. — Береги себя. — И вы учитель, — парень медленно поплелся на выход, немного прихрамывая. Затем резко остановившись, тихо бросил, прежде чем скрыться с моих глаз. — Если понадобиться помощь, найдите меня. Шрам знает, где я живу — Конечно, — шепчу в пустоту, зная, что я ни за что в жизни, не воспользуюсь этим предложением. Не знаю, сколько времени я еще так простояла, но из оцепенения меня вывел знакомый урчащий голос напарника. — Вот ты где, глупая Майко! — возмущенно прорычал Широ, в пару прыжков спустившись с крыши на землю. — Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени а? — А? — Точно, через час Мустанг объявится, а дома и мыши нет! Чем кормить будем его? — Черт! — выругалась я, срываясь с места.