Красноглазая

«Майко»

Собираться на бой — всегда чертовский тяжело. Нервная дрожь и необъяснимый страх будут дышать тебе в спину, затуманивая разум пеленой ненужных страстей. От них нигде нет спасения. Даже, собственное бесстрашие перед Костлявой куда-то исчезает, оставляя горький привкус надежды на жизнь. Майко всегда знала, что умрет в битве. По-другому, ведь просто не может быть! Она стольких убила. Стольких покалечила и сломала им жизнь лишь потому, что была сильнее и везучей. И когда-нибудь колесо судьбы отвернется от неё, потребовав то, что девушка так беспощадно забирала себе, в надежде продлить свой век немного дольше — жизнь. Учиха уже знала своего губителя — Отца гомункулов. Того потрепанного жизнью старика, от которого за милю несло смертью и горем. Нет, не его. А его жертв. Они сидели глубоко в нем. Рыдали, моля о пощаде, о милом забвении, о свободе. Но получали лишь полное безразличие. Воспоминания о пленении вновь всплыли в памяти, вызывая панический страх и желание спрятаться под одеяло, пока все не утихнет. Брюнетка боялась не смерти, а того, что может сделать с ней этот Отец. Вновь пройти семь кругов ада и спастись, она уже не сможет. Что уж там, я даже не уверена, что смогу с ним сразиться… Верно. От одного воспоминания приходит неконтролируемое оцепенение, а сердце пропускает десяток лишних ударов. Майко просто понимает, что, завидев героя своих кошмаров наяву, сдастся сразу. И нет, не смиренно будет ждать вердикта о своей судьбе от победителя. А трусливо убьет себя на месте, лишь бы не попасть к нему в лапы. Брюнетка очень сейчас надеется, что Риза все же не решилась спеться с врагом. Что она затеяла лишь обычное отравление или банально пустит пулю в лоб. Все, что угодно, кроме Отца, собственной персоной. Да, даже если и сговорилась с ними, то пусть на захват придут хоть все гомункулы, но не их старик… Как же сейчас Учиха желает по-человечески сбежать от проблем. Она не герой. Ей тоже бывает страшно и одиноко. Она тоже видит кошмары ночью и имеет собственные слабости. Но ради своих друзей, которых Майко обрела в этом Мире, в очередной раз нужно пересилить себя и идти бесстрашно в бой. Как истинная Учиха, не показав хоть капли сомнения и тягостных эмоций… — Не думал, что ты решишься связаться со мной, — насмешливо-громогласный голос раздался в пустой квартире, от чего брюнетка заметно вздрогнула, резко обернувшись на гостя. — Мы же так плохо расстались, дорогуша. — И тебя я рада видеть, Грид, — убито говорит, оборачиваясь обратно к столу, на котором лежала подсумка с кунаями и сюрикенами. Нужно было тщательно проверить всю амуницию прежде, чем выдвигаться в путь. — Что? Даже, не обнимешь старого друга? — дальше стал подначивать девушку гомункул, сложив руки на груди и подперев стенку. Поймав недовольный взгляд алых глаз, он показушно-обиженно фыркнул, отворачиваясь. — Эх, а когда-то, это тело было моим… — Что ты хочешь за помощь, Жадность? — холодно и деловито спросила Майко. Она прекрасно понимала, что за просто так гость помогать ей не будет. — Ооо, — удивился он. — Не ожидал с порога такого подхода. Но я даже рад, ведь. — Проси, что хочешь, — перебивает, а затем с предельной осторожностью добавляет. — В пределах разумного, конечно. — Скучная ты, — обиженно фыркает, а затем смеется Грид. Эта девушка нравилась ему все больше и больше. — Я желаю тебя! Эй, не стоит так страшно смотреть на меня своими прекрасными и одновременно пугающими глазками. Прекрасно понимаю, что эта несбыточная мечта. Но я бы с радостью поприветствовал тебя в своей будущей компашке. — И?.. — Ладно, я бы хотел от тебя небольшую услуга в будущем, — уже серьезным тоном продолжил гомункул. — Чувствую, скоро начнется самая настоящая жара. Мне нужен будет человек, который прикроет мою спину. — Враг у нас один, потому в накладе оба не останемся, так? — немного подумав, отвечает с заметным облегчением. — Так, и еще… — М? — Я бы хотел сменить тело в будущем. Даже, одно себе приглядел. — Говоришь будто о вещи в магазине, —недовольно буркнула Майко. — Я не знаю, на счет этой просьбы. Давай, позже это обсудим? — Хорошо, — спустя пару минут говорит гомункул. — Ты держись своё слово и не кинешь. А в случае чего, с тобой легко идти на компромисс. Как ни крути, а я сменю это тело. — И чем же тебе оно не понравилось? — Всем…

***

Майко стояла у квартиры блондинки и не решалась постучать в входную дверь. Все тело девушки было напряженно, она то и дело сканировала пространство на наличие посторонних, готовясь увернуться от атаки в любую минуту. Шаринган от столь бурных переживаний постоянно включался, приходилось с трудом сдерживать неспокойную чакру. Это было тяжелее всего. Наконец-то, Учиха смогла взять под контроль и тело, и разум. Три негромких стука о деревянную дверь. Несколько долгих минут, и дверь ловушки открылась, впуская жертву внутрь, чтобы тут же захлопнуться. — Ты долго, — взволнованно протараторила Хоукай, схватив Майко за руку и потянув в комнату. — Я уж думала, ты передумала! — Нет, — холодно бросила она, выдавив из себя вежливую улыбку. Сенсорика тут же активировалась по просьбе своей хозяйки, спокойно пройдя всю квартиру в поисках других людей, но не находя их. — Просто задержалась, извини. — Ничего! — тут же сладко улыбнулась блондинка, заводя Майко в просторную столовую-гостиную. Из всей мебели присутствовал лишь стол да пара ветхих стульев, а на полу из украшений лежал новенький ковер. Он очень сильно выбивался из общей колеи, заставляя Майко на мгновение остановиться у самого порога и настороженно оглядев его. Да у тебя паранойя, девочка… — Прошу, давай сначала отобедаем?! — немного жалобно пробормотала Риза, выводя Учиху из своих не очень радостных дум. — Я только недавно домой пришла после работы, есть хочу ужасно. — Хорошо, — с проскальзывающими счастливыми нотками ответила она, стараясь не усмехнуться. Стол был уже накрыт. Сев за стол напротив друг друга, девушки стали накладывать себе еду. Пусть блюд и было много, Майко брала только те салаты, что накладывала себе из общей тарелки Хоукай. Теория с тем, что блондинка решила её отравить набирала обороты. Похоже, Широ зря ходил за Гридом… На данный момент эти двое находились на крыше соседнего дома. Учитывая то, как они разговаривали между собой при ней в доме Мустанга, Майко могла с содроганием сказать, что две язвы нашли друг друга. И от этого становилось в двойне страшнее. Что ожидать от такого тандема непонятно. — Знаешь, — внезапно поднялась со своего места Риза, беря со стола бутылку вина в руки и начав открывать её штопором. — А я познакомилась с Роем раньше тебя. Он был учеником моего отца. Любимым, — красное, словно алая кровь, жидкость полилась в бокал, — Папа всегда хотел сына, и видел преемником своего дела лишь Мустанга, — немного подрагивающей рукой блондинка потянулась к бокалу Майко, потупив взгляд и полностью уйдя в воспоминания. — Потому, когда врач поставил ему смертельный диагноз, а Рой уже был в Ишваре, он попросил меня об одной услуге. И знаешь какой? — Какой? —ледяная маска застыла на лице брюнетки. Она прекрасно понимала, что капкан уже захлопнулся. Это не простое откровение. За ним идет лишь одно — её собственная смерть. — Отец начертил на моей спине секрет огненной алхимии. Какой-то алхимический круг, я не слишком в этом сильна, — злая усмешка коснулась губ Хоукай, и она сделала глоток вина. — А затем, попросил меня идти добровольцем в армию и показать её полковнику, — еще глоток. — Я сделала все, как сказал папа, а затем Рой сжег с моей спины эту татуировку. — Твой отец был гением, — совершенную правду сказала Майко. — Алхимия Мустанга поражает своей убойностью. Попади формула не в те руки… — Папа тоже это понимал. Потому доверил её Рою. — Зачем ты мне все это говоришь? — Хочу объяснить тебе, что я любила Роя с самого детства, и я готова ради него на все! Мы с ним вместе прошли большую половину войны в Ишваре, прикрывая друг друга. И прошли бы её всю, если бы не твое внезапное появление, сучка! — Риза сорвалась на крик. Слетела дружелюбная и заискивающая маска, оголяя самые мерзкие эмоции человека, преображая когда-то прекрасное лицо в безумный страшный оскал. — Я бы сейчас жила с ним! Он бы меня любил, а не тебя! Если бы только тебя не было в этом Мире! — Успокойся, — безэмоционально проговорила Учиха, медленно поднимаясь со своего места и аккуратно прощупывая пространство на наличие незваных гостей. Их же опять-таки не было. — Чего ты хочешь сейчас от меня? — Хочу? — удивилась собеседница, а затем с еще более широким оскалом сказала. — Чтобы ты вернулась туда, откуда ты пришла, тупая тварь! Но сама ты туда возвращаться не планируешь. Потому, чтобы я познала покой, нужно сделать одно… Майко так и замерла шокированная на месте, когда Риза с силой сжала в руке бокал с вином. Естественно, он в ту же секунду треснул. Естественно, его осколки впились девушке в руку, а кровь густыми каплями потекла вниз. — Что ты творишь? — прошептала брюнетка, во все глаза смотря на обезумевшую Хоукай. Учихе бы сорваться с места, увеличить расстояние между ними, но тело почему-то отказалось двигаться. То ли от шока, то ли еще от чего. — Просто возвращаю тебя обратно! — подцепив носком край ковра и оголяя уголок начинающейся пиктограммы, она сжала окровавленную руку над ней. — Прощай, сучка! Всего мгновение, и под ковром что-то начало сиять голубыми переплетающими между собой линиями. Это было прекрасно и завораживающе. Только дикий, словно шакалий, смех портил картину. Яркая вспышка света озарила всю комнату, осталась только Риза. Ни мебели в комнате, ни Майко… — Получилось! Получилось! — с безумием прокричала Хоукай во всю глотку, роняя слезы радости на отчего-то теплый пол и не сдерживая смех. — Я победила тебя, Майко! Победила! Он мне не солгал!