Невинные глаза зверя

Где-то в Сиэтле или его окрестностях? 24 июля? ? :? — Что здесь происходит, Джон? — прошептала девочка. Она испуганно оглядела комнату, и перевела взгляд на Видаля. «Джон», — отметил про себя Пак, — «Она назвала его Джон…», — а вслух сказал: — Здравствуй. Девочка не откликнулась. Она старательно отводила от Джинёна взгляд и лишь продолжала рассматривать комнату. — Не обращайся к ней, она не разговаривает с незнакомцами, — усмехнулся Франсуа. — Ты ведь Лора? Разве нет? — еще раз попытался Джинён. Он решился приблизиться к девочке, но Видаль сразу шагнул наперерез. — Не забывайся, друг, — хмыкнул он, — Ты всё ещё в невыгодном положении. «Будто когда-то бывал в другом», — Джинён всё равно разглядывал девочку. Она представлялась ему другой, несколько взрослее, но сейчас перед ним стояла совсем худенькая малышка с широко распахнутыми карими глазами. Тонкие руки крепко прижимали к груди плюшевого медведя. — С каких пор ты перешёл на детей? — Перешёл? — хмыкнул Видаль, — В каком это смысле? — Ты знаешь о чём я. — Даже не представляю…- Франсуа обернулся к девочке и протянул руку, — Милая, подойди. Девочка послушалась, приблизилась неловко ступая, сжала большую ладонь Видаля. — Здесь нечего бояться, — удовлетворённо продолжил Франсуа, — Этот господин, — он перевёл взгляд на Пака, — Ничего тебе не сделает. Джинён только поморщился, этот вкрадчивый, ласковый тон был ему слишком хорошо знаком, так Видаль разговаривал только с теми, кого собирался использовать. «Только не понятно для чего ему нужна такая малышка?» — Что это за комната? — тихонько спросила Лора и бегло скользнула взглядом по фигуре Пака, задержалась на миг на перевязанных руках. Её личико сделалось совсем бледным в свете тусклых лампочек. Бетонные стены, и дерьмовое освещение… что ж всё ясно… «Это подвал», — вдруг отчётливо понял Джинён, — «Что-то вроде домашнего бункера, где можно скрыться от глаз и безнаказанно прятать то, что не поймут и не примут мирные соседи. Например заложников…» — Не важно что это за комната, — усмехнулся Видаль, — Важно что теперь эта комната господина Пака. Ведь так, Джинён? «Снова эта угроза… Оставить меня здесь…» — Но здесь нет окон, — между тем продолжала девочка, — И даже кровати… На чём он будет спать? — Нет кровати? — Видаль недоуменно приподнял белёсые брови, — Ты серьезно? А как же эта замечательная колыбель? — он указал в сторону холодильной камеры, с наигранно возмущенным выражением, — Разве это не лучшая кровать в мире? Лора испуганно уставилась на странное сооружение в углу комнаты и лишь сильнее прижала к груди мишку. Джинён решил даже не оглядываться, глупо было предполагать, что Видаль проявит к нему хоть какую-то доброту. Пластиковый гроб в качестве постели? Не стоило даже сомневаться. — Может быть ему можно устроиться наверху? У нас ведь есть свободные спальни, — неожиданно предложила Лора. «Наверху!» — тут же заволновался Джинён, — «Значит я прав — это изолированный бункер или что-то вроде!» Если разобраться, Видаль и раньше предпочитал такие места, он даже специально выбирал дома с хорошо изолированными подвальными помещениями, когда они переезжали с места на место. — Нет, он останется здесь, — неожиданно повысил голос Франсуа, видимо его вывела из себя чрезмерная откровенность девочки, — А ты, — сверкнул он фиолетовыми очами и Лора заметно сжалась, — Отправишься наверх, в свою комнату! «Она его боится!» — Прости, Джон, я тебя расстроила, — прошептала малышка. — Наверх! — строго повторил Видаль. Лора кивнула и заспешила из комнаты, бросив на прощание настороженный взгляд в сторону Пака. — Сладу нет с этими детьми, — бросил Видаль, когда девочка исчезла за дверью. Джинён с интересом на него уставился. — Заделался родителем? — Когда-нибудь стоило попробовать и это, — Видаль медленно отошёл к двери, зачем-то выглянул наружу, проверил замок. «Он здесь недавно! Ещё не привык.» — И что же, — решил развить тему Джинён, — Не мог усыновить младенца? — Лишняя волокита, — поморщился Видаль, — Я нашёл более простой способ. — Похитить подростка? — С подростками проще, — проигнорировал слово «похитить» Видаль, — Сам знаешь. Да и не похищение это, девочка сама хотела поскорее избавиться от заботливых нянек. — Вот как…- протянул Джинён. Он постарался расслабиться, даже опустил плечи и выровнял дыхание. Если он хочет наладить с Видалем коммуникацию, то нужно выглядеть уверенно. Но где-то внутри от страха всё ещё сворачивались узлом внутренности, а сердце никак не желало биться ровно, и лишь надсадно и громко трепыхалось под рёбрами. — Что ж, — Видаль задумчиво провёл по волосам и посмотрел на Пака, — Давай оставим разговоры о спиногрызах и вернёмся к нашему разговору. — О том что я здесь делаю? — О том что связывает тебя и Марка Туана, — хмыкнул Франсуа, — То что ты с ним знаком ты отрицать, конечно, не будешь? — Почему он так тебя интересует? — Это не ответ на вопрос, — вздохнул Видаль, — Надеюсь, ты ещё помнишь, что злить меня не стоит? — Ты никогда не причинял мне боль. — Теперь бы смог. — Что изменилось? — Время. О да, время. Он не мог сказать иначе. Только так, с извечным пафосом и напускной обидой. Будто это не Джинён, а он провёл все эти годы за решёткой по чужой вине. — Это мне стоило предъявлять претензии, — снова напомнил Джинён. — И возможно я бы даже извинился, — покорно кивнул Видаль, — Но ты ударил мне в спину, когда прикатил на этом дурацком голубом пикапе. — Я мог взять его где угодно. — Может быть я и поверил бы тебе, если бы ты уже не выдал сам себя. Джинён кивнул. Он изо всех сил старался выглядеть невозмутимо, но это получалось из рук вон плохо, потому что если лицо он ещё держал, то виски уже намокали от пота. «Он всё равно видит, как я паникую.» — Так что же связывает тебя, — Видаль медленно приблизился, придирчиво оглядел Пака сверху до низу, от взъерошенной чёрной макушки, до потасканной обуви, — И Марка Туана? — на последних словах он уставился прямо в глаза и Джинён вздрогнул. — Если бы ты хоть немного интересовался моей жизнью, — хрипло начал Джинён, — То кое-что знал бы… — Опять эта обида, — закатил глаза Видаль, — Сейчас начнёшь мне выговаривать за впустую потраченные годы? — Ты обещал вернуться за мной! — И вернулся, может быть это получилось несколько не так как мы оба рассчитывали, но…- протянул Франсуа, и добавил, — Не уходи от темы. Ты и Марк? Почему? — Мы сотрудничали, — сухо откликнулся Джинён. — Сотрудничали? «Слишком наигранное удивление. Он знал.» — Да, — кивнул Джинён, — Он консультировался со мной. Точнее не он, а ФБР… — И чем же твоя скромная персона могла помочь Бюро? — «Мыслить как преступник». Знакомо? Примерно этим я и занимался. — Консультировал ФБР? Впору возгордиться. «Будто ты занимался чем-то другим…» — Вы подружились? — Франсуа подошёл совсем близко, сейчас он бы легко мог коснуться Джинёна кончиком носа, если бы ещё на сантиметр подался вперёд. — Что? — нервно вздрогнул от этой близости Джинён. — Ты и Туан. Подружились? Пока работали вместе. — Я бы это так не назвал…- в памяти почему-то ожило воспоминание о теплых пальцах профайлера, отчаянно сжавших его ладонь, — Мы лишь обменивались размышлениями и домыслами, — в ушах зазвучал надтреснутый тихий шепот: «Джинёни…», — Он приходил раз в несколько дней и мы разговаривали. — Пикап? — Лишь услуга. — Пытаешься кривить душой? У тебя никогда не получалось меня обманывать. «Зато ты врал мне каждый божий день… Но я пока не засовывал тебя в морозилку!» — Думаю, он привязался ко мне. Франсуа усмехнулся. Его тонкое лицо пошло трещинками, они пролегли от сощуренных глаз и в углах растянувшихся в улыбке губ. На миг Джинён увидел истинное лицо этого монстра, жуткое и отталкивающее, но постарался не отводить взгляд. — Привязался…- очень тихо повторил Видаль. Он вдруг протянул руку и очень мягко провёл по чёрным паковским волосам. Джинён от неожиданности дёрнулся было в сторону, но в последний миг справился с собой, лишь задрожал ресницами и судорожно сглотнул. Видалю видимо понравилось увиденное, потому что он лишь глубже запустил пальцы в густые отросшие пряди. — Конечно привязался, — прошептал он, — А кто бы не привязался? Эта бархатная шёрстка и такие же бархатные речи. Ты всегда умел завораживать людей. Пальцы медленно переместились, прошлись по оттопыренной кромочке уха, а потом и вовсе погладили щеку. Джинён испуганно замер, боясь шелохнуться. — Даже не дышишь, — лениво констатировал Видаль, — Сердечко трепещет? Заходится… от любви или от ужаса? — Нет, я…- пролепетал Пак и опустил взгляд. — В глубине души ты всё тот же глупый мальчишка, — в самое ухо прошептал Видаль, — У которого потели ладони и отнимался голос, когда он смотрел на меня. Джинён покорно кивнул. Франсуа с нежностью оглядел весь его покорный облик и погладил по лицу… склонился… Джинён всё-таки вздрогнул, когда к его губам прижались губы Видаля. Это было неожиданно, Франсуа никогда его не целовал. Тем более вот так, нарочито настойчиво, словно действительно его желал. Первый порыв был оттолкнуть или ударить монстра, но потом Джинён вдруг подумал, что это может быть прекрасной возможностью перетянуть все выигрышные карты на себя и со всей страстью припал сам к чужим губам. Обхватил перебинтованными руками Видаля за плечи, притянул отчаянно, почти по-настоящему… Почти по-настоящему. Может быть Франсуа что-то всё-таки почувствовал, потому что вдруг решительно отстранился, смерил каким-то слишком холодным взглядом и отчётливо произнёс: — Он попортил тебя? Чтобы скрыть нарастающее волнение, Джинён попытался снова его поцеловать, но Видаль грубо толкнул его в плечо. — Он тебя взял. Я прав? — Что? — севшим голосом прошептал Пак, — О чём ты? — Он тебя трахнул, — приглушенным от ярости голосом повторил Видаль, — Трахнул, как какую-то шлюшку. Он угрожающе надвинулся на Джинёна и тот по инерции отступил на шаг. — Зачем ты так говоришь... — А как ещё тебя назвать? Шлюха, потаскуха… Вполне подходит. Разве нет? — Франсуа совсем снизил голос до свистящего шепота и Джинён почувствовал, как по уже взмокшей спине, покатились новые струйки пота. — Просишь не оскорблять тебя? — Видаль заставил отступить ещё на пару шагов, — Но ты же пропах им. Этим мерзким запахом ищейки. Этим смрадом… Джинён вскрикнул, когда запястье грубо сжали чужие пальцы. — Франсуа! — Заткнись! — рыкнул прямо в лицо Видаль. Джинён сжался. На миг он снова ощутил себя слабым мальчишкой, полностью зависимым от своего мучителя. Тем самым, который каждый день съеживался от страха и молил, чтобы отец, вернувшись домой, прошёл мимо его комнаты. Тем самым, который убедил себя что любит убийцу своего отца, но который просто всё так же до дрожи боялся его… А ещё больше боялся огромного неизвестного мира, который ждал его снаружи, за стенами родного дома. — Идём, — зло потянул его за руку Видаль, — Я ещё сомневался не слишком ли жестоко с тобой поступлю если оставлю здесь, но теперь никаких сомнений не осталось, — он толкнул Джинёна вперед, больно впечатав в пластиковую стенку рефрижератора, — Это определенно твоё место. Полезай! «Нет! Только не снова!» — Джинён испуганно распахнул глаза. — Быстро! — снова пихнул в бок Видаль. Он совсем разошелся, всё его лицо покрылось розовыми пятнами, а ноздри гневно раздувались, сейчас он был ровно в том состоянии, когда легко мог выдавить чьи-то глаза или перерезать глотку. — Ты не можешь так со мной поступить, — Джинён упёрся израненой рукой в стенку аппарата и испуганно обернулся. — НЕ ИСПЫТЫВАЙ МОЁ ТЕРПЕНИЕ! — заорал Видаль. Он схватил Джинёна за плечи, явно собираясь окунуть его в белоснежное нутро холодильника, но Джинён вывернулся. Это получилось само-собой, по-инерции, словно внутри сработал какой-то предохранитель, отвечающий за безопасность. Выскользнув из рук монстра, он метнулся в сторону, но оскорблённый до глубины души Видаль рванулся следом. Замахнулся в сердцах. Джинён увернулся, просто нырнул вниз и оплеуха скользнула впустую по воздуху. Это почему-то вселило уверенность и дальше Джинён уже действовал решительнее… Рванул зубами повязку с руки и легко перехватил следующий удар, с силой сжав бледное запястье. — Ты усложняешь своё положение, — прохрипел Видаль и легко вывернулся. С силой пихнул Джинёна в грудь так что тот покачнулся, — Зарвавшийся мальчишка. Хотел обойтись без этого, но ты сам напросился…- он рванул кожаные ремешки на висящей на плече аптечке и поспешно закопошился внутри. «Транквилизаторы? Наркотики?» — Медикаменты нужно держать поближе, если рассчитываешь ими воспользоваться, — проворчал Джинён. Он обернулся на дверь, мысленно прикидывая осталась ли она открытой. Но Видаль уже выхватил какой-то небольшой шприц и решительно направился в его сторону, поэтому Джинён не стал думать дважды, припустил к выходу, отчаянно рванул тяжёлую створку на себя… И она к его несказанной радости поддалась! Кажется, Франсуа успел что-то выкрикнуть, но Джинён уже захлопнул тяжёлую дверь прямо перед его носом, оборвав возмущение на полуслове. Громко щелкнул автоматический замок и Джинён облегчённо выдохнул. Сердце всё ещё затравленно трепыхалось и скакало в груди. А промокшая от пота одежда намертво прилипла к спине. Но всё равно он ликовал. И готов был орать от восторга. «Сработало…» Вокруг расстилалась лишь пыльная темнота. Тамбур или коридор? Он осмотрелся, но почти ничего не разглядел, глаза ещё не привыкли. Лишь где-то впереди, почти под потолком, маячила светлая полоска, означающая что выход здесь есть. В дверь торкнулись, послышались глухие удары и очень далёкие ругательства. Джинён отступил от двери и усмехнулся, звукоизоляция тут действительно оказалась на высоте.       Наверх вели ступеньки. Старые, скрипучие… Джинён взбежал по ним и торопливо толкнул обшарпанную деревянную дверь. Она оказалась незапертой и он мысленно поблагодарил провидение за ещё один подарок. Дальше была залитая ярким солнцем кухня и он на мгновение замер, решая куда идти дальше. Направо виднелся холл и там наверняка имелся выход, но в другой стороне он успел заметить лестницу наверх и вспомнил о Лоре. По сути Франсуа всё ещё оставался в подвале и ничто не мешало сходить за девочкой. Но с другой стороны… Кто знает, может быть у Франсуа имелся с собой ключ… По спине прошёл запоздалый озноб и Джинён напрягся. Что если Видаль уже открыл дверь и прямо сейчас уже поднимается по ступенькам? Джинён с ужасом оглянулся на дверь. «В конце-концов я могу позвать на помощь. Отправиться прямо в ФБР, рассказать всё что знаю… Они помогут ей…» Рассуждая обо всём этом, он уже заспешил в холл. Мельком заметив на стенах какие-то картины и гобелены, он толкнул входную дверь, такую всю бело-лаковую с цветными стеклышками витража посередине, но та оказалась запертой. Он вмиг похолодел от ужаса, принялся остервенело толкать дверь, пока вдруг не вспомнил, что находится внутри и легко может её открыть. «Последние мозги растерял от страха», — досадливо подумал он, глянув на волне обычный дверной замок. Здесь действительно всё оказалось просто: лишь повернуть зубчатую головку задвижки, да нажать на небольшой рычажок… осталось только толкнуть дверь и наконец оказаться снаружи. Вдохнуть свежий воздух. Что-то остановило. То ли тот взволнованный мальчишеский голос из трубки, то ли испуганные карие глаза ребёнка… Франсуа может и решил удочерить девочку, но кто сказал, что от ярости он ничего ей не сделает? Она и так выглядит запуганной, что если побег Джинёна лишь усугубит её положение? Джинён с тоской посмотрел на дверь, такую вот красивую, белоснежную и бросающую красивые разноцветные разводы по стенам. В конце-концов он лучше чем кто-либо знает что-такое Франсуа и на что он способен, но стоит ли об этом узнавать ребёнку?       Путь из холла получился ещё более быстрым. Джинён мельком глянул на дверь ведущую в подвал и помчался к лестнице, взбежал легко преодолев два пролёта. — Лора! — приглушённо позвал он девочку, — Где ты? Я тебя не обижу! В просторном коридоре все двери оказались закрыты. Джинён по пути подёргал каждую из них, но видимо девочка решила запереться в своей спальне. — Лора, нам нужно быстрее уходить! — постучал в очередную дверь Джинён. За ней послышалось еле различимое шевеление. — Ты здесь? Тихонько щелкнул замок и дверь медленно отошла в сторону. Джинён столкнулся с детскими испуганными глазами. — Лора, не бойся, — зашептал поспешно Джинён, — Я твой друг, меня прислал Югём. Ты ведь его знаешь? Знаешь Югёма? Девочка нерешительно кивнула. Её взгляд скользнул по окровавленным паковским пальцам и она заметно побледнела. — Это ерунда, — попытался её успокоить Пак, — Просто немного повредил пальцы, заживут. Лучше поторопись, нам надо спешить… — Но…- прошептала девочка. — Я его запер, он ничего тебе не сделает. Не бойся, пойдём. — Но он…- упавшим голосом повторила девочка, бледные губы затряслись в ужасе. — Всё хорошо, ничего не бо…- попытался снова успокоить её Джинён, но вдруг услышал какой-то шорох за спиной. Обернуться он уже не успел, успел лишь увидеть полное страдания лицо девочки, но детский крик уже не услышал, все перекрыл оглушающий звон удара. Боль взорвалась где-то у левого уха и расколола мир надвое… он пошёл глубокими разломами и трещинами, а после и вовсе осыпался куда-то в пустоту…