Невинные глаза зверя

Где-то в Сиэтле или его окрестностях? ? июля? ? :?       Это было странное ощущение, будто он парит в воздухе, а верх и низ поменялись местами. Или нет? Он никак не мог разобрать, потому что не чувствовал своих ног. Да и рук. Всего тела. От этого было страшно, но и легко, словно он вдруг превратился в пушистое облако, плывущее по небу. Постепенно это даже начало нравиться, как вдруг к горлу подкатила неприятная тошнота. Оказывается тело всё-таки ещё было здесь, существовало и теперь бесцеремонно напоминало о себе. — Дыши, чёртов ублюдок! — проехался по ушам злой окрик. И почему-то тут же заболели виски. Так сильно. Джинён застонал в голос. Голова словно превратилась в чугунный котёл, по которому кто-то со всей мочи врезал битой. Или молотком? — Так просто ты не отделаешься, — пригрозил кто-то и в ноздри ударил резкий запах. Нашатырь? Джинён дернулся и всё же разлепил тяжёлые веки. С первого раза это не удалось, перед глазами всё поплыло и снова затошнило. — Давай, давай! — тряхнули его за плечо, — Иначе мне всё же придётся от тебя избавиться, а этого бы не хотелось. — А бить по голове конечно же хотелось…- прохрипел Джинён и ужаснулся собственному голосу. Что это за скрежет и надсадное пыхтение? Со второй попытки он всё же открыл глаза и с досадой оглядел уже знакомое подвальное помещение. — Рассчитывал, что оставлю тебя наверху? — усмехнулся Франсуа. Он был здесь же, стоял рядом, сжимая в руке маленькую бутылочку. Именно из неё шёл тот отвратительный запах, который заставил Джинёна расстаться с пушистыми облаками и вернуться на землю. — Мог бы снова закрыть меня в морозильной камере, — проворчал Джинён и попробовал пошевелиться. Он уже понял что сидит, на стуле или чем-то подобном, ощущения медленно возвращались и теперь к больной голове присоединились изувеченные руки. Сорванные ногти в полной мере напомнили о себе. — Обезболивающее у меня есть, но ты его не заслужил, — заметил его мучения Видаль, — А морозильная камера слишком прозаично, не находишь? — Сам изменяешь своим взглядам? — хмыкнул Джинён. В комнате что-то изменилось, но он пока никак не мог понять что именно, глазам что-то мешало, какая-то полупрозрачная плёнка, он лишь разглядел какие-то яркие пятна на фоне безрадостных серых стен. Джинён потряс головой и попытался проморгаться. Расписные детские стульчики? Не поверив своим глазам, он собрался их потереть, но руки оказались связаны. — Я не совершаю одни и те же ошибки дважды, — усмехнулся Франсуа, — На этот раз дверь тоже заперта, — потряс он в воздухе небольшой связкой. Дзынькнул металлический брелок, Джинён проводил его глазами и снова сморщился от давящей боли в висках. — Возможно у тебя сотрясение, — пожал плечами Видаль, — Но ты сам виноват, — склонился он над Паком. — Я лишь хотел спасти девочку. — Лору? Зачем же её спасать? Разве ей что-то угрожает? — Ей угрожаешь ты! — выплюнул в чужое самодовольное лицо Джинён. Видаль снова усмехнулся и выпрямился. Оглянулся в сторону жизнерадостных ярких стульчиков. — Ты такой смешной, — наигранно проворковал он, — Как я могу угрожать своей малышке? Мы с ней отлично проводим время. Играем, устраиваем чаепития…- он медленно приблизился к детской мебели, принялся сдвигать стульчики в полукруг. Джинён снова пошевелил руками, стараясь определить насколько тугие ему достались верёвки. — Это промышленные стяжки, — с готовностью подсказал ему Видаль, — Веревкам нынче мало доверия. Он взял у стены сложенный деревянный столик и не спеша принялся его раскладывать. — Что за представление ты затеял на этот раз? — Всего лишь игру, Джинён, всего лишь игру, — пробормотал Видаль. Он установил столик посередине и придвинул стульчики, глянул на Пака с улыбкой. — Хочу укрепить семейные связи. «Умом окончательно двинулся», — напрягся Джинён, — «Или просто проверяет на крепость мои нервы?» — Минутку, — Видаль снова выудил из кармана связку ключей и направился к двери, — Здесь не хватает декораций и действующих лиц, — он слишком поспешно заскрежетал замком и выйдя наружу добросовестно закрыл за собой дверь. Джинён посчитал про себя обороты и устало обмяк на стуле. Четыре, не больше не меньше. Похоже своей выходкой он действительно настроил своего монстра против себя. Теперь, чтобы вернуть его расположение придётся попотеть. «А вернуть придётся», — с тоской подумал Джинён, — «Иначе отсюда никак не выбраться.» Детские стульчики смотрелись в этой мрачной комнате словно насмешка. Словно клоунада на похоронах или ещё того хуже. «Если он что-нибудь сделал с девочкой, я его придушу», — почему-то в голове всплыло последнее видение, которое он успел запомнить перед тем как Франсуа заехал ему по голове. Испуганное лицо девочки. Она хотела его предупредить? Но, кажется, не успела… Джинён поелозил на стуле, но это ничего не дало, он только пошатнулся и чуть не рухнул на пол. Путы тоже не желали растягиваться или рваться, плотными жгутами охватили запястья и лишь сильнее врезались в кожу. Да уж… Стяжки поистине величайшее изобретение человечества, особенно если вам необходимо кого-то связать.       Где-то в коридоре послышались приглушённые шаги. Джинён попытался принять непринуждённый вид и сел на стуле ровно. Ожидаемо заскрежетал замок. — И с тех пор бедная девочка так и бродит по подземным улицам и переходам своей вечной тюрьмы. Ищет родителей или зазывает новых жертв, — ввалился в комнату Франсуа, одной рукой он прижимал к груди целую охапку игрушек и кукол, другой вел под локоток упирающуюся Лору, — Почему-то именно она, этот бедный ребёнок, больше всего врезалась в память людям. Будто все остальные, а было их немало, не имели такого значения…- Франсуа усадил девочку за стол, и принялся расставлять игрушки на столе и на стульях. — Опять кормишь своей любимой сказкой? — хмыкнул Джинён, — Не надоело? Тупик Мэри Кинг, заблудшие больные души… — Тебе нравилось, — отозвался Франсуа и гаркнул на попытавшуюся подняться из-за стола девочку, — Сидеть, я сказал! Лора испуганно бухнулась обратно. — Хочешь, чтобы я и тебя привязал? — кивнул он в сторону Джинёна, — Будешь так же красиво смотреться. — Нет, я…- пролепетала девочка и поспешно сложила руки на коленях. Джинён попытался ей улыбнуться, но видимо видок у него был ещё тот, потому что девочка глядя на него лишь нервно задрожала губами. В карих глазах заблестели набухшие слёзы. — Всё хорошо, — шепотом сказал ей Джинён. — Итак! — перебил его Франсуа, — Мэри Кинг. Малышка Энни, что словно тень преследует всех, кто осмелиться посетить эту мрачную улицу в Эдинбурге. Её ли это проклятье или проклятие всех живущих? Всех, кто когда-то стал её невольными палачами? — Бла-бла-бла, — глухо проворчал Джинён, — Может объяснишь при чём тут твоё дурацкое чаепитие? Эдинбург, чума, малышка Энни… Не думаю, что у простой замарашки вообще были игрушки и уж тем более желание устраивать чаепития среди умирающих и уже мёртвых тел. Франсуа свирепо зыркнул на Пака, но почему-то промолчал, принялся поправлять на столе игрушечную посуду. — Где ты только её взял, — решил продолжить Джинён, — Сам в детский мир ходил? Представляю, как пялились продавцы на такого великовозрастного покупателя. — Итак, — вновь проигнорировал его Франсуа и повернулся к притихшей девочке, — Здесь у нас мартовский заяц, мышь Соня и Безумный шляпник, — щедрым жестом указал он на кукол и игрушек, сидящих за столом, — И конечно же, Алиса, — на этот раз он легонько коснулся плеча Лоры, — Все в сборе. — Это ты меня обозвал Безумным шляпником? — снова рискнул вставить свои пять копеек Джинён. Вся эта абсурдная ситуация здорово его веселила. Если бы не гнетущая боль в голове и ломота в костях он бы даже рискнул посмеяться. В конце-концов он всё ещё оставался живым и это был неплохой повод для радости. Что-то всё-таки мешало Франсуа так просто от него избавиться. Привязанность? Память? Любовь? Но уповать на любовь монстра не стоило, не было в этом ни надёжности, ни опоры… В любой момент Видаль мог психануть и уже по-настоящему избавиться от своих заложников. — Кстати, об Энни, — вспомнил Джинён, — Ты и нас собираешься здесь замуровать на веки вечные? Сотворишь из нас мстительных мрачных духов, что будут преследовать годами всех кто посмеет нас потревожить? Лора испуганно сжалась на своём стульчике и с ужасом воззрилась на Франсуа. Поймав её взгляд тот лишь хмыкнул. — Ну, нет, для вас у меня припасена другая сказка, куда более страшная. — Это та где на веки остановилось время? — устало оглядел игрушечное застолье Джинён, — Где всегда пять часов и всегда пора пить чай? — Не умничай, — разозлился Видаль. Он ухватил стул Джинёна и аккуратно придвинул к детскому столику так что его колени оказались прижатыми к столешнице. — Неплохо, неплохо, — похвалил Пак, — Если и дальше не перестанешь придерживаться сценария, то возможно уже через несколько репетиций сам сумеешь убедительно сыграть красную королеву. Видаль склонился над Паком и посмотрел своими гипнотическими глазами так сурово, что у Джинёна поползли по спине мурашки. Фиолетовые воронки словно втянули в себя всё, и надежду, и веру в то что их всё-таки спасут. Не спасут. Никто даже не знает где искать. Они обречены… Всё же он сумел с честью выдержать этот тяжёлый, испытующий взгляд и даже нашёл в себе силы снова улыбнуться, когда Видаль наконец отодвинулся. Лора всё это время смотрела на них как на психов. Её карие вытаращенные глазёнки перескакивали с Видаля на Пака и обратно, словно она одинаково опасалась их обоих. «Наверное думает, что от удара у меня сдвинулась крыша», — подумал про себя Джинён. Он попытался ей подмигнуть, но понял, что это выглядит ещё хуже чем улыбка. — Ты можешь сколько угодно насмехаться и изображать из себя бесстрашного баловня судьбы, — тем временем снова заговорил Франсуа, — Но ты никого здесь не обманешь, Джинён. Ты нисколько не изменился, всё тот же запуганный отцом мальчишка. — Разве не тебе в большей степени я обязан своими страхами? — вздохнул Джинён. Получилось слишком уж серьезно. Видаль медленно обошел стол и остановился прямо напротив, снова пронзил своими пугающими очами. — Готов поспорить, — полностью проигнорировал он слова Джинёна, — Он всё ещё приходит за тобой во сне. Может быть преследует в каком-нибудь замысловатом лабиринте, или зовёт из тьмы…- Франсуа медленно положил ладони на тонкие плечи Лоры и та натянулась как струнка, замерла в деревянной позе, с высоко поднятым подбородком. — Мои сны тебя не касаются, — поморщился Джинён, — Тебя или кого-либо ещё. — Как жестоко, — протянул Франсуа. Он склонился к девочке и заставил посмотреть на себя, — Детка, ты слышала? И это после всего что между нами было? — перевёл он взгляд на Пака, — Тебе не стыдно? Джинён опустил взгляд, было неприятно смотреть на то, как этот ехидный монстр склоняется над ребёнком. Пугающий образ. Тонкие плечи и большие холёные руки, тоненькая синяя жилка, которая бьётся прямо под пальцами… Чуть сожмёт и… — Ему стыдно, — сам себе ответил Видаль и наконец отпустил девочку, снова зашагал вокруг стола, — Так и на чём я остановился? Мэри Кинг? Ах да, про неё мы закончили. — Как насчёт того, чтобы рассказать историю поинтереснее? — жёстко глянул на него Джинён, — Например, о Мари Видаль? Франсуа остановился. Это имя словно ударило его, он даже пошатнулся, шагнул назад и только потом вспыхнув очами, уставился на Пака. — Лоре было бы интересно узнать, — всё же решил не отступать Пак, — Ты ведь сам сказал, что хочешь наладить семейные узы. Так расскажи малышке о ней. — Не люблю говорить на эту тему, — рыкнул Видаль. — Я знаю, — кивнул Джинён, — Поэтому и начал её. Франсуа отодвинул в сторону, попавшийся под ноги стульчик с сидящей на нем куклой, и шагнул к Джинёну. — Нарываешься? — Возможно, — хрипло выдохнул Пак. Франсуа сгрёб его за грудки. Скрутил ткань футболки в кулаке. Джинён выдержал его взгляд, хотя дышать стало больно, а виски снова заломило. — Если ты думаешь, что тебя спасёт её присутствие…- прошипел Видаль. Он хотел добавить что-то ещё и даже совсем надвинулся на Пака, но где-то в отдалении раздался приглушенный свист. Потом ещё и ещё. Франсуа сразу выпустил Джинёна из рук, выпрямился и оторопело оглянулся на дверь. — Это наверху, — севшим голосом прошептала Лора, — Наверное кто-то пришёл. Франсуа нерешительно потеребил карман, в нём звякнули ключи. — Если это соседи, — совсем тихо продолжила девочка, — Они могут заволноваться если никто не откроет. Может быть даже вызовут полицию… Франсуа вытащил связку и решительным шагом направился к двери. Всё же остановился, о чём-то вспомнил и повернул назад. Выудил из другого кармана тонкую пластмассовую стяжку и ухватил девочку за руки, так что она взвизгнула. — Сидеть! — прикрикнул на неё Видаль и легко стянул тонкие запястья, — Так будет надёжнее, — оглядел он проделанную работу. Свист повторился. Тот кто звонил в дверь явно не желал просто так отступать. — Ведите себя тихо, — предупредил их Франсуа и наконец отправился наружу, тихонько притворив дверь, заскрежетал замком. «Перестраховывается теперь», — с тоской подумал Пак. Девочка сидела тихо. Она разглядывала столик перед собой и предметы стоящие на нём, но словно их не видела. — Не нужно его злить, — вдруг тихо сказала она, — Так ты только выводишь его из себя. А этого не стоит делать. Джинён лишь вздохнул, грустно оглядел Лору, её поникшую тоненькую фигурку, сползшие гольфы и помятое платье. — Ты права, — всё-таки согласился он. Девочка помолчала, явно обдумывая что-то, а потом добавила испуганным шепотом: — Этот человек очень опасен! Скорее всего он сумасшедший. — Поверь мне, я знаю, — кивнул Джинён, — Знаю лучше, чем кто-либо…

***

Окрестности дома Франсуа Видаля. Сиэтл. Штат Вашингтон. 24 июля 2019 года. 23:55 — Что за дурдом! — возмутился Марк, — Они всерьёз думают, что ведут себя незаметно? — Захват всегда осуществляется так, — вздохнул Джойл. За этот час, пока они с профайлером делили небольшой неприметный фургон ФБР на двоих, он успел уже порядком устать. Марк никак не желал вести себя по инструкции. То норовил покинуть их импровизированный штаб, то вовсе порывался отозвать отряд SWAT, уже занявший свои боевые позиции. — Их же видно! — в который раз возмутился Марк, наблюдая всё происходящее на экране служебного дисплея. — Это нам видно, — проворчал Джойл, — Потому что мы знаем где они находятся. Те кто в доме их не видят. — Да стоит только выглянуть из окна и сразу всё станет ясно, — не унимался Марк, — Вся улица словно вымерла, напряжение практически витает в воздухе! — Это потому что мы оцепили квартал! — всё-таки начал выходить из себя Грег. — Ещё бы жёлтой лентой обтянули, — фыркнул Марк. Принялся застёгивать куртку, — Я схожу туда. — Что? Сдурел? — Но не будут же они в полном обмундировании звонить в дверь. Как ты себе это представляешь? — Очень легко я себе это представляю, — Джойл на всякий случай поднялся и перекрыл собой выход, — Если дверь не откроют, они её вынесут. У нас есть ордер. — Если там заложники, а они там есть, он успеет их прикончить! — За Пака своего беспокоишься? — разозлился Джойл, — За этого, этого… — Да, беспокоюсь! — перебил его Марк, — А вы бы не беспокоились за своего любимого человека? — Мой любимый чело… кхем, — застопорился Джойл, но всё-таки сумел подыскать правильные слова, — Моя любимая не преступница, а вот твой Пак… — Агент Джойл! Марк! — вдруг ожила рация, висящая на стене, — Это Вачовски! — Да? — Марк поспешно ухватил переговорное устройство и прижал к уху, — Что-то случилось? — Ну…- вдруг смутился Вицлав, — Как сказать… Югём к дому пошёл. — Что? — Я пытался его задержать, но…- Марк поспешно сунул рацию в руки Джойла и протёрся мимо него как уж. — Куда? — попытался было его ухватить начальник, но Марк уже распахнул дверь фургона и выскочил наружу. — Югёми, — выкрикнул он на ходу, — Югёми у дома!       Югём действительно оказался у дома. Марк заметил его на крыльце и ускорил темп. Прямо у внешней стены, у куста азалии нерешительно замер парень в чёрной униформе, явно обдумывающий стоит ли по тихому утащить зарвавшегося молокососа в сторону или просто дать ему сделать то что он задумал? «Забирай его!» — издали замаячил ему Марк, — «Быстрее!» — но это только ещё больше смутило парня в форме и он приглушенно забубнил в свою рацию, явно советуясь с начальством. Югём ошарашено на него уставился, по-видимому раньше он не успел разглядеть притаившегося под кустом агента. Марк только всплеснул руками и рванул с места в карьер, одним прыжком вскочил на крыльцо и ухватил Югёма за плечи. — Хён? — Тихо, — шепотом прикрикнул на него Марк. Он поспешно усадил макнэ на корточки и зашептал в ухо: — Быстро вали к этому герою под крылышко и чтобы я тебя здесь не видел. — Но, хён! — Вали, я сказал! — Марк пихнул Югёма в сторону и его тут же ухватил СВАТовец. С преисполненным долга лицом потянул под свой куст. «Этого тоже убрать!» — громко забухтела рация у него на плече. Но Джойл опоздал со своим приказом, потому что Марк как раз легонько постучал в дверь. «Да что ж это такое!» — снова закудахтала рация голосом Джойла, а потом обратилась уже явно к СВАТовцу, — «На изготовку! Прикройте идиота!» Где-то в кустах щелкнул затвор, чуть в стороне от дома зашуршали еле различимые шаги… Но дом молчал. Марк на самом деле и не ждал, что кто-то сразу распахнёт перед ним дверь. Но попробовать всё же стоило. Он постучал ещё. Подождал. Но дом так и остался глух и безмолвен. — Отойдите, — попросил кто-то сзади, — Мы будем ломать дверь. Пришлось посторониться. Несколько молодцев в униформе взбежали на крыльцо и завозились у замка.       Марк спустился с крыльца, но уходить не стал, встал в стороне. Краем глаза заметил, как Вицлав потихоньку уводит Югёма от дома. Макнэ что-то приглушённо ему рассказывал и жался к плечу. «Вот и хорошо», — подумал профайлер, — «Не будет путаться под ногами, если начнётся стрельба.» Но что-то ему уже подсказывало, что стрельбы не будет, что дом пуст и Джинёна в нём нет. Словно какое-то пятое чувство ожило внутри. Особый маячок показывающий направление, где стоит искать Зверя.       Парни в униформе наконец откупорили замок и теперь поспешно занимали удобные позиции, чтобы произвести захват дома. «Его там нет», — повторил про себя Марк и почувствовал какое-то странное спокойствие вмиг охватившее всё тело. «Его там нет…»       Люди в чёрной форме хлынули со всех сторон. Они вломились с главного входа, и заднего двора, кто-то вошёл через подвальное окно. Дом зазвучал новыми голосами. — Чисто! — У меня тоже! — Второй этаж — чисто! Марк медленно направился в сторону фургона, замершего на другой стороне улицы. Всё не имело смысла. Этот захват, ордер… клоунада на пустом месте. Конечно, Видаля здесь нет. А значит нет и Джинёна. Франсуа не настолько глуп, чтобы ждать их в своём же собственном доме. Из фургона вышел Джойл и заспешил навстречу. Его прорезанное ранними морщинами лицо, даже издали казалось взволнованным. — Марк! — замахал он профайлеру руками, — Марк! В доме кого-то нашли!