In(side)sane

      Квентин обожает худых людей. И именно худых, даже не стройных: ему нравятся тонкие руки и длинные пальцы, выпирающие худые коленки и косточки рёбер. Он всегда завидовал им, что они имеют такую возможность часами любоваться собой в зеркале, а не смотреть на чужие тела в интернете потому, что у самого этого нет. Бек сильный мужчина и с детства он занимался спортом, чтобы всегда поддерживать себя в форме и не раскисать. Лучше быть накаченным, но не толстым, так думал про себя мужчина каждый раз, смотря на свое тело после очередной тренировки в зале. Он знал, что ему никогда не быть худым, ибо по своей природе он родился таким, чтобы иметь мышечную массу на прочных костях. Зато он безумно любил тела всех своих партнёров.       Всё, даже без исключения, у него были худыми. Он обожал просто рассматривать ранним утром, как на тонкое тельце ложится утренний лучик солнца и прямиком касается выпирающей косточки на бедре. Квентин невесомо касался пальцами косточек и сразу же убирал руки, боясь разбудить своего любимого человека. Нравилось кусать за шею партнёра, а следом зацеловывать укушенное место, слыша нежные стоны в ответ и как тонкая рука забирается в шевелюру мужчины, поглаживая и оттягивая мягкие волосы.       Но все же, один раз Квентин встретил его. Этот парень не выглядел по параметрам мужчины — не был столь худым, скорее стройным и подтянутый. Как ни банально это не звучало, его приковал взгляд того парня. Очень тёплый. Всё его бывшие смотрели на него холодными и пустыми глазами, говоря, как сильно любят его и целовали тонкими губами, которые резали щеку мужчины.       Питер.       Мужчина обрёл счастье в этом парне. Целые дни он посвящал только Питеру, тому мальчику с тёплыми глазами. В момент первой встречи, Бек решил особо не церемониться и не распинаться, заикась стотысячный раз, и сразу же предложил отношения. Питер же видел как мужчина сияет от нахождения рядом с ним и ощущал, что он пережимает его ладонь от волнения. Паркер в ту ночь согласился, и они обнимались, стоя на крыше, казалось будто вечность они провели на том месте, дрожа от холода и вслушиваясь в биение своих сердец. Квентин любил целовать его до пустоты в лёгких, чувствуя эти мягкие и пухлые губы на своих. Он прикусывает одну из них и слышит, как Паркер возмутился на этот жест и прикусил в ответ. Беку нравилось злить этого мальчика, а после крепко обнимать его и шептать слова любви на ухо, что тот даже съеживался от тёплого дыхания.       Питер много рассказывал историй мужчине. Не важно, слушал ли в тот момент его Квентин или уже спал, видя десятый сон, главное, что был тот, кто готов его слушать. Это могли быть истории из его жизни, которые он рассказывал, густо краснея, если вдруг чувствовал, что наговорил лишнего. Или же просто о своём любимом фильме. Кстати, любимая сага фильмов Питера — Звёздные войны. Он обожал всю историю этих фильмов и знал каждый наизусть, и порой Паркер, сидя на диване и расправляя волосы мужчины на голове, что лежала на его коленях, устремляя свой взор на юношу, который пил свой давно остывший какао, пересказывал каждый фильм этой саги, а мужчина улыбался и медленно закрывал глаза, погружаясь в сон.       В момент их секса, Питер смутился и как-то даже сжался, подгибая под себя колени и отводя взгляд в сторону.       — Малыш? — спросил Квентин, встав перед ним на колени, положив руки на диван.       — Просто, у меня никогда этого не было и ты у меня первый, — парень посмотрел на него; уголки губ Питера дернулись в слабой улыбке, заметив как восхищается мужчина.       — Значит, мне так повезло? — Питер молча кивнул ему, улыбнувшись. — Я буду нежен с тобой, любимый, ты же знаешь как сильно я тебя люблю.       — Знаю, — отвечает Паркер, и их губы смыкаются в поцелуе.       Квентин предельно нежен с ним и ему даже страшно, что вдруг он сделает что-то не то, и его мальчику будет больно. Он стягивает с него одежду, целуя каждый миллиметр его тела, отмечая, что оно довольно тонкое для такого сильного мальчика. Питер томно выдыхает на каждом прикосновении Бека к его телу губами и пальцами мужчины.       Пальцы проходятся по его груди и твёрдому прессу, спускаясь к напряжённому органу парня. Квентин не заставляет его мучиться и тут же берет в рот. В голове у Питера проносится много мыслей и его дыхание будто бы останавливается. Он тихо стонет и рукой касается головы Бека, хватая её за волосы и слегка насаживая глубже. Квентин чувствует, что парень уже входит во вкус, и выпускает член из рта, вставая с колен. Не заметно, как одежда мужчины уже лежала на полу и тот уже целовал парня будучи находясь на диване и растягивая того внутри. Питер стонет в поцелуй, но не разрывает его, чтобы оттолкнуть его от себя и уйти в другую комнату. Когда мужчина входит в него, Паркер теряет дар речи — ему хочется закричать от боли, но он не может, кажется он будто в вакууме. Он лишь тихо выдыхает и гортанно стонет, все больше заводя мужчину.       — Квенти-и-ин, — слышится срывающийся голосок, и мужчина в ту же секунду останавливается, смотря на Питера. Он тяжело дышит и слегка подрагивает. Бек его тут же берет на руки и несёт в спальню, кладя его на прохладную постель и укрывая тёплым одеялом. Мужчина ложится рядом и отодвигается от парня, чувствуя, что он навредил чувствам юноши. Но тот придвигается к Квентину ближе и обнимает его, утыкаясь носом в его шею. Бек усмехается и все же не понимает, как парень после такого не обиделся на него.       Квентин просыпается ранним утром от настойчивых и ярких солнечных лучей. Потирая заспанные глаза, он смотрит на предмет своего обожания и улыбается, любуясь спящим парнем. Бек осматривает его тело и останавливается на его ногах, а именно на бёдрах. Лучик солнца мягко ложится на выпирающую косточку бедра и кожа бы кажется будто бы совсем фарфоровой. Он любуется тем, как грудь парня медленно вздымается вверх и опускается, и касается пальцами его выпирающие косточек рёбер. Рука Питера легла на его пальцы, прижимая к своему боку, и Квентин усмехается, придвигая ладонь ниже по спине и чувствуя все позвонки под ладонью. Он обнимает его, чуть сбросив с парня одеяло, и целует его в висок. Бек всегда утверждал, что ему нравятся худые люди, но он не знал, как Питер сумел околдовать его сердце своими глазами и простотой.