Гроза

      Чимин очнулся в скорой помощи. Перед глазами мутная пелена, что заставило его сразу же их закрыть, и жутко болит голова. Светловолосый хотел что-то спросить, но ему не дали это сделать спазмы в желудке. К горлу подкатывает ком, во рту неприятная горечь, а шум в ушах становится невыносимым. Сглотнув вязкую слюну, он попытался приоткрыть глаза. Появилось ощущение, будто он катается на карусели, которая с бешеной скоростью крутится, а самого Мина бросило в холодный пот. — Попытайся не заснуть, — видимо, кто-то увидел, что он очнулся. — Голова болит, — удалось прошептать ему, и на секунду появилась мысль, что в данный момент он выглядел слишком жалко, но это его волновало в последнюю очередь. — Потерпи, мы в нескольких минутах от больницы.       Дальше светловолосый помнит отрывками. Как его завели в больницу, проводили компьютерную томографию, ему просто сказали лечь, а далее — пропасть. Ощущения были как в тумане и такое чувство, что его тело не принадлежало ему. После всех необходимых манипуляций с его телом, Чимина наконец отвели в палату, где аккуратно уложили на кровать, в то мгновение он и заснул.

***

      Тем временем сотрудница больницы нашла в смартфоне Чонгука номер телефона мамы и сообщила, что её дети попали в аварию. Та приехала вместе с мужем так быстро, как только они могли. Открыв дверь, перепуганные родители подбежали к регистратуре. — Здравствуйте. Чон Чимин и Чон Чонгук, где они? — в один голос сказали обеспокоенные родители. — Здравствуйте, сейчас, секундочку, — девушка кому-то позвонила. — Доктор Ким, приехали родные ребят, которые попали в аварию. Хорошо, — после этого короткого разговора, она повесила трубку. — Сейчас доктор занят, но он пообещал прийти как можно быстрее. Вы можете пока присесть на диванчики в зале ожидания, — её голос звучал мягко и успокаивающее, так как она видела состояние этих двоих. — Может, вам воды принести? — смотря на их бледные лица, девушка попыталась сделать хоть что-то. Ей было очень жаль наблюдать, как родители изводят себя, так как для них каждая секунда ожидания тянулась слишком медленно. — Спасибо. Да, было бы неплохо, — выдавила из себя женщина, и на её бледных губах появилась еле заметная улыбка.       Спустя мучительных десять минут доктор наконец пришел в зал ожидания, и направился к родителям. Те сразу встали со своих мест, смотря на мужчину. — Вы родители Чон Чонгука и Чон Чимина? — на вопрос он получил два быстрых кивка. — Ох, пойдёмте, — как только миссис и мистер Чон зашагали рядом с врачом, тот заговорил. — Не беспокойтесь, все живы, — на этом моменте раздались облегченные выдохи. — Старший получил несколько сильных ушибов и глубокий порез на щеке, а младшенький так просто не отделался. — пропуская их в свой кабинет, поясняет тот. — Мы провели диагностику и выявили у него тяжёлую степень сотрясения мозга. — А сейчас как он? — дрожащим голосом спросила женщина, еле сдерживая слёзы. — Присядьте, — показывая на два стула напротив своего стола, проговаривает мужчина, — сейчас он спит. Могут появиться осложнения, но мы будем надеяться, что этого не случится. На данный момент мы его оставляем здесь, в больнице. Я буду следить за его самочувствием. Вы можете посещать вашего сына с восьми утра до девяти вечера ежедневно, но только с завтрашнего дня. Сейчас вам нужно купить эти обезболивающие, — протягивает листочек. — Спасибо доктор, — кланяются они. — А Чонгук? — Ему накладывают швы. Да, к сожалению, без этой неприятной процедуры не обойтись, — с сожалением сказал он, — Ему очень сильно повезло, что стекло порезало щеку, а не шею, если бы оно задело сонную артерию, тогда мы бы даже не успели довести до больницы, — мужчина сразу пожалел о сказанном, поскольку послышался сдавленный всхлип женщины, — Но с вашим сыном всё хорошо, и через десять минут можно будет его забрать домой, — поспешно добавил он, коря себя за неаккуратные слова. — А где тут ближайшая аптека? — спросил мистер Чон, поднимаясь со стула. — Можете приобрести всё необходимое в аптеке, которая находится напротив нашей больницы. Когда купите, позвоните мне, я отправлю к вам медсестру, — достав из нагрудного кармана визитку, протягивает её мужчине. — Спасибо большое, — они выходят из кабинета, сразу же направляясь в аптеку.

***

      Как только вопрос с препаратами для Чимина был решен, в зал вошёл Чонгук, которого придерживала за плечи медсестра. — Сынок! — родители сразу подбежали к ним и крепко, но бережно обняли Чона, на что тот болезненно выдохнул, потому как всё тело ныло и болело, но он всё равно в ответ обнял родных. — Мы так за вас переживали, — уже не сдерживая слёзы проговорила миссис Чон. — Мам, всё хорошо, — попытался улыбнуться парень, но анестезия всё ещё не прошла, и улыбка вышла слегка кривой. — Нужно будет прийти в больницу через десять дней, если всё будет хорошо, то в этот же день мы снимем швы. На перевязку вы приходите сюда послезавтра, до этого дня пластырь не трогай и ни в коем случае не снимай, хорошо? — получив утвердительный кивок от Чонгука, девушка в халате улыбнулась. — Ну всё, мне пора бежать. Удачи вам, — подарив им ещё одну улыбку, она поспешно удалилась вверх по лестнице. — Я до сих пор не могу поверить в то, что произошло, — глаза женщины налились слезами, приближая новую волну истерики, и Чон просто крепко обнял её и прошептал: — Видишь, я тебя обнимаю, мамочка. Всё хорошо, правда. Я в порядке. А теперь поехали домой, — он немного отстранился, чтобы заглянуть в глаза женщине, взяв её лицо в свои ладони. Та кивнула и шмыгнула носом, но слезы всё равно покатились из её глаз и Гук нежно вытер их большими пальцами рук.

***

— Вы уже приехали? Здравствуйте, — приветствует семью Чон доктор Ким, аккуратно прикрывая дверь палаты. — Для Чимина сейчас самое главное лечение — это сон и полный покой. Извините, но меня ждут другие пациенты. — Да, конечно идите. Спасибо, — поклонились они и торопливо направились ко входу в комнату, где сейчас находится Чон-младший. — Чонгук? — окликнула его мама, не понимая, почему тот всё ещё сидит. — Ты идёшь? — Я? Я… я хочу в туалет. Вы не знаете, где он находится? — По-моему, на первом этаже, — сказал отец, нахмурив брови. — Ага, ну я это, пойду. — А что с ним? — смотря на спину уходящего сына, проговорил мужчина. — Дорогой, Чонгук вчера пережил огромный стресс и его поведение можно понять, — сказала мягко миссис Чон, входя внутрь палаты. Там были плотно задёрнуты шторы и из-за них в комнате царил приятный полумрак. Они увидели Чимина, который лежал с приоткрытыми глазами, когда он заметил родителей на его лице появилась лёгкая улыбка. — Привет, — прошептали родители, садясь на стулья вокруг сына. Сейчас они делали всё максимально тихо, так как боялись, что громкий звук принесёт светловолосому неприятные ощущения, — Как ты? — Неплохо. Только голова болит, — медленно сказал парень, пытаясь держать веки открытыми, но те упорно отказывались слушаться. — Что? — переспросил он, так как его что-то спросили родители, а он всё благополучно прослушал. — Ладно, мы пойдём на работу, а ты скорее поправляйся. Жди нас завтра. — понимая, что Чимин сейчас не в состоянии разговаривать, старший поцеловал сына в лоб, затем его действия повторила и жена. — Я вас люблю. — Мы тебя тоже, сынок.

***

      Чонгуку страшно. Страшно увидеть Чимина, который сейчас лежит там по его вине.       Выпустив со свистом воздух из лёгких, Чон намочил ладонь водой и приложил её ко лбу и правой щеке, на которой не было пластыря. Швы неприятно натягивали кожу, от чего хотелось поскорее всё это снять, но нельзя, к сожалению. Вдруг его мобильник завибрировал и высветилось сообщение от мамы, в котором было сказано, что они уезжают на работу, и чтобы Чонгук взял себе такси. Ответив коротким «Хорошо», он кое-как взял себя в руки, выйдя из уборной.       Когда он наконец дошел до заветной двери, его сердце ухнуло в желудок, а руки вспотели так, что кажется, когда он возьмётся за ручку двери, то те попросту соскользнут вниз.       Что ему сказать? Нужно ли извиниться с порога? Что вообще делать?       Дверь с тихим скрипом отворилась, впуская нового гостя внутрь, но тут Чон помедлил, потому что Чимин спал на боку, повернувшись лицом к двери. Темноволосый как можно тише закрыл за собой дверь, пройдя вглубь комнаты и почти бесшумно сел на низкий стул напротив лица брата.       Тот подложил руку под щеку, от чего пухлые губы сложились в милый бантик. Так как рука светловолосого лежала поверх тонкого одеяла, Чонгук заметил несколько синяков на коже, и поджал губы.       А если бы он в тот день убил Чимина? Сердце пропустило удар от ужасной мысли. На выдохе Чон опустил голову на край кровати и глаза автоматически закрылись, а самого Гука потянуло в сон, потому что этой ночью он вообще не мог заснуть, прокручивая в голове те жуткие секунды столкновения вновь и вновь.       Тепло исходящие от Чимина непонятно успокаивало темноволосого, и сам того не замечая, он провалился в сон под тихое сопение брата.