Я готов видеть твою улыбку вечно: Жизнь после

Мы собрали все для меня нужные вещи. Кроме одной. Я достал книгу-детектив, которую мне когда-то подарили бабушка с дедушкой. Невольно, мне стало грустно. Большим пальцем я провел по обложке детектива Агаты Кристи. Билли заметила мое настроение, я спросила, что случилось. Я рассказал ей все, что чувствовал на данный момент. — Мне жаль. — Я правда был уверен, что Билли было жаль. Но я никогда не понимал этого слова от людей. Некоторые даже в жизни их не видели. Моментами, из-за этих «жаль» мне становилось еще хуже. Но не от слов «жаль» от Билли. — Я перечитывал эту книгу снова и снова. Она очень важна для меня. — Я затих. Вдруг, я услышал какой-то шорох за окном. В недоумении, я открыл окно и выглянул. Никого. Мы решили прогуляться, а потом заниматься своими делами. Мы пригласили Кирилла с Роуз, чтобы они тоже с нами повеселились. Мы гуляли довольно долго. Только некоторые моменты меня дико раздражали. Этими моментами являлись фанаты. Я не спорю, они хотят ее увидеть и обнять, я не осуждаю их. Просто гулять невозможно. Кругом люди, желающие поснимать Билли. Я заметил, как Айлиш что-то написала и передала. Я понятия не имел, что, как и почему. Не обратил внимания. Наконец, спустя пол! часа, мы освободились и пошли гулять по парку. Разумеется нам не дали нормально погулять фанаты Билли. Многие начали снимать и меня. Иногда даже просить сделать селфи. Да и меня мучали вечно вопросами, встречаемся ли мы с Билл. Я так и не отвечал им. Хочу, чтобы Айлиш им об этом сообщила. В один момент, меня вызвали на подработку. Рудольф каким-то образом сломал ногу и не сможет выступить. Я согласился помочь, (разумеется мне заплатят), попрощался со всеми и поцеловал быстро Билли в щеку. — Ты лучшая. — В спешке проговорил я и убежал. Разумеется моя машина была на стоянке. Ведь мы просто гуляли. Поэтому, пришлось идти пешком. Отлично просто. И так. Работа была такова: мы с командой играли штурмовиков из Звездных Воин. Правда я являлся Дартом Вейдером. Боже, как жарко в этом костюме. Пока мы не выступали с коллегами, мы прикалывались. Особенно я, имея странный голос. — Я — твой отец! — Я протянул руку, показывая на Джоша. — Не-е-ет! — Он упал на колени, подняв голову вверх и закричал. Мы все стали смеяться. Было очень забавно разговаривать через эту маску.

***

Мы выступили на ура. Я решил пойти домой и там написать Билли. Я сел на такси, так как мог это себе позволить, да и поздно уже было. Доехал я довольно быстро. Пока сидел в машине, погружался красотой Лос-Анджелеса. Наконец, я зашел внутрь. Но что-то меня смутило. Какие-то разбросанные листки. Я подбежал со всех ног, надеясь, что это не то, что я думаю. Но черт, это были порванные листки моей книги! В панике я стал собирать их, проверяя, действительно ли это они. Головой я повернулся к столу и заметил кое-что для меня ужасное. — Твою мать… — Медленно, я с трясущимися ногами, подошел к остаткам книги. Точнее, порванной от остальных листков обложки. Но не это меня смутило.

Специально для тебя<3 Билли

Что простите? Это была она? Почерк ее! Я узнаю его из тысячи! Только она, Кирилл и мои родители знают об книге. Ни у кого нет допуска к моей квартире, кроме Билли! Надо срочно ей позвонить. Иначе я начну сильно кричать. Мои эмоции стали меня переполнять. Это была моя самая ценная вещь. И… Черт! Я стал набирать Билли, когда она взяла трубку, я взял воздуха в грудь, чтобы не сорваться. — «Да?» — Послышался предательски прекрасный голос. Я снова вздохнул. — Ну и зачем ты это сделала? — Она спросила, что именно. — Порвала мою книгу, что еще?! — Я резко остановился. Я не контролирую свой гнев, как я заметил. И я снова вздохнул. — «Адам, я не знаю, кто это сделал, но это точно не я. Стала бы я лгать?» — Я затих. — Тогда почему у меня листок с твоей подписью? Только ты, Кирилл и родители знают об книге. И только у тебя есть ключи от моей квартиры! — Я не услышал ничего от нее. — «Я… я правда не знаю, что сказать. Это не я, Адам.» — Билли стала говорить уже более грубо. Я не хочу с ней поссориться. Лучше пока я полон адреналина, брошу трубку. А завтра, мы все обговорим. — Так, я должен узнать правду. Сейчас я ужасно зол и не спорю, агрессивен, не хочу наговорить глупостей, завтра созвонимся. — Я не стал дожидаться ответа и бросил трубку. Я сел на пол, ко мне все больше и больше приходит осознание, что случилось с моей книгой. Я старался держать себя в руках. Это сделала она? Но ведь Билли понимает, что может для тебя означать книга. Для меня мой детектив, тоже самое, что для Билли дневник.

***

Проснулся я от звонка Билли. Я взял трубку. Сегодня я был уже более менее спокоен. — Алло? — Я прислонил телефон к уху. Что было точно зря. — «У моего дома. Сейчас же!» — Крикнула мне в трубку Билл. Я в недоумении присел на кровать в позе лотоса. Что за?.. Быстро собравшись, я поехал к дому Билли. Она уже стояла у порога, точно злая и в гневе. Она что-то держала в руках. Я вышел из машины, все еще не понимая, что происходит. Билли, явно сдерживая свой гнев, произнесла: — Что это?! — Она протянула свой… дневник… О боже, что с ним? Он полностью разорван. Словно чьими-то ножницами. — Э… — Я понятия не имел, что ей ответить. Билли затихла, отвернув голову в сторону, явно сдерживая слезы. — Я нашла это у себя, — Она показала на мои… ножницы. Что?! Как они оказались у нее? Билли рукой зажмурила глаза. — Я же тебе говорила, это не я. Зачем было это делать? Я стоял как истукан. Она меня снова обвиняет в том, что я не делал? Но правильно ли я обвиняю ее? — Да? То есть, разорвать мою книгу — ничего, как это — то сразу я?! — Я показал на себя. — А кто мог это сделать?! Только ты у нас, скалолаз, можешь пробраться ко мне! Мы начали ужасно ссориться. Вчерашний гнев снова меня охватил. Я пытался до нее донести, что это не я. Ведь Билли сама поступила подло! Это… она виновата. Заслужила. Хоть это сделал не я. Мы кричали друг на друга похлеще прошлой ссоры. Невольно, я вспомнил ее, и почему-то, стал еще злее. Я сжал руки в кулак. Мы обвиняли друг друга во лжи, совершенно не размышляя трезво. В оконцове, я крикнул. — Хер* я куда с тобой полечу! — Я просто вернулся в свою машину, завел ее и уехал. Совершенно не зная, как на это отреагировала Билли. Вернулся я домой совершенно подавленным. Я чувствовал боль в сердце. И нет, не материальную, а физическую. Мое сердце разболелось после всех этих криков. Я пытался дышать спокойно. Ну почему с Билли вечно какие-то проблемы. Просто невозможно жить спокойно. Я взглянул на свой чемодан. Схмурив брови, я стал все раскладывать по местам. Не желая больше ничего знать, слышать и ощущать, я стал смотреть видео на Ютуб.

***

Прошли те самые два дня. Билли наверное улетела в свой тур. Ну, а я же все это время, помимо подработки, сидел дома, окруженный темнотой задвинутых штор. Со скуки я лежал на кровати, то снимал очки, то надевал, снимал, надевал. И так на протяжении пяти минут, после мне надоело. — Аргх… — Я вздохнул. Сидя за столом, я медленно поедал какие-то мною купленные веганские хлопья. Хочу сказать, что после перехода, чувствовать себя я начал куда легче и свободней. Стал даже высыпаться. Эх… Вдруг, мне позвонил Кирилл. — Да?.. — Локтем я облокотился на стол, а рукой еле как держал телефон. — «Воу, чувак, ты какой-то подавленный. Что случилось?» — Я рассказал все как есть, явно не в воодушевленном настроении. — «Ничего себе… А я думаю, почему она плакала на I Love You, снова.» Я замер, мне срочно надо было посмотреть это видео. Конечно, найти его не составило труда, так как это сразу разлетелось по всему Интернету. Я все еще был подавлен. Очень рассержен и… напуган. Я включил видео, голос Билли сразу разлетелся по квартире. В видео они с Финнеасом поднялись на кровати, фанаты держали телефоны со включенными фонариками. Билли пела песню.

Maybe won't you take it back Say you were tryna make me laugh And nothing has to change today You didn't mean to say «I love you» I love you and I don't want to

Мои руки стали дрожать, на этом моменте, Билли перестала петь, пытаясь сдерживать слезы, Финнеас сразу обнял ее, а фанаты стали кричать очень громко.

Up all night on another red eye I wish we never learned to fly

Я очень хотел написать Билли, но воспоминания о бабушке с дедушкой и порванной книге ударили мне в голову, и я просто выключил видео в рассерженном состоянии. — Плевать. — Съязвил я. С каждым днем, мое сердце становилось все холоднее к Билли. Мне становилось плевать, что она плакала почти на каждом ее концерте. Никто из фанатов не имел понятия, что случилось, а Кирилл мне вечно сообщал: — Чувак, Билли снова заплакала. Может позвонишь ей или сделаешь что-нибудь? Но я отнекивался. Мне было абсолютно насрать. Пусть делает что хочет и восстанавливает свой дневник сама. Каждую ночь я засыпал с какой-то надеждой, я сам не понимал, на что надеялся. Ведь, Билли не моя проблема. Сколько раз я был на грани, из-за нее? Сколько раз получал из-за нее? Сколько всего произошло из-за нее. Может, я просто ей не пара. Я не люблю славу. А с Билли точно стану тем, о ком знают все. Я этого не хотел. Чтобы ко мне вечно подходили и просили сфотографироваться. Когда-то… Я считал это чем-то интересным. Но все желание испарилось. Я ей не пара. Пора уже принять это. В один из дней, мне, для меня неожиданно, написал Финнеас. — Привет, давай созвонимся? Я согласился, не знаю почему. Все-таки, в нашей ссоре не Финнеас виноват. Сразу после моего согласия, высветился номер О’Коннелла. — Да? — Равнодушно спросил я. — «Адам, — Серьезно начал Финнеас. — Билли мне все рассказала. Она мучается, ты понимаешь? Ей кажется, что ей просто воспользовались и бросили.» — А причем тут я, собственно? — Я присел на стул. На линии я услышал вздох. — «Она блять** любит тебя! Никогда она себя так не чувствовала, даже после одного случая… — Я молчал. — Адам, разве ты не веришь ей? Что это не она сделала? Для чего ей это?» Я не хотел выслушивать Финнеаса, я даже не чувствовал себя трезво. Нет, я не пил. — Я не имею понятия. Это ее проблемы. Пусть справляется сама. Я конечно рад, что ты переживаешь за нее, но мне нет никакого до этого дела, — Я задумался. — Жизнь — суровая часть осознания того, что ты живешь. Я бросил трубку.

***

Прошло около полумесяца. Сегодня тринадцатое и мое День Рождение. Ура. Хочу сказать, что я стал довольно черствым к моим друзьям. Они пытались что-нибудь сделать, но моментами, я язвил им. Вскоре, извинялся. Мне исполняется двадцать. Можно ли меня называть старым? Уже день, утром, я отпраздновал с друзьями, так как пообещал приехать к родителям на вечер. Кроме друзей, родителей и коллег по работе, я больше не слышал поздравлений. Мне они и не были столь нужны. На машине я ехал в сторону квартиры родителей. Пока я разговаривал с мамой, отец пытался отговорить меня ехать на машине, так как уезжать потом будет запрещено. Черт, пап, не собираюсь я пить! Два раза постучав по двери, мне открыла мама. Она улыбнулась и обняла меня. Я обнял ее в ответ. — Пойдем. Мы приготовили хороший подарок. И… кое-кто еще. — Если это будет что-то связанное с информатикой или алкоголем, я не постыжусь это выбросить в окно. Мама провела меня до моей бывшей комнаты. Там меня поджидал отец. Он выглядел как-то странно. Культурно, что-ли… В руках он держал какое-то письмо. Его настроение явно ухудшилось. — Привет, сынок. — Он обнял меня, и от него не веяло перегаром. Кто это? Это точно мой отец? Я был немного удивлен. — Сначала открой наш подарок. — Мне уже двадцать, а подарки до сих пор заворачивают в праздничную пленку. Ха-ха. Я стал разворачивать коробку. Размеры были средними. Открыв полностью коробку, я замер. Там лежала маленькая коробочка. Сначала, я нахмурил брови. — Это чтобы ты сразу не догадался. — Я посмотрел на маму. Ее руки вспотели, пальцами она перебирала то рубашку, то рукава. Я достал маленькую коробочку. Развернув и ее, я увидел темно-синий футляр. Аккуратно открыв его, я заметил кольцо с бриллиантом. Я удивился. — Ч-что? — Я разглядывал это кольцо. Мне было страшно его уронить и не дай бог потерять. — Мы подумали… Точнее, твоя бабушка подумала, что тебе это пригодиться, — Мама подошла ближе. И немного приобняла меня. — В свое время, она дала нам письмо, и сказала, чтобы мы открыли его за неделю, до твоего двадцатилетия. Там было много чего сказано, но основа в том, что она хотела бы тебе подарить кольцо, и если не сможет, чтобы мы это сделали. Я молчал, пытаясь осознать все происходящее. — Она оставила письмо тебе и нам, которое писала вместе с Кларком. Я прочитал наше с мамой, теперь, твоя очередь. — Папа протянул конверт. Он был весь грязный, явно сделан давно. Я присел на кровать, медленно, с трясущимися руками, развернул его и достал содержимое. Лист был немного потрепан, но читать можно было. Жизнь очень коротка, и мы с Кларком не будем жить вечно. Я боялась, что не успею, поэтому, сделаю это сейчас. Мой малыш Адам, тебе сегодня двадцать. Ты такой взрослый. Вырос таким молодцом. Я так горжусь тобой. Наверное, твои мама и папа уже подарили тебе подарок. Если ты это читаешь, значит, я не смогла тебя поздравить в живую. Мне очень жаль. Почему кольцо? Жизнь не вечна, Адам, и рано или поздно, ты выйдешь за того, кого действительно любишь. Знаешь, это так странно. Ты всегда считал нас с Кларком прекрасной парой. Мы никогда не ссорились, любили друг друга очень сильно. Да, так и есть, но… невозможно было обойтись без ссор и расставаний. Мы ругались, угрожали друг другу тем, что больше не будем вместе. Конечно, мы себя же и обманывали. Любая пара проходит через это, и даже если вы поссорились, если вы любите друг друга, это не остановит вас. Жизнь не создана только из белых полосок. Бывают и черные. Наверное, это будет звучать как-то по старчески, но любовь — это навсегда. Я люблю тебя, Адам, и Кларк тоже. Я не мог сдержать слез. Так, как я рыдал сейчас, было очень давно. Мои родители сели между мной и обняли. Я зажмурил глаза. Боже, бабушка всегда была права. И сейчас как никогда.

***

Мы сидели за столом, поедая ужин. Правда, мне пришлось есть обычный салат, так как я не рассказал родителям о моем переходе. Сегодня они вели себя очень странно. Мама ни разу не упомянула учебу и не вела никаких лекций о моей жизни, а отец ни разу! не притронулся к алкоголю. Что бабушка им написала, что они так изменились? Я сидел и вилкой мучил салат. Мама заметила это и спросила, что случилось. И тут, что-то во мне екнуло, и я рассказал, что встреча… лся? С Билли и мы очень сильно поссорились. Еще, рассказал причину. — Милый, — Что она сказала? Я в который раз в шоке. — Ты веришь в то, что тебе она говорила? Я притих. Мне снова стало плохо, словно, бабушка вбила мне то, как я дерьмово поступил с Билли и как вообще разговаривал с Финнеасом. Что на меня нашло?! — Да. — Ответил я. — Тогда, — начала мама, взяв кусочек курицы в рот. — Ты должен ее вернуть.