До меня дошёл слух

Маленькая десертная вилка расчленяла кусок торта "Красный бархат". Ни один кусочек не съеден. По другую сторону стола на лице демона написано: "Я тут зря время теряю". Взгляд направлен в желтоватые страницы Первого издания сочинений Диккенса. Оба понимают, что с сидящим напротив что-то не так. Но молчат, боясь услышать тот же вопрос в свой адрес. — Ну так...- Азирафаэль пытается начать. Больно видеть Кроули столь удручённым. Но нужно зайти издалека, - Как тебе Диккенс? Кроули молниеносно отрывает взгляд, захлопывает книгу и прячет её во внутренний гигантский карман пальто. Взгляд благодарит за спасение от этой мерзости. — Скука. А ведь при жизни был таким забавным парнем. Первые повести мне даже понравились. Только потом что-то не так пошло и в итоге к вам, на Небеса, попал. — Зачем же тогда ты читаешь это? И кстати, поздние работы Диккенса очень даже неплохи. — Да ну? А Рождественская песня в прозе? Знаешь скольких потенциальных грешников отняла у нас эта работа? Кроули решил проигнорировать первую часть слов Азирафаэля и разжечь книжный спор. Это отвлекло бы ангела от выяснения причин подавленности Кроули. Так он думал. Азирафаэль с укором посмотрел на демона и тот понял, что изливания души не избежать. — Как бы тебе объяснить... В общем, Внизу все давно в курсе о нас с тобой. И знаешь о чём все говорят? - Кроули прорвало. Он махал руками и головой, а ангел пытался не смотреть на изящные движения локонов.- Все удивляются, что самый умный и начитанный ангел всего мира выбрал Кроули. Идиота, который не прочитал за всю Вечность ни одной книги! Кретина, который ездит на старой, как говно мамонта, тачке, потому что так и не смог понять Лондонское метро! Дебила, который не покупает ничего человеческого, ибо не умеет считать деньги! Но тут уж прости, смертные правда переборщили с заумностью. Деньги делятся на деньги поменьше. И это только одна валюта. Кроули сник и снова опустился на стул. — Самое грустное то, что они ведь правы. Как тебя вообще угораздило влюбиться в существо с интеллектом втрое меньше, чем твой?! Брови Азирафаэля почти коснулись линии волос, челюсть отпала. — Да как ты вообще...можешь думать в таком ключе?! Послушай, ты ведь уже даже не работаешь на них. Так с чего тебе считаться с мнением Ада? Представь, если бы мы были парочкой зануд. Обсуждали бы классиков, пили чай, оттопырив мизинцы, и боялись обидеть друг друга неуклюжей шуткой. Я бы не выдержал и ушел в монастырь. Кроули улыбнулся уголком рта. — И потом, зачем читать книги тому, кто видел всё течение времени своими глазами. — Чёрт возьми, мне так полегчало. Идиот я, повёлся на какие-то сраные слухи от существ, которые уже несколько столетий не меняют одежды и носят жаб на голове. Ты бы даже внимания не обратил на подобную чушь. Ну выкладывай ты теперь. Над чем убиваешься, чего торт свой не ешь? — У меня проблема другого рода. Я сдавал последние отчёты на Небесах и несколько раз слышал разговоры ангелов. Они обсуждали...ну...эм...то, как ты невероятно выглядишь, твои волосы, лицо, фигуру. И то, что выбрал ты толстого нелепого коротышку, который за блинчики душу готов продать. Понял, да? Душа и есть сущность ангела, без неё он ничто. Так вот, я понял, что они правы и ... Тут Азирафаэль остановился, осознал ситуацию и оба прыснули. — Нахуй их всех. — Определённо. Кроули снял очки, чтобы не поцарапать ангелу лицо и они мягко поцеловались над столиком. В процессе подол пальто Азирафаэля вымазался в креме от торта. Кроули тут же удалил пятно, пока ангел не заметил.