Влюбийство

      Долгий период времени проходила операция. Конец операции и Арт пришел в сознание.       — Геннадий Петрович, там парень из шестой палаты в себя пришел, — сообщила медсестра лечещему врачу Мещерякова. Тот подорвался с места и пошел в палату.       — Как вас зовут? Вы помните кто вы? — задавал вопросы Геннадий.       — Артём, Мещеряков Артём Алексеевич, — немного запинаясь произнес он.       — Отлично, — невнятно прошептал врач и заполнив бланк собирался уйти как:       — Стой. Скажи где она, — живо возгласил шатен.       — Кто? Я вас не понимаю, — переспросил мужчина посмотрев на парня.       — Чёрт. Та девушка, которую привезли со мной. Где она и что с ней? Вы знаете? — немного грубо и взволнованно ответил Арт.       — Она. Вроде недавно закончилась операция, — тут Геннадий запнулся, но потом быстро продолжил.— Много крови потеряла, мест в больнице нет вдобавок. Жалко девчонку, не протянет наверно долго, — с огромным сожалением рассказал врач.       — Только попробуй повторить,—подскочил с кровати Арт. — В какой она палате?       — Но вам нужно лежать, — сказал шокированый поведением пациента врач.       — Я, спрашиваю, — уже грубее произнес Мещеряков. — В какой она палате?       — У нас нет мест, скорее всего в коридоре, — не успел договорить Геннадий, как его перебил шатен.       — Положите её ко мне, — предложение Артёма звучало грубо и однозначно.       — Ваша палата, расчитана на одного, — спокойным тоном продолжил мужчина.       — А я сказал будет на двоих, попроси, пожалуйста, — произнес парень и лег обратно.       Прошло несколько часов, за которые Мещеряков извел себя. Сначала он посто лежал, потом смотрел за жизнью через окно, а в конце просто расхаживал по палате. И вот этот долгожданный момент, Киру привезли в палату.       — Ну как-то так, я старался. Смотри, береги её, она у тебя очень красивая, — по доброму улыбнулся Геннадий и покинул палату.       — Если бы, если бы все было так легко, — шепчет себе под нос парень и смотрит на лицо Сменкиной.       Все в царапинах, лицо бледное, как будто высохшее. Её руки были в синяках. Но никакая деталь не делала её менее красивой.       Артём будет любоваться ей на протяжении трех дней пока она не придет в себя.       — Кира! Как ты? — восклицает шатен изучая её глазами.       Кира лишь легонько улыбнулась и провела по брови парня.       — Хорошо, Арт, хорошо, — еле слышно, с трудом высказала Кира, а её ладонь сжимала руку парня.       — Боже, как же я испугался за тебя, — шептал Мещеряков. Он аккуратно касался губами её холодной ладони, пытался согреть.       — Дурак, я ещё всех вас переживу, — улыбалась девушка, а после вырвала ладонь. — Ну хватит, я живая, живая. А что с заданием? — перевела тему Сменкина.       — Выполнили, выполнили, не переживай. Сходить за врачем нужно, — объяснил и ограничил Арт. Напарник девушки подошёл к двери, но её открыл врач.       — Никуда идти не нужно, как вы Кира... — Геннадий запнулся вспоминая отчество брюнетки.       — Андреевна я, можно без отчества, — развеяла Кира раздумья врача.       — Ну как, к такой девушке и без отчества. Вы очень сильны, раз пережили такую аварию. Да и отделались потерей крови и парой переломов. Царапины не в счёт. Как ваше самочувствие? — рассказал и задал вопрос Геннадий Петрович.       — Жива как видите, — усмехнулась Кира и попыталась встать.       — Лежите, вам отдых нужен, — закончил свою рекомендацию врач и покинул палату.       — Не врач, а идиот, вот честно, — начал возмущаться Арт, а сзади послышался смех кареглазой.       — Чего так? — спросила наконец Кира. Но ответом последовал мах рукой и тишина.       В скором времени Сменкина заснула, хоть и говорила она немного, но давалось ей это очень сложно. Она устала. В больнице проведут они не меньше месяца, скорее всего даже больше, потом востановление дома, а дальше кто знает, может они продолжат работать вместе, может бросят. У каждого своя судьба.

***

Спустя несколько месяцев       — Ты готова? — спросил Артём и взял в руки сумку девушки.       — Ещё как готова. Сумку отдай мне, — ответила Кира и открыла дверь.       — У тебя сломана ключица, а сумка тяжелая. Документы понесешь, — сторого ограничил шатен.       — А у кого рука была сломана? У тебя. Ничего страшного, жива буду. Пара футболок и штанов не такие уж и тяжелые, — возразила в свою очередь брюнетка.       — Сменкина! — повысил тон Мещеряков.       — Я как двадцать два года Сменкина! — отрезала Кира. После своих слов она замолчала, поняла, что сказала.       — Исправить? — ухмыльнулся Арт. Как только он хотел что-то довабить, его прервала мед-сестра.       — Парочка, домой пора, — по доброму сказала та и отдала им справки о выписке.       — Мы не пара! — одновременно отреклись оба. Продолжая о чём-то спорить, они покинули больницу.       — Значит будут, вот ещё, молодые и такие упрямые, — вынесла свой вердикт санитарка. Она слышала беседу.       Вечером они уже были дома. За окном будет медленно темнеть, а небо покроется звездами. Из кухонного окна, которое было открыто на форточку, дует легкий прохладный ветерок. Только на кухне не спокойно.       — Я в полном состоянии жить сама. Даже со сломанной ключицей, ничего страшного. Еду и заказать можно! — кричала на Мещерякова Кира.       — Ага, а потом в больницу с отравлением! Я просто буду жить у тебя. Ты ж не сможешь ничего приготовить! — отрецал все возможные слова девушки тот.       — Да что ж такой упрямый! Тебе тяжелое носить нельзя, перелом руки только был! — Кира прставила на стол бутылку вина. — Только с уговором, что спишь в гостиной и не таскаешь больше одного тяжелого пакета, ясно? — закончила спор она и достала бокалы.       — Так точно, товарищ капитан! — пошутил парень и открыл бутылку. Разлив по бокалу вина, предложил :       — Выпьем за мирное небо на кухне!       — Дурак, — шепнула она и слегка ударила шатена по спине.       Вино, душевные разговоры, прекрасно не правда ли? Разговаривали герои о чём угодно. Начиная с детства, заканчивая безответной любовью. Ночные разговоры имели другой смысл, они казались более откровенными. После длительных разговоров они решили прогуляться. Первой мыслью было пойти на набережную, а после в парк.       — Кира, Кира, а ты меня любишь? — ржал Артём, догоняя девушку.       — Ты не поверишь, обожаю так, что убить тебя готова, — пошутила Сменкина и обняла зеленоглазого.       Прогулке в парке помешал ливень, но и домой ребята не спешили. Через некоторое время они наконец-то дошли до подъезда.       — Ты промокла, не боишься заболеть? — взволнованно сказал Арт и провел рукой по плечу брюнетки.       Ответом стал смех. Она смеялась, а после и вовсе вышла под дождь и крикнула:       — Кто из нас должен бояться? — её руки начинают дрожать, а слезы течь по щекам. Их не видно, они смешались с дождём, но Мещеряков их увидел.       Наверняка вас интересует: как же черт возьми, человек смеющийся минуту назад может плакать? А обычно. Просто чувства переполняют. Можно делать, что угодно, но не поможет, ты заплачешь. Увы бывает и так.       — Иди сюда! — крикнул, и даже указал пальцем на место рядом с собой Артём. Ответ — тишина. — Ну всё, — выдает шатен и идет под ливень к ней.       Она молчит. Так же молча утыкается в плечо и плачет. Немного позже он прижмет её к себе, а она обнимет. Ливень продолжит идти, а они стоять под ним. Никто уже не боится заболеть. Они отвечают друг за друга.       — Скажи, почему я такая непутевая? Работу потеряла, в больнице провалялась, тебе нервы потрепала. Что со мной не так, а? — слегка проподнимает голову и шепчет Кира, а после и вовсе вздрагивает от холода.       — Ну т-с-с, с тобой всё хорошо, даже отлично. Работу новую найдешь, а больница для твоего же здоровья. Ну, а мои нервы, ничего страшного. Всё хорошо будет, слышишь? — успокаивал Мещеряков девушку, а на последней фразе вовсе взял её лицо в руки.       — Слышу, Арт, слы.. — она не смогла договорить так как он её поцеловал. Кира не сопротивлялась, наоборот, позволила и ответила. В свою очередь шатен старался закрыть её от дождя. Этот момент хотелось продлить навечно, но воздух невечен. Им пришлось отстаниться.       — Домой пошли, — ухмыльнулся Мещеряков и приобнял Сменкину за плечи.       Вот они уже дома, за окном уже рассвет. На тумбе стоит горячий чай, а вся квартира наполнена ароматом мяты. Кира только что вышла из душа, как у дверей её ждал Арт с пледом. Укутав и взяв на руки, он отнес её на кровать.       — Можно тебя попросить, поможешь повязку сменить? — немного смущенно говорит Сменкина.       Артём ничего не ответил. Лишь принес бинт. К этому моменту кареглазая сняла футболку. Смущенно начала перебирать пальцы, но Арт взял всё в свои руки.       — А ты безумна красива, — выдает шатен завязывая узелок.       Его манит к ней, а уже не в силах сдерживаться он проводит рукой по спине. Она поворачивается, тянется к губам, но он отворачивается. Нельзя, нельзя это допустить. Они просто выпили, а потом будут жалеть, ох как жалеть. Артём это понимает, а Сменкина ещё пьяна. На непонимающий взгляд девушки он отвечает:       — Ты пьяна, потом пожалеешь. Ложись спать, — с огромным трудом выдавил из себя Мещеряков и положил бинт на тумбу и встал.       — Согрей меня, я замерзла, — просьба прозвучала настойчиво, да и хватка Киры, за руку Арта, не так слаба.       — Конечно, — шепчет он и возвращается. Он ложится с ней рядом, обнимает одной рукой, а вторую сжимает, очень крепко. Это не повторится, на утро всё вернётся на круги своя. Она больше не попросит его согреть, а про поцелуй не стоит даже вспоминать.       Утро будет незабываемым. Знакомая картина, правда? Артём обнимает Киру, она рядом, маленькая, беззащитная. Но закончится этот момент по другому. Теперь, раньше встанет Кира.       — Что же произошло, для исполнения крошечной мечты, — шепнула Сменкина и слегла взъерошила волосы шатена.       — М-м, а сколько время? — прошептал Арт и посмотрел чётко в глаза Кире.       Бросив взгляд на часы, брюнетка подскочила и сказала:       — Без двадцати четыре, товарищ. Я в душ, — сладко сказала Сменкина, взяла полотенце и покинула комнату.       — Ну тогда с меня завтрак, — уже в пустоту проговорил шатен, а после ушел на кухню.       К тому времени, как брюнетка покинула ванную комнату, квартира была наполнена ароматом свежего кофе и оладьев. Как только шатен заметил Киру в проходе попытался объясниться, потирая затылок:       — Кулинар из меня так себе, да и в холодильнике не нашлось ничего. Я не знал, что ты любишь, поэтому приготовил оладья и яичницу.       — Охх, я же совсем забыла что продуктов нет. Да и ем я не так много, но всё же большое спасибо! — Сменкина была поражена, ведь даже для себя она такого не готовила, что уж говорить о ком-то. Этот завтрак значил многое для неё, даже для них.       — Скажу глупость, но у меня такое ощущение будто мы встречаемся, живем вместе и это как семейный завтрак, — заикаясь, с довольно большим трудом прояснил свою мысль Арт. Голос сильно дрожал, в принципе как и руки. Напряжение то увеличивалось, то сокращалось, но в большинстве случаев оно сохранялось на пределе.       Кира молчала. Ей было сложно что-либо высказать. Ведь он стал для неё кем-то большим, чем просто напарник. Вторая минута молчания длилась словно второй час. Наконец девушка нашла в себе силы сказать:       — Артём, ты даже не представляешь на сколько я счастлива встретить тебя. Рада общаться с тобой, хоть ты и делал мне очень больно. Но увы, больше чем друзья мы не станем. У нашей истории нет шанса на существования. Шанса нет у тебя, шанса нет у меня. Увы. Честно..честно мне чертовски жаль, — последние слова давались совсем сложно, она с трудом сдерживала слёзы, сглатывала, сжимала запястья и врала.       — А как же вчерашний вечер, дни в академии? Ты сейчас издеваешься? — Арт довольно сильно повысил тон, но Сменкина молчала. — Отвечай! — он сорвался на крик. Обида, даже боль вырвались. Мещеряков сорвался.       — Не смей орать на меня! Я не издеваюсь! Ты это хотел услышать?! — четко проговаривала каждое слово брюнетка. Ей было больно.       — Да чёрт возьми, это и хотел! — больше ему добавить было нечего.       — Я очень рада! Приятного аппетита! — саркастически высказала Кира, наконец взяла в руки чашку и закрыла глаза. Сделав один глоток она немного успокоилась.       Не совсем приятное начало дня, правда? После завтрака Сменкина оделась, думала уйти, понулять, да только шатен поймал её возле двери.       — Куда намылилась? — Арт был зол на неё, но при этом всё ещё волновался.       — Тебя это волновать не должно. Если что-то не устраивает, дверь открыта, — сказала девушка, даже не взглянув на него и ушла.       Кира неспешно шла по парку. Ветер играл с волосами, разум был одурманен ароматом цветов. Чем ближе к дороге тем медленнее становились шаги. Глубокие раздумья прервал шорох. Девушка не придала этому особое значение и развернулась. Звук повторился. Кира остановилась и прислушалась. Вокруг настала мёртвая тишина. Сменкина начала медленно поворачиваться, параллельно осматривая каждую деталь: от травинки до больших деревьев. (Довольно станно, не правда ли? Гуляешь себе по парку, а тут девушка осматривается.) Брюнетка немного наклонилась, думала какая-то птица, но вдруг её схватили со спины и подняли. Ударить было сложно, ведь одной рукой двигать нельзя.       — Отпусти меня! Неме..Артём?! Ты что творишь?! — Кира кричала, жестикулируя рукой.       — Хотел извиниться и пригласить тебя в кафе, — улыбка во все тридцать два сияла на лице Мещерякова.       — И обязательно нужно было это устраивать? — приподнимая бровь спросила девушка.       — Было забавно тебя напугать. Да и обычное сообщение это скучно. Так что, — шатен отпустил девушку и пропустил её вперед.       Скромный перекус в кафе, вроде бы успокоил брюнетку. Дорога домой была весёлой. Кира, то просила подержать её пока она идет по бардюру, то убегала от щекотки, то обижалась на глупости, но через пять минут громко смеялась. Как только дверь была закрыта герои стояли к себе непристойно близко.       — Какая же ты красивая, — вырывается из уст Артёма.       — Не надо, Арт, хватит. Я всё сказала утром, — Сменкина попыталась отойти, но шатен поставил руки.       — Хватит врать! Я тоже не слепой. У меня есть шанс! — он явно желал добиться своего. Он не мог потерять её ещё раз.       — Перестань, — тихо проговорила брюнетка, а после добавила. — Тебе правда лучшей уйти. Лучше для нас обоих.       Ответ — тишина. Руки обступающие Сменкину опустились. Зеленоглазый накинул джинсовку и покинул квартиру. Кира же закрыла дверь и медленно скатилась по ней. Слёзы душили, руки дрожали. Минут через пять она встанет и разобьёт папу ваз и рамок. А уж через три дня Мещеряков заберет вещи и покинет Киру.

***

Спустя три года       Ночной клуб. Третий час ночи. Людей там осталось немного. Пара друзей и несколько девушек, одна из которых заказала песню. Спустя пару минут в помещении звучали ноты и слова песни «Последняя слабость».       — Смотри какая девочка на сцене поёт. — говорит один из той пары друзей.       — Очередная проститутка. Явно не от хорошей жизни поёт, — выдал второй и допил стопку коньяка. На этом же моменте закончилась и песня. — Я покурить, — последнее что сказал мужчина перед тем как покинуть помещение.       На улице постепенно светлело. Шатен поджег сигатеру, сделал затяжку и выпустил пар в пустоту. К нему же подошла неблагоприятная компания.       — Что куришь? — спросил один из них.       — Калаш, лучше бы спросил как его звать прежде чем он сдохнет, — надсмехался второй.       Ни на первый, ни на второй вопрос шанет не ответил. Все произошло как-то быстро. Слова: «Натворил же ты делов, Артёмка», удар по лицу, после в живот и вот он уже на земле. Подключился кто-то второйж и удары были ногами. От боли Арта выворачивало. Ещё немного и его бы избили до смерти, да..       — Вы что творите, уроды? — послышался женский голос.       — О, посмотрите какая цаца явилась. Не ты ли, Кирок, недавно на нас копов вызывала? Пора расплатиться, — с самодовольной ухмылкой сказал главарь. После он подозвал к себе ещё двух дружков, Калаша и Ворона, намеревая изнасиловать девушку.       — Ох, Сокол, не подходи ко мне, пострадаешь, — слово - шаг. С каждым словом героини, мужчина приближался все ближе.       — Это ж кто ещё постр.. — договорить у него не вышло. Удар по лицу, затем в живот и вот он уже на земле.       Только друзья Сокола начали приближаться, как в одного полетела бутылка из под пива, а второго ударили в пах. Остальные тупо убежали. Все пока что лежали на земле, но Сокол и Калаш начали вставать. Кира успела проскочить между ними и заломать руки, дабы успеть уйти. Она быстро подняла Артёма и они скрылись в клубе, в уборочной.       — Где я? — задал первый вопрос шатен.       — Всё там же, в клубе, — спокойно ответила Кира ища аптечку.       — А ты..а тв та проститутка со сцены, поёшь, да? — глупые слова объяснялись опьянением.       — Проспись для начала, — бубнила девушка проспиртовывая вату. — А теперь замри и не ной, — последнее, что сказала брюнетка.       — Чт..ай! — вата сильно обжигала рану парню.       — Молча-а-ать. Пошипит и пройдет. Ш-ш-ш-ш-ш и всё, — шептала Кира обрабатывая бровь.       Секундное мнговение когла они встречаются глазами. Он видит что-то родное. Это что-то влечёт его, не дает спокойно дышать. Она же понимает, это её мальчик, теперь уже с разбитой бровью, несколькими падающими прядями и ярко зелёными глазами. Это он.       — Арт, мать твою, где тебя носит?! — врывается в уборочную товарищ шатена.       — А-а, я вышёл покурить, а тут гопники, а потом драка и вот я здесь, — завершил своё объяснение Артём идиотской улыбкой.       — А эта особа тебя спасла? Умеешь же ты, тебя отвезти? — спросил друг.       — Я раны обработаю и такси вызову, — ответила Кира за парня.       — Спасибо вам огромное, я тогда поеду, — проронил мужчина и покинул помещение.       Когда девушка обработала почти все раны, шатен уже засыпал. Адрес Сменкина спрашивать не решилась, поэтому вызвала машину на адрес своей квартиры. Когда машина подъехала, брюнетка начала будить Мещерякова.       — Вставай, домой поехали, — шептала кареглазая тряса Арта за плечо.       Ответа она не услышала. Артём встал, но моментально упал обратно. Кире лишь пришлось помочь ему встать и дойти до машины. Доехали они к счастью спокойно,но кто знает, что будет дальше. Кира открыла дверь и снова помогла Арту зайти. Как только она провела его до спальни, тот рухнул на кровать и начал сопеть.       — Откуда ж ты взялся, Тёмка, — говорила в пустоту Сменкина. После она достала сигареты и закурила одну, встав ближе к окну.       — Куришь? — послышался шопот шатена со спины.       — Как видишь. Будешь? — спокойно отвечает Кира протягивая зажженную сигарету.       Артём лишь берёт её, делает затяжку и тушит. Его руки обвивают талию кареглазой, а взглядом уводит всё ближе к кровати и в конце концов клвдет её и нависает сверху, говоря лишь одну фразу перед тем, как их губы сольются в жарком, желанном поцелуе.       — А может у меня всё же есть шанс?