Учиха Мадара

Морские волны разбивались о скалы. Мадара сидел и вертел в руках шар из чакры. Он уже научился ранее равномерно выпускать чакру их тела с нужной скоростью и объёмом. Теперь научился формировать и концентрировать эту чакру, создал технику Расенган. Это были тысячи жёлтых вихрей ограниченных сферой, которые Мадара концентрировал в одной точке. Подкинув шар на руке, он нахмурился. — Тяжёлый, — произнёс он, собирая чакру обратно. — Невероятный контроль над чакрой, — восхищённо произнесла Хината. — Не каждый Хьюга такое сможет. — Хм, я думал, что благодаря тому, что вы видите чакру, вы лучше контролируете её, — удивился Мадара повернувшись к ней. — Кто тебе такое сказал? Зрение облегчает точность управления, а не мастерство. Увидеть куда ударить, а потом направить удар. Это предел большинства Хьюга. Мадара ничего не ответил, припомнив большую часть своего клана, которые никогда не пробудят шаринган, тем более вообще не умеют пользоваться чакрой, а точнее даже не хотят учиться. Не то, чтобы он считал их бесполезным мусором, но ему было обидно на такую несправедливость мира, ведь он со своей силой оказывался в меньшинстве, никем не любимым, обречёным на вечное одиночество из-за стены недопонимания в виде огромной разницы в силе. Имеет ли смысл иметь подобную силу? Настолько большую, что стоит ему пожелать и весь мир падёт к его ногам. Сконцентрировавшись, он снова создал Расенган, но на этот раз начал превращать часть потоков в ветер. Шар из чакры сменил цвет с жёлтого на синий, а потом на серебристый. Миг и в его руке громко звенит шар из концентрированных потоков ветра, белёсые вихри сверхзвуковых лепестков вырываются по краям, создавая кольцо по экватору. — Это было проще чем я думал, — произнёс Мадара, и кинул шар в ближайшую скалу. Шар тихо хлопнул скрыв скалу за пылевой завесой, вода взметнулась грязной волной. Подул ветер, сдувая пыль, на месте скалы не осталось ничего. Хината побледнела, расширенными глазами глядя на воду, где была скала. — Надеюсь сейчас не выскочит табличка, о том, что срок использования демонстрационной версии режима бога закончен, — снова очень непонятно для Хинаты пошутил Мадара, создавая на вытянутой вверх руке Шар Ветра побольше, с тремя лепестками. — Ветряной Расенган Сюрикен. Вперёд, — лёгкий взмах рукой и жутко гудящий шар на огромной скорости уносится вперёд разрезая все скалы на своём пути. — Нет, мне эта атака однозначно не подходит, мало того, что не моя стихия, так ещё и не мой стиль. Мадара взглянул на руку и та вспыхнула белым светом и больше ничего не произошло. Это был предел его способностей, который он перешагнул совсем недавно. Управлять светом было сложно, практически невозможно, тем более таким концентрированным. Но Мадара справился, хотя чувствовал, что ему немного недостаёт контроля. Первым делом Мадара одел кожаные перчатки без пальцев с металлическими пластинами конденсаторов на тыльной стороне. Хината не поняла, откуда он их достал, просто в один миг они появились на его руках. И уже после этого смог создать огоньки на кончиках пальцев, соединив их и покрыв белым пламенем всю руку. Мадара вновь закрыл глаза, на этот раз впитывая из окружающего мира энергию. Смешав внешнюю силу, силу жизни и силу духа, он получил новый тип силы. Особую чакру природной энергии. — Это и есть природная энергия? Контролировать её оказывается проще, чем я себе навоображал. Режим Сеннина, Режим Мудреца. Взмах руки и невидимый толчок создаёт на воде волну. Хината заворожено смотрит как у Мадары на ладони и тыльной стороне руки появляется метка в виде стилизованного солнца. Восемь бледных тёмно-оранжевых лепестков с краю, бледный оранжевый круг в центре которого чуть меньше такой же бледный жёлтый круг. Мадара с удивлением взглянул на свою метку режима Сеннина (Мудрец/Отшельник). — Скажи ка мне, Хината, возможно ли захватить под контроль хвостатых демонов в одиночку? — спросил Мадара. — Нет конечно, — тут же ответила Хината. — Для этого нужны усилия целого клана, что невозможно, поимка ослабит такой клан, и другие кланы не пропустят шанса добить такой... Хотя... Сейчас, когда кланы объединились в... Мадара исчез, раздался взрыв поднявший цунами, Хината не успела ничего понять, увидев лишь оседающие тонны воды, и прикрываясь рукой от сильного ветра и дождя. Подняв голову, она увидела как в её сторону летит огромное тело с восьми тентаклями и бычьим телом состоящее из серо-фиолетовых жгутов. Не успела она испугаться, как это тело исчезло, а Мадара подхватил её поперёк тела, закинув на плечо. Восемь вспышек и они оказываются в Конохе. — Одна секунда и я джинчурики Десятихвостого, — улыбнулся Мадара, но тут заметил странный взгляд Хинаты на его волосы. — Да, Хината, они красиво колышутся, да, можешь потрогать. Но Хината никак не отреагировала на его слова, продолжая смотреть восхищённым взглядом. Мадара прикрыл глаза, чувствуя досаду. Больше у него не было друзей, один из них только что умер. Не обращая внимания на Хинату, он продолжил свой путь по деревне, ловя на себе восхищённые взгляды всех, кого встречал на своём пути. Каждый человек видевший его и чувствовавший впадал в состояние восхищения и преклонения перед ним. Редко можно было найти человека, на кого бы не подействовала аура Мадары. Мадара внимательно запоминал таких. Он дошёл до здания Хокаге и там его уже встречал его брат Изуна и первый Хокаге Хаширама. Мадара с большой печалью отметил восхищение в глазах своего младшего брата. Но этого никто не заметил, он умел держать лицо беспристрастным. — Брат... Когда ты стал таким сильным... Ты... — Невероятно, — произнёс Хаширама. — Я остановил всю великую девятку сильнейших духов от однохвостого до девятихвостого и стал их джинчуурики, больше они не будут приносить несчастья, однако, я не могу держать их под контролем в себе, это нарушит баланс и приведёт к печальным последствиям. — Постой брат, ты же не хочешь... — Поэтому придётся отдать всех зверей чакры другим странам, которые вскоре сформируются также, как и страна Огня, это вернёт гармонию в этот мир. — Брат, остановись, с такой силой ты... — Сейчас же я их отпускаю обратно, обещаю, осознав, что их могут сдерживать, они поумерят пыл и прекратят разрушения. Надеюсь в будущем они смогут ужиться с ниндзя, и смогут стать ближе к людям. Сам я не могу себе позволить сдерживать их, это несправедливо, не бойтесь, я не умру от извлечения, я достаточно вынослив, чтобы выдержать это. На этом всё, Хаширама, Изуна, вверяю судьбу этого мира в ваши руки, а мне пора. — Да послушай ты меня! Ты не понимаешь, что произойдёт, если... Будут новые войны! Стой! — На этом всё, увидимся через позже. В тот же день он освободил всех зверей чакры обратно, наказав не шуметь. Сам же он превратился в ребёнка пяти лет, и натянув на голову шляпу, отправился искать друзей, тех, кто бы не реагировал на его силу, сохраняя свой разум. Мадара не имел никакого желания иметь дело с послушными марионетками, исполняющими все его прихоти. Первым был мальчишка, лет десяти, что сидел на крыше и жевал тростинку. Мадара незаметно приблизился к нему, однако мальчишка смог заметить его приближение, хотя на такое не был способен даже Хаширама. Мальчик приподнял шляпу, взглянув на Мадару. — Привет, ты чего сюда залез? Иди отсюда. — Я хочу стать твоим другом, — сказал Мадара. — Вершить судьбу мира, да и просто развлекаться. — Ты ниндзя? Мадара? Э... Прошу прощения, но я не могу. Я человек простой и люблю просто плыть по течению... Не надо мне всего этого. Мадара просмотрел будущее и убедился в том, что парень вообще никак не повлиял на судьбу мира, хотя достиг силы сравнимой с его. Постоянно скрытный, ни с кем не общающийся ниндзя, женится на двух куноичи и сделавший много детишек, тихо умрёт в своём любимом кресле. Мадара ушёл ни с чем. Посетив ещё несколько волевых личностей, способных не обращать на него внимание он осознал одну неприятную для себя вещь. — Почему все они такие ленивые? — возмутился Мадара. Он просматривал будущее, где такие люди ничего не делали, пока не попадут в опасную ситуацию. Вот тогда да, они прилагали просто огромные усилия, чтобы выбраться из неё, любой другой бы на их месте сдался бы, но не они. Печально, что на основе их крови нельзя создать сверхсолдат, качества, которые позволяли выбраться таким людям из любой опасности были больше духовными. — Я очень сильный и у меня всё получается всё с первого раза, или со второго, или после очень долгих тренировок, — грустно смотрел Мадара в лужу. — У меня никогда не взрываются зелья, только дымят и воняют. Я очень скучный разумный, идеальный. Чем мне заняться? — Может мне освободить от влияния божественного древа Принцессу Кролика Кагую и жениться на ней? Или просто путешествовать по миру, изредка вмешиваясь в события, чтобы поиздеваться над окружающими? С моей силой, я могу сделать всё, что угодно. С моими способностями я могу предвидеть любой вариант будущего и исправить на нужный мне. Тренировками достигая такой силы, я желал возможностей, но стоило мне заполучить такую силу, и я не могу понять, на что её направить. — Эта сила стирает мой разум. Я могу всё. Но достигнув такой силы, мне больше ничего не надо. Нет ничего, что могло бы навредить мне. Мне ничего не надо, я ничего не желаю. Смысл ли мне вообще что-то делать? У меня уже есть всё, что я хочу, только протяни руку. Мадара протянул руку к небесам, ощущая как в него вливается космическая сила. Смысла в этом не было, он мог контролировать силу и не поглощая, силой воли, поэтому он остановил поглощение. Ему больше не надо было есть, а потому он убрал себе желудок, ему не было смысла дышать и говорить, когда он мог направлять свои мысли напрямую в разум, а потому рот тоже исчез. Ему больше не нужны были руки, ноги, и они тоже исчезли, растворившись в небытие. Тело исчезало, голова исчезала, всё это было больше не нужно, даже мозги, чтобы думать. Остался лишь светящийся белый шарик, который тоже исчезал, поскольку и это тоже больше не нужно было Мадаре. Лишь голый комок абсолютной воли продолжал висеть в воздухе, слегка искажая пространство. И этот голый комок воли смотрел на окружающий мир, как на нечто нелепое и неприятное ему. Миг и конфигурация пространства меняется, он переносится в Коноху. — Не может быть! — заорал случайный ниндзя наткнувшись на взгляд Мадары. — Я просто... Я просто д... — и исчез, опав кучкой. Всё больше и больше ниндзя встречали его взгляд, и все не выдерживали его. В деревне поднялась тревога. Никто не понимал, что происходит, натыкались на взгляд Мадары и исчезали. — Этот взгляд... Взгляд... Он смотрит прямо в душу... Какой брутальный и бессердечный взгляд! — Гин, что ты видишь, ответь! — Я всё понял, я не более чем никто! — заорал Гин под взглядом Мадары и исчез. Мир начал трескаться под взглядом Мадары. Распадаться на пикселы виртуальной реальности. Весь мир вокруг был создан богом игр, он был не сильно реален и воли Мадары хватало разрушить его. Мир песочницы. В небытие возник силуэт человека, подросток в разноцветной одежде и с радужными волосами. Он улыбался. Он смотрел на Мадару слегка укоризненно и с лёгкой досадой. — Ещё один потерял разум от силы, — произнёс бог игр. — Разум нужен лишь тем существам, которые не могут без него жить, не так ли? — Я не терял разума. — Тогда зачем ты разрушил эту вселенную? У меня на неё были огромные планы. Или... — бог ехидно усмехнулся. — Ты решил восстать против меня? — Можно сказать и так, — ответил Мадара. Щелчок пальцев и система исчезает, делая Мадару чуточку слабее. Мадара тут же концентрирует свою волю и выпускает множество щупалец, атакуя бога. Тот смотрит на атаку внимательно, она пронзает его насквозь, стирая из бытия. Через миг, волны расплываются в пустоте, являя целого и невредимого бога, который вонзил клинок в Мадару. Чёрный как смоль, с исходящей от него тёмной дымкой. — Гецуга Теншо! — тихо произносит бог игр. — Всегда мечтал сделать это, но не находил достаточно сильного врага, чтобы выдержать мою атаку. Тьма окутывает всё, звуки полностью исчезают. Мадара ощущал себя так, словно он находился под водой. Но потом тьма исчезает, позволяя Мадаре собраться воедино. Эта атака отняла у него более чем половины его воли. — Невероятная сила, не правда ли? Такая простая атака, а способна нанести урон чему угодно. Сильнее только удар концептуальным красным ломиком. Представляешь, я всего один раз увидел, как кто-то в качестве оружия носил ломик. Не Эскалибур, не Копьё Лонгиния, не Адамантовый меч, не другие чудо оружия, а обычный красный ломик. И поверь, это было мощное оружие, окутанное таким количеством веры в него, что превзошло любое другое оружие, а вот и он кстати. Бог достал красный ломик, улыбнулся и ударил им Мадару. Мадара моргнул, чувствуя, как с него спадает пелена видения. Пожалуй идти против столь могущественного существа при текущем уровне сил было бы глупо. Но куда больше? Мадара и так силён, каким образом можно стать ещё сильнее? Это было нереально, невообразимо и невозможно. — Если сила бесполезна в битве с чудовищами такого уровня, буду развивать мастерство, — произнёс Мадара, опуская руку и оставляя космическую силу в покое. Напрягшись, он слегка изменил мир вокруг себя, высвободив вспышку яркого жёлтого света. Иллюзорная реальность обретала объём и сложность. Мир из ничего воплотился, отделившись от основной ветки миров. Мадара ощущал, как всё становится более красочнее, более жёстче, более упорядоченнее и в тоже время более хаотичнее. Чакра стала слушаться чуточку хуже, воздействовать на реальность волей стало во много раз сложнее. — Может расслабиться чуток? А потом уже приняться за набор опыта? — задал сам себе вопрос Мадара. Небо заволокло тучами, пошёл дождь, мелкий прерывистый. Поднялся сильный ветер, забивая пыль под одежду, в глаза, рот и уши. Мадара чихнул, продолжая вслушиваться в самого себя, в свои желания, порывы своей души. Она требовала от Мадары поесть, сходить в туалет и поспать. Мадара осознал, что он насквозь простое и примитивное существо, которое жаждет удовлетворения лишь низменных инстинктов. В том числе и инстинктов продолжения рода. Пожалуй на этом и заканчивается история Мадары, когда тот делал что-то очень крутое и глобальное. Мадара познал абсолютный покой, равновесие со своими желаниями и возможностями, достиг высшего просветления, понял смысл жизни. Лицо Мадары приняло блаженное выражение, и он переместился в Коноху, где нашёл небольшое кафе и заказал себе много еды. Там же он встретил и свою любовь, будущую жену, что достигла такого же уровня просветления что и он. Встретились они конечно не случайно, оба обладали даром видеть будущее, а потому стремились к этой встрече, в этом месте и в это время. Не сговариваясь сели за один стол, блаженно улыбаясь друг другу. Им не нужны были слова, это была взаимная ненависть с первого взгляда. Уж слишком они были похожи, а любой разумный больше всего ненавидит похожих на себя существ в виду сильной конкуренции за места под солнцем, которое в виду схожести разумных, пересекаются. И в тоже время они полюбили друг друга, как самые понимающие друг друга существа во вселенной. Конец истории.