Партнер по танцам

      Есть люди, которые ничем не интересуются в жизни, и Мин Юнги был именно таким человеком. Он был таким до тех пор, пока мать не отвела его в танцевальную школу балета. Она очень переживала за него, ведь мальчика ничем нельзя было занять, она была уверена, что балет ему точно не понравится, но должна была попробовать всё. В танцевальную школу Юнги зашел с недовольным лицом, ведь танцы — это последнее, что могло его заинтересовать. Мальчика провели в раздевалку, но он категорически отказывался одевать обтягивающую одежду и тем более обувать балетки, в то время, как другие ребята спокойно одевались. Занятие началось, и все выбежали в зал, Юнги тоже вышел, все также оставаясь в своей обычной одежде. Его мать сидела на диванчике, как зритель, она очень расстроилась, когда Юнги вышел не как все. Пока учитель по танцам распределял детей по парам, выяснилось, что сегодня записались два новеньких мальчика, и для них нет свободных партнерш, потому их решили поставить танцевать вместе. — Мин Юнги, вставай в пару с Пак Чимином, — учитель указал Юнги на хрупкого мальчика, больше походившего на девочку со своими изящными чертами лица и девичьим телосложением. Было видно, что Чимин был смущен танцевать в свой первый день с мальчиком, но Юнги тоже был не очень-то уверен в себе, хотя пытался не показывать этого из-за матери, сидящей где-то сзади. Маленький Пак Чимин совсем не так представлял свое первое занятие. Он надеялся что его поставят в пару с какой-нибудь красивой девочкой, которая западет ему в душу, и они будут танцевать лучше всех, а вскоре поженятся. Но все надежды Пака рухнули, когда он встретился взглядом с недовольным Мин Юнги, похожим больше на сурового дедушку. — По местам! — громко сказал учитель, Чимин подошел к Юнги, и урок начался. Чимин танцевал за девочку, потому что, наверное, больше на неё был похож, хотя они с Юнги не успели обговорить это. С самого детства Пак Чимин мечтал о балете, но его родители считали, что балет танцуют только девочки (в чем, конечно, очень сильно ошибались), и что Чимин должен быть сильным, а не размазней, неспособной защитить себя. Но Чимин все-таки смог уговорить свою добродушную мать на занятия танцами. Пак уже немного знал о балете, изучая его самостоятельно дома, пока никто не видел. Но всё равно этого было мало, мальчик хотел учиться у профессионалов. И вот начались первые движения, Пак Чимин дал свою руку Юнги, а вторую положил на его плечо. Юнги же с какой-то нежностью обхватил талию Пака, увидев, как это сделал мальчик, стоящий рядом. — Раз, два, три…раз, два три, — начал считать учитель, и все пары, за исключением Пак Чимина и Мин Юнги, закружились в танце, потому что уже изучили начальные движения. Чимин тоже знал их, но деревянный Юнги не сдвинулся с места. Учитель был слишком увлечен обучением более опытных детей, чтобы обращать внимание на новеньких, стоящих, будто окоченевшие. Чимин уже хотел возмутиться, что не хочет быть в паре с Юнги, что он пришел учиться танцевать, а не стоять столбом, как вдруг посмотрел на угрюмого мальчика и понял, что тот просто не умеет танцевать. — Давай я научу тебя некоторым движениям, — сказал Чимин и, не дожидаясь ответа Мина, начал объяснять и показывать ему, как надо начинать. Чимин объяснял всё так подробно и интересно, что Мин Юнги засмотрелся на него. Юнги внимательно слушал Чимина, изредка ловя себя на мысли, что этот хрупкий мальчишка самый очаровательный из всех, с кем ему доводилось видеться и взаимодействовать. С каждым своим словом и движением Чимин замечал, что выражение лица Юнги менялось, переходя от недовольного к увлеченному, даже какому-то серьезному и сосредоточенному. Спустя некоторое время Юнги начал повторять движения за Чимином, чему очень удивилась и обрадовалась мать Мина, всё ещё наблюдавшая за сыном. Она и подумать не могла, что Юнги сделает хоть одно движение, а сейчас лицезрела, как он с интересом повторял за каким-то мальчишкой. Мать Юнги даже заулыбалась, когда у её сына не получалось, а мальчик, учащий Мина, трепетно показывал ему ещё раз. На самом деле для неё было счастьем — видеть, что сын чем-то занят. Юнги часто болеет, и врачи говорят, это из-за того, что он мало двигается. Они напугали её, что неподвижность и незаинтересованность могут привести к потери себя, Юнги мог стать сумасшедшим. Но сейчас он выглядит просто прекрасно, и мать даже увидела на его лице легкую улыбку, когда мальчик, учащий её сына, похвалил Юнги. Вскоре занятия закончились, но Пак Чимин и Мин Юнги не убежали в раздевалку, как сделали все остальные дети. Они дожидались учителя, который непременно вспомнил о них. — Вы внимательно наблюдали, как танцуют ребята? — с улыбкой спросил учитель, потому что был виноват, позабыв о новеньких учениках. — Конечно, — ответил Чимин, потому что он действительно учился, наблюдая за уже обученными детьми. — Скоро придут новые девчонки, и вы будете танцевать с ними. — Хоро… — Чимин не успел договорить, потому что Юнги перебил его. — Я не хочу быть в паре с девочкой, — нахмурившись, сказал Юнги. — Я хочу быть с ним, — мальчик указал на Чимина. Пак сначала опешил, как и учитель удивленно взглянул на Мина, но потом вспомнил, что они дожидались учителя, чтобы показать ему свой танец. — Включите, пожалуйста, музыку, мы станцуем, — вежливо попросил Чимин учителя. Заиграла приятная мелодия, Юнги притянул Пака за талию, к себе, а второй взял за руку Мина. Это был обычный вальс, из мальчишек только Чимин обладал растяжкой, но он не мог совершать какие-либо балетные трюки сам, без поддержки опытного партнера. Когда они закончили, учитель похвалил их, но сказал, что им предстоит ещё многое узнать, и только мать Юнги была вне себя от радости. — Вы чудесно станцевали, — она подбежала к мальчикам, хлопая в ладони. Юнги молчал, но был доволен, что мать больше не волнуется за него, а радостно улыбается. Чимин поблагодарил женщину и побежал переодеваться. — Тебе понравилось? — осторожно спросила мать сына. — Очень, — честно ответит Мин, умолчав только о том, что понравилось танцевать именно с этим мальчиком. Выходя на улицу, Мин Юнги заметил вдали Чимина, разговаривающего с какой-то худенькой девочкой, он почему-то подумал, что она тоже танцовщица. Мин решил, что на следующем занятии Пак обязательно найдет себе партнершу, а он останется один. Но мальчик быстро откинул эти мысли и побежал за матерью, которая ушла вперед, не заметив, что сын отстал.       В день вторых занятий Юнги с нетерпением ждал часа, когда он отправится в танцевальную школу. Но как только он подошел к школе, то заметил Чимина с уже другой девочкой, Пак словно пользуется спросом у них. — Он настолько по-девичьи выглядит, что обзавелся подружками, как девчонка, — буркнул Юнги, проходя мимо Чимина так, чтобы он точно заметил его. Но Пак и не подумал обратить свое внимание на Мина. Юнги зашел в школу и отправился в раздевалку, но по-прежнему отказывался одевать одежду для занятий. Сегодня матери с ним не было, поэтому Юнги никто не контролировал, хотя даже ей зачастую не удается это делать, но Мин не хочет её расстраивать, поэтому изредка слушается. Как Юнги и предполагал, Чимин нашел для себя партнершу, а он остался один. Юнги сказали посидеть на лавочке и понаблюдать, как танцуют остальные. Он присел, но смотрел только на Пак Чимина. В нем горела ревность, что ещё недавно он танцевал с ним, а сейчас танцует с какой-то девицей. Чимин был с ней хорошо знаком, но Юнги все равно не мог понять, почему Пак променял его, хотя они неплохо станцевали в прошлый раз. Юнги так только показалось, Чимин ещё тогда решил, что приведет для себя достойную партнершу и покажет всем, как неплохо танцует. Их пара танцевала определенно лучше всех, но Мин наблюдал только за плавными движениями Пака, как тот прогибается и словно летает под мелодию. Юнги был изумлен и хотел также, но чтобы он был партнером Чимина и держал его в своих руках, как сейчас Пак держит девчонку в своих. Танец уже заканчивался, как вдруг Юнги вскочил и побежал к Чимину, хватая его за руку. Учитель звал их, партнерша Пака была в недоумении, а Юнги вел Чимина в раздевалку. — Отпусти меня! — Чимин наконец пришел в себя и начал вырываться, но у Юнги была сильная хватка, и он отпустил его лишь тогда, когда они оказались одни в раздевалке. — Как ты мог так поступить со мной? — чуть не крича, спрашивает Юнги, а Чимин со страху впечатывается в стену. — Что я сделал? — с непониманием отвечает Пак вопросом на вопрос. Не так он представлял себе учебу в танцевальной школе, но как только он попал сюда, все его ожидания превзошла суровая реальность, повстречав он Юнги. — Я же сказал, что хочу танцевать только с тобой, а ты так быстро нашел замену? — уже со злостью спрашивает Юнги. — Но мы же мальчики и должны танцевать с девочками, — говорит Чимин, всё ещё не понимая поведение Мина. — И вообще я тебе ничего не должен, может, я не хочу танцевать с тобой, — сказал Чимин и попытался выйти из раздевалки, но Юнги перегородил ему путь. — Я — собственник, поэтому ты будешь танцевать только со мной, — говорит Юнги, сурово глядя на Чимина. — Не буду, — резко отрезал Чимин, а Юнги, словно сумасшедший, взглянул на него убивающим взглядом. Сейчас в Юнги бушевали две личности: одна чувствовала тягу к этому худощавому мальчику с изящными чертами лица, но в то же время он не хотел делить его с другими. Юнги и вправду стал сумасшедшим, потому что принял решение никому не отдавать Пак Чимина, раз уж он не хочет оставаться с ним. — Спрашиваю ещё раз, ты будешь танцевать только со мной? — Юнги смотрит на Чимина, тот уже боится его, но не хочет поддаваться этому странному мальчишке. — Нет, я буду танцевать с той красивой девочкой, ты не достоит меня, — выкрикнул Чимин свои последние слова. — Больше не будешь, — ухмыльнулся Мин и накинулся на Чимина с кулаками. Он намного сильнее и крупнее Пака, поэтому ему не пришлось долго слушать оглушительные стоны. Чимин стонал так громко, что казалось, может услышать весь мир, но он быстро отключился, а Юнги продолжал его избивать. Раздевалка была в отдельном здании от танцевальной школы, потому что здесь училось слишком много детей, но все они сейчас были на занятиях, не предполагая и не слыша, что творится в раздевалке. На полу лежит окровавленный, избитый Пак Чимин, а рядом, у его ног, стоит Мин Юнги. Он не сожалеет, что поступил так, а наоборот улыбается. — Теперь ты только мой, —довольно говорит Мин, но вдруг входят дети в раздевалку. — Что с ним? — взволнованно спрашивают они, а один, который постарше, прощупывает пульс у бедного Чимина. — Не дышит, — едва шепчет парень, а Мин Юнги заливается сумасшедшим смехом, всё повторяя про себя: «Не дышит, не дышит…»