The Prisoner

В попытках абстрагироваться от вчерашнего тошнотворного дня, свой первый выходной Джей Ди решил провести весело и задорно. «Максимально весело и не менее задорно», — подумал он, устраивая ноги на перекладине барного стула. Пока что это определение можно было применить лишь к шипевшему на раскаленной керамике ароматному бекону, который Джей Ди готовил себе утром на завтрак. И который он благополучно спалил, залипнув на гребаных облаках и прояснившемся после ночного дождя небе, напоминавшем своим цветом глаза Нокса. Иисусе, он превращался в девчонку… Еще одна слащавая аллегория на тему цвета глаз альфы и можно будет начать покупать помаду и чулки — Джей Ди каждой клеткой тела ощущал, что у него вот-вот вырастет вагина. Он провел в Райкерс всего пару дней, а чертовы обезумевшие гормоны уже начали сводить его с ума! Все попытки вытеснить Нокса из головы оказывались безуспешными. Провалявшись полночи без сна, Джей Ди с завидным упорством гнал от себя события прошлого вечера. Но образ альфы, его запах, ощущения, которые дарили его горячие ладони, казалось, намертво впаялись в ДНК и пустили в нем глубокие корни. Вполне возможно, что с таким раскладом он станет зависимым от этого мужчины. Мужчины, с которым он не имеет права — и возможности — быть. Прошлым вечером, по дороге домой, Джей Ди заехал в маркет и обнаружил печальную подробность своего нового существования — острую реакцию на запахи. Либо прежде он не особо обращал на это внимание, либо Нокс — что казалось наиболее вероятным — основательно похерил ему работу обонятельных рецепторов. И теперь даже простое социальное взаимодействие превращалось в самую настоящую внутреннюю борьбу. Его омега, словно оголенный нерв, резко и враждебно реагировал на внешние раздражители в виде чужих ароматов. Не важно — испускали их альфы или омеги. Он брезгливо «воротил нос» и недовольно маялся под кожей при любом, даже едва уловимом намеке на незнакомый феромон. Взвесив все за и против, Джей Ди пришел к выводу, что ему срочно необходим алкоголь — много алкоголя — и ночь с членом в заднице. Именно поэтому Джей Ди без разговоров принял давно озвученное предложение «знатно нажраться», поступившее от бывшего члена его отряда. Правда, пока что дела шли так себе. Настроение сбоило по полной. Чертов Нокс. Сделав очередной глоток пива, Джей Ди оглядел танцующую толпу темного и чертовски душного заведения, с настойчиво бьющей по ушам громкой музыкой. Бар был под завязку набит весьма незаурядной публикой и роскошным разнообразием узлов на любой вкус и — Джей Ди взглянул на проходящего мимо мощного парня — размер. Мешанина феромонов стояла настолько тяжелой и плотной стеной, что впору было топор вешать. Это было именно тем, чего он опасался, но, приняв во внимание собственное желание отвлечься от голубоглазого наваждения — черт, опять вспомнил — Джей Ди решил забить болт на душащий, царапающий горло коктейль запахов. — Думаю, ты хочешь об этом поговорить, — крикнул сидящий рядом Дэн, толкнув его плечом. Парень вернулся из Ирака чуть больше месяца назад, и уже не в первый раз предпринимал попытку расшевелить Джей Ди посредством посещения самых злачных заведений Большого Яблока. Дэн был коренастым, вечно неунывающим и ужасно болтливым бетой. Последний пункт Джей Ди считал самым привлекательным, потому как, болтая за двоих, парень, фактически, выполнял за него всю работу. — Хмм? — не отрываясь от бутылки, протянул Джей Ди. — Альфа, — обозначил парень и, обронив в себя стопку текилы, невозмутимо добавил: — Из-за которого ты… цветешь и пахнешь. Бутылка Будвайзера замерла на полпути к губам Джей Ди. — Не понял?.. — хмуро буркнул он, повернувшись к Дэну. — Пахнешь иначе, — улыбнувшись, пожал тот огромными плечами. — Итак, давай. Я хочу это услышать. Кто разъебал непоколебимое сердце лейтенанта Харрисона? Учитывая резкое изменение твоего запаха, позволю сделать вывод, что это кто-то возмутительно охуенный. Дэн поиграл бровями. — Ты — балабол, — покачав головой, хмыкнул Джей Ди и приложился губами к горлышку. — Брось! Все знают, что беты — шлюхи в том, что касается поболтать! — весело воскликнул тот и снова толкнул Джей Ди плечом. — Колись, ЭлТи! — Это не стоит внимания, поверь мне. Глядя на батарею бутылок с крепким алкоголем, Джей Ди принялся ковырять этикетку. Меньше всего ему хотелось заводить разговор о Ноксе. Тем более обсуждать образовавшуюся по воле суки-судьбы и не сулящую ничего хорошего связь. Закрыв глаза, он увидел перед собой пару голубых глаз. Черт. Он ведь просто хотел выпить и потрахаться этим вечером. — Он, что, заключенный? — захохотал Дэн, едва не свалившись со стула, но резко изменился в лице, увидев, что другу не так весело. — Бля, — басовито резюмировал он ровным голосом, на что Джей Ди рассеянно закивал. Не получив внятного ответа, Дэн хмуро спросил: — Я прав? Твою мать. — Прав, — ответил Джей Ди и махом прикончил оставшуюся половину бутылки. К его немалому удивлению, погрузившийся в созерцание своего я, непривычно молчаливый Дэн, не стал развивать тему, поэтому Джей Ди продолжил задумчиво потягивать новый Будвайзер, костеря на все лады того, кто «разъебал его непоколебимое сердце». Опрокидывая стопку за стопкой, Дэн несколько раз порывался о чем-то сказать, но так и не выдал ничего, что могло хотя бы отдаленно сойти за человеческую речь. К тому моменту, когда он прикончил шестой или седьмой шот, его настроение заметно поднялось. Оставив Джей Ди у стойки, он ушел танцевать с какой-то девчонкой. Пару минут спустя Джей Ди заметил наблюдающего за ним рослого светловолосого парня и — в жопу все — улыбнулся ему. Ждать не пришлось. Блондин — что ради разнообразия было очень даже неплохо — тут же обошел барную стойку и, встав рядом с Джей Ди, пристроил на нее локоть. — Ты с ним? — махнув головой в сторону, спросил тот. Ох, бля. Объемный, наглый аромат альфы давил почти физически, заставляя Джей Ди прикладывать неимоверные усилия, чтобы не поморщиться от острого иррационального резонанса между желанием и отторжением. Парень был, несомненно, привлекательным. По крайней мере внешне. Но, похоже, усыпленный супрессантом омега Джей Ди, умудрялся недовольно трепыхаться даже под убойной дозой химии. Джей Ди сложил губы в натянутую улыбку и принялся играть с бирдекелем.* Дрожащей рукой. Что за хрень? — Нет, я один, — пытаясь перекричать музыку, ответил Джей Ди и взглянул на парня, который без какого бы то ни было стеснения разглядывал его тело. — Я Джей Ди. — Зак. Склонившись почти вплотную и совершенно не скрывая своих действий, альфа нахально затянулся его запахом. Глядя на рот Джей Ди, он приподнял уголок узких губ и произнес возле его уха: — Обалденно пахнешь. Угостить тебя выпивкой? С места в карьер. Привычные методы пикапа имели какое-то исключительное очарование. А учитывая абсолютное нежелание Джей Ди напрягаться и ломаться этим вечером, как целка с расстегнутым лифчиком, он решил забыть о тормозах. — Чем-нибудь покрепче, — ответил он и, повернувшись на стуле, притянул альфу к себе. Пару минут спустя на стойке оказались несколько забористых красных шотов с горящей шапкой. Джей Ди видел улыбку альфы, с удовольствием наблюдающего за тем, как он уронил в себя стопку. Улыбнувшись в ответ, он нахально потянулся за поцелуем. И получил то, о чем просил. Голову кружило. От крепкого алкоголя, от какофонии мощных запахов, от близости горячего, сильного тела. Все превратилось в какой-то смазанный клубок ярких ощущений, жара и маячащего на периферии сознания… несогласия. Но — что немаловажно — у Джей Ди все еще шевелилось на других парней. Выкуси, Нокс! Поцелуи все продолжались, прикосновения становились все откровенней, а новый шот — наконец-то! — полностью отключил ощущение отторжения происходящего. Джей Ди не помнил, как оказался на улице. Тискающий его альфа, казалось, окончательно поехал мозгами и, затащив одуревшего Джей Ди на заднее сидение тачки, начал торопливо расстегивать его джинсы. Мгновение спустя Джей Ди ощутил скользнувшую вниз по бедрам жесткую ткань. Лежа на спине, он позволил альфе схватить себя под коленями и, успев зацепиться вниманием за надетый презерватив, почувствовал растягивающий мышцы глубокий толчок и очередной поцелуй альфы. С мощью и беспощадностью локомотива в сознание врезался незнакомый запах. Чужой. Не Мой. Сложенное напополам тело Джей Ди дрожало от упоительных ощущений. Сжимая в себе налитый кровью член, он громко стонал, послушно принимая каждое жесткое проникновение. В какой-то момент, Джей Ди начал чувствовать нарастающее распирающее ощущение в заднице, и, едва соображая, повинуясь внезапно накрывшей панике, успел надрывно выкрикнуть: «Без узла!» Альфа разочарованно зарычал, но сделал как ему велели. К моменту, как Джей Ди начал кончать, его разбуженный гормональной встряской омега принялся беспокойно и отчаянно биться под кожей — прощай посткоитальный релакс. Этот потерявший стабильность моногамный псих вел себя так, словно они попали в руки гребаного насильника. Заебись. По дороге домой Джей Ди чувствовал себя так, словно за ним кто-то гнался, что было полным абсурдом. Позади него не было никого, кто мог бы представлять угрозу. Ни маньяка в маске «Крик», ни стремного клоуна-убийцы. Джей Ди понимал, что в этом виновата работа внутренних инстинктов омеги, подпустившего к себе чужака. Всего лишь гормоны и спровоцированные ими эмоции. Подумаешь. И, мать вашу, теперь он каждый раз будет получать от них под дых при случках с левыми парнями? Джей Ди со злостью втаптывал эти «радостные» мысли в асфальт. У Нокса не было никакого права появляться в его жизни, будучи заключенным. Будучи убийцей. У него не было права расшатывать гормоны Джей Ди, пользуясь своей умышленно нанесенной травмой. Джей Ди прекрасно осознавал представшую перед ним перспективу — его омега медленно, но верно загнется без своего альфы. И теперь у него было лишь два варианта: систематическое получение альфа-гормона Нокса или лютая засада в виде судьбы наркомана с пожизненным употреблением мощного подавителя, гарантирующего в будущем полный отказ функций репродуктивной системы. Но во всем была светлая сторона. В данном случае она заключалась в том, что Нокс его не пометил. Хотя мог. Еще как мог. Джей Ди отчетливо помнил густую пелену возбуждения, накрывшего его в медблоке. У Нокса были на руках все козыри, но по какой-то непонятной причине он ими не воспользовался. «Почему?» — спрашивал себя Джей Ди, проваливаясь в сон в темноте спальни. На следующей смене в «Райкерс» Джей Ди решил, что ни за что не позволит гребаным гормонам победить его. Хрена. Им. Моржового. Вколов себе дозу химии, Джей Ди выкурил пару сигарет, выпил галлон кофе, после чего переоделся в медформу и приготовился к любой ситуации. К середине рабочего дня он получил неожиданный — не то чтобы приятный, но весьма ироничный — сюрприз, выглядящий, как честно добытый и брошенный к его ногам боевой трофей. В приемной сидел чернокожий татуированный бугай — Леонард Креймер. Тот самый мужик, что на днях предлагал Джей Ди специфическое удовольствие для избранных, заключающееся в вязке рта. И судя по представшей перед Джей Ди чертовски неловкой картине, чувака беспощадно накрыла карма — этот здоровый хрен сидел посреди кабинета с раскрытым ртом и перекошенной нижней челюстью. «Нокс — псих», — мысленно заключил Джей Ди, пытаясь не заржать. Он был абсолютно и бесповоротно уверен, что это — его рук дело. В переносном смысле, разумеется. Потому как характерные, превратившиеся в тонкую пленку белесые капли на короткой щетине кипящего от праведного гнева Креймера, имели весьма далекую от рук природу. Вколов альфе миорелаксант и дождавшись начала его действия, Джей Ди поудобней разместил пострадавшего и устроился напротив. Он не смог сдержаться. Пытался, но не смог. — Прости, — начал Джей Ди, насмешливо заглядывая в представшее перед ним клыкастое дупло, из которого ниагарским водопадом текла слюна. — Понимаю, что это — личное, но мне дико любопытно. Предвосхищая его вопрос, альфа запыхтел, как бык на корриде. Черт, Джей Ди никогда не забудет эту хохму. — Как тебе вязка рта? — улыбнулся он, а стоящий у выхода конвоир в синей кепке «CCA» хрюкнул от смеха. Что-то промычав, Креймер метнул в них обоих испепеляющий взгляд. — Я так и думал, — подытожил Джей Ди, запихивая большие пальцы в раскрытый рот. — А сейчас расслабься. Креймер сделал, как было сказано. Оттянув нижнюю челюсть вниз, Джей Ди со щелчком вернул ее на место и быстро убрал руки, чтобы не остаться без пальцев. Альфа облегченно простонал, потирая подбородок. — Легко и изящно, да? — не унимался Джей Ди под хмурым взглядом чернокожего мужика. — Теперь ты знаешь, как это паршиво, и в будущем трижды подумаешь, прежде чем поступить так с кем-то другим, — добавил он, стягивая перчатки. Достав из холодильника сухой лед, Джей Ди раздавил внутренние пакеты с жидкостью и кинул упаковки притихшему альфе. — Приложи, — сказал он и повернулся к охраннику: — Лед необходимо менять каждый час. — Сделаем, — весело улыбнулся тот и, наконец, увел злого, как черт, заключенного, пробормотавшего нечто вроде «спасибо». А может, «ублюдок». Поди пойми. Когда Джей Ди был маленьким, он воображал, что тюрьма — это всего лишь множество изолированных друг от друга комнат, где совершившие преступление люди спокойно читают книги, разгадывают кроссворды и, вообще, занимаются всем, что душе угодно, познавая самих себя на пути к свету в виде желанного освобождения. Тюремное заключение казалось ему чем-то вроде продолжительной поездки в лагерь скаутов для взрослых, где их учили дисциплине. Но — нет. В реальной жизни все оказалось совсем по-другому. В тюрьмах вроде Райкерс камеры открывались в семь часов утра, заключенных считали по головам, после чего охрана практически полностью теряла к ним интерес. До тех пор, пока они не учиняли беспредел, конечно. Арестанты передвигались по территории тюрьмы совершенно свободно и развлекались кто во что горазд. Помимо уже известных Джей Ди активных способов времяпрепровождения — и зарабатывания травм — в виде игры в баскетбол и тягания железа, здесь имелся так называемый «зал отдыха». «Ведь совершение даже самого ужасного преступления не означает, что помимо изоляции от общества заключенный должен быть лишен развлечений», как выразился начальник тюрьмы. Итак, зал отдыха. Звучало вроде бы вполне мирно. Нарисовав его в своем воображении, можно было бы легко почувствовать запах ароматических свечей — персиковых, например — и услышать звуки тихого, ненавязчивого лаунжа. Но, это — Райкерс, детка! Отбывающие срок играли в зале отдыха в азартные игры и именно эта незатейливая забава являлась чуть ли не главной причиной, позволяющей Джей Ди честно отрабатывать свое жалованье. Избиения и подставы здесь происходили чаще, чем на баскетбольной площадке. За время его выходных лазарет обзавелся новым постояльцем в лице рыжеволосого альфы с ранением в паховой области. Если быть точнее, то чувак лишился яйца. Кто-то пырнул его заточкой во время очередной потасовки, спровоцированной игрой в покер. «Результат которой, очевидно, устроил не всех», — подумал Джей Ди, обрабатывая швы на причинном месте. Не жизнь, а мечта. Вместо члена у альфы был монстр. Чудовище, если быть точным, потому что это узловатое, опутанное венами нечто, мало походило на то, чем оно должно было являться по задумке природы. Эта здоровенная хренотень напоминала гребаный сталеалюминиевый провод без изоляции и заставляла передергиваться от ужаса даже видавшего виды Джей Ди. Кроме шуток. — Слышь, омега, — просто и без излишеств прохрипел пострадавший альфа, — ты охуенно пахнешь. Когда перестану изображать овощ и начну чувствовать своим югом хоть что-то, с радостью наполню твой зад спермой. Одно яйцо мне не помеха. С лица Джей Ди ни на секунду не сходила дежурная саркастическая ухмылка. Едва удержавшись от порыва схватить скальпель и довести процедуру кастрации до победного конца, он шумно вздохнул. Закончив со швами, Джей Ди снял перчатки и услышал доносящийся из приемной голос Рамиреса. — Скажи, альфа, — выдал он, с манящей улыбкой склоняясь к лицу хуястого засранца, и махнул головой в сторону капельницы с недавно добавленным обезболивающим: — Тебе нравится эффект от этой кайфовой штукенции? Глядя на его губы, альфа глубоко вдохнул его запах и, словно под гипнозом, медленно кивнул. — Прекрасно, — резко выпрямившись, ответил Джей Ди. — Еще одно подобное предложение, и от меня ты анальгетик больше не получишь. Будешь довольствоваться парентеральным питанием. — А это что ещё за херня? — недоуменно пробубнил альфа в спину уходящего Джей Ди. Очевидно, мужик разобрал лишь первую часть слова «анальгетик» и вторую часть слова «парентеральный». — Посмеешь мешать отдыху другого пациента и итог окажется аналогичным, — предупредил его Джей Ди, выходя из лазарета. — Че? — Ниче, отдыхай, — отрезал Джей Ди и закрыл за собой дверь. Заглянув в соседнюю палату, он, наконец, увидел долгожданную тень улыбки на губах Джейсона и переполненный счастьем взгляд вечно сурового Рамиреса. Джей Ди разделял их настроение. По словам его сменщика — Курта, последние пару дней омега едва ли походил на живого и, чтобы ни делал Рамирес, тот все глубже уходил в себя. Благодаря одной из бесед с его альфой, Джей Ди узнал, что омега хорошо рисует, и, понадеявшись на удачу, купил набор восковых мелков. Отдав Джейсону утром свой небольшой подарок, Джей Ди почти прилип к окошку в двери палаты. Долгое время ничего не происходило, из-за чего он решил, что идея не зашла — бумага и разноцветная пастель так и продолжали лежать на тумбочке возле койки парня. Но спустя полтора часа задумка и терпение Джей Ди все-таки с лихвой окупились. Налив себе кофе и вернувшись к своему наблюдательному пункту, он увидел, что Джейсон держит на коленях черный медицинский планшет, а его рука совершает легкие, короткие движения по бумаге. Теперь же на его кровати лежали несколько ярких рисунков. Решив не мешать паре, Джей Ди осторожно закрыл дверь и сел за компьютер, чтобы внести корректировки в медицинские карты. Пару мгновений спустя в коридоре послышался глухой тяжелый топот и дверь в медпункт распахнулась, едва не слетев с петель.