Приори Инкантатем

Я бросаюсь, как в воду, в объятья твои, Снова пальцы скользят по плечу; Вырвать корень твоей ядовитой любви Ты не можешь — а я не хочу!

      Старинные символы неаккуратной вязью ложились на пергамент. Если бы Гермиона только могла как-то повлиять на это, записи выглядели бы гораздо более аккуратными, но увы, у девушки не было никакой возможности повлиять на происходящее. Обстоятельства буквально связали ее по рукам и ногам. — Что-то я уже сомневаюсь, что это была хорошая идея, — тихо, чтобы не услышал никто, кроме друга, прошептала девушка.       Вообще-то она знала это с самого начала, но все же поддалась на уговоры Гарри. Слишком уж заманчивой была идея поскорее расколдовать родителей. Это было единственное незавершенное дело, не дававшее им успокоиться и наслаждаться долгожданной свободой.       «Да уж, свободой, » — мысленно хмыкнула девушка. Именно поэтому она сейчас сидит привязанная к их с Беллатрикс кровати, и наблюдает за тем, как друг старательно перерисовывает руны из древней книги, позаимствованной в местной библиотеке. Хорошо, что Том занялся образованием мужа, иначе им бы сейчас было еще веселее. — Это был единственный способ сделать все по-быстрому. Смысл торчать здесь четыре года, если нужная нам информация содержится на трех страницах? — С этим я как раз согласна, но вот способ, которым мы до них добрались, мог быть и другим.       Гермиона ещё раз мысленно вздохнула. Если бы она наперед знала, чем все закончится, ни за что бы не пошла в платье Беллатрикс на поклон к самому молодому профессору университета, да еще и сразу после пары. Может, если бы она была одета иначе, Пожирательница не стала бы привязывать ее к кровати, угрожая не развязывать неделю, если она в ее отсутствие сдвинется хоть на миллиметр. — У них на библиотеке защитные чары покруче, чем в Гринготтс, даром что дракона нет. Тем более, что это другая страна. Будет неловко, если нас отсюда выставят за ограбление. — Да уж, куда лучше, если нас выставят из-за массового убийства, — фыркнула девушка: — не отвлекайся давай, тебе ещё одна страница осталась. — Сейчас-сейчас, тут момент непонятный, — Гарри привычным жестом взъерошил свои волосы, а затем сдался окончательно и поднес книгу поближе к Гермионе, пальцем указывая на то место, которое его смутило: — Этот знак, кажется, означает кровь? Что тогда он делает в книге по ментальной магии?       Девушка подавила желание обреченно вздохнуть. Если бы она могла, она бы уже тысячу раз переписала текст, перевела его на английский и даже подготовила все к проведению ритуала. Ну вот почему она послушала этого… недослизеринца? Если бы не платье, титул главного ревнивца достался бы Тому и уже Гарри лежал бы сейчас связанный.       Хотя, с другой стороны, если бы Реддл заподозрил, что муж не просто мимо проходил, он бы точно устроил бойню всем, кто имел неосторожность посмотреть в сторону Гарри. Беллатрикс в этом плане немного адекватней: она не убивала и не ранила слишком сильно, чтобы у Гермионы не было повода посочувствовать несчастной жертве, случайно вставшей на пути у Пожирательницы.       А ведь сейчас она именно этим и занималась: сокращала поголовье австрийских магов, имеющих неосторожность радушно принять их компанию в своей стране, да еще и предложить им с Гарри стать вольными слушателями в обмен на согласие Тома и Беллатрикс поработать в качестве приглашенных профессоров до тех пор, пока Гермиона не найдёт способ расколдовать родителей. К счастью, им не понадобилось и двух месяцев, чтобы найти упоминание о книге, содержащей необходимый им ритуал. И вот он прямо перед ней, осталось только расшифровать, чтобы убедиться, что это то, что надо и скопировать ритуал из книги. Чтобы подстраховаться, Гарри и Гермиона решили скопировать весь раздел, благо ритуалов отмены колдовства было не так уж и много. — Это словосочетание, видишь, этот знак рядом означает ритуал. Ритуал на крови. Так, это разделение, а это сила. Наверное, что-то вроде нашего брачного ритуала. Да это же он и есть. Вот, обмен кровью и магией, а здесь про магические татуировки. Убери палец, я не вижу чего семь. Ага, семь лун, отмена. Если ритуал не отменить через семь лун он свяжет души навеки. Дальше идёт описание ритуала отмены. Он похож на тот, что с памятью, там ничего сложного, а потом… Все, это уже следующий раздел начинается. Переписывай быстрее, пока наши не вернулись. — Подожди, — Гарри для убедительности покачал головой и принялся загибать пальцы, пытаясь что-то посчитать. Судя по выражению его лица, результат его не устраивал. — Что-то не так? — Сегодня двадцать четвертое октября. А новолуние в мае было седьмого числа. Даже если считать, апрельскую луну, семь лун ещё не прошло и это значит… — Что при желании еще можно отменить ритуал, — закончила за него Гермиона.       Какое-то время они просто молча смотрели друг на друга. Беллатрикс не спрашивала согласия Гермионы, втягивая ее во всю эту историю. Конечно, в самый последний момент она все же поинтересовалась ее мнением, но на самом деле это было не более чем формальностью, ведь тогда девушка уже ничего не могла повернуть вспять. И вот теперь у неё появилась возможность избавиться от этих отношений. Убежать в другую страну и начать жизнь с чистого листа, навсегда забыв Пожирательницу.       Вот только уже слишком поздно. Гермиона не хочет помнить как засыпать одной в холодной постели и как отвратительно просыпаться, зная, что никто не будет обнимать тебя всеми конечностями, пытаясь удержать в кровати еще пару минуточек, а лучше сразу весь день. И она уж точно не сможет забыть, как преображается обыкновенный пасмурный день, стоит лишь поцеловать свое персональное солнце прямо в коварную улыбку.       Гарри наверняка думал о чем-то похожем, ведь его с первой же минуты поставили перед фактом, что Гарри Поттера и Тома Реддла по отдельности не существует. Есть только Они и у Них на двоих общее абсолютно все, включая планы на счастливую бессмертную жизнь. И хотя первое время друг еще пытался делать вид, что его такое положение вещей не устраивает, Гермиона прекрасно знала, что он такой же ревнивый собственник, как и его драгоценный супруг. Впрочем, они с Беллатрикс тоже недалеко ушли. — Этой страницы не существует! — хором сказали они и Гарри с ее молчаливого согласия захлопнул книгу и передал ее университетскому эльфу, одному из тех, у кого был доступ к библиотеке.       Они успели вовремя. Спустя минуту дверь в спальню, где находились друзья, резко распахнулась. Если бы Гермиона недостаточно хорошо знала жену, заподозрила бы слабенькую Бомбарду, но настроения швыряться заклинаниями у Беллатрикс уже прошло, поэтому Пожирательница просто открыла дверь с ноги. Судя по всему, результаты дуэли, на которую она вызвала всех имевших несчастье увидеть Гермиону в ее платье, ее не порадовали. — Нет, ну этот старик уже достал со своими нравоучениями! Фрау Шварц, — передразнила она ректора одного из древнейших университетов Европы: — Тот факт, что мы пригласили вас читать лекции о боевой магии еще не дает вам право вызывать на дуэль половину третьего курса, да еще и целителей. — А почему только половину? — скучающим тоном спросил Гарри. Как будто ему вообще нет дела до того, что Том и Беллатрикс могли там кого-нибудь убить! — Потому что вторая половина была не в состоянии поднять палочки еще до начала дуэли, — Гермиона почувствовала, как по спине пробежала стайка мурашек. В такие моменты становилось отчетливо понятно, что как бы Том ни притворялся, он уже не человек. Слишком уж много холодного огня было в его глазах. Гарри, впрочем, все более чем устраивало. Ничуть не смущаясь того, что они не одни, он подошел к мужу и обнял его, одной рукой проникая под мантию. — Сильно скучал? — спросил Том после легкого приветственного поцелуя. — Если честно, нет. Я как раз закончил переписывать нужный нам ритуал, уже начал немного скучать и ты сразу же пришел. Как будто мысли мои прочитал. — Кто знает, может со временем нам удастся полностью восстановить ментальную связь и мы будем слышать все наши мысли, — мечтательно произнес Том. — Мы и так знаем, чего хотим сейчас, — тихо ответил Гарри, продолжая прижиматься к супругу. Их связь была такой крепкой, что, в такие моменты как этот, они начинали казаться одним существом. — Ой, да валите уже, — недовольно сказала Беллатрикс, для большей убедительности махнув рукой в сторону двери. Обычно она просто предпочитала игнорировать друзей в такие моменты, но сейчас, очевидно, была сильно не в настроении.       Гермиона хотела попросить друзей не оставлять их наедине, но те были настолько поглощены друг другом, что все равно не услышали бы ее. Стоило двери закрыться, девушка нервно сглотнула. До этого дня она еще никогда не видела жену такой недовольной. Даже в Малфой-мэноре она вела себя гораздо более сдержанно. — Ну, и какого драккла ты взяла мое платье? — что ж, раз Беллатрикс начала диалог, все не так уж и плохо. Не то, чтобы Гермиона всерьез ожидала Круцио, но такой вариант не исключала. — Ты же была не против того, что я беру твои вещи? — Сладкая, — Беллатрикс села рядом с ней и взяла ее за руку. Это определенно было хорошим знаком: — я просто обожаю смотреть на тебя в моей одежде, но это вовсе не означает, что я позволю это делать кому-то еще. И ты прекрасно знаешь об этом, ведь я неоднократно говорила, что не люблю, когда трогают мое. Так что я повторяю свой вопрос: зачем ты надела мое платье? — Это была идея Гарри. Профессор Хоффман всегда с таким интересом смотрит на тебя и мы подумали, что будет больше шансов уговорить его дать книгу если я буду одета как ты, — Гермиона даже не пыталась скрыть ревнивый нотки, когда говорила об интересе профессора. По мнению девушки, он интересовался Беллатрикс гораздо больше, чем она была готова ему простить. — Профессор Хоффман так смотрит на меня потому, что я в первый же день пообещала отравить его если он хоть раз посмотрит на тебя дольше трех секунд. — А почему именно отравить? — ну все, приехали. Теперь Гермиона официально может причислять себя к темным волшебникам: ее ни капли не волновало, что Пожирательница собиралась убить человека. — Именно потому, что это не мой стиль. Все знают, что в случае чего я прокляну, вызову на дуэль или просто заколю кинжалом. Но никому и в голову не может прийти, что я имею какое-то отношение к ядам, — Беллатрикс наклонилась ниже и прошептала прямо на ухо девушке: — И только мы с тобой знаем, что это не так, виноградинка. — Ммм, — Гермиона хотела бы сказать, что целовать шею это нечестно, но решила не тратить время на бессмысленные разговоры: — Развяжи меня. — А если нет, что тогда? — спросила Беллатрикс. В ее глазах уже зажегся знакомый огонек, значит, опасность окончательно миновала. — Ну, тогда я не смогу тебя обнять, не говоря уже о том, чтобы раздеть, — последнее слово Гермиона попыталась выделить интонацией, давая понять, что одним только раздеванием дело не закончится.       Платья Беллатрикс были особенно хороши тем, что долго сохраняли запах своей хозяйки. Целый день девушка чувствовала себя так, словно постоянно находится в объятиях жены. Нет ничего удивительного в том, что сейчас, оказавшись с ней наедине, она захотела большего. И не одна она. Беллатрикс ни капли не преувеличила, говоря, что ей нравится смотреть на жену в своих платьях. И это было еще одной причиной почему Гермиона согласилась с планом Гарри. — Ладно, так уж и быть. Но только если пообещаешь быть хорошей девочкой. — Я всегда хорошая девочка! — Не будешь меня перебивать и согласишься добираться до Австралии при помощи порт-ключа.       Почти минуту Гермиона пыталась понять, о чем говорит Беллатрикс. Жена находилась слишком близко, чтобы адекватно воспринимать реальность. Особенно после того, как прозвучала фраза «будешь хорошей девочкой». Гермиона уже предвкушала очередную идею Пожирательницы, которая заставит ее покраснеть, а вместо этого услышала предложение, которое стояло на третьем почетном месте в списке того, что она никогда не хотела бы услышать от жены. Первым пунктом было, естественно, предложение расстаться, а вторым поубивать всех вокруг. И если первый пункт лидировал с огромным отрывом, массовое убийство и путешествие международным порт-ключом были практически равнозначными. Поэтому ответ был очевиден. — Ни за что! Я прекрасно помню, настолько ужасно было перемещаться на Чемпионат мира по квиддичу, а ведь там и сотни миль не было. Международный порт-ключ вообще лишит желания жить минимум на час. — Все лучше, чем твой адский самолет, — фыркнула Беллатрикс: — Гигантская куча металла в воздухе и ни капли магии! Да еще и доставил не туда, куда нужно. — Между прочим, это не я перепутала Австрию и Австралию, ты захотела сама купить билеты, — напомнила Гермиона: — Повезло, что нам позволили остаться в стране, а ведь могли и выдать Англии как преступников. — Ничего бы нам не сделали. Чтобы ты знала, волшебники, живущие на континенте активно поддерживают неугодных британскому правительству. Они недовольны законами, которые были приняты за последние полвека и с удовольствием окажут посильную помощь всем, кто представляет оппозицию действующей власти. Так что на этот счет можешь не переживать, мисс Нежелательное лицо номер два. И кто вообще придумал это название? — задумчиво спросила Беллатрикс, гладя ее по щеке: — Разве может кто-то в здравом уме считать хотя бы одну часть тела моей виноградинки нежелательной?       В глазах Пожирательницы снова зажегся нехороший огонек. Как и всегда, когда дело касалось Гермионы, Беллатрикс немного перегибала палку со своей ревностью. Вот и сейчас, она была твердо уверена в то, что плакаты с надписью «Нежелательное лицо» имели совершенно противоположный смысл для того, кто их придумал. Если бы они были сейчас в Англии, девушка всерьез начала бы переживать за тех людей, которые имели к плакатами хоть какое-то отношение. Но, к счастью, они были далеко, и поэтому ей с легкостью удалось переключить Беллатрикс на более приятное занятие.       Пользуясь тем, что жена в крайне возбужденном состоянии не способна долго торговаться, Гермиона снова попросила ее развязать. На этот раз более успешно. Она с удовольствием покрутила запястьями, с удивлением отмечая, что на них не осталось ни следа от веревки. Это не могло не радовать, ведь Беллатрикс явно расстроилась бы, увидев на ней хоть царапину. Расстроенная жена это явно не то, чего хотела Гермиона, поэтому ее руки оказались в темных волосах еще до того, как она успела об этом подумать. Немного погладив Пожирательницу по голове, она перешла на плечи, а потом и на спину.       Обнимать жену было каждый раз так приятно, что Гермиона на миг потеряла контроль над ситуацией. В следующий миг девушка осознала себя абсолютно обнаженной, извивающейся под ласками Беллатрикс. Она даже каким-то образом умудрилась раздеть Пожирательницу, хотя та очень редко позволяла себя раздеть до первого оргазма. Наверное, хотела показать, что для нее удовольствие Гермионы важнее ее собственного.       Но в этот раз Беллатрикс сама отступила от собственного правила. Сейчас между их телами не было ничего и Гермиона чувствовала жену каждой клеточкой кожи. Ради таких моментов полного единения девушка была готова почти на все. И Беллатрикс, умело доводя жену до наивысшей точки наслаждения, прекрасно знала об этом. — Давай все же переместимся порт-ключом? На самолете слишком долго лететь и если мы хотим успеть к Самайну, надо вылетать уже завтра. Зато порт-ключ позволит нам провести в постели ещё день-другой, что скажешь? — Мы в любом случае можем не спешить, максимально спокойно ответила Гермиона: — Тот ритуал лучше всего проводить на Йоль. — Ну, ладно, можем немного задержаться здесь, если хочешь. — Нет уж, — покачала головой девушка, вспоминая профессора Хоффмана: — У меня появилась другая идея. Раз уж ни самолет, ни порт-ключ нас не устраивает, мы доберемся до Австралии на корабле. Это, конечно, в разы дольше, чем на самолете, но у нас будет отдельная каюта, из которой мы можем не выходить хоть всю поездку. — К тому же, Гарри все равно хотел увидеть море, — добавила Беллатрикс: — Думаю, это замечательная идея, сладенькая.       Гермиона лежала в объятиях своей жены, тихо радуясь тому, что теперь Беллатрикс от нее никуда не денется. Она совсем не заметила маленький бумажный самолетик, который вылетел в приоткрытое окно. А двумя этажами ниже самый могущественный Темный Лорд этого столетия довольно улыбнулся, читая записку от своей верной сторонницы. Пожалуй, завтра стоит отменить порт-ключ в джунгли Амазонки, в самый эпицентр магической аномалии, в которую легко попасть, но из которой невозможно выбраться ни одним магическим способом. Они многое могут позволить своим вторым половинкам от каприза в виде путешествия магловскими способами и до легкого флирта с целью получить необходимую информацию. Единственное, чего они никогда не позволят им, это уйти. В конце концов, долго и счастливо -- это неизбежность.