Платье 23

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Черепашки-ниндзя, Черепашки-ниндзя Будущего (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Рафаэль/Микеланджело, Рафаэль, Микеланджело
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: ER PWP Инцест ООС Повествование от первого лица Повседневность Романтика

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Неплохой поход Майки в магазин и то что вышло после него.

Посвящение:
Всей моей большой семье, в особенности тебе Вик))))

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Хах, не спрашивайте меня куда и зачем делись все братья, мастер и коуди. Я честно сказать хз.

Платье

13 июля 2019, 06:09
      Рафаэль открыл дверь и, ничего не подозревая, вошёл в квартиру: — Лео, Дон? Коуди? Ответом послужила тишина.       Поставив пакеты с покупками на пол, и прошествуя в комнату самого младшего из братьев, он приоткрыл дверь: — Микки, ты здесь?        Удивленно округлив и без того большие зеленые глаза, старший вонзил свой взгляд в брата.       Когда он уходил в город за едой, то оставлял абсолютно нормального младшего брата, игравшего в какую-то там игру-шутер и увлеченного так, что все слова летели мимо ушей. И не предвещавшего ничего плохого или странного, но в данный момент, на Микки чёрное строгое, но короткое платье горничной с белым фартучком с рюшками и белые чулки. Запястья обхватывали белоснежные манжеты.       Попутно, медленно нагибаясь за своей, раскиданной по полу, одеждой, младший, кокетливо вертя филейной частью, стирал пыль с примитивных предметов мебели, щёточкой из страусиного пера.       Раф потёр глаза, поморгал, закрыл их и снова открыл.       Платье горничной не исчезло, как и щёточка для пыли. Даже не зная, что больше его удивило: то как младший был одет, то, что он в кой-то веки решил у себя прибраться, или то, что в доме, кроме них, никого не было.       «Тут осуществляется, либо дьявольский замысел, либо Хэллоуин наступил раньше времени, либо первое апреля», — подумал мастер сай, но страх был, что всё сразу является причиной сего безумия.       Он мысленно выматерился и вытер лоб тыльной стороной ладони. — Микки, как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Раф, хватаясь за саи. — Рафи, дорогой, ты дома! — улыбаясь, ответил младший, и неплохо сохраняя баланс на каблуках, подошёл к брату.       Саиносец перевёл взгляд ниже, на чёрные туфли Микеланджело. Смотреть на самого мастера нунчак было сейчас опасно для психики бывалого ниндзя: алая помада на губах младшего братца лежала, чересчур, хорошо. А рот выглядел сочно и нагло, приглашая в голову, по красной ковровой дорожке, похабные мысли.       Кровь в жилах хлынула вниз, завязывая там тугой узел возбуждения. Но, прежде чем саиносец позволил себе выпустить стояк на свободу, он хотел убедиться, что ни у него, ни у младшего не поехала крыша или, может, даже того хуже. Вновь кашлянув, он попятился крабом в бок: — Микки… Микеланджело, так как ты себя чувствуешь? — повторил он свой вопрос уже более осипшим голосом, в котором слышались нотки возбуждения. — Хорошо, — заявил Микки, и садясь накорточки, в опасной близости перед пахом своего брата. — Давай, я тоже сделаю тебе хорошо?       Темперамент едва не отпрыгнул, словно ошпаренный:  — Ты… ты чего творишь?! Микки, у тебя точно нет температуры или чего хуже? — прорычал он, отступая по периметру комнаты. — Конечно нет, дорогой, — по-идиотски невозмутимо ответили ему. — Со мной все хорошо. И тебе тоже сейчас будет хорошо.  — Стоять!       Он встал в стойку, выбросил вперёд руку с саем, случайно чуть не задев брата, и замер.       Нунчаканосец взглянул на сай перед своим носом и раздосадованно прикусил нижнюю губу, пачкая зубы помадой.  — Я тебя не возбудил? — спросил он совершенно нормальным тоном. — Что за цирк, братишка? — Раф скорчил лицо недоумевающего человека.        Но, несмотря на свои слова, он начал ощупывать наряд Микки взглядом и руками. На плечах материал натягивался, рельефно их обозначивая.       Рафу нравилось тепло, которое шло от них к его ладоням.  — Я до чёртиков перепугался и уже хотел тебя вырубить, — честно признался Раф, почесав затылок. — Единственное, о чём ты подумал, как меня вырубить?       Разочарованный Микеланджело, потянулся, чтобы снять с себя манжеты. — Погоди, Микки, не торопись, — попросил его саиносец, мягче.— Сперва, я подумал, что ты умом тронулся, — сообщил он и неловко рассмеялся. — Мне интересно, а откуда у тебя это платье?       Микки немного покраснел, а затем ответил: — Ну… вчера, под предлогом пройтись по городу, я… зашёл в секс — шоп… и приобрел себе это платье, — последние слова он почти прошептал.       Раф скептически посмотрел, игриво произнеся: — Мне нравится результат твоей прогулки.       Руки Рафаэля перешли под подол униформы, наслаждаясь приятными ощущениями. Он опустил руки ниже, оттянув край кружевного чулка, заводясь ещё больше.       Лёгкий, гладкий материал платья поддавался рукам Рафа, ласково струясь вслед за его движениями, соблазнительно облегая тело Микеланджело. Саиносец задрал подол повыше, и наклонился посмотреть. Кружевные трусики-стринги эффектно очерчивали линию крепких бёдер.       Раф фыркнул, легонько сжал мошонку и потянул. Младший, без стона, подался за движением его руки. Тогда краснобанданный оттащил податливого младшего брата к ближайшей стене и буквально придавил его своим телом. Он поглаживал бёдра Микки и между ними.       Их лица уже были рядом, и приоткрытые пухлые губы нунчаканосца ждали поцелуев, Раф, не сдержавшись, начал осторожно их целовать, терпеливо растягивая удовольствие. Долгие поцелуи с влажным причмокиванием Раф и сам любил, доставляя блаженство младшему. Подол платья был уже порядочно измят, задранный и скомканный между ног Микки, о пах которого тёрся старший.       Он присел на корточки перед пахом и стянул с Микеланджело кружевные трусики. Налюбовавшись видом, Раф вобрал в себя плоть, заглатывая её до самых гланд, доводя младшего до судорог в ногах. Вдруг Микки опустил свои руки и непроизвольно прижал голову брата, заставляя того взять ещё глубже. Руки Рафа задирали подол выше, растягивая в стороны и прижимая к бёдрам брата, пока сам он вбирал его твёрдую, длинную плоть.       Одна из рук Рафаэля подобралась к колечку сжатых мышц и начала его мять, на половину то входя, то выходя, дразня таким методом Микки. Тут младший выгнулся, напрягся, наполняя рот старшего солоноватым семенем, при этом тихо постанывая, насаживая старшего на полную длину. От удивления, что нунчаканосец так быстро кончит, Раф проглотил все, подавившись.       Он немного выплюнул себе на руку и показал язык с семенем, добавив язвительным голосом: — Хех… Скорострел.       Микеланджело от такого заявления покраснел и уже хотел что-то сказать, как вдруг Рафаэль прошёлся пальцем по простате, от чего младший поперхнулся словами и застонал.       Раф достал свой палец и сказал на ухо Микки: — Сейчас проверим твою растяжку. Ах, да, малыш, где у нас смазка?       Минуту соображая, Микеланджело полез к себе в кармашек платья, доставая оттуда пузырек с жидкостью, и протягивая ее старшему. Саиносец был немного удивлен тем, что младший ждал этого, и на его лице расплылась ухмылка. Потом он взял одну из ног Микеланджело и поднял её себе на плечо, придерживая под бедро.       Свободной рукой выдавил немного геля на проход и себе на член. Начал входить в тело братца. Раф чувствовал, как растягиваются стенки, когда он входит. Он толкнулся вперёд, заполнив задний проход до упора и проходя по простате.       Младший согнулся от толчка, натянутое платье собралось тканевыми морщинками на пластроне. Внутри Микки было приятно туго. Для большей удобности, старший подхватил брата под бедра, приподнял его, закидывая обе его ноги на плечи, начиная наращивать темп.       Платье повлажнело от пота, пропахло самим Микеланджело. Младший распрямился по стене, постанывая, задрал голову вверх и положил свои руки на плечи партнёра. По его вискам и шее от напряжения струился пот. Старший впился губами ему в солоноватую шею, не замедляя движения бёдрами, мощно вгоняя в нутро брата член. Он насаживал его всё глубже, давя на простату. Платье облепило нунчаканосца, как вторая кожа, и трещало по швам под рывками Рафа.       Перед глазами стояла пелена, рывки к удовольствию, затмевали разум. Саиносец выцепил взглядом белый воротничок на платье, прилегающий к шее младшего, и торчавшую там пуговицу. Прижавшись в брату, подхватывая его поудобнее, Раф прикусил пуговичку зубами и кончил, прижимая Микки к себе. Сперма вылетала глубоко внутрь весельчака, от чего он постанывал. Немного придя в себя, Рафаэль посмотрел вниз и заметил, что младший не кончил. — Хах… малыш, я вижу тебе не достаточно? — Ещё… — прошептал нунчаканосец, и глянул затуманенным похотью взглядом. — Хочу ещё.       Рафу дважды повторять не надо, его дружок уже был готов к новому заходу. Подхватив тушку Микки поудобнее, Рафаэль понес его на кровать.       Они легли и темперамент, сложив нунчаканосца буквально в двое, снова вошёл в разработанную дырочку. И сразу набрал быстрый темп.       Он начал то целовать, во всех возможных и не возможных местах, то прикусывать кожу, судорожно и сбито дыша. Возможно, после этого останутся следы на коже, возможно, братья будут донимать распросами, но это будет потом, а сейчас, они наслаждались друг другом.       Раф старался как можно чаще попадать по простате, чтобы наслаждаться стонами Микеланджело.       Под самый конец Рафаэль, предчувствуя скорую разрядку, ритмично начал водить кольцом из пальцев по микиному члену. Ещё несколько мгновений, несколько движений и они синхронно кончают. Ткань платья промокла липким и горячим, и темперамент сжал её, чувствуя оргазм брата до последней судороги и всполоха родной плоти.       Чуть позже, старший расстегнул платье и откинул его на пол, заползая в обнимку с младшим на кровать, укладывая его голову себе на пластон. Они прижались друг к другу и провалились в царство Морфея.
Примечания:
А спонсор сего творения - кефир😅

Надеюсь всей душой (если она у меня ещё осталась) что вам понравится😁
P.S. у меня просто нет идей по "плану"
Бета: *посмотрела на автора и с ухмылкой произнесла* А кефиром я снабдила ;)))