Христос воскрес!

  Азирафель нервно ходил по комнате взад-вперед. Сегодня должен был состояться Страшный суд. Только вот никто не знал во сколько начнется всеобщее вознесение. — Они точно решили, что Иисусу пора домой? – Кроули сидел на уже давно облюбованном диване. Он нервничал не меньше мужа, но виду старался не подавать, чтобы тот не запаниковал. Вы, наверное, спросите с каких пор Азирафель стал его мужем? Морально – давно, официально – вчера. Пара решила каким-то образом закрепить свои отношения, раз уж все равно хуже уже не будет. Священник, конечно, сначала не хотел, но обыкновенное чудо и… не такой уж он и антигей. Кроули был изначально против свадьбы, ведь пришлось изрядно потанцевать на своей же церемонии (святая земля и все такое), но привкус всеобщего конца подтолкнул его на этот серьезный шаг. Азирафель подошел к окну и посмотрел в небо. Погода портилась. Очень быстро портилась. — Возможно, они еще передумают. Ну, не могут же все ангелы и демоны радоваться такому… — Могут. Вспомни одного только Гавриила! — Гавриил изменился с некоторых пор, – Азирафель был не уверен в своих словах, поскольку это были слухи, но надеялся, что все так и было, – Он тоже с каким-то демоном стал общаться. И… ну… Не знаю кто в этом мире может вытерпеть Гавриила, кроме демона. Кроули развел руками. — Мы уже общались на эту тему. Сейчас вопрос в другом. Демон поднялся с места и так же подошел к окну. Он довольно нежно (как для него) обнял ангела за плечи. — Бог будет судить нас лично? – Кроули тяжело вздохнул, вспоминая все свои демонические грехи – Интересно, за что мне достанется больше – за то, что я спасал тебя сотни раз, за то, что вступал с тобой в половую связь или за то, что мне вообще за это не стыдно? Азирафель повернулся к демону и молча крепко обнял его, положив голову ему на плечо. — Возможно, нам стоило быть там, рядом с Иисусом? Мы смогли бы что-то придумать. Что-то тупое. Однозначно тупое. Но оно бы сработало – Кроули погладил ангела по кудрявой голове. Его волосы были приятнее шерстки ламы, хотя по их виду так и не скажешь. — Я не хочу никакой Страшный суд. Не потому, что меня заставят гореть в вечном огне где-то на задворках Ада. А потому, что ты будешь сидеть в котле со святой водой очень далеко от меня. — Не драматизируй – Кроули вздохнул с отвращением. Он страшно не любил все эти романтические сопли Азирафеля, которые лезли из него в дни плохого настроения, – Нас просто отругают за все, вынесут приговор… Пуф! И я уже безмозглый утконос на каком-то далеком пульсаре. Ну или еще проще – рассыплюсь в пыль. — Ты будешь самой красивой пылью! – Азирафель не смог сдержать слез и всплакнул. Кроули видел как он плачет всего лишь несколько раз за все шесть тысяч лет. Поэтому он не смог иронизировать. — Да-да, ты тоже. Из тебя получится красивая звезда, – Кроули поцеловал Азирафеля в макушку и смахнул с его щек слезу, – Не стоит. Если так подумать, то мы неплохо покайфовали на этой планете. Особенно последние пятнадцать лет. В сравнении с другими ангелами и демонами, мы вообще, дерьмо собачье, творили, что хотели! Кроули громко рассмеялся, вспоминая некоторые эпизоды их совместной жизни. Азирафель тоже улыбнулся, сквозь слезы. — Мы были прекрасной парой. Возможно, лучшей, которую когда-либо видела Земля. — Ой, да заткнись! Мы были худшими! – демон притянул ангела к себе и страстно поцеловал. Они не так часто целовались, как вам кажется. Поцелуи нужны для того, чтобы люди друг к другу притягивались, привыкали и все в таком духе. Эти двое же настолько были близки, что могли даже не касаться кончиками пальцев – им было достаточно взгляда. Азиафель сквозь поцелуй услышал раскаты аномально сильного грома. Древние сказали бы, что это Зевс разбушевался. Но никакого Зевса нет. Есть только Бог, который решил, что Земля не прошла проверку на качество. — Кроули, – ангел попытался оторваться от демона, но тот продолжал его (смешно со стороны) чмокать – Уже началось. Это началось. Нам конец! — Если не будешь отвлекаться, то ты даже ничего и не заметишь, – Кроули снял очки и бросил их на пол. Теперь они точно не нужны. Землю начало трясти. Незначительные колебания учащались. С улицы были слышны крики людей, которые выбегали на улицу, еще даже не подозревая, что за катаклизм их ждет. Ангел и демон продолжали целоваться. Правда, на поцелуй это мало было похоже. Скорее Кроули, то ли от страха, то ли от избытка эмоций ,пытался загрызть Азирафеля до смерти, а тот, в свою очередь, просто хватал воздух, чтобы не задохнуться раньше положенного. Землетрясение и раскаты грома дополнил ураганный ветер и ливень. Вот-вот у лавки снесло бы крышу. Однако парочка этого не дождалась – неожиданно комната залилась белым светом и Азирафеля начало затаскивать на родные небеса. — Нет! Только не это! Мы даже толком не попрощались! – Кроули схватил ангела за обе руки и пытался удержать на месте. Но тут земля под его ногами стала расходиться, и демон почувствовал, как проваливается в Ад. Азирафель пытался затащить Кроули на небо, а тот, в свою очередь – ангела вниз. — Я очень тебя люблю, Кроули! – Азирафель впервые признался в любви так громко. — Я тебя не слышу! – демон пытался что-то расслышать, но смог только что-то прочесть по губам, – Я тоже! И я тебя! Слышишь?! Как только ангел кивнул в ответ, они оба перенеслись в неизвестное пустое место. За спиной каждого раскрывались их прекрасные, но непрактичные, крылья. — Что за… – демон хотел выразиться, но его перебил женский голос. — Не стоит, Кроули. — Боже! – Азирафель одновременно и удивился, и испугался и пришел в восторг. Бог говорил с ним очень и очень давно. Кроули же, в свою очередь, просто заткнулся и машинально схватил ангела за руку. Когда он понял, что этого не стоило бы делать при Боге, то все равно не стал его отталкивать. Азирафель тоже не стал вырываться (как мог бы сделать еще каких-то сорок лет назад), а лишь крепче схватился за мужа. — Вы оба являетесь предателями своей сущности. Кроули, сколько добрых дел ты натворил? – в ответ мужчина лишь опустил глаза в пол, – А ты, Азирафель, сколько зла причинил живым существам? И все это ради чего? Пара молчала, все ближе и ближе притираясь, укрывая спины друг друга крыльями. Бог больше ничего не говорил и стало ясно, что вопрос не риторический. — Не чего, а кого… — Что ты говоришь, Азирафель? Ангел вновь дернулся и замолчал. — Азирафель хотел сказать, что мы… ну… все это делали ради… ну… друг друга, – Кроули подождал реакции Бога. И когда той не последовало, уточним, – мы любим друг друга. — Да, я знаю. Вы только что об этом прокричали на весь мир. Вновь наступила тишина. — Боже, что будет с нами? – Азирафель чувствовал себя неловко, и это чувство было для него страшнее всевозможных мучений. — Я… думаю, – Бог ответил коротко и вновь замолчал. Ангел и демон посмотрели друг на друга. В глазах каждого был немой вопрос. Неужели Бог впервые с таким сталкивался? — Что ж, я узнал, что помимо вас есть и другие подобные пары. Мне следует изучить этот феномен. Поэтому, я отменяю Страшный суд, придаю всему былой вид и оставляю своего сына продолжать жизненный путь на Земле. — А мы можем вернуться обратно и… продолжить жить, как и жили, вдвоем? – Азирафель мог быть оптимистом даже в самый неподходящий момент. — Нет. Вы вернетесь назад. Но будете жить втроем. — О, Боже… С нами будет надзиратель? – Кроули скривился. Вечный контроль был для него самой страшной пыткой. Лучше умереть от святой воды. — Да. Это будет самый суровый надзиратель из всех. Вот он. Ангел и демон поначалу никого не заметили, но потом услышали сзади себя крик младенца. — Ох, это ребенок! – Азирафель сразу же подошел к нему и поднял на руки, – Какой милый! У него глазки такие… демонические, – ангел всмотрелся в ребенка, – Кроули, у него твои глаза! Демон недовольно глянул на ребенка. Это какого по счету необычного младенца им придется воспитывать? — И твой подбородок. Боже, это что… наш ребенок? Ангел и демон недоумевающе глянули друг на друга. Неужели можно было не рожать? Оба даже вздохнули в глубине души, что Бог не додумался вычудить подобное. — Да. Его зовут Генезис. И мир будет продолжать существовать, пока Генезис будет соблюдать баланс между добром и злом в своем сердце… Через несколько часов, после получения этой загадочной инструкции, Кроули и Азирафель ехали на бешеной скорости к себе домой. На заднем сидении в плетеной корзинке, крепко привязанной яркими лентами к сидению, лежал мирно спящий ребенок. — Не спеши так! Корзина может перевернуться. — Ничего с ним не будет. Если это мой ребенок, то он будет любить скорость так же, как и я. Азирафель тяжело вздохнул. — Я не был готов становиться папой. Я еще слишком молод для этого! — Об этом нужно было думать раньше. А теперь у нас есть вот ОН! — Я понятия не имею, как воспитывать детей. Няней всегда был ты. — Ох, не переживай. Я думаю, что из тебя получится отличный отец. Ты ведь ангел. Будешь учить его рыбачить, рисовать, читать, показывать фокусы или что там еще заведено у людей. Азирафель расплылся в улыбке, представляя эти радостные моменты. — А ты будешь учить его пить и курить? — И трахаться! – Кроули громко засмеялся. Воистину демонический отец. Азирафель хотел отчитать Кроули, но тот переключил тему, – Кстати, а как мы будем его называть? Генезис слишком вычурно. Может Генадий? Или Цезарь? Азирафель молча скривился. — Не нравится? А как на счет просто Нез? М? — Кроули, – Азирафель указал демону на розовые ленты, которыми была опоясана корзина, – В таком случае тогда уж Неззи. Демон резко затормозил. — Так у нас дочь?! Ангел прикусил нижнюю губу и кивнул. — Дерьмо, – Кроули не мог представить себя в роли злобного отца для кудрявой рыжеволосой малютки. Сразу несколько пунктов из его списка «Обучить плохому» вычеркивались. — Неззи… Ясно. А Бог у нас еще тот шутник. Демон вновь дал газу на встречу к своему радужному отцовству. Теперь у них с Азирафелем было больше забот, чем когда-либо за все шесть тысяч лет.