Triste amor

Сложно сказать, когда конкретно все началось. Наверное ни один из них не может ответить на этот вопрос. Пожалуй эта история берет начало в ещё холодном и дождливом апреле, когда небо ещё затянуто серыми тучами, но природа уже начинает постепенно просыпаться и радовать глаз. Все происходило как обычно, тренировки продолжались, матчи следовали один за другим, впереди июньские сборы в Австрии. Поскольку делать вне работы было нечего, девушка частенько засидала на базе Зенита, где она и работала. Общалась она почти со всеми, клуб стал для нее второй семьей и никто не был против, что она проводила там почти все свое свободное время. Однако в последний месяц незаметно для себя девушка стала больше, чем с другими проводить досуг с основным голкипером команды. Никаких намеков не было, просто крепкая и надёжная дружба одноклубников. Все таки у Андрея как никак есть жена, да и мыслей никаких не возникало на этот счёт ни у одной, ни у другого. Они вместе смотрели фильмы, спорили о музыке, так как вкусы у них были разные, обсуждали последние события, делились мыслями. И вот уже через полтора месяца, ближе к середине мая, они несутся по ночным питерским улицам на его машине, за окном идёт дождь, оранжевый свет фонарей освещает дорогу, по которой ещё едут редкие машины. Он стал время от времени отвозить ее домой, чтобы ей не приходилось ехать на метро, ведь своей машины у нее пока не было, хотя права имелись. Выходные тянулись нереально долго, это стали замечать и парень, и девушка, с нетерпением ждавшие понедельника, что нетипично для обычных людей. Все радуются приходу пятницы, а для них это словно черный день. И вот наконец-то первый рабочий день недели, будто вечность прошла. Потихоньку собирается команда и тренерский штаб, совершенно не выспавшиеся после воскресения, и только два человека выделяются из общей картины. Нет, они такие же невыспавшиеся, как и все остальные, но глаза, излучающие радость и энтузиазм отличали их от всех. В один день, кажется это было 21 число, Соня попросила Андрея помочь ей перевести барабанную установку. Ей взбрело в голову научиться играть на новом музыкальном инструменте, а он был довольно тяжёлым. Лунёв назвал ее сумасшедшей, хотя уже давно привык к широкому спектру интересов подруги. Всё ей было интересно, начиная от музыки, творчества и заканчивая биологией. Была первая майская гроза, небо Питера снова затянуто облаками. Любимая погода Сони, особенно гроза, а вот футболисту наоборот был по душе более теплый климат. Вот они уже приехали к ее парадной. Стоит поторопиться, скоро пойдет дождь, вдали уже слышатся первые раскаты грома. Девушка стояла около входной двери, держа ее, пока парень переносил внутрь упакованные части барабанов и пристально наблюдала, порой подкалывая Лунева. Но ему это даже нравилось. Вовремя успели, как только последняя часть оказалась в помещении, полило как из ведра. Через 20 минут они уже стояли в ее квартире. Процесс сборки по инструкции занял чуть более полутора часов. Время было уже полдесятого и Соня все беспокоилась, что футболисту давно пора домой. Андрей успокоил ее, что сегодня у него дома никого нет, так как Диана ушла в гости к подруге, и торопиться ему некуда. Учитывая эти обстоятельства они решили выпить чашечку чая и ещё немного посидеть. За разговорами не о чем совсем незаметно прошли 2 часа. Кончилась вторая кружка чая. До сих пор в голове девушки звучало каждое его слово в конце этого вечера.  — Сиди, я сам налью. — сказал он, когда Соня встала, чтобы долить оставшийся чай. Через некоторое время голкипер собрался уже уходить, хотя самому не хотелось, но понимал, что немного засиделся в гостях. Оба стояли в коридоре. Соня прислонилась к стене, ожидая пока ее гость соберется, и витала в своих мыслях. Андрей завязывал шнурок на кроссовке, как вдруг поднял взгляд на девушку. Она стояла, накручивая на палец темный локон, в джинсовых шортах, клетчатой рубашке, которая безумно ей шла, босиком, потому что было жарко, с лёгкой улыбкой, и выглядела очень мило. Он резко поднялся и поцеловал девушку. Мягко говоря это было неожиданно. Из-за резкости он немного впечатал Соню в стену. Девушка сначала немного опешила, но вскоре ответила на поцелуй, который постепенно становился все более требовательным. Тонкие руки обвили шею футболиста, а он в свою очередь подхватил ее за бедра и понес в темную спальню. Капли дождя стучали по стёклам, ветер усиливался все больше, гроза шумела прямо под окном, заглушая стоны, раздающиеся по всей квартире. Погода являлась явным отражением того, что происходило в этот момент в душах этих двоих. Неоднократно после этой ночи они спрашивали сами себя «Что я творю?!». Однако это не помешало им продолжить в том же духе. Конец этой истории весьма печальный. С одной стороны, точнее для Сони. Они были счастливы вместе три долгих месяца лета, и никто не заподозрил их. Начался сентябрь, последние теплые деньки перед долгой зимой. В очередной вечер он подошёл к ней, когда собирался уходить домой, сказал поговорить надо.  — Пора прекращать всё это. — выражение его лица было серьезным и он старался не смотреть ей в глаза.  — Что прекращать? — она до последнего надеялась на положительный исход, но что-то подсказывало, что ничем хорошим это не кончится. С наивными глазами Соня уставилась на Андрея, не понимая, что он имеет в виду.  — Всё это. Хватит уже бегать друг к другу. Я не могу обманывать жену. — в этот момент девушка уже подумала, что он предлагает сойтись на совсем — Нам надо прекратить встречаться. — весь мир казалось рухнул. В глазах начали появляться слезы. Лунёв что-то говорил, но девушка уже не слышала его слов. Она поспешила выставить его за дверь, чтобы он не видел ее слез. Последнее, что она услышала, это:"Прости, Сонь, мне правда очень жаль!» уже из-за двери. Ты пытаешься казаться невозмутимым изо дня в день. И у тебя кажется получается. Но когда тебя никто не видит, вновь проливаешь неисчерпаемое количество слез. Опустошение внутри. За окном снова метель. Слезы горячими ручейками текут по розовым щекам, буквы расплываются перед глазами. Этот страх. Депрессия. Боязнь. Хочется вновь плакать. Только не это место. Лучше бы война началась. Болезненная боязнь. Люди считают тебя оптимистом, но никто не видит, какая ты вдали от посторонних глаз. Даже родным не покажешь своих слез. И дальше пойдешь, собрав свою волю в маленький кулачок. Дальше бороться со всем и вся, терпеть каждый день.