Направления

      «Тренировки на ближайшую неделю отменяются»       Сообщение Адрагана я обнаружила в телефоне слишком поздно. Тогда, когда собралась позвонить ему и узнать, что полицейские машины делали у его дома, мимо которого я держала путь в зал.       Уловив голос Адрагана неподалеку, я отдернула палец от кнопки вызова. Друг стоял напротив полицейского и отвечал на его вопросы; от меня их отделял какой-то десяток шагов, и их разговор хорошо был мне слышен.       Черт возьми.       — Так, значит, ту ночь вы провели у друзей?       — Да. Я ушел от них вчера утром и по дороге домой обнаружил труп, о котором сразу же сообщил полиции. Собственно, тогда я и объяснился перед вашими коллегами. Не понимаю, зачем вы снова меня навестили.       — Все местные знают, что это вы расчищаете район от... — подбирая приличное слово, офицер кашлянул. — Сомнительных личностей. А убитый как раз был одним из хулиганов, который уже проходил у нас по мелким делам. Мы должны проверить все версии.       — Ну да, конечно, убил его я, а о трупе сообщил, чтобы выйти сухим из воды, — фыркнул презрительно Адраган, и я съежилась от его тона, в котором зазвучала непривычная враждебность. — Расчищаю — да. Сдаю вам — да. Но убийствами мы не занимаемся. Интересно, а где вы были, когда от этих же «хулиганов, проходящих по мелким делам» тут гибли мирные жители?       Я сглотнула. Речь Адрагана вернула меня в тот день, когда он спас меня; никто другой мне бы тогда не помог. А еще я вспомнила тот самый труп, который сейчас пытались на него повесить, и поджилки у меня затряслись. Какую беду я на него обрушила?..       Вопрос Адрагана явно не понравился помрачневшему полицейскому. Атмосфера накалялась и не сулила мирного разрешения конфликта.       Черт возьми.       Желая подержать друга, я направилась к нему.       — О, Хлоечка? — Враждебность тут же покинула Адрагана, словно ее и не было. — Я же написал, что занятия отменяются.       — Я редко проверяю телефон.       Я встала с Адраганом плечом к плечу, с вызовом глядя на полицейского и пряча дрожь, вызванную не то гневом, не то страхом.       — Друг, у которого он был той ночью — я. Если моего свидетельства вам мало, есть и другой человек, который был с нами.       И тут же осеклась. Не стоило говорить об Эрхарте — я даже не знала, числился ли он в живых.       Полицейский, выдержав паузу и мой грозный взгляд, почему-то усмехнулся.       — Ну тогда все понятно. — Личность Эрхарта, к счастью, его не заинтересовала. — Больше вопросов нет. Извините за беспокойство.       Он тронул на прощание фуражку и сел в машину. Только когда он уехал, я смогла свободно вздохнуть.       — Кажется, он понял тебя превратно, — задумчиво протянул Адраган, неподвижно стоявший рядом. — Но ты подоспела очень кстати. Хотя я бы предпочел, чтобы ты этого всего не застала.       А я бы предпочла, чтобы ты не застал труп того гада, который чуть тебя не убил.       Я спрятала дрожащие руки в карманы.       — Так ты нашел труп? — Придавать искреннее удивление голосу, надламывавшемуся от волнения, было сложно, но я старалась изо всех сил.       Адраган молча кивнул — вряд ли он обратил внимание на мою интонацию, настолько был погружен в себя. Неприятные воспоминания наверняка по-прежнему его терзали, — так же, как терзали и меня.       Мы были задеты одной бедой. Но я не могла ему в этом признаться, поэтому не могла по-настоящему поддержать. И от этого мне было гадко.       — Почему сразу мне не сказал?       — А что я бы сказал? Ой, Хлоечка, ты не поверишь, я тут шел от тебя домой и наткнулся на труп!.. — с усталой иронией произнес он. — Скоро и так весь район узнает об этом. Будут, как и этот полицейский, считать меня убийцей.       — Ну и пусть считают, — фыркнула я после недолгого замешательства. — Они благодарить тебя должны за то, что ты избавил их от очередного отморозка, хотя это и неправда. — Я надеялась, что доводы Эрхарта, которые не утешили меня, помогут Адрагану. — Остальное хулиганье теперь пусть десять раз подумает, прежде чем соваться сюда. Или вообще высовываться.       — Остальное хулиганье если до чего-то и додумывается, так это до того, чтобы отомстить за своего товарища. — Адраган насмешливо дернул уголками губ. — Так что врагов у меня прибавится. На самом деле, Хлоя... Меня не огорчает факт смерти подобного человека. Но меня беспокоит то, что я совсем не помню ту ночь. А что... Что если это и правда сделал я? Если я способен на убийство?       Черт.       — Да ну, быть этого не может, — пихнула я его в бок локтем. — Когда после рейса я шла домой той дорогой, трупов там не находила. А ты в это время уже спал лицом в салате. Когда бы ты успел убить так, чтобы я не заметила?       Адраган, не оценив мой сарказм, сосредоточенно нахмурился. Таким серьезным он делался редко — лишь тогда, когда пристально следил за нами на тренировках. Или стыдил полицейских.       — Ты, наверное, права. Но подумай и о себе — тебе еще повезло проскочить и не попасть в ту заварушку, в которой убили нашего жмурика. Но так везет не всегда. Будь осторожна, ладно? Особенно вечерами. Хотя бы такси вызывай прямо к дому.       Он посмотрел на меня строгим, не терпящим возражений взглядом, и я отвела свой.       Жаль, Адраган, но ты ошибался — и это то, чего добивалась я. Той «заварушки» я вовсе не избежала — я видела, как ты чуть не испустил дух.       Но ты этого не узнаешь.       — Зря ты за меня волнуешься, но ладно. Раз уж так настаиваешь, я буду вызывать такси.       — Будь ты хоть трижды хороша в драке, всегда есть риск напороться на нож, — покачал головой Адраган. — Надеюсь, той ночью все было именно так, как рассказала ты.       Этими словами он выбил из меня дух, и на секунду я забыла, какую должна была держать мину.       — О чем это ты? — глупо улыбнулась я. — Ты во мне сомневаешься?       — Нет, совсем нет, — проговорил куда-то в пустоту Адраган. — Мне странный сон приснился... Нет, все-таки это глупо. Извини. Забудь.       — Нет, ты что! — пылко возразила я, подстегиваемая дурным предчувствием. — Мне интересно. Расскажешь?       — Ну... — Адраган замялся. — В этом сне мне показалось, что я умер.       Дурное предчувствие превратилось в настоящую дурноту, жрущую меня изнутри.       — Показалось?..       — Все началось с темноты и резкой боли. Будто... болело все тело. Но эта боль постепенно утихала, а наступала такая... Невесомость... Я бы подумал, что чувствовал это все в реальности, но потом... Увидел загробный мир. Странное такое место. А потом проснулся.       Я остолбенела. В памяти всплыла картина появляющейся на небесах души — если бы она именно так и описала свои чувства, я бы ей поверила.       Неужели Адраган действительно умер? Неужели Эрхарт умудрился выдернуть его с небес? Неужели мой друг выжил чудом?..       — А как ты понял, что это был загробный мир? — осторожно спросила я, надеясь ошибиться в своих догадках.       — Ну, перед тем, как проснуться, я услышал одну фразу, — хмыкнул Адраган. — А так я ни за что бы не понял, что попал именно на тот свет. Поэтому и удивляюсь.       — И... Что же это была за фраза?       — «Добро пожаловать на небеса».       На меня будто вылили ушат ледяной воды.       Адраган ждал моей реакции, а я судорожно пыталась придумать ответ, который бы не выдал меня и не обидел его.       — Говорят, если видишь во сне смерть какого-то человека, то он будет долго жить. — Это было первое, что пришло мне на ум. — Наверное, если видишь свою смерть, то это работает так же. Так что радуйся, но не сильно зацикливайся на снах. Это же всего-навсего игры разума.       — Точно, — пробормотал запутавшийся Адраган, которого я лишь сильнее путала. — Интересно, на небесах и впрямь такой вежливый сервис?       Нет, Адраган. Лучше.       — Умрем — узнаем, — нервно хохотнула я. — Не переживай, с похмелья и не такое могло присниться. Лишь бы не зеленые черти.       Мне было тошно. Я была готова провалиться сквозь землю, чтобы перестать лгать Адрагану и не видеть его таким потерянным.       Неловкое молчание затянулось.       — Что-то я замерзла, — переступила с ноги на ногу я. — Пожалуй, пойду.       — Да, конечно, — отрешенно кивнул Адраган. — До встречи.       Я ободряюще хлопнула его по плечу и двинулась нарочито медленным шагом, ощущая подозрения друга спиной.       Адраган мне не верил. И, в общем-то, правильно делал. В глубине души я и сама хотела, чтобы он не повелся на мою ложь. Но почему его недоверие причиняло мне боль?       Скрывшись за поворотом, я помчалась во весь опор.       Чем ближе была я к смерти, тем больше меня отторгала жизнь. Чем больше избегала бед — тем чаще они случались. Чем смелее принимала решения... Тем серьезнее ошибалась. Вокруг меня случались несчастья, потому что я была ими сама.       В нападении на Адрагана не было моей вины, но я все равно была перед ним виновна. Почему я позволила Эрхарту оставить там труп? Как могла так беспечно отнестись к смерти и так быстро выкинуть ее из головы? Как так вышло, что призраки, проведенные мною в Ад, каждую ночь меня тревожили, а настоящая смерть так легко забылась?       И почему именно Адраган обнаружил труп того, кто его ранил? Почему он во мне засомневался? Да, он был прав, но мы же всегда друг другу доверяли!.. И почему ему приснились небеса, если он не умер?       Я злилась на себя, потому что ничего не понимала. Я злилась на Эрхарта за вечную уверенность в себе, потому что ему завидовала.       Я злилась, потому что была бессильна.       — Ты так рано с тренировки? — Эрхарт возился у плиты, как заправская домохозяйка, и задавал дежурные вопросы под стать, не замечая моего состояния.       — Тренировки не было, — отозвалась я прохладно. — Потому что возле Адрагана вертелась полиция. Нашли тот самый труп.       — Оу...       — Адраган нашел.       Я сбросила с себя куртку и завалилась на пуф в прихожей, бездумно глядя перед собой.       — Ты рад тому, что скоро попадешь в Рай? — почему-то его спросила.       Вытерев руки фартуком, — я бы обязательно подколола его, если бы была в должном настроении, — Эрхарт приблизился ко мне.       — Поначалу обрадовался, но теперь, смотря на тебя... Не считаю свою радость уместной, если ты так тревожишься. Если ты пока не готова... Если ты передумала... Я пойму тебя и огорчаться не буду. Я долго ждал и научился терпению, и запросто подожду еще. Этот мир мне не так уж и в тягость, даже если я рвусь из него бежать.       — Нет! — вскинулась я. — В смысле, не передумала. То, что я не готова... Это так. Но я много к чему не готова. Если я буду постоянно отступать, то умру раньше, чем на что-либо решусь. Просто понимаешь, Эрхарт, я... боюсь. Боюсь принимать решения. Боюсь безрассудных поступков. И этой жизни тоже боюсь. А недавно мы убили человека.       Эрхарт собрался было возразить, но я жестом его остановила.       — Не спорь. Я тоже причастна. Возможно, я бы это предотвратила, если бы нашла вас раньше. Убийство — это же край. Совсем край. Мне... мне до сих пор не верится, что я там была. Что видела, как чуть не умер Адраган. Что видела его исцеление, не поддающееся всем известным законам. Но теперь, когда я уже переступила через черту... Переступила через край... Отступать больше некуда. Готова я, не готова — не важно. И не нужна мне от тебя вся правда о небесах. Я не хочу ее знать. Я хочу просто тебе помочь, потому что если я сейчас ничего не сделаю, то не смогу жить спокойно. Проще дойти до конца, раз уже такое наворотила, а там... Будь что будет.       Эрхарт, выслушав меня, вздохнул.       — Не взваливай все на себя одну. В конце концов, убил его я, своими собственными руками, и вряд ли ты смогла бы мне помешать. И в Рай ты тоже едешь не одна, и небесные законы нарушаешь не сама. Не думаешь же ты, что я просто взвалю всю ответственность на тебя? Просто тобой воспользуюсь?       — Я уже ничего не думаю. Я устала ото всего, — вымолвила я глухо. — Но я и правда хочу тебе помочь. И я рада, что ты не собираешься просто мной пользоваться. Но есть кое-что еще...       — Да?..       — Адрагану кое-что привиделось. Как будто... Как будто он появился на небесах. Он даже услышал приветствие надзирателя, а потом... очнулся здесь, в реальности. Разве такое возможно?       Эрхарт сощурился и посерьезнел, но мрачное выражение лица он тут же сменил на добродушное прежнее. Впервые фальшь его была такой явной, и я внутренне содрогнулась.       — Может, такое бывает, когда человек оказывается на грани смерти? Вспомни, сколько историй рассказывают про небеса те, кто чудом с них вернулся!..       Эрхарт посмеивался, а я поняла. Поняла, почему теряла доверие Адрагана. Поняла, что́ он при этом испытывал, и как ему было не по себе.       Потому что я вела себя точно так же, как вел себя Эрхарт.       Я улыбнулась ему в ответ, и он не заметил моей настороженности. Или сделал вид, как сделала вид я.       Книга в архиве. Странный сон Адрагана. Эрхарт убивал, воскрешал и утаивал правду, которой обещал делиться. От опасной затеи меня будто отговаривал весь мир, но я отмахивалась от его надрывных криков.       Вскоре мы с Эрхартом приступили к разработке плана того, как будем везти его в Рай.       И вроде все было хорошо. И вроде все пошло, как и было задумано. Но задумано без меня.       Эрхарт вводил меня в заблуждение.