Ты, я и одна скудная ночь.

      Школьная жизнь кипела, заставляя помнить о том, что годы неумолимо проходят мимо тебя. Молодость — это то, что прожигает молодежь, не зная меры. Тратят на ненужное и, казалось бы, что плохого? Юность не вечна, поэтому ты вправе проводить её так, как угодно тебе. Не слушай, если тебе говорят, как это делать, они вправе давать советы, да и только.       Это утро ничем не отличалось для бедолаги Фишера. Парень долго смотрел в потолок, пытаясь уловить там знакомые для себя образы, но ничего не получалось. Все расплывалось и выводило из себя. Вставать, конечно, не хотелось, но и выбора то не было. Даже если ты разбит и был бы не против уехать отсюда навсегда, даже если ты умер несколько часов назад, в школу идти нужно. Малек, с горем пополам, встал с кровати и подошел к зеркалу, стоящему в его комнате. Невысокий, не толстый и не худой. Пронзительные голубые глаза, ресницы, брови и волосы. Парень поморщился. Ему надоело быть таким как все. Ему надоело быть «мальчиком со столика ботаников». Хотелось перемен. Хотелось стать совсем другим человеком. Изменить в себе не только взгляды на мир. Малек загорелся этой идеей. Кому не хотелось начать все заново? Все с чистого листа. Чтобы те, кто тебя знают, не узнали, а те, кого ты не знаешь, потянулись к тебе. Еще одной причиной была Мила. Парень давно влюблен в свою подругу и вот, наконец он ей признался. Он ждал всего, но не этого. Он не только испортил с ней отношения, но и опозорился на пол школы. — Разве ты заслужил такое отношение к себе? — Спросил у своего отражения Фишер. В дверь внезапно постучали. Это была бабушка парня. Она оглядела своего внука и как обычно что-то проворчала про себя. — Ты долго тут топтаться будешь? Проваливай в школу, ошибка природы, — Выругалась женщина преклонных лет. — Я тоже люблю тебя, бабуль, — Ласково улыбнулся ей внучок и подталкивая бабулю из комнаты закрыл дверь. Комната у парня была самой обычной. Большое окно, завешанное жалюзи. Все выполнено в красных тонах. Фишер вдохнул побольше воздуха, чтобы заболели легкие и подошел к шкафу с одеждой. Сегодня он прогуляет школу и воплотит в жизнь то, что задумал. Он из тех людей, которые не откладывают на потом, а затем забывают. Он быстро оделся и взял все свои сбережения, которые хранились еще с первых классов. Малек перепрыгивал через одну ступеньку, спускаясь по лестнице. Сердце парня вновь загорелось, а у самого открылось второе дыхание. По пути он встретил вечно недовольную старуху. Она смотрела телевизор, по которому шла кулинарная телепередача, хоть и сама миссис Фишер не любила готовить, а чаще заказывала пиццу. — Пока, бабуль, — Прикрикнул Малек и хлопнул дверью. — Проваливай, — Пробурчала про себя старая. Подросток с голубыми волосами уверенно зашагал в тату-салон. Здесь, по его мнению, и начиналась новые жизни людей. В помещении было прохладней, чем на улице, видимо, из-за кондиционеров. Пахло тут специфически. Чернилами, едой быстрого приготовления и чем-то еще. Рядом со входом сидела высокая девушка. На её руках были набиты рукава, но их было не видно почти, так как длинные и черные как смоль волосы скрывали их. Она посмотрела на Малька и вежливо улыбалась, хоть в её глазах читалась усталость. Из динамиков доносились старые песни МакSим, что даже успокоило Фишера. Он подошёл к той девушке. — Здравствуйте, мне бы татуировку, — Неожиданно тихо сказал подросток. Молодая черноволосая девушка оглядела паренька. — За другим сюда и не приходят, малыш, а денежка есть у тебя, а эскиз? — Начала расспрос она. Малек растерялся и хотел было расстроиться, как откуда не возьмись выплыла крупная мужская фигура. — Какой шкед прикольный, что такое, Пиявка, обижаешь его? — Улыбчиво спросил, вытирая руки о тряпочку. Пиявка цокнула языком. — Татуировку хочет, а денег и эскиза не принес, — Парировала она. — У меня есть деньги, — Подал голос Фишер уверенней. Мужчина с огромным количеством татуировок улыбался. — Видишь, есть у него деньги, а у меня и старые эскизы есть, — Ответил он и повернулся к подростку, — Пошли, шкед, дядя Шнюк набьет тебе татуировок. — Правда-правда? — С такой надеждой и восторгом переспросил Фишер, что даже хмурая Пиявка улыбнулась. — Конечно, шкед, пошли, — Шнюк жестом пригласил к нему. Малек посмотрел на черноволосую женщину и пошел только после того, как та одобрительно кивнула. В его кабинете было все чисто и очень красиво. Везде висели какие-то наброски, фотографии людей, которые были его постоянными клиентами или просто близкими людьми. — Ну что, шкед, не боишься? — Спросил тату-мастер, усадив парня на что-то вроде кушетки. — Нет, я не боюсь, — Уверенно сказал Малек, усаживаясь удобнее и наблюдая, как Шнюк готовит все. — Хорошо, я сейчас дам тебе книжечку, выберешь что хочешь и куда хочешь, хорошо? — Тон мужчины немного изменился. Сразу видно, что работает он тут давно и прекрасно знает свое дело. — Давайте, — Согласился Фишер, забирая книжку у Шнюка. — Перейдем на «ты», мы ведь с тобой друзья, шкед, — Он улыбнулся, достав свои новые перчатки из коробочки, перед этим распечатав их. — Меня зовут Малек, — Протянул руку подросток. Мужчин пожал её. Ладонь тату-мастера была немного прохладной. — А меня дядя Шнюк, — Разулыбался он, — Выбрал? Фишер рассматривал красивые эскизы, которые очень ему нравились, но он остановился на японских рыбках. — Эту хочу, — Он указал пальцем, а тату-мастер одобрительно закивал, — Где набиваем? — На всю руку, — Подросток указал от запястья до плеча своей правой руки. Шнюк прищурился, но затем широко улыбнулся. — Придется потерпеть пару часов, — Заключил он, надев марлевую повязку и доставая иглу. — Я не боюсь! — Смело выдвинул Фишер.

***

      Лучи утреннего солнца шаловливо скользили по лицу девушки, пока кто-то не задвинул шторы. Мила прищурилась и с трудом открыла глаза. Её тело страшно болело, но эта боль казалась приятной, а настроение было лучше некуда. — Проснулась? — Послышался знакомый бархатный голос. Девушка нежно улыбнулась и сладко потянулась. — С тобой я готова спать хоть всю жизнь, — Посмеялась она и нашарила взглядом Рэбла, которой сидел на стуле у письменного стола. — Все хорошо? Можем пропустить сегодня школу, если у тебя все болит, — Заботливо сказал хулиган, наблюдая за девушкой. Она замычала. Она провела ночь у него и не появлялась дома вчера вообще. Нужно будет сходить, а потом уже что-то решать. — А что такое? — В недоумение спросила Мила, а Лунтик лишь кивнул в сторону зеркала. Его спутница лишь подозрительно прищурилась и подошла к зеркалу, тихо охнув. На изгибе ее талии, бедрах и на изгибе коленки были темные синяки, а на шее и ключицах не менее темные засосы с укусами. На ногах стоять было трудно, поэтому она придерживалась одной рукой о мольберт, а второй аккуратно, кончиками пальцев, проводила по каждому засосу. Мотоциклист виновато смотрел на нее, то и дело покусывая нижнюю губу. — Извини за это, — Сказал он, наблюдая, как у девушки округлялись глаза и сразу же сужались, когда та чувствовала новую волну боли. — Мне приятно, глупыш, — Улыбнулась она и немного прихрамывая легла обратно в постель, которая полностью пропахла хулиганом. Ей хотелось погрузиться в этот запах. — Ахах, мазохистка, — Пошутил парень с фиолетовыми волосами, за что получил подушкой в лицо. — Садист, — Тоже в шутку сказала девушка, прячась под одеялом. Матрас заскрипел, а Рэбл уже навис над девушкой. Та выглянула из своего укрытия и хитро улыбнулась. — О нет, я попала в плен, — Тихо засмеялась Мила. Хулиган улыбнулся и нежно прильнул к ее губам. Девушка обняла его за плечи, как вдруг зазвонил её телефон. — Наверно мама, — Быстро схватилась она за сотовый и несмотря определитель нажала «ответить». — Да, мам? — Как можно спокойней сказала Мила, а по ту сторону послышался немного басистый смех. — Давно я мамой стал? — Спросил Кузя, чем-то шурша. — Господи, ты меня напугал, — С облегчением вздохнула девушка, но тут же поймала ревнивый взгляд хулигана. — Я чего звоню, у тебя нет свободного времени сегодня? — Спросил отличник таким странным тоном, что девушке стало не по себе. — Ближе к часам восьми будет, а что случилось? — Она села села на кровати и оказалась в теплых руках парня. Лунтик аккуратно обнимал за плечи, но не хотел сделать больно. — Хорошо, в восемь у меня, — Через минуту ответил Кузя и сбросил, оставив девушку хлопать глазами в недоумении. — Все нормально? — Хулиган поглаживал ее руку, мягко наблюдая за ней. — Кузя странно ведет себя в последнее время, — Поделилась Мила своими переживаниями, чувствуя себя в безопасности с Рэблом. — Заболел может? — Предположил Лунтик. —  «Ага, мной», — Добавил про себя он.

***

      Парень морщился, чувствуя, как краска проникает под кожу, но всё равно держался. Пути назад нет. Его даже не волновала реакция сверстников и его бабули. Ему хотелось стать другим. Спустя несколько часов, мучения Фишера окупились. Рука до сих пор адски болела и грозилась вовсе отпасть, но Шнюк сказал, что это все временно и пока не стоит снимать защитную пленку. Попрощавшись со своим новым другом и пиявкой, Малек направился к другому салону. На самом деле, Шнюк отказался брать деньги у подростка. «Друзья так не делают» — Ответил мужчина Фишеру, когда тот спросил про цену. Он был благодарен ему и постарается чаще к нему ходить. А на очереди был пирсинг, который парень хотел сделать еще очень давно. Перед ним стояло небольшое здание, напоминающие чью-то квартиру, переделанную в салон. Доверия, конечно, не внушало, но другого ничего не оставалось. У входа стояла девушка с розовыми волосами, на вид тупая как пробка, но очень красивая. — Добрый день, мне бы пирсинг, — Начал Малек, как уловил взгляд девушки. Её глаза были цвета отгоревшего заката. — Конечно, а вам какой? — Сладко протянула она. — Хочу уши проколоть и крыло носа, — Чуть растерявшись ответил подросток. Взглядом он зацепил пейджер, на котором было её имя. Роза* с любопытством разглядывала парнишку. — Пойдем со мной, — Девушка с розовыми волосами провела парня по комнатам и постучалась в один из «кабинетов». Оттуда выглянула загорелая женщина и тепло улыбнулась, утащив голубоглазого за собой.