Островок тепла

Осенний ветер срывал шляпы прохожих и распахивал полы пальто, заставляя вжиматься в тёплый шарф из последних сил. Завывая меж рёбер, он прокрадывался сквозь органы, словно катаясь на американских горках. Сапоги глухо стучали о студёный асфальт, отбивая ритм в пятках. Спустя практически сутки аврор Поттер был отпущен домой, но назло всему даже аппарационные камины перестали работать. — Мерлин, если я не доберусь до дома живым… — подумал про себя Гарри, увидев за окном качающиеся деревья. Проведя лишние полчаса на подсвеченной фонарями улице, молодой человек ворвался в квартиру, закрывая палочкой входную дверь. Его скулы и нос почувствовали тепло от камина, которое едва прикасалось к нему, приятно покалывая раскрасневшиеся щёки. Обветренные пальцы перестали слушаться, кудрявые волосы лезли на глаза. Поправив очки в роговой оправе, он взъерошил и без того непослушные пряди. Прихожая была наполнена тёплыми цветами. Отложив забранные с работы документы на полку, Поттер надел шерстяные носки до середины голени, мысленно благодаря предусмотрительность мужа. По пути в гостиную Гарри потянулся, жмурясь от радости наконец находиться в тепле. Вязаный свитер цвета молока приятно щекотал основание шеи, и бывший гриффиндорец вспоминал, как после окончания Хогвартса ему удалось присвоить предмет одежды. Он просто не снимал его неделями, нарочно появляясь в нём перед Северусом, указывая на свою победу. — Если я отдал тебе свой любимый свитер, это вовсе не значит, что можно ходить передо мной в нём, пусть и с голой задницей, — мягко произнёс Снейп куда-то в волосы Гарри, сжимая уже не ученика в своих объятиях. — Спорим, никто бы и не поверил, что такая летучая мышка как ты может носить что-то кроме сюртуков и мантий на бесконечных пуговицах? — ухмыляясь, сказал юноша, снизу глядя тому в глаза; подбородок его покоился на груди Северуса, глаза светились как две луны. После ужина в Большом зале обоим полюбилось встречаться в покоях зельевара и вжиматься в родное тело. Оранжевые и бледно-жёлтые языки пламени отражались на стёклах серванта, повторяя узоры огня в мраморном камине. В комнате приятно пахло старым дубом и нотками огневиски, делая обстановку довольно уютной. На столике стоял включённый торшер, излучая тёмные потоки света. Северус Снейп, теперь работавший на самого себя, зарылся в огромный бордовый плед, мирно посапывая. Скажи кто-то, что это чёрное пятно выглядит крайне уязвимо без всего лишь своей мантии, его бы отправили в больницу Святого Мунго. Северус вытянул длинные ноги на диванной подушке, откинутой рукой закрывая половину лица. Выбившиеся из низкого хвоста пряди раскидались по щекам и высокому лбу. Гарри поставил чайник на плиту (хоть когда-то нужно расходовать электричество), тихим шагом возвращаясь в гостиную. Присев на край дивана, он начал бесшумно выцеловывать дорожку от уха Северуса до открытой шеи. Сквозь сон мужчина приятно пощурился и вытянул шею, давая больше пространства для ласки. — Профессор Летучая Мышь не дождался меня с работы? — Гарри провёл холодными пальцами по тонким губам. — Попробуй дождись тебя, в окно стучат одни поломанные ветки, — охрипшим ото сна голосом сказал зельевар, приглашая супруга в плен мягкого пледа. Через мгновение Поттер оказался в кольце тонких рук, обвивавших его талию. Кудрявая макушка по привычке нашла покой под острым подбородком Северуса, удобнее устраиваясь на подушке. Их ноги сплелись между собой, словно образуя узы Непреложного обета при рукопожатии. Камин неспешно потрескивал, дополняя волшебство момента. После напряжённой работы Гарри мог расслабиться, с закрытыми глазами вдыхая родной запах тела. Поттер потянулся за поцелуем, заводя свою руку за шею мужчины, стараясь дотянуться своими губами до чужих. Оставшийся вечер они провели под пледом нежности. Про чайник так никто и не вспоминал.