Heroes and Villians

Перепробовав каждое из потрясающих на вид и запах кушаний, так красиво расставленных на столе и тепло попрощавшись с хоббитами, Назгуль, решив всё-таки вернуться в свою комнатку и немного отдохнуть, точнее, спокойно поразмышлять над случившимся в тишине и покое своей комнатки. Ей хотелось написать брату и Рыбаку, даже если они ещё не получили прошлые её письма, попытаться понять наконец, что же происходит в ПЦ и почему, почему дядя решил помогать Магу, а их не предать, но оставить в стороне? Конечно, дядя ничего не делал просто так, Назгуль не раз в этом убеждалась, но всё равно огорчение до сих пор не позволяло ей спокойно прикинуть, для чего дяде могла понадобиться работа с Магом, творцами его команды и однозначная помощь в организации ожидаемого всей Ардой концерта. Так во всяком случае старались убедить зрителей в эфирах изобретения и в ПЦ, и в просмотренных до визита сюда. Назгуль, зная, насколько дядя талантлив, обрадовалась бы, реши тот не помогать Магу, практически отрекшись от них, но сделав музыку артистов ПЦ приятной уху самого привередливого слушателя и помогая ПЦ, сообщив на публику о такой цели своего дезертирства. Думать об остальном Назгули всё ещё не хотелось. Писем пока не пришло. Видимо, Рыбак трудолюбиво хлопотал на хоббичьем огороде, заодно помогая Радагасту, а до брата послание могло ещё не дойти. Тем более, Назгуль не знала, где он находится, а спрашивать как-то не хотелось. Конечно, паучью почту хозяева ПЦ проверяют вряд ли, но паучки частенько путают адресатов, что уже не раз случалось с чужими письмами, что местные неожиданные почтальоны приносили Назгули. Поставив гвоздику в вазочку, Назгуль задумалась, о чём же написать обоим собеседникам. Рыбака можно порадовать рассказом о хоббитах, не грустящих в ПЦ и даже готовящих здесь свои потрясающие кушанья, несмотря на глупые правила, которые впрочем почти никто не соблюдал, как выяснилось. Или всё же?.. Назгуль нахмурилась. Этого она тоже не поняла, не уловила! То хоббитам запретили кулинарию, то они угощают гостей, минимум, её и дунландку, то всем запретили выращивать цветы, но выбранный папой Радагаст вполне садовничает и может, не один он? Но та же дунландка жаловалась… Или Назгуль просто не поняла чего-то в правилах и в сказанном ей собеседниками?! Может, те вообще опасались девушки из тёмного блока и, желая ввести ту в заблуждение, не всегда говорили ей правду? Но что же делать с речами эльфа или кто он есть, бывшего правой рукой Мага, если здесь снова не было лжи? Правда, эльф и в самом деле частенько находился рядом с Магом, консультируя артистов и всё такое, что-то пояснял и ей, когда Назгуль интересовалась, что и как в ПЦ устроено… Решив, что окончательно запуталась, Назгуль на всякий случай решила проглотить антиморочное драже, здраво рассудив, что Радагаст недаром оставил ей рецепт того снадобья. Неожиданно дверь комнатки распахнулась. Перед ошарашенной собственными размышлениями Назгулью предстал, пожалуй, самый монументальный из виденных на территории ПЦ персонаж, не считая разумеется, троллихи, которая, впрочем, никак не могла пожаловать к нынешнему жилищу Назгули в силу слишком узких для неё дверей и коридоров. Гость этот был высоким, величественным, держащимся так, что напомнил озадаченной Назгули одновременно харадских королей, императоров дальнего Кханда, Феанора и колдунов, владеющих неизведанной древней мудростью. Разумеется Назгуль знала их всех исключительно по критикуемым творениям нынешних иногда слишком светлых эдайн, но избавиться от впечатления у неё всё равно не вышло. И неожиданный гость невольно усиливал впечатление, пожалуй, всем: взглядом, которым тот осматривал комнату, и её обитательницу, и высоким ростом, и нахмуренными широкими бровями, и даже самим собой… Назгуль, поняв, что нужно всё-таки что-то делать, наконец, решилась заговорить. — Здрасссти, — пробормотала она наконец и, спохватившись, поинтересовалась у визитёра: — Вы от кого и откуда? (“и к кому” — мысленно добавила она) Гость, словно спохватившись, смерил Назгуль взглядом. Не злым. Не презрительным. И даже не высокомерным. Обыкновенным. — Я вообще-то сам по себе, — ответил тот звучным и весьма громким голосом. Пожалуй, гость бы мог объявлять артистов и без усилителей и все, даже самые далеко сидящие слушатели и зрители прекрасно бы услышали настолько убедительного конферансье. Назгуль нахмурилась. Явись гость он папы, он бы наверняка не забыл упомянуть, что пожаловал к ней не просто так, а очень даже по приглашению её отца, а затем бы рассказал, какую цель папа преследовал, отправив к ней столь колоритного персонажа. Но может, персонаж этот… просто был кем-то вроде их незваного гостя, который пел и ел всё? Но гость их приходил на запах кушаний, трапезничал вместе с хозяевами, разумеется, не забывая исполнить песенку, и даже не одну. Еда у Назгули, конечно, имелась, но она уже давненько ничего не ела у себя в комнатке, чтобы запахи еды или напитков могли привлечь сюда кого-нибудь. — В гости пришли получается? — всё же спросила она. — Кофе, чай? Или? — Назгуль осенило. — Или вы заблудились? Перепутали здания, двери? Не туда зашли? Гость, ещё раз взглянув на Назгуль и более внимательно осмотрев комнатку, пожевал губами и, сведя брови к переносице, наконец поинтересовался тем же своим очень убедительным голосом: — Ты кто, девушка? — Назгуль я, — Назгуль попыталась улыбнуться. — Да, оттуда. Ну, не со светлой стороны, как понимаете. Но знакомству с вами я очень рада! Кстати, с кем имею честь общаться? Вы от папы пришли, да? Назгуль слишком хорошо знала отца и не удивилась бы, найди и призови он… да кого угодно! Нынешний гость правда несколько не вписывался в круг его возможных приятелей или коллег, но предположить в нынешней обстановке и при папином размахе она могла абсолютно что угодно! Маг бы вряд ли направил к ней кого–нибудь без предупреждения или эльфа рядом, насколько Назгуль успела его узнать. Гость, опять осмотрев комнатку и саму девушку, нахмурился ещё сильнее. — Это который сейчас… о котором то и дело репортажи по всем каналам, в очках, постоянно музыкой поглощённый? Это папа твой? — Нет, это дядя, — Назгуль даже головой покачала. — Если, конечно, я верно угадала, о ком вы говорите. Вы от него? Или к нему? Гость закатил свои ужасно выразительные глаза и, утерев совершенно сухой лоб красивым богато расписанным платком, вынутым из нагрудного кармана своего роскошного то ли пиджака, то ли кафтана, тяжело вздохнул. — Я ни от кого, девушка, и ни к кому. Я… я просто мимо шёл. И вот, пришёл! И куда? Вопрос! Я точно не собирался твой чай пить и вообще… вообще я сюда не стремился! Я не понимаю, где я, девушка! И главное, почему я здесь? — Вы в продюсерском центре Мага, — совершенно спокойно ответила ему Назгуль. — Если вам к Магу нужно ну… Это точно не сюда. И проводить вас я не смогу, меня обычно от Мага посещают, а я у него ни разу не была. Ну, по собственной инициативе. Вы точно с папой моим не общались? — Я ни с кем, кроме тебя, здесь не общался, — почти рыкнул гость. — Что за жизнь! И главное… К чему? — и, выразительно помахав платком, нежданный гость удалился, то ли пытаясь найти кого-то, способного прояснить, что здесь происходит, то ли терзаясь столь же тяжёлыми размышлениями, как Назгуль в последние дни. — И кто же это… — пробормотала девушка вслед загадочному гостю, понимая, что ей определённо не помешало бы ещё одно антиморочное драже при настолько неоднозначной атмосфере вокруг!