Сердце Дьявола тоже бьётся

— Тогда нам нужно обхитрить Реймона, — сказал демон, измеряя шагами комнату. — Есть идеи?       Чем же можно отвлечь моего надсмотрщика, если он ни на секунду не покидает свой пост, разве что… — Есть идея, — я подбежала к двери и открыла ее, едва не задев демона, но он даже не отреагировал на то, что его чуть не пришибли. — Реймон, можно тебя попросить? — я старалась вложить в голос как можно больше жалостливых ноток. — Конечно, это моя работа — выполнять ваши просьбы, — демон загорелся интересом. Наверное, он любил свою работу, ну или просто ему нравится, что на него можно положиться. — Я проголодалась, не мог бы ты принести что-нибудь для меня? — Асмодей где-то за спиной причитал, что вряд ли удастся провести его подобным образом. — Конечно, пойду отдам указания поварам, — Реймон скрылся за несколькими поворотами, а повелитель похоти удивленно на меня посмотрел, не веря, что мне удалось отвлечь демоненка столь дешевым трюком.       Мы как можно скорее вышли из покоев, пока Реймон не вернулся назад. Проходя сквозь большинство коридоров, мы старались не попадаться никому на глаза, но когда такое случалось, то я чувствовала себя как кусок мяса на тарелке. Взгляды демонов были устрашающими. Даже Белиар никогда не смотрел на меня подобным образом. Я рассказала о своем беспокойстве Асмодею, но он лишь хохотнул и сказал, что мне просто показалось.       Завернув в очередной раз, я издалека услышала голос Белиара, но не смогла различить слов. Кроме того, он явно был не один. Асмодей вдруг затормозил и серьезно на меня посмотрел. — Мы возвращаемся, — он уже было хотел потянуть меня обратно за собой, но я возмущенно выдернула руку из хватки демона. — Как это мы возвращаемся? Сначала ты сам меня сюда приводишь, а теперь, когда мы почти пришли, просишь меня повернуть назад? Ты хоть знаешь что потом со мной сделает Реймон? В таком случае цель совершенно не оправдала средства, — только после сказанных слов я поняла, что это было сказано довольно грубо. Мало того, это было сказано тому, кто может запросто стереть меня в пыль. — Амелия, я понимаю твое недовольство, но нам реально нужно уходить, — демон и сам на некоторое время опешил от слов, сказанных в его адрес. — Не уйду, пока не выполнишь свое обещание, — твердо настаивала я на своем. — Теперь с меня точно снимут шкуру, — простонал Асмодей. — Ты смотришь и мы сразу же уходим, — предупредил повелитель похоти.       Я подошла к двери из-за которой доносился голос Белиара и еще один женский. И, судя по интонации, она была недовольна. Я слегка приоткрыла дверь, про себя молясь, чтобы она ни в коем случае не скрипнула. Обладательницей женского голоса оказалась просто великолепная демонесса, я поняла это не только по хвосту и небольшим рожкам на ее голове, но и потому, что люди попросту не бывают столь красивы. — Это Лилит, — послышался голос демона над ухом. — Бывшая жена Белиара, если так можно выразиться. — Жена? — через чур громко выдала я, из-за чего внимание тех, кто был в комнате, переключилось на дверь. Плохи наши дела! А отступать уже поздно!       Дверь открылась, и если недавно я чуть не прихлопнула Реймона, то сейчас со мной чуть не случилась та же история. Видимо, карма действительно существует. Дверь открыла та самая демоница, от взгляда которой мне захотелось тут же провалиться под землю, лишь бы спрятаться от нее как можно дальше. Такой ауры ненависти я еще не ощущала за всю свою жизнь. Белиар сильно напрягся, как будто был готов в любой момент броситься в жестокую схватку. — Так вот от кого был такой запах, — голос так называемой Лилит, несмотря на устрашающую ауру, был мягок и мелодичен. В какой-то степени его можно было назвать даже возбуждающим. — Здравствуй, Асмодей, — взгляд, обращенный к повелителю похоти, был гораздо мягче, а значит такая отрицательная реакция была продемонстрирована лично для меня. — А ты рано вернулась, — нервно и даже как-то истерично прокомментировал Асмодей вместо приветствия. Краем глаза я заметила как повелитель похоти поглядывал на Белиара. — Соскучилась по вам, — мурлыкнула Лилит. — Но смотрю для меня снова нашлась замена, — посмотрев на меня, рыкнула демоница. — Лилит, только попробуй ей навредить и я закрою глаза на все то, что нас когда бы то ни было связывало, — тихо, но вместе с этим твердо и холодно сказал Белиар, что по коже прошлись мурашки. — И позвольте узнать от кого я это слышу, — отведя от меня свой испепеляющий взгляд, она обернулась к хозяину Преисподней. — Я слышу это от того, кто презирает людей не меньше меня! — хвост, похожий на кожаный кнут, дернулся за спиной, в полной мере показывая недовольство его хозяйки. — Асмодей, уведи Амелию, — взгляд Белиара не предвещал ничего хорошего, а его голос стал на порядок ниже, устрашая. — С удовольствием, — взяв меня за руку, демон поспешил ретироваться подальше от шоу.       Мы вышли за пределы кабинета, но вместо того, чтобы покорно пойти вслед за Асмодеем, я уперто настояла на том, что дождусь пока кто-либо из них не покинет помещение. Смирившись с тем, что уговоры сейчас бесполезны, демон наколдовал нам удобный диванчик.       За дверью были слышны два враждебно настроенных голоса, вот только ни слова из их речи я разобрать не смогла. Видимо, это был какой-то очень древний язык. Вдруг дверь внезапно открылась, едва не вылетев с петель. Лицо Лилит искажала ярость, ничего привлекательного в нем теперь нельзя было разглядеть. — Ничего, когда-нибудь ты оступишься, а в этот момент я буду рядом и с радостью от тебя избавлюсь, — вскинув подбородок, демонесса пошла прочь, виляя бедрами, словно ничего и не было.       Дверь вновь отворилась, только теперь из-за нее выглянул Белиар. — Амелия, зайди, — пригласил он, хотя, наверное, все же приказал, отойдя в сторону. — А ты убирайся и не попадайся мне на глаза ближайшую неделю, — рыча пригрозил он Асмодею, намекая, что он не шутит.       Асмодей буквально испарился на глазах, а я шагнула внутрь кабинета, остановившись у стола, который был сплошь в бумагах. Хозяин Преисподней сел в кроваво-красное кресло, тяжело вздохнул, посмотрел на меня и первым решил разрушить тишину между нами. — Разве буквально вчера я не просил тебя о том, чтобы ты не выходила из покоев? — было видно, что ему тяжело удается сохранять самообладание, ибо он даже перевоплотился в свой демонический вид. — Что-то в моих словах тебе было непонятно? — уже злее спросил он, я же в свою очередь лишь понуро опустила голову и ничего не ответила. — Отвечай мне! — рявкнул он, резко встав с кресла, из-за чего я ощутила себя еще более неуютно, когда он так возвышался надо мной. — Я просто хотела тебя увидеть! — выпалила я, чувствуя, как на глазах стараются навернуться слезы, и я упорно стала гнать их прочь. — Мне надоело быть запертой, словно я пленница, я уже изучила каждый угол покоев наизусть и скоро сойду с ума в этой изоляции! — выкладывала я все что накипело за то время, пока я упорно твердила себе, что меня все устраивает. — И мне надоело, что ты приходишь, пользуешься мной, а на следующее утро исчезаешь, словно я какая-то игрушка на ночь! — слезы все-таки вырвались на свободу, оставляя влажные дорожки на щеках. Вскоре за ними послышались всхлипы, от которых тело каждый раз невольно вздрагивала.       Белиар молчал, в то время как я, захлебывалась слезами, стояла перед его столом, чувствуя себя провинившейся школьницей перед строгим директором. Он обошел стол по кругу, остановившись в шаге от меня. — Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности, — начал он, притянув меня в свои объятья. — Демоны не любят людей, если бы ты вышла без сопровождения Асмодея, то уже была бы мертва, поэтому я и запретил выходить, — уткнувшись тому в грудь, я крепко обвила его тело руками. — Я, конечно, знал, что рано или поздно ты начнешь пытаться сбежать, но ты выбрала самый неподходящий момент из всех возможных. — Это связано с Лилит, да? — спросила я, когда мне удалось немного восстановить дыхание. — Долгая история, но факт в том, что она больше кого бы то ни было ненавидит весь людской род, в особенности женщин и детей, ибо собственных она была лишена проклятьем, — коротко пояснил он. — А она действительно, ну… Была твоей женой? — неуверенно промямлила я, понимая, что возможно лезу куда не следует. — У нас в Аду нет понятия муж и жена, как таковых, бывают, так сказать, политические браки, все как у людей, но обычно в таких случаях никто не имеет друг к другу теплых чувств. В обычной же жизни устанавливать браки никто не спешит. Но что касаемо нас с Лилит, то можно сказать, что у нас была особая связь много веков назад. — Особая? — интересно, что же такого особого могло быть между ними. — Я сомневаюсь, что ты будешь рада это услышать, — расплывчато заявил демон, но я дернула его за край рубашки, намекая, чтобы он продолжал. — Лилит стала первой женщиной, которой я овладел в своей жизни. Тогда я был очарован ее красотой и неповторимой грацией, к тому же мы оба ненавидели людей, мы оба были изгнаны, потеряв что-то важное для наших душ, благодаря чему понимали друг друга с полуслова. Эти факторы сплелись в одно целое, приняв образ так называемой любви, но это было лишь временно, пока в нас оставалось что-то хорошее и светлое, а когда наши души покрылись грехами, то и этого не стало. Все мы очерствели и больше не смогли к друг другу чувствовать даже вожделения. По крайней мере, с моей стороны его более не было. — Но ведь ты совсем не черствый, каким себя показываешь, — возразила я, потому что знала каким он бывает осторожным и обходительным. — Ты делаешь меня таким, — коротко сказал демон, выпустив меня из объятий. Видимо, разговор на сегодня закончен.

***

      Лилит повисла у меня на шее, словно елочная игрушка на ветке ели. Я, увы, совсем не разделял ее радость, надеясь, что смогу отвязаться как можно скорее. К тому же ее «любимый», как обычно неприятно резануло слух. Никогда не понимал что за культ возвели люди вокруг слова «люблю», но раз уж оно имело такую значимость, то, наверное, не стоило бросаться им просто так. — Не называй меня так, мы не пара уже долгие столетия, — освободив себя из женской хватки, я как можно сильнее увеличил расстояние между нами. — И поэтому ты решил заменить меня человеческой девушкой? Сильно же изменились твои предпочтения, — фыркнула Лилит, сев на край стола. А я про себя ругнулся, ибо запах, окутывающий мое тело, действительно так и кричал о жаркой ночи со смертной. — Странное начало беседы, я вообще-то хотел спросить чем обязан столь раннему визиту, — а точнее, визиту, который грянул как гром среди ясного неба. — Знаешь, так приелось лицезреть смертных, что даже крики боли больше не услаждают слух. Да и по вам сильно соскучилась, — сладко протянула покровительница суккубов. — Да что ты? Какая честь, только прояви ее по отношению к кому-нибудь другому, я сейчас занят, — как бы подтверждая свои слова, я придвинул к себе стопку отчетов. — Хватит меня избегать, ты сам прекрасно понимаешь, что никто не поймет тебя лучше меня, что никто не подойдет тебе лучше меня. Да, я совершила оплошность, но я до сих пор сильно раскаиваюсь за содеянное, это ведь и вправду был единственный раз. — Лилит села на подлокотник кресла, а ее рука скользнула по груди, остановившись в области сердца. — Ты мне изменила, хотя я был свято уверен, что мы верны друг другу, — одно из сильнейших разочарований, которое поставило крест на наших дальнейших взаимоотношениях. После этого я перестал верить в то, что существует настоящая любовь. Может она и существует, но весьма недолго, пока не появится кто-то получше. — Белиар, это было так давно, неужели ты никогда не думал о том, чтобы начать все сначала? Я действительно была счастлива с тобой. Помнишь, как ты засыпал у меня на коленях, будучи обессиленным? А как я протирала твои раны на войне? Неужели ты забыл ночи, которые мы проводили вдвоем? — Я все прекрасно помню и я правда тебе благодарен за это, но все, что ты сказала, было в прошедшем времени, как, впрочем, и мои чувства к тебе. Ты мне очень дорога, сродни всем моим братьям, но не более того.       Вот в этот момент с демоницы слетела маска спокойствия, а на ее место пришла злость. Так заканчивались все наши встречи, после чего она вновь покидала Преисподнюю на добрый десяток лет, сейчас же мне стоило просто переждать, пока Лилит выплеснет все в очередной раз.       Но всё пошло под откос, когда демонесса услышала за дверью Амелию, без труда определив, что запах смертной, который был сейчас на мне, исходил именно от этой девушки. Теперь мало того, что Лилит точно не пойдет творить хаос в людском роду, она еще и попробует испортить жизнь Амелии настолько, насколько это возможно. Ради ледяного озера, ну почему любопытство смертной овладело ей именно сейчас!       Когда дверь за Амелией захлопнулась, я доходчиво объяснил Лилит, что если со смертной вдруг внезапно что-то случится — я об этом узнаю, после чего первым же делом вытрясу из нее все душу и отправлю охладиться в Ледяном озере на сотню лет. Демоница исчезла с моих глаз, зато теперь передо мной была Амелия, которую хотелось наказать за непослушание. Я был зол на то, что она ослушалась приказа.       Сегодняшний день достаточно потрепал мои нервы, поэтому я забыл о том, что с девушкой нужно быть мягче, даже если ее нужно отчитать. С глаз смертной полились прозрачные, словно хрусталь, слезы, а острые плечи стали ритмично вздрагивать. Ее слова заставили меня задуматься о том, как все выглядело с ее стороны, и я понял, что по большей части сам виноват в том, что девушка решилась меня ослушаться. Я бы на ее месте и сам не выдержал, будучи ангелом я был очень нетерпелив и любопытен, за что меня ежедневно ругали.       Прижимая к себе девичье тело, я старался успокоить ее, ибо было невыносимо осознавать, что именно я являюсь причиной ее слез. Смертная всего-то хотела меня увидеть, а я, вместо того, чтобы порадоваться проявлению внимания с ее стороны, повел себя ужасно. Я попытался искупить свою вину, отвечая на вопросы смертной, ибо она была весьма любознательна. Когда она достаточно успокоилась, то мы пошли обратно в покои. Только вот я все равно собирался наказать смертную, но это наказание явно понравится нам обоим.       Зайдя в покои, я прошел к кровати и подозвал девушку к себе. Помявшись у двери, смертная подошла ближе, а затем и вовсе присела рядом, что наши бедра и плечи соприкасались друг с другом. — Амелия, — произнес имя девушки, а сам впился губами в тонкую шею, оставляя небольшое покраснение после себя. — Почему ты думаешь, что для меня ты просто игрушка? Потому что мы не просыпаемся вместе? — спросил я, накрыв острую коленку своей ладонью. — Я не знаю, я… Я запуталась, это все странно, непонятно для меня, — лепетали пухлые губки, которые я тут же заткнул поцелуем. — Знаешь, почему демоны не спят? — нехотя оторвавшись от губ, я продолжил задавать ей новые вопросы. — Потому что вам не нужен сон? — неуверенно ответила она. — Потому что во сне мы уязвимы, при таком множестве врагов опасно закрывать глаза даже на секунду, что уж говорить о многочасовом сне, — пояснил я, повалив ее на спину и нависнув сверху. — По сути, в это время ты можешь запросто убить меня, — спокойно сказал я, переплетая пальцы наших рук у нее над головой. — Но я продолжаю спокойно пребывать во сне, будучи с тобой в одной комнате. А знаешь почему? — девушка отрицательно помотала головой, внимательно прислушиваясь к моим словам и совершенно не обращая внимание на то, что попутно с этим монологом она лишается своей одежки. — Потому что мне не страшно быть уязвимым, если ты рядом. Я доверяю тебе свою жизнь. Помни это, когда подумаешь, что ты просто игрушка.