Так больно и так...желанно

Я вышла из института совершенно разбитая. Мне было очень больно. Уж лучше вообще быть не способной любить, чем испытывать такую боль. Но когда я уже отошла от института, меня вдруг окликнул знакомый голос: - Алиса, подожди. Я обернулась и увидела Ежова. О чёрт! Только его мне не хватало. И так настроение хуже некуда. - Чего тебе, Вася?- устало спрашиваю я. Желания разговаривать не было ни с кем, а уж тем более с ним. - Нуу, я же сегодня две двойки получил. - Ничего удивительного,- ответила я.- Надо нормально учиться. - В общем... Ты не могла бы мне помочь исправить двойки? От удивления я чуть не упала. - Это как, Вася? - Ну, позаниматься со мной. Отлично. Мало мне своих проблем. Ещё и всяких болванов подтягивать. - Ты очень вовремя. - Ну пожалуйста. Ну почему я такая добрая? Стоит мне только видеть жалкого несчастного человека, и я уже хочу ему помочь. - Ладно. - Супер! Спасибо! Ежов кинулся на меня с объятиями, но я вовремя отстранилась. - Только давай без глупостей, Вася. Предупреждаю сразу: я тебе помогу и всё. - Вот адрес. Завтра после пар. Я взяла листок с адресом. Вася умчался. Заниматься с ним в пятницу... Отлично! Когда я хотела отдохнуть. А адрес... Чёрт! Да это же другой конец города. Вообще зашибись! Как хорошо, что Андрей решил устроить небольшую вечеринку. Мне необходимо было расслабиться. Славу из садика забирать ещё рано. Думаю, после встречи с друзьями. Андрей хорошо подготовился. С ним была его новая подружка, которую, как оказалось, звали Аня. Аня была симпатичная и весёлая девушка. Но я видела: Андрей относится к ней так же как и к своим бывшим девушкам. Продолжения не будет. Я действительно смогла забыться. Оксана поначалу чувствовала себя очень неуютно в чужой квартире, но Антон хорошо постарался, чтобы её успокоить и развеселить. Хотя мои друзья по прежнему не решаются заговорить друг с другом наедине. А Аня оказалась очень бойкой и решительной. В разгар вечеринки она вдруг достала пачку сигарет. Я и все мои друзья не курят. Я и Оксана наотрез отказались. Антон и Андрей поначалу тоже не хотели, но Аня их уломала. Квартиру наполнил дым и жуткий запах. Последнее, что я помню, это входная дверь, которую я хотела открыть и дыхнуть свежего воздуха. Я очнулась лежащей перед входной дверью. Меня тошнило. Было очень плохо. Болела голова. Я поднялась и пошла в комнату. Картина открылась печальная. В центре на полу лежали Антон и Андрей. Они были бледные. Сверху на Андрее лежала Аня. У него была расстегнута рубашка. Оксана вообще облокотилась на окно, видимо тоже хотела глотнуть воздуха. Я подошла к Оксане и попыталась привести её в чувство. Она медленно открыла глаза. - Оксана, ты в порядке? - Алиса, что произошло? - Мы, видимо, надышались сигаретного дыма. Оксана встала и быстро пошла к выходу. Я её окликнула, но она даже не остановилась. Ну вот! Она обиделась. Теперь наверняка подумала неизвестно что. Я тяжело вздохнула и начала приводить в чувство Антона. - Алиса, как голова болит. - Да, у меня тоже. Надо воды попить. Мы пошли на кухню и достали минералку. - А где Оксана?- спросил Антон, жадно глотая воду. - Мужайся, Антох. По-моему она обиделась и ушла. - Как!?- вскочил Антон. Он застыл. На его лице шок сменялся горечью. Мой друг чуть ли не плакал. - Она больше не будет с нами и со мной общаться,- как приговор произнёс он. Больше мой друг ничего не сказал. Он, как и Оксана, молча ушёл. Наша команда, наша дружба рушилась. Моё настроение стало ещё хуже, чем вчера, хотя я думала, что дальше некуда. Мы вчера выпивали. От всех нас разит алкоголем. Как я пойду в институт в таком виде? Мне было стыдно перед самой собой. Я ведь совершенно забыла про Славу. У него, конечно, был ключ, но... Как я могла так поступить со своим любимым братом!? От отчаянья и злобы я с силой стукнула кулаком по стене. Это была неудачная идея. Мою руку пронзила боль. Я посмотрела и увидела, что разбила руку до крови. Я подошла к Андрею, сметнула с него Аню и стала будить. - Всё плохо, Андрюх. Антон и Оксана ушли. Наша дружба дала трещину. А я забыла про Славу. - Мы переборщили вчера,- сказал Андрей.- Я, пожалуй, не пойду в институт. Не могу в таком виде. - Ладно. - Позже решим, что делать. - И её убери,- сказала я, указывая на Аню. Я пришла домой. Входная дверь была заперта. Я достала свой ключ и открыла. Но уже в холле меня ждал новый, довольно сильный удар. Вышла моя мать. Я оледенела от ужаса. - Явилась сучка в пять часов утра. По моему лицу прошёлся удар, от которого мои ноги подкосились. Но она была не одна. За ней вышел какой-то мужик. - Это и есть старшая? Мужик подошёл ко мне и взял за волосы. - Теперь я твой новый отец, и ты будешь делать всё, что я тебе скажу. - Да она ещё и пьяная!- крикнула мать. Мужик сильно ударил меня, от чего я не сумела сдержать равновесия и упала. Лёжа на полу, я увидела заплаканное лицо Славы. Мать не пускала его сюда. - Мои методы очень понятные,- сказал ,,мой новый отец". Он рывком поставил меня на ноги и потащил в комнату. Там я увидела какой-то древний стол, которого раньше не было. Мужик снял с себя ремень. - Снимай штаны!- грубо сказал он. Я в ужасе отшатнулась. Он схватил меня за плечо и завалил на стол. То, что я почувствовала дальше, вызвало у меня приступ отвращения. - Мама! Не надо!- услышала я крик Славы. По моей пояснице прошёлся хлесткий удар. Я взвизгнула от боли. Удары посыпались на меня как снег. Сначала я кричала, но потом выдохлась. Я уже не могла в полной мере ощущать боль. Этот садист остановился после удара двадцатого. - Теперь будешь хорошей девочкой,- сказал он и ушёл. Я лежала, не двигаясь. Не знаю, сколько времени прошло. Но я почувствовала, что моей руки коснулась чья-то ещё. Я открыла глаза и увидела напуганное до смерти, заплаканное лицо Славы. - Алиса,- тихо прошептал он. Я с трудом взяла его руку. Подняться было намного сложнее. Моя поясница и пятая точка горели. Я практически их не чувствовала. Доковыляла я до своей комнаты, опираясь на Славу. Зашла и упала на пол, на живот. - Славик, в моём шкафу на нижней полке лежит белый ящик. Достань его, пожалуйста. Слава мигом всё сделал. Это был единственный родной мне человек в этой квартире. Я не была одна. Я открыла ящик и достала перекись. - Так, братишка, а теперь налей это мне на спину. Слава дрожащей рукой взял баночку и склонился надо мной. - У тебя всё в крови,- услышала я. - Ничего,- ответила я.- Знаю, будет больно, но я потерплю. Я сжала руку Славы, чтоб ему было не так страшно. В воздухе запахло спиртом. Холодная жидкость действительно вызвал в пояснице жуткую боль. Я сцепила зубы, чтобы не кричать. А Слава принялся дуть мне на спину. Я пролежала ещё некоторое время. - Надо вставать, Слава. - Что нам теперь делать? - Бежать. Мать тут надолго и ещё и не одна. Прости,- я наклонилась к Славе.- Прости, что оставила тебя с ними наедине и забыла вчера забрать. Слава крепко прижался ко мне. - Он весь вечер не отпускал меня и показывал какие-то пистолеты, заставлял с ним драться и вообще загонял. - Этого только не хватало,- я сразу всё поняла.- Он из тебя боевика какого-то хочет сделать. - Уйдём отсюда. - Да, только кое-что сделаем. Мы с Славой на цыпочках вышли из своей комнаты. Из комнаты матери раздавались какие-то вопли. Ну всё понятно. Мы пошли в комнату Славы. - Быстренько переоденься, почисть зубы и умойся. И всё делай тихо. Я тоже сделала гигиенические процедуры. А вот с одеждой было сложнее. Любое прикосновение к пояснице или ниже вызывало острую боль. Про тренировки на какое-то время придётся забыть. В итоге я осталась в той же самой одежде. Слава Богу, мать не знает, что Слава теперь в садике. Когда мой брат был готов, мы быстро покинули квартиру. Я повела Славу в садик. - Что же вы вчера не забрали Славика?- спросила меня воспитательница. - Простите, так получилось,- тяжело ответила я. - Вы вообще в порядке? - Да. И тут к нам подбежали две девочки. - Славик, ты наконец-то пришёл. - Алиса, это мои подружки,- сказал Слава.- Люся и Вика. - Привет, девочки,- сказала я. - Здравствуйте. Люся и Вика с улыбками протянули мне руки. При виде таких милых детей я не смогла не улыбнуться сама и не пожать им легонько руки. - Ну всё, Слава, беги. Мой брат убежал вместе с Люсей и Викой и расстворился в потоке детей. - У вам точно всё в порядке?- спросила воспитательница, когда мы остались одни. У вас всё лицо какого-то неестественного цвета. - Ничего. Не беспокойтесь. Берегите Славу. Я, пожалуй, пойду. Я поскорее пошла в институт. Приходить побитой было неудачной идеей, но быть дома сейчас равносильно аду. Как я и опасалась, каждый второй смотрел на меня с удивлением, некоторые со страхом. Никто из моих друзей не пришёл. Я осталась одна. Моя группа была в недоумении и в итоге, сказав, что я на тренировках рукопашного боя, была неподготовленная, я села за последнюю парту, решив не светиться перед преподавателями. Перемена. Я бесцельно иду по коридору, низко опустив голову. В голову лезут неприятные мысли: то о матери и её ухожере, которые решили поселиться в нашей квартире; то о невозможности тренировок; то о том, куда нам теперь со Славой деваться. И тут навстречу идёт Кристина Александровна. Ещё один головняк. Лучше б я с ней никогда не знакомилась. Не могу вести себя нормально и естественно, когда рядом она. Я отворачиваюсь в другую сторону и побыстрее прохожу мимо, даже не здороваясь. И тем не менее вижу: взгляд Кристины Александровны выражает недоумение и обиду. - Алиса! Ах, чёрт! Остановила всё-таки. - Здороваться с преподавателем уже не надо? Я поворачиваюсь к ней. Меня перемыкает. Я не соображаю, что несу. - Если так настаиваете, здравствуйте. Если вы про мой внешний вид, не переживайте. Всё в порядке. Не надо обо мне беспокоиться. Мне от вас ничего не нужно. Глаза Кристины Александровны всё больше расширяются. Я ещё никогда так не разговаривала с учителями. - Идите и развлекаетесь со своим Артёмом, а меня оставьте в покое. С последним я переборщила до краёв. Высказав столько гадостей девушке, которую я продолжаю любить, я развернулась и убежала. Хорошо, что хоть сегодня нет пар литературы и сценической речи. Кажется, я так и не отошла от сигарет и алкоголя. Полное расставание с Кристиной Александровной так на мне отразилось, что я отправилась прямиком к Ежову. - Вася, то твоё предложение про вечер ещё в силе? - К конечно,- заикаясь сказал Вася.- А ты, что, согласна? - Да. - Мы ж сегодня после занятий занимаемся. - Отлично. - Алиса! Что с тобой?- подскочил ко мне Вадим.- Ты что наговорила Кристине Александровне!? Она сейчас плачет в своём кабинете! Но я ничего не сказала. Вадим смотрел на меня со страхом. Пары закончились. Я возле института ожидаю Васю. И тут опять Кристина Александровна. Выходит из института. Увидев меня, она тут же замирает. На её лице искра надежды. Наверное она ждёт, что я подойду и извинюсь, но я веду себя как последняя сука. Увидев Васю, хватаю его за руку и тащу прочь от института и от Кристины Александровны. До этого я не понимала, что значит сильная депрессия. И сейчас не осознавала, что это она и есть. Его дом оказался какой-то халабудой. Неприметный подъезд. В квартире- полный разгром. Мы позанимались так себе. Но от его объятий я всё-таки увернулась. Когда я забрала Славу из садика, мы поняли, что очень сильно хотим спать. Домой совсем не хотелось. Я могла бы пойти к Антону и Андрею, но моим друзьям сейчас не до меня. Выбора не было. Не стану подробно описывать происходящее дома. Скажу лишь, что мы оказались в рабстве сумашедшей и садиста. Я все выходные была Золушкой. На моём лице появились новые следы побоев. Мне всё время втирали, какая я тварь и впервые мать в чём-то была права. Слава то был со мной, то с этим мужиком, который заставлял его отжиматься, стрелять и тому подобное. В квартире постоянно стоял запах спиртного и сигарет. Утром в понедельник я начала приходить в себя. Господи! Что я наделала!? Что я наговорила Кристине Александровне!? Как мне теперь ей на глаза показаться? Я очень сильно ранила человека, которого люблю. Я сама разрушила всё, что имела- хорошие отношения с ней. Как может случиться столько несчастий за такое короткое время? Я потеряла друзей, хорошие отношения с любимым преподавателем, зато приобрела ,,нового папу". Мои боли в пояснице усилились. Я могла сидеть только на краешке стула. На моих постельных простынях- кровавые потёки. Всё лицо синее. На переносице- след от удара. Мне уже казалось, что я понимаю людей, которые думают о суициде. В институт я одела широкую спортивную куртку и натянула капюшон, чтоб поменьше были видны следы побоев. Я так и заявилась на учёбу. Моё самочувствие всё хуже. Я иду и вдруг в кого-то врезаюсь. Да что же это такое! Я ведь в капюшоне и практически не вижу, кто передо мной. Приподнимаю ткань и вижу... Кристину Александровну. Я настолько растерялась, что просто застыла. Её болотные глаза наполнены болью и яростью. Она выглядит очень сурово. - Являться в таком виде, товарищ студент, недопустимо,- её голос звучит резко и отрешеченно.- Если вы думаете, что к вам это не относится, вы ошибаетесь. - Кристина Александровна, я... - Всё! Разговор окончен! Она резко отворачивается и собирается уходить. Я снимаю капюшон. Меня душат слёзы. И вдруг она снова передо мной! - Алиса! Что с твоим лицом!? Что с тобой!? Я уже вовсю начинаю плакать. Кристина Александровна берёт меня за плечи. - Алиса! Что с тобой происходит!? Я смотрю в её глаза. - Так, немедленно пойдём ко мне в кабинет! Кристина Александровна буквально тащит меня к себе. - Садись. Но я не могу. Мне очень больно. Я отрицательно мотаю головой. - Да что с тобой происходит? Кристина Александровна кладет руку мне на плечо и насильно усаживает. Внизу меня тут же пронзает острая боль. Я резко вскакиваю и мычу от боли. Вот тут Кристина Александровна, кажется, по настоящему испугалась. Она подбежала к двери, закрыла её изнутри и сказала мне: - Раздевайся. От услышанного я даже забыла про боль. Чтоо!? Раздеться перед Кристиной Александровной!? Никогда и ни за что! Это же не физкультура с девчонками. Зачем ей понадобилось это? Я, конечно, хотела раздеться перед ней и увидеть её снохшибательное тело, но в реальности это так сложно, почти невыполнимо. - Ну что ты так смотришь на меня? Стесняешься что ли? Я хочу узнать, почему тебе так больно сидеть. - У меня там просто небольшая царапина. Такую ложь мне говорить непросто, и Кристина Александровна легко меня раскусывает. - Ты врёшь мне уже второй раз, а может и третий. Я не понимаю: мне, что, тебя самой раздевать? Ооо, если бы. Понимаю, что мне не отвертеться. Снимаю куртку и футболку. Лицо Кристины Александровны спокойно, в каком-то плане. А вот мне не до спокойствия. Я стою перед той, что люблю, в одном бюстгальтере. Мои щёки горят. Я боюсь. Реальные ощущения не такие, какими представлялись. А Кристина Александровна заходит мне за спину. Тишина. - Кто это?- наконец слышу я.- Опять мать? - Д-да. - Что произошло? - Она привела мужика в дом и...и... Во мне снова проснулся плач. Кристина Александровна подошла ко мне, обняла за голову и прижала к себе. Вот это моментик. Меня обнимают, наполовину голую, да ещё и Она. - Подожди. Она стала обрабатывать мои раны. Её нежные руки касались моей кожи, от чего приятно щекотало в горле. Но было очень больно. Кристина Александровна то и дело кидала в урну кровавую вату. - Можно одеться?- дрожащим голосом спросила я, когда Кристина Александровна закончила. - Ну одевайся уже. Не знала, что ты такая стеснительная. Я побыстрее натягиваю одежду. - Теперь рассказывай всё сначала и подробно.