Где-то в недрах грудной клетки

Воскресенье. 10:27.

— В смысле тебя выселяют? — казалось ещё немного, и Наён побежит к директору оправдывать Лису. Девчушка она конечно болтливая и надоедливая, но никто не говорил, что плохая. — Я уже не переживаю насчёт этого, мне есть куда пойти, — не скрывая свою широкую улыбку, радостно произнесла Лиса.       Девушка закончила собирать свои вещи через час. Вещей у нее было много, но они всегда были аккуратно уложены на полочках, так что переложить их в чемодан не составляло никакого труда. Лиса хоть и радовалась переезду, но не могла выкинуть из головы большое количество вопросов. Жить с парнем это ведь не самое простое решение, так неужели Лиса согласилась на это только из-за того, что ей просто некуда пойти? Да нет, это не так.       От телефона, в котором копалась девушка, её отвлёк звук сигнала автомобиля. Лиса выглянула в окно и увидела черную машину Чонгука. Кто же знал, что быть в отношениях так клёво? Лиса уже и забыла что такое автобус.       Попрощавшись с Наён, которая ещё бы чуть-чуть и пустила бы слезу, брюнетка взяла два своих чемодана и направилась к выходу из здания, где ее встретил Чонгук. — Готова? — парень взял чемоданы из рук девушки и запихнул их в багажник машины, после чего крепко обнял ее. — Наверное, — проговорила Лиса в грудь брюнету.       Чонгук почувствовал неладное, но решил промолчать. Ехала парочка с веселой музыкой в салоне и, в общем-то, с хорошим настроением. Лиса уже вчера рассказала Дженни о своем переезде и была уверена, что в доме Чонгука, подруга с ее парнем уже ждут их. И оказалась права. — Лиса! С переездом тебя! — Дженни сразу подбежала к подруге, которая еле как успела выйти из машины. Блондинка очень радовалась за подругу не только потому что она нашла куда переехать, но потому что именно с этого дня у Лисы начались серьезные отношения. Потому что какой парень, который не хочет серьезных отношений, приглашает девушку жить у него. — Спасибо, сис, — Лиса обняла Дженни в ответ, одновременно махая Чимину, стоявшему у входа в дом. — Идемте, — Чонгук взял чемоданы брюнетки и направился в дом, а за ним потопали и девушки.       Войдя в дом, Чонгук попросил друга с Дженни сделать кофе для всех и пошел показывать Лисе ее комнату. Этот дом был действительно очень большим, всего было пять комнат и две ванной комнаты. Одна ванная была на первом этаже, рядом с комнатой Чимина, а вторая на втором, рядом с комнатой Чонгука. Самая дальная комната на втором этаже принадлежала периодически ночующему тут двоюродному брату брюнета, — Намджуну. Рядом с этой комнатой находился будто компьютерный клуб, потому что в этом помещении ничего кроме компьютеров и наушников, в общем-то, не было. Парень очень любим компьютерные игры. Чонгук конечно дал бы Лисе выбрать комнату самой, но у нее особо выбора то и не было. — Ну, как тебе? — парень открыл дверь в достаточно просторную и милую комнату, и положил чемоданы у двухспальной кровати.       Комната была почти что вся белая. Это немного резало глаза, потому что Лиса никогда не любила белый цвет. Но комната была такая уютная, что Лиса подумала о том, что она полюбит белый цвет. — Очень миленько, — с улыбкой рассматривая помещение произнесла Лиса. — Спасибо тебе большое, правда, я очень ценю это.       Девушка подошла к Чонгуку в плотную, и обняла его, разместив свои ручки на его шее. А тот только сильнее притянул ее к себе, и наверное если бы не Чимин, который на весь дом прокричал, что кофе готово, они так бы всю жизнь и простояли.       Во время теплого разговора в кухне, со своим парнем и друзьями, Лиса чувствовала себя самым счастливым человеком. Ну а что ещё нужно для счастья? Кофе? Есть! Друзья? Есть! Любовь? Есть! Какая-то там тактильная болезнь? Нет! Больше ничего и не нужно. Кстати, Лиса раздумывала над тем, чтобы рассказать парню о болезни, от которой сам же ее и избавил, но, с другой стороны, зачем?       Уже под вечер, когда стемнело, Дженни поблагодарила всех за проведенное время и сказала, что нужно повторить кое какие материалы к завтрашнему зачёту, так что ей уже пора. А Чимин пошел ее провожать, все же на улице уже темно.       Оставшись наедине с парнем в этом огромном доме, она поняла чего боялась, когда согласилась пожить у Чонгука. Она боялась эту нависшую над их головами неловкость. Или неловкость ощущала только Лиса? Чонгук конечно никогда не жил с девушкой, но он не испытывал ни неловкость, ни стеснения, ничего такого. — Может посмотрим что-нибудь? — усаживаясь на диван перед плазмой, и похлопывая на место рядом с собой, спросил Чонгук.       Лиса ничего не ответила, только села с парнем рядом, а он начал тыкать в кнопку пульта в поисках чего-нибудь интересненького.       Спустя пять минут, когда парочка уже в обнимку смотрела новый выпуск «Губки Боба» по просьбе Лисы, слышится звонок в дверь. Чонгук с Лисой сразу подумали, что это вернулся Чимин, но брюнет знал, что у его друга есть ключи от дома. Так что его немного удивил этот звонок.  — Гууууууук! Блять.       Перед Чонгуком стоял самый что ни на есть незваный гость. Мина. И судя по ее состоянию она была в стельку пьяная. Даже удивительно как она смогла сюда дойти пешком. — Что тебе надо? — холодным голосом спросил Чонгук глядя на испачканное размазанным макияжем лицо девушки. — Гук... Я... Я люблю... Тебя! — Мина делала секундные перерывы между своими словами, которые парень не хотел ни слушать, ни слышать. — Ты сколько в себя алкоголя влила то, чтобы так напиться?! — парень абсолютно не обращает внимания на слова девушки, но его правда интересовало сколько она выпила. — Я... Была в клубе!!! — девушка неожиданно подняла голос и даже прокричала последнее слово. — Чонгук? — Лиса услышав крик немного испугалась, и пошла смотреть кто же пришел в такое время и орет на парня. — О... И лабораторная крыса тут! — Мина показала пальцем на девушку, обнимающую себя из-за открытых дверей, откуда холодный воздух дул прямо в дом. — А ты... Знал, что она больная?!       Парень сжимал ручку двери с огромной силой, потому что в его планах не входит в реальности избить Мину, как об этом говорили слухи. — Аккуратнее со словами, ты в моем доме, — смотря в глаза девушке признес парень, но у нее так все плыло перед глазами, что она вряд ли вообще поняла, что он смотрит ей в глаза. — Ты... Думаешь я вру и оскорбляю ее? — переставляя ноги спросила Мина. — Милочка ты что? Не рассказала ему даже?       Девушка очень громко засмеялась. Из-за этого смеха хотелось умереть, только бы не слышать его. Лиса была без понятия какие эмоции ее захватили сейчас. Это был гнев? Раздражение? Ревность? Все вместе? Или ничего? Но кого точно переполняли гнев и раздражение, так это Чонгука. Парень начал неожиданно обуваться, чем заставил Лису покрыться мелкой дрожью по всему телу. — Чонгук, ты куда? — Лиса подошла ближе к двери, совсем не обращая внимания на этот ужасный холод. — Я проведу ее и вернусь, — парень даже не посмотрел на брюнетку, а его голос был ниже, чем температура на улице. — Но... — Блять. Лиса. — Чонгук сорвался на крик, чем заставил девушку вздрогнуть и даже отойти на шаг. — Я сказал, я вернусь.       Хоть голос парня и стал мягче, но Лиса этого не заметила. Она заметила только какую-то незнакомую боль внизу живота, которую не могла объяснить.       Чонгук был просто раздражен. Это неудивительно, ведь Мина не переставая говорила о чем-то, что он не понимает совсем. А Лиса, конечно, не сделала ничего плохого, но она попалась под руку в этот момент, когда парню захотелось кричать, чтобы избавится хоть от одного процента раздражения, который, казалось, проник и растекался по каждой тонкой венке.       Чонгук схватил Мину за запястье, закрыл за собой дверь и не увидел, как прозрачные, наполненные грустью слезы начали падать на его пол. А Лиса медленно сползала по белой холодной стене, закрывая личико своими руками. Грубого тона Чонгука хватило для того, чтобы Лисе стало больно. Через пару минут послышался шум дождя, а девушка не смогла сдержать себя от того, чтобы позвонить Чонгуку. Она со слезами на глазах находит телефон в своей комнате и тыкает на номер парня, но когда слышит звук его рингтона и идёт в его комнату, откуда он и доносился, понимает, что телефон он не взял.       Тем временем, Чонгук увозит Мину домой. Парень он, конечно, не самый лучший на свете, но не мог же он захлопнуть двери прямо перед пьяной девушкой, когда на улице так темно, как будто закрыл глаза. Даже если девушка такая стерва. — Это же насколько она тебе не доверяет, что даже не сказала ничего, — голос Мины звучал так же пьяно, как пару минут назад у двери дома, но слова были разборчивее. — Ну, с другой стороны, конечно не доверяет. Ты же выебал всех, кто попался на пути... — Ты или сейчас замолкаешь или высаживаю прямо здесь.       Чонгук хотел просто в тишине доехать до общежития и забыв что он вообще был раздражен, вернутся домой к своей девушке, которая чуть не замёрзла из-за открытой двери. Всю дорогу он думал о выражении лица Лисы, когда он сказал ей последние слова. Если бы он мог, он бы сто раз ударил себя за это, и сделал бы все правильно. Потому что из-за какой-то Мины, он взял и повысил голос на Лису абсолютно необоснованно. И он это знал.       Парень в полной тишине высадил Мину у общежития и на огромной скорости помчался домой. Он даже не уверен зашла ли Мина в здание или нет, но он уже сделал для неё слишком много, так что остальное его не волнует.       Чонгук, немного промокший от дождя, тихо вошёл в дом, разулся и сразу направился на кухню, почему-то он думал, что Лиса именно там. Но ее там не было. Дальше он направился в ее комнату, там тоже девушки не наблюдалось. Чонгук серьезно испугался, но в один момент, он услышал не только шум дождя, бьющегося о землю, но и шум воды в душе. — Лиса! — парень громко начал стучаться кулаком в дверь. — Лиса, это ты?       Чонгук никак не мог объяснить свою обеспокоенность. А вдруг Лиса куда-то ушла? А это тут моется Чимин? Хотя он всегда мылся в ванной, которая находилась на первом этаже, но все равно! Вдруг это не она! Вдруг она где-то потерялась на улице! Она ведь отсюда знает только дорогу в универ, больше ничего.       Звук воды резко обрывается но никто не отвечает, даже такая вещь заставляла Чонгука нервничать.       Через пару долгих тихих минут открывается белая дверь, а за ней виднеется миниатюрное бледное тело Лисы, замотанное в недлинное сиреневое полотенце. Один взгляд в ее грустные глаза и Чонгук испытывает два чувства: боль и облегчение. — Пришел? — совсем тихо и даже как-то безэмоционально произнесла Лиса, и немного задев своими, к слову, сухими волосами его руку, вышла из ванны, оставляя парня у дверей. — Прости, что накричал, — Чонгук проследовал за девушкой в ее комнату. — Ничего, — Лиса начала искать свою ночнушку на полке, которую сегодня же туда и положила. — Я должен был ее проводить, не мог же я... — Я понимаю, — Лиса прервала парня, но голоса не повышала.       В этой не очень большой комнате девушка, закутанная в короткое одеяло, уже вторую минуту роется в той же полочке, а Чонгук просто тихо смотрел на нее, обопрившись спиной к закрытой двери. Парень не знал что сказать и не знал нужно ли вообще что-то говорить. Перед ним просто стояла красивая, хрупкая девушка. Его девушка. Ему достаточно смотреть на нее. — О какой болезни говорила Мина? — Чонгук неожиданно даже для себя спросил вопрос, и сам захотел дать себе пощёчину. Но он только посмотрел в глаза Лисы, которая уже потеряла всю надежду найти сегодня гребаную ночнушку, и закрыв полку, повернулась к парню лицом. — Это уже не важно, ее больше нет, — спустя взгляд, длиной в секунду, ответила Лиса. — Ты мне настолько не доверяешь? — Чонгук не хотел задавать этот вопрос, потому что можно было подумать, что он слушал весь пьяный бред, который говорила Мина в машине. Но он не мог не задать этот вопрос. — И зачем ты согласилась быть со мной?       Это не те вопросы которые должны были прозвучать в этой комнате, в эту минуту. Это не тот взгляд, которым Лиса должна смотреть на парня. А этот тон, холодный, словно лёд, не тот, что нужен. Все не то.       От осознания того, что неправильность всей ситуации просто душит Чонгука, он решает выйти из комнаты и направится к себе. А Лиса как никогда захотела ему сказать все, что лежит у нее в сердечке все это время, и она незамедлительно пошла за ним, грозно топая босыми ножками по полу. — Ты поцеловал меня тогда. Это был мой первый поцелуй! Ты спас меня, избавив от этого ужасного груза из-за которого я родных и друзей просто даже обнять не могла. А через каких-то жалких три минуты, ты уже трахался с какой-то шлюхой, сидевшей прямо на этом столе раздвинув ноги. И вот тогда я подумала, лучше бы ты меня не трогал, и не спасал, — Лиса говорила все четко и бегло, стоя на месте. Она говорила эти слова уверенно, без единой запинки и дрожжи в голосе. А Чонгуку оставалось только слушать сколько же боли стояло за этой хрупкой девушкой. — Но потом, черт. Я начала встречаться с Минсоком, а ты кардинально поменял вое отношение ко мне. Я потеряла голову. Я начала понимать, что этот Минсок не стоит даже твоей реснички, но продолжала быть с ним. Потому что когда он был рядом, рядом был и ты. У меня была гребаная болезнь касаний. Я ненавидела когда меня трогают, просто ненавидела. Но когда ты был слишком близко ко мне, ты просто убивал меня. Чем ближе ты был ко мне, тем сильнее я чувствовала эту невыносимую боль внутри, когда тебе кажется, что тебя просто решили пожарить заживо на костре. А потом этот поцелуй и все. Он просто...       Чонгук не мог и дальше смотреть на Лису без действий и слушать эти слова, описывающие ее боль, ее мучения.       Он не дал девушке договорить, Чонгук за секунду сократил их расстояние, делая его нулевым и поднимая лицо Лисы, страсно ее поцеловал в такие желанные, пухлые, вишнёвые губы. — Я согласилась быть с тобой, потому что я люблю тебя, — немного отодвинувшись и со взглядом оленёнка произнесла Лиса.       Вот те слова, которые должны говорить друг другу влюбленные люди. Действия всегда хороши, но и слова такие тоже лишними быть просто не могут. — А я люблю тебя.       Чонгук взял на руки девушку и положил ее на свою кровать. Нависая над ее телом и смотря ей в глаза, он без слов спрашивал разрешения на дальнейшие действия, а она так же без слов, потянувшись к его губами своими, дала разрешение на все, что он только пожелает.       Лёгким движением он снимает с Лисы уже свое любимое полотенце, и отбрасив его куда-то в сторону, смотрит на такое красивое тело своей девушки. А самой Лисе было очень стыдно лежать абсолютно обнаженной под парнем, особенно когда на нем до сих пор вся одежда. — Ты очень красивая, малыш, — шепнул на ушко Чонгук, чтобы дать понять девушке, что ей нечего стесняться.       Парень не медля снял и с себя всю одежду, которая так давила на него и выцеловывая каждый миллиметр тела девушки, он пытался отвлечь ее от боли, которую совсем скоро испытает.       Лиса была первой девушкой, которую парень лишает девственности. Такая крохотная, невинная особа, извиваясь под ним, заставляла его забыть обо всем и обо всех на свете. А Лиса в действительности не почувствовала никакой боли, парень очень умело ее отвлекал, затягивая ее в какой-то совершенно неизвестный мир. Мир, где есть только они вдвоем. Больше никого.       Лиса обхватила тоненькими ручками шею Чонгука, чтобы держать его лицо максимально близко к своему, она хочет любоваться им вечно, точно так же, как и он ею. Каждые касание его губ на своей коже девушка пропускала через все тело. Ей как никогда хотелось просто отдаться кому-то, доверить себя, да и вообще всю свою жизнь, положить себя в его сильные руки, ведь она знает, что он ни за что не отпустит. Руки Чонгука скользили по всему телу девушки, но когда ее ручки тянулись к нему — он лишь впечатывал их в простыни, не давал вырваться, хотя она и пыталась. Они меняли позы казалось каждую минуту. Лиса думала, что сорвёт скоро голос, а парень только просил ее не сдерживаться. Ему нравилось как она кричит его имя, просит его двигаясь на твердом члене. Каждый вдох, выдох, стон, его имя из ее уст — все действовало на него как лекарство. Смотря в свой потолок по ночам Чонгук часто думал что же ему такого надо сделать, чтобы наконец стать счастливым. А жизнь оказалась не такой сукой как о ней все говорят, ведь она подарила ему Лису. Самую верную, самую нежную, самую любимую.       Обессиленные тела легли рядом друг с другом уже минуту не переставая рвано дышать. Это не тот момент, когда ты должен думать о стыде и неловкости. Этот момент создавался для мыслей о любви, страсти и наслаждении.       Немного прийдя в себя, парень накрыл обнаженные тела, ненадолго холодным одеялом, а Лиса прильнула к нему, кладя ручку на его грудь, а голову на выпрямленную руку. — Милый, — тихонько, будто боясь напугать, произнесла Лиса. — Да? — А что означает татуировка на твоём запястье? — девушка дотронулась пальцем к этому месту и водила им по краям рисунка. — Ту́пик? — с улыбкой спросил Чонгук. — Да. — Я им просто завидовал, вот и наколол.       Лиса посмотрела на парня вопросительным лицом. — Каждый ту́пик ищет свою пару и остаётся с ней на всю жизнь. Им больше никто не нужен. Они даже делят между собой родительские обязанности и демонстрируют друг другу свою привязанность. — Завидовал? — Да. Теперь уже нет. Я ведь нашел свою пару на всю жизнь.       Лиса не могла ничего ответить из-за резко севшего голоса, но брюнет почувствовал как на его голую грудь упала капля воды. Подняв на себя лицо девушки, из глаз которых медленно катились соленые слезы, он поцеловал ее самым нежным поцелуем, который только существует, и получил его обратно. Чонгук вытер дорожки от слез большим пальцем и притянул ее тельце к себе ещё сильнее. Ещё ближе. Кожа к коже.