Драбблы по Волейболу!!

Акааши уже закрыл глаза, когда почувствовал шевеление. В этот раз выездные игры проводились зимой, на улице было чертовски холодно. Если это был Бокуто (а в том, что это Котаро, Акааши не сомневался), то он опять начнет приставать с просьбами пообниматься, пыхтеть и ворочаться и в итоге завернётся в одеяло Акааши, как в кокон, оставляя связующего на растерзание зимним холодам. — Бокуто-сан, — предупреждающе зашипел Акааши. Иногда этого хватало, чтобы образумить совеня. Но, к сожалению, не в этот раз. Котаро слегка задрал футболку на спине Акааши. — Бокуто-сан! — да, умение возмущенно кричать шепотом сейчас как нельзя кстати. А в следующую секунду Акааши поперхнулся своими словами. К его спине прижались чужие ладони. Не Бокуто, нет. У того руки были большие, теплые и мозолистые, а эти — маленькие, холодные, с чуть погрубевшей кожей. Связующий замер, перебирая в памяти всех возможных владельцев маленьких холодных ладошек, но на память приходил только один человек. — Холодно… — выдохнул этот человек голосом Кенмы. — К-Кенма-сан! — ого, Акааши от удевления даже заикаться начал. А Кенма, тем временем, примостил ладони где-то на лопатках Кейджи и выдохнул ему в плечо. — Кенма-сан, что вы делаете? — Холодно, — повторил Кенма, — и обогревателя нет. Вдвоём теплее, но Куроо тоже нет, он тренируется с Бокуто-саном, — на этом моменте Кенма зевнул, — а я не могу уснуть, если слишком холодно. Простите, Акааши-сан. Акааши вздохнул. Видимо, судьба у него такая — утешать страдающих. Вернувшийся с тренировки Бокуто шепотом возмущался, разглядывая мирно спящих в обнимку Козуме и Кейджи. Куроо поспешно сбежал на первый этаж, чтобы не перебудить весь лагерь своим смехом. А Акааши нежно прижимал к себе Кенму, похожего на маленького котёнка, и счастливо улыбался во сне.