BBB Merit Badge of Honor (Знак почета)

      " Репутация - это то, что другие знают о тебе. Честь — это то, что ты знаешь о себе". Лоис МакМастер Буджолд       Семнадцатилетний Калеб Ривз посмотрел на часы. Было только шесть тридцать, а это означало, что Двойка установил новый рекорд в поиске неприятностей. Девятилетнего мальчика отвезли менее часа назад, и он должен был отсутствовать весь вечер, но мистер Уайетт уже позвонил на ферму и попросил Калеба к телефону. Джон был в сарае, заменяя тормозные колодки на джипе, поэтому Джим без вопросов передал Ривзу телефон.       Мистер Уайетт настоял, чтобы он немедленно приехал за Дином, и они обсудят все, когда он будет на месте. Джим дал Калебу ключи от своего старого грузовика, избавив его от необходимости просить Джонни одолжить Импалу, и тем самым обезопасив от допроса третьей степени. Он справится с Джоном, когда вернется домой, и когда будет знать, сколько потребуется хитрости для прикрытия.       Под колесами машины захрустел гравий, когда Калеб втащил древний «Шевроле» на стоянку пожарного депо Нью-Хейвена и заглушил двигатель. Он собрал свои длинные волосы в хвост, вылез из грузовика и сняв потертую кожаную куртку, бросил ее на сиденье. Калеб помнил, что добропорядочные жители Нью-Хейвена плохо реагируют на его типичную одежду, и старался по возможности избавить Джима от сплетен о его «хулиганах».       На улице уже почти стемнело, и дорожка к боковой двери освещалась горящими тыквами. Калеб фыркнул. Горящие тыквы были странным украшением для кучки добровольных пожарных, но тут так же были и поддельные скелеты, украшенные гирляндами, и причудливое чучело собаки, держащее пластиковую отрубленную человеческую руку в пасти.       Услышав смех и громкие голоса, доносящиеся изнутри, Калеб не стал стучать, а отодвинул с дороги оранжевые и черные ленты из креповой бумаги и вошел в помещение так, словно был хозяином. Именно так бы и поступил Джон. И маленький комок беспокойства, образовавшийся после телефонного звонка, начал увеличиваться в полную тревогу, поскольку его связь с Дином усиливалась с близкого расстояния.       — Могу я вам помочь? — Дородный мужчина в тускло-коричневой форме, украшенной разноцветными пятнами, шагнул вперед.       — Я здесь ради Дина Винчестера.       Улыбка мужчины потускнела.       — Эй, Майк! — Крикнул он другому мужчине, стоявшему за столом, на который были навалены веревки. Шестеро мальчишек стояли вокруг него, завязывая всевозможные узлы.       — Водитель Винчестера здесь.       Майк не стал терять времени. Он оставил мальчиков за работой, а двое из них с любопытством посмотрели на Калеба. Он узнал нескольких детей, видел их в церкви Джима. Друг Дина, Тайлер, который собственно и пригласил Винчестера, быстро отвел взгляд.       — Я так понимаю, ты Калеб?       Мужчина пожал Ривзу руку, после чего положил ладонь ему на плечо и провел в другую часть большой открытой площадки с металлическими шкафчиками и койками. Калеб отмахнулся от прикосновения и огляделся в поисках Двойки.       — Где Дин?       — Он в аппаратном отсеке. — Майк продолжал улыбаться. — Я послал его туда остыть. Ты же знаешь, какими могут быть мальчики.       — Я знаю Дина. — Калеб скрестил руки на груди. — Что все это значит?       Майк изучал подростка, его взгляд задержался на рванных джинсах и заляпанной автомобильным маслом футболке, прежде чем встретиться с вопросительным взглядом Калеба.       — Дин сказал, что его отца нет в городе.       — Так и есть. — Технически ферма Джима находилась за пределами города. — Я сейчас за главного.       — Вы, ребята, останавливаетесь на ферме пастора Мерфи, правильно? Вы его семья?       — Что-то в этом роде, — Калеб не собирался отвечать на двадцать вопросов. — Могу я увидеть Дина?       — Конечно. — Майк потер затылок. — Я просто хотел убедиться, что пастор поймет, что произошло. Мы здесь, в пятьдесят третьем отделении, гордимся своим отрядом «Волчат». Церковь одобряет это, и наши дети отличная группа мальчиков.       — Тайлер пел тебе дифирамбы, когда пригласил сюда Дина.       — Тайлер милый ребенок. — Калеб заметил, как напряглись плечи Майка. — Его отец - начальник батальона.       Калеб кивнул. Это была одна из причин, почему Дин был рад присоединиться к «Волчатам». Когда братья оказались на ферме на осенних каникулах и представилась возможность, Джон не стал отказывать сыну. Ребёнку не терпелось заглянуть внутрь пожарной части, даже такой маленькой, как в Нью-Хейвене. Хотя Калеб не признавался в этом, он знал, что Дин был более чем в восторге от идеи вступить в отряд «Волчат».       — Я слышал об этом.       — Сегодня вечером у нас была новая церемония посвящения, а также вручение знаков почета для тех детей, которые приобрели необходимые навыки в нашем последнем лагере.       Калеб снова кивнул.       — И что?       — Не уверен, что Дин подходит для «Волчат».       Калеб ощетинился от знакомого тона. Он достаточно часто слышал подобные высказывания о себе, но слышать, как в таком тоне говорят о Дине было совсем другой историей.       — Почему ты так говоришь, Майк?       Мужчина отступил на шаг и понял, что в присутствии Калеба ему необходимо тщательно подбирать слова.       — Он отказался произнести клятву, и когда один из мальчиков спросил почему, произошла ссора.       В этом не было никакого смысла, потому что Дин хотел присоединиться к отряду.       — Дин и этот парень поссорились? — Малыш не мог устроить драку, он знал, что лучше не начинать неприятности. И здоровый страх перед капралом Винчестером и желание не разочаровать отца, держало его темперамент в узде.       — Скорее подрались. — Майк усмехнулся. — По-моему, Стиви сильно ударил его локтем, когда мы пытались их разнять.       Парень явно все приукрашивал. Калеб подозревал, что если бы Джим не был пастором, Майк отказался бы от роли командира отряда и выложил все начистоту. Калеб прочел его мысли громко и ясно и сжал кулаки.       — Я хочу поговорить с Дином.       — Конечно. — Майк указал на другую сторону комнаты. — Ты можешь спуститься по лестнице или по столбу. — Он указал на пожарный столб. — Мальчики получают от этого удовольствие.       Калеб закатил глаза, но почувствовал трепет, при мысли о том, что он соскользнет с медного шеста. Это было похоже на первый раз, когда он сел за руль своего джипа после получения прав. Но он попятился и направился к лестнице.       Дин сидел на полу в углу помещения, перед единственной пожарной машиной. Малыш подтянул колени в груди, упираясь спиной в бетонную стену. Калеб подошел и небрежно прислонился к передней части машины.       — Хороший грузовик.       — Ты прекрасно знаешь, Дэмиен, что это не грузовик, — сказал Дин. — Это насос.       — Неужели?       Мальчик кивнул.       — Вообще-то, аппарат тройной мощности. В нем возят шланги и пожарных.       Калеб оттолкнулся от машины и опустился на колени перед ребенком. Он протянул руку, нежно взял его за подбородок и наклонил голову, чтобы лучше рассмотреть порез.       — Скажи мне, умник, как ты мог прийти за желанной волчьей лапой и получить вместо нее разбитую губу?       Дин отстранился и провел пальцем по ране на нижней губе.       — Ничего страшного.       Калеб схватил его за запястье, отвел руку Дина от разбитой губы и снова посмотрел на рану. Кровотечение прекратилось, но на толстовке с капюшоном виднелось красное пятно. Он провел по нему пальцем.       — Эта фальшивая кровь?       — Нет.       — Тогда это не «ничего страшного», Двойка. — Когда мальчик опустил взгляд, Калеб вздохнул. — Что случилось?       Дин пожал плечами.       — Я не хотел говорить клятву глупого отряда «Волчат». Придурок Стиви засмеялся, и я его заткнул.       Калеб нахмурился.       — Черт возьми, если бы ты не знал всех слов...       — Я не идиот! — Дин поднялся на ноги. — Я знал эти слова.       — Эй. — Калеб выпрямился и схватил Дина за руку прежде, чем тот успел уйти. — Я не это имел в виду, и ты это знаешь. Ты меня знаешь. — Калеб держал его, пока бурный нефритовый взгляд не успокоился.       — Знаю.       — Так объясни мне, что случилось. — Он отпустил мальчика. — Я думал, ты в восторге от того, что будешь в этой собачьей стае. Ты только и болтал последние два дня про все эти походы, хот-доги и истории у костра. Ничего не припоминаешь?       Дин расслабился, прислонившись к решетке двигателя, опустил взгляд и шаркнул ботинком по цементному полу.       — Я не создан для этого.       — Ты что, шутишь? Двойка, ты можешь делать все чему здесь учат этих детей, и даже переплюнешь командиров отрядов. Черт, они там учились завязывать узлы, которым тебя научил Бобби, прежде чем ты успел завязать шнурки.       — Дело не в навыках. — Дин закусил губу. — Я не понимал правил. Я не знал, что у них есть законы.       — Какие законы?       — Их целая куча. Клятва висит на стене в кабинете директора.       — Как клятва Гиппократа?       — Да, но для «Волчат».       — Чувак, это просто слова.       — Это кодекс. — Дин серьезно посмотрел на него. — Как кодекс Братства.       — Окей. — Калеб все еще не понимал. — У них есть кодекс, и ты не согласен с правилами.       — Я не могу следовать их правилам, — пояснил Дин. — Если бы я произнес клятву, это ничего бы не значило. Я не стал бы настоящим волчонком, даже если бы мне дали этот дурацкий значок. Я этого не заслуживаю.       Калеб наклонился к нему, слегка подтолкнув плечом.       — Называй меня тупицей, Двойка, но я тебя все еще не понимаю.       Дин порылся в кармане и вытащил измятую программу. На лицевой стороне был отпечаток волчьей лапы. Дин сунул бумагу Калебу.       — Это не для таких, как я. Так сказал мистер Уайатт, и он прав.       — Он тебе так сказал? — Калеб подумал, не позвать ли Майка присоединиться к их разговору. Дин схватил его за рукав. — Давай просто уйдем.       Калеб покачал головой.       — Нет, пока ты не скажешь мне, почему думаешь, что не можешь быть в этом дерьмовом клубе.       Дин ткнул пальцем в бумагу.       — Прочти, Калеб. Я не такой, как другие дети. Я все время нарушаю законы. Мне приходиться лгать, чтобы обезопасить себя и Сэмми, а иногда мне приходиться воровать. Я не могу быть дружелюбным к людям, потому что не знаю, враги они или нет. А что касается Бога… я его ненавижу.       Калеб просмотрел внутреннюю часть программы, где жирным шрифтом была написана Клятва Волчонка, закон и девиз. Первая строка гласила, что все волчата должны говорить только правду, и что волчата — друзья для всех. Далее там говорилось, что волчата — хорошие граждане, подчиняющиеся правилам своего правительства, и что они должны быть почтительны к Богу.       — Двойка…       — Теперь ты понимаешь? Мистер Уайетт все время говорил, что мне нужно произнести клятву, повторить законы с другими парнями, но я не мог этого сделать.       Калеб посмотрел на него, слишком хорошо понимая чувства ребенка.       — И этот Стив что-то сказал по этому поводу?       — Он был придурком. — Дин облизал губы. — Мы можем просто уйти?       Калеб еще раз взглянул на бумагу, сложил ее и сунул в задний карман джинсов. Он перекинул руку через плечо Дина.       — Конечно. Давай уйдем отсюда.       Они добрались до фермы еще до того, как исчезли последние лучи солнца. Свет в сарае был выключен, что лишило Калеба надежды, что Джон все еще работает над его джипом. Дин прошел мимо отца с коротким «привет, папа, Сэмми», прежде чем проскользнуть через кухню в гостиную. Калебу не так повезло. Джон оторвался от своих исследований, а Сэм уронил карандаши и уставился на подростка.       — Куда делся Дин?       — Пошел в ванную, — сказал Калеб. — Ему нужно было привести себя в порядок.       — Что происходит, малыш? — Джон выпрямился и постучал ручкой по столу. — Я думал, ты заберешь Дина только в девять.       Калеб пожал плечами и подошел к холодильнику, где взял пиво для Джона и колу для себя. Он открыл морозильник и вытащил пакет со льдом. Он протянул янтарную бутылку своему наставнику.       — Какой-то мальчишка размахивал пиньятой и попал в Двойку. — Он открыл крышку содовой. — Командир отряда испугался, думая, что Дину могут понадобиться швы.       — Дин ранен? — Сэмми поднялся со стула и бросил обвиняющий взгляд на подростка.       — Он в порядке, Коротышка.       Джон открутил крышку пива.       — Ты уверен?       — Боже, я не идиот, Джонни. — Калеб закатил глаза. — Стоит просто приложить лед.       — Хорошо. Тогда я могу вернуться к исследованиям, которые отложил, чтобы поработать над твоим джипом.       — Выкуси.       — Я ожидаю, что ты выполнишь свою часть сделки. — Джон указал на Сэма. — Сейчас начинается работа няни.       Калеб фыркнул.       — Как будто этот концерт начался не четыре года назад.       — Я больше не ребенок, — сказал Сэм. — Я в детском саду.       Калеб задумался, не устанет ли пятилетний ребенок когда-нибудь напоминать им об этом. Он учился в саду уже два месяца и два месяца они терпели его болтовню.       — Вообще-то, у меня есть работа для Сэмми.       — Неужели?       Калеб кивнул.       — Хватай карандаши и следуй за мной.       Когда они вышли из библиотеки почти час спустя, дверь в спальню мальчиков была закрыта, но под ней горел свет. Сэм стукнул в дверь только один раз и ворвался в комнату.       — Дин! Мы входим!       Калеб поморщился от крика, удивившись, что Сэм до сих пор не научился стучать перед тем как войти, как постоянно напоминал им пастор Джима.       — Сэмми, ты должен подождать, пока я отвечу тебе.       — Но я знал, что ты здесь, — сказал Сэм брату, проходя через комнату и забираясь на кровать к Дину. — Калеб сказал, что ты еще не спишь и размышляешь.       — Уединение, чувак, — проворчал Дин, глянув на друга.       Калеб проигнорировал этот взгляд, подвинув пакет с растаявшим льдом, который он дал Дину ранее, чтобы занять место на кровати Сэма. Аттикус улегся на ковер в центре комнаты.       — Это не я пинал дверь, Двойка.       — Как твоя губа? — Сэм практически заполз на колени брата, осматривая повреждения. Он также не совсем понимал концепцию личного пространства. — Калеб сказал, что тебя ударила пиньята. Что такое пиньята?       Калеб ухмыльнулся, когда Двойка раздраженно посмотрел на него.       — Не о чем беспокоиться, Сэмми.       — Это не похоже на веселую вечеринку.       — Нет. Это было не так здорово, как я думал.       — Вот почему мы тебе кое-что приготовили.       Дин приподнял бровь.       — Неужели?       Сэмми кивнул.       — Я и Калеб. Даже Аттикус помог. — Он повернулся к подростку. — Мы можем отдать ему сейчас?       — Думаю, мы должны заставить его встать. Так будет более официально.       — Официально?       — У нас даже есть музыка. — Сэм вскочил и порывшись в кармане джинсов, вытащил знакомую гармошку. — Джим сказал, что я могу использовать гармошку Бобби, если спрячу ее до дня Благодарения.       — Дэмиен… — начал Дин.       — Встань, Двойка. — перебил его Калеб и ткнул пальцем в Сэма. — Давай, Коротышка.       Сэм трижды глубоко вдохнул воздух в инструмент, издав несколько отрывистых нот. Дин встал, прикрывая уши. Аттикус заскулил, а Калеб театрально кашлянул.       — Дин Мэтью Винчестер, мы выдаем вам желанный и престижный знак почета.       — Могу ли я отдать ему? — Сэм подпрыгивал на кровати.       — Давай. — Калеб передал коричневый конверт Сэму, который, в свою очередь, протянул его брату.       — Это знак собаки.       — Знак почета, — уточнил Калеб.       Дин взял конверт, осторожно открыл его и увидел круглый листок бумаги, разукрашенный мелками и обшитый алюминиевой фольгой. В центре был большой синий отпечаток лапы, окруженный словами «Лучший старший брат». Внизу мелкими аккуратными буквами было напечатано: «вожак стаи».       Сэм протянул руку через плечо брата, указывая на отпечаток лапы.       — Мы окунули лапу Аттикуса в чернила пастора Джима, потому что Калеб сказал, что следы волков и собак, в основном, похожи. - Он застенчиво посмотрел на брата. — Но если кто-нибудь заметит синие отпечатки лап на ковре в библиотеке, ты ничего не знаешь.       Дин улыбнулся.       — Понял. — Он обнял младшего брата. — Спасибо, Сэмми. Это здорово.       Сэм обнял его в ответ.       — Теперь мы будем жарить хот-доги у костра возле пруда.       — Кто сказал?       — Калеб. Он вожак стаи.       Дин фыркнул.       — Я думал это папа вожак.       — Кстати об этом… — Калеб снял Сэма с кровати и поставил на пол. — Почему бы тебе не начать вторую фазу нашего плана?       — Точно, — Сэм поднял руку. — Уговорить пастора Джима принять нашу сторону.       Калеб стукнулся с мальчиком кулаками.       — Вытащи большие пушки, если понадобится.       Сэм кивнул.       — Мы с Аттикусом дадим ему щенячий взгляд.       — Чувак, ты используешь пятилетнего ребенка, чтобы делать свою грязную работу?       Калеб усмехнулся.       — Я просто разумно использую свои ресурсы. — Он вытащил из кармана сложенный листок. — Думаю, это правило номер пять в клятве Волчонка.       Дин посмотрел на самодельный значок в своей руке.       — Теперь это не имеет значения.       Калеб кивнул.       — Может и нет, но ты читал остальные правила, Двойка?       Дин потрогал значок "Лучшего старшего брата" .       — Не совсем.       — Ясно, — Калеб постучал пальцем по программе. — Здесь говорится, что волчонок должен быть верен своей семье и друзьям, что он должен помогать людям, не думая о вознаграждении или плате. Он должен ставить счастье других выше своего собственного. — Подросток положил руку на плечо младшего мальчика, убедившись, что Дин смотрит на него. — Но самое главное, Двойка, и это стало для меня решающим аргументом: волчата храбры, даже когда им грозит опасность, даже когда они боятся. Волчонок имеет мужество постоять за то, во что он верит, даже если люди смеются над ним или угрожают ему, и он всегда защищает своих братьев. Я никогда не знал никого более преданного, храброго или отважного, чем ты, малыш. Ты лучший брат, которого я знаю. Если хочешь, я спущусь в пожарную часть и прослежу, чтобы Майк Уайатт это понял. Ты получишь свой значок в мгновение ока.       Дин взял программу, окинул ее беглым взглядом, потом разорвал на мелкие кусочки и отбросил в сторону.       — Спасибо, но я думал об этом и понял что хочу быть в вашем с Сэмми отряде.       — Да?       — Да.       — Хорошее решение, малыш. — Калеб притянул мальчика к себе и быстро обнял. — Волчата определенно не созданы для Дина Винчестера.