Кровь, слезы и золото.

Иногда бывает так в нашей жизни, что мы ходим по краю или стоим рядом с пропастью, думая, прыгнуть или остаться? Я проснулась от внезапного кошмара, мне снилось, что я была в закрытом гробу и этот гроб начали резать. Мои крики никого не разбудили, но я почувствовала, что спать больше не в состоянии. Пришлось пойти на кухню, сделать себе горячего молока и зайти в фейсбук. Посмотрела, кто сейчас онлайн и не спит. На часах как-никак 4 утра. Тело ломило и ужасно ныло от последней тренировке на танцах, но сложно не признаться, что это весьма приятная боль. Когда мои глаза увидели, что Майкл онлайн, мне захотелось написать ему, но я не была уверена, что ему да и мне это нужно. Я так и не пришла на съемку того клипа, извинилась ему в личных сообщениях, но он ничего мне не ответил. Кажется, мосты между нами окончательно сожжены. Однако, я все равно чувствовала себя не в своей тарелке, в конце концов, я обидела человека, не смогла помочь ему в исполнении своей цели, мечты. Я же обещала ему, что поддержу его начинания в музыке, но все оказалось ложью. Мне было тоже больно от того, что случилось. Ведь, в конце концов, он тоже виноват передо мной. Даже не удосужился объяснить, почему он так делал, зачем пытался играть с моими чувствами. Меня мучило любопытство, душа была сломлена. ИНогда даже поддержка Джозефа не могла заглушить моего громкого «почему?..». Отпив глоток горячего молока, я вспомнила, что недавно мне приехал подарок от Беллы, я понятия не имею, что там. Эта загадочная коробка лежит у меня в шкафу уже пятые сутки, но у меня даже руки не дотягиваются прикоснуться к этой «вещице». Наконец ко мне приходит в голову то, что даже если я выкину этот подарок, то не узнаю даже зачем это было послано мне от нее. Я резко встаю и ухожу в свою комнату с чашкой и тарелкой шоколадного печенья. У меня глаза слипаются и немного кружится голова, видимо от резкого пробуждения. Эта коробка красного цвета, перевязанная красивой атласной белой лентой. Сразу видно, что сделано и подобрано со вкусом. Белла всегда любила красивую обложку. Я развязываю заветный бант и открываю коробку. У меня отвисает челюсть. Содержимое, опять же, очень красиво оформлено. Много блестков, пахнет морским бризом, но сначала я беру в руки письмо, написанное ею самой. Меня пробивает до дрожи, когда я пробегаю глазами по первым строчкам. Моя милая подруга, Мэйелла, Знала бы ты как я хотела бы повернуть время назад, где нам с тобой опять по 14. Это было лучшее время в моей жизни, наверное, потому что меня окружали лучшие люди. Порядочные и морально сильные. Даже тогда я не могла понять, каким сокровищем обладала. Ведь только тогда я могла похвастаться, что действительно имею лучших друзей… Я знаю, что мы отдалились друг от друга и между нашими дружбами даже не тысячи, а миллионы километров. Даже не подберу слова, которые могли бы охарактеризовать мою грусть по этому поводу. Ладно, довольно лирики, ведь я понимаю, что от этого письма ты ждешь не моих соплей, а объяснения, что и почему произошло за последние несколько месяцев. Все что было между тобой и Майклом и между мной и Джозефом не было игрой. Я не врала Джозефу и даю слово, что Майкл не лгал тебе. Нас подставили. Кара и Лея. Кара была уже долгое время без ума от Джозефа и специально яростно настраивала нас против него, чтобы никто из нас уж точно не заводил с ним отношений. Лея же была влюблена в Майкла. Вот они и сговорились против нас. Я говорю абсолютную правду, Мей. Мы с Майклом испытываем такую ж тупую и тугую боль, как и вы с Джозефом. Почему мы в таком случае не могли бросить друг друга и начать встречаться с тем, кто нам по-настоящему нравится? Все дело в том, что наши отцы заключили сделку. На нас с Майклом составлен брачный договор, наши акции попилены, прямо как у женатых людей. Если мы пойдем против воли отцов, то потеряем все, что у нас есть. Богатые родители отличаются тем, что им плевать на личную жизнь детей. Мы никогда не выбираем партнеров, поверь мне. Да, вы можете нам сказать, что здесь играет наша трусость, наше малодушие, но Мейелла, потерять семью хоть даже и ненастоящую, это большое горе для нас для всех. Все люди мало-мальски заставляют себя полюбить кого-то, мне казалось, что я смогу также. Чтобы встречаться с нами, вам с Джозефом пришлось быть бы любовником или любовницей. Но мы то знали, что вам гордость это не позволит. Связались мы с вами, чтобы вы помогли нам в учебе, все-таки в лигу плюща можно попасть за деньги, но результаты по экзаменам должны соответствовать хоть немного. Репетиторы был не вариант, нам с Майклом хотелось разнообразить круг общения. Так выбор и пал на вас. Никто даже и не догадывался, каковы будут последствия нашего общения. Мы пришли к тому, что просто влюбились друг в друга. Ты и Майкл, я и Джозеф. Но не все истории заканчиваются хэппи эндом. Мы с Майклом сыграем свадьбу примерно через два года. Нам никуда от этого не деться, придется вместе жить, рожать детей, продолжать поддерживать статус наших компаний. Такие цели не вписываются в план семейной жизни. У нас другая жизнь, другие приоритеты. Я думаю, ты сама все понимаешь. Я знаешь ли, изменила свое отношение к людям после близкого общения с Джозефом, и когда мы немного пообщались тогда с тобой. В Бостоне. Мы с тобой уже не будем подругами, это точно. Все что было, осталось там, в прошедшем времени. Когда ты дочитаешь это письмо, я уже наверняка буду в другой стране. Все так резко навалилось, и я как обычно, бегу от проблем. Бабушка скончалась, жизнь опять меня ударила в самый неподходящий момент. Если ты захочешь прийти на панихиду, то напиши мне, я обязательно вышлю приглашение для твоей семьи. Этот подарок я хочу тебе дать в качестве благодарности за то, что ты была рядом, когда я в этом нуждалась. И наверное, как логическое завершение наших отношений как друзей так и одноклассников. Майкл действительно любит тебя, пожалуйста, не думай, что он лгал тебе. Он в таком состоянии сейчас, что отталкивает каждого. Мне страшно за него, но по правде говоря, я сама сейчас на грани того, чтобы не закричать на весь мир «помогите мне». Всегда будь тем, кто ты есть, подруга. Если ты захочешь моего общества (что вряд ли случится), то звони и пиши, я всегда отвечу. Спасибо, что нашла силы прочитать это. Со всей признательностью, Твоя старая подруга Белла.        Моя рука безжизненно опустила письмо, позже, спустя года, я перечитывала его много раз, чтобы найти тайные строчки, в которых читалось «приди и утешь мое больное сердце», но нет. Белла не любила жалость. Я сидела и плакала, внезапно до меня дошло, что Белла менялась потому что от нее этого хотели, она такая малышка была, ребенку тяжело сопротивляться, когда на него давят взрослые руки. Я стала четко осознавать, что между моим миром и миром Беллы реально огромная пропасть. Она пыталась оградить меня от себя, и не сделать больно. Но Ассанте, моя глупая подруга выбрала не тот способ. Она ранила себя больше меня. Мы не можем быть с Майклом вместе. Джозеф не может быть рядом с Беллой. Все приобретало логический конец, но никому из нас не было от этого легче. Любовь высасывала из нас силы. Голова стала ватной, но мои руки наконец добрались до заветного подарка. Белла подарила мне мою любимую книгу в самом дорогом издании. Это был удар ниже пояса, ведь я не хотела ничего от нее, не хотела, чтобы она пихала мне свои «деньги», пытаясь меня задобрить. Тем не менее, это подарок от чистого сердца. В книгу вставлены чуть ли не бриллианты, мне резко стало тоскливо. Захотелось простить Беллу за все, за все ее ошибки по отношению к другим. Но она хотела поставить точку. Видимо, того же она ожидала от меня. Я не заметила, что в книгу есть специальное отверстие для ключа. Для чего этот ключ, я так и не поняла, но он был очень похож на ключ от квартиры. Рядом была записка «позаботься о нем». На форзаце был листочек с адресом. Что конкретно это значило? О ком я должна позаботиться?

***

Я не видела смысла дожидаться утра, поэтому поехала тотчас же на указанное место с ключом. Я так поняла, что это были какие-то апартаменты. Ночь была теплой, лишь легкий ветерок развивал мои волосы. Я была так напряжена, что не стала включать музыку в машине. На дороге машин вообще не было, ну конечно, в такое время все спят. Только лишь мне было не до сна. Район, в котором находилась квартира, выглядел богато. В общем, новостройки. Дома были чуть ли не 25-этажные. Я зашла в подъезд, вызвала лифт и нажала на кнопку с цифрой «20». Открыв квартиру, которая находилась как раз на последнем этаже, я увидела, что только в одной комнате горел приглушенный свет. Это была огромная спальна с двуспальной кроватью и окном размером на всю стену. Вид завораживал. Огни ночного города, неторопливо ехали несколько машин по трассе. Безмятежность. Казалось, что эта ночь была особенной, что произойдет что-то, что изменит мою жизнь. Хотя я уже не понимала, куда хлеще ее еще можно поменять. Удивительно, что мне не было страшно, ведь в конце концов, я зашла в незнакомую квартиру, в которой, по видимому, еще кто-то находился. На прикроватной тумбочке я увидела пепельницу и две пачки сигарет «мальборо». Одна была уже пустой. На кровати лежал открытый ноут, в котором горело мигающее окошко. Из-за плохого зрения, я не особо разглядела что там. Да я и не успела. Обернувшись, я увидела Майкла. Он был в домашних полосатых штанах и черной футболке. Шевелюра была в беспорядке, но больше всего меня пугало его выражение лица. Безжизненное, усталое, будто еще немного и он пристрелит сам себя. Не могу поверить, что мое тело полностью оказалось парализованным. Мне не хотелось объяснять, как я сюда попала, почему я приехала, кто помог мне его отыскать. Главное было то, что я понимала. Это последняя наша встреча. После я выкину этот ключ и сделаю вид будто бы ничего не было и не происходило. Словно во сне я сделала шаг ему навстречу, в следующую же секунду я оказалась в его объятьях. Он не держал меня в тисках, не сжимал мое тело так сильно, чтобы у меня трещали кости. Майкл был аккуратен, деликатен и нежен. Не похоже на те ярые и стремительные действия лучшего бейсболиста школы. Тишина казалась оглушающей, тело стало ватным, я резко почувствовала слабость. — Хочешь спать? — это единственное, что он осмелился у меня спросить. Я смогла лишь слабо кивнуть. Майкл подхватил меня и уложил в постель. Мне не было холодно, но он расположился рядом и обнял меня так, что моя голова упокоилась у его грудной клетки. Я была удивлена, что внутри меня не бушевала буря, не разгоралось пламя. Я была спокойна и тиха, это было так непохоже на мой темперамент. Мы с Майклом будто знали, что так правильно, что так все и должно быть. Мне стало так плевать на его помолвку с Беллой, на то, что я всю жизнь любила Джозефа. Мне хотелось хотя бы сейчас сделать вид, что я ничего не чувствую. Впасть в состояние полного отчуждения. Я придвинулась еще ближе к Майклу, хотя казалось бы, куда еще ближе. Но его объятия стали сильнее, и я наконец поняла, что вот оно. Вот мой дом. Он знал, что я приду. Его футболка пахла каким-то цветочным кондиционером вперемешку с табачным дымом. Его лицо было покрыто щетиной. Он совсем запустил себя, пока я медленно и верно отталкивала его от себя. Но по идеи я делала так же больно и самой себе этими действиями. Мне было страшно. Страшно принять, что я люблю его. Всегда я воспринимала чувства, как слабость, но в итоге опять оказалась неправа. Нельзя вечно бежать от того, что пугает тебя. Я бежала от Майкла, а по итогу, получилось так, что я отрекалась от себя. От того, что испытываю, что чувствую. Нельзя винить свое сердце за то, что оно чувствует, что оно умеет любить. Любовь — это великое страдание. Это такое же испытание, как и оценки в школе, как и мои олимпиады, как и дружба и тд и тп. Почему? Ну почему до меня это так поздно дошло?! Я поднимаю голову, смотрю на Майкла, пытаюсь вглядеться в каждую черту его лица, найти в его глазах ответ на свой главный вопрос. Что же делать дальше? А он берет и молча целует меня в лоб. Сопротивляться больше нет сил.