Кто я...

Никогда утро Намджуна не начиналось так отвратительно и в тоже время прекрасно. Как и ожидалось, все мышцы ужасно болели. Стоило шевельнуть хоть одной и всё тело как иголкой пронзало. Но это ужасное пробуждение скрасил маленький комочек тепла, который уместился под боком Кима. — Хосока, доброе утро. Я чувствую, что ты уже не спишь — Намджуни, мне не хотелось тебя будить, поэтому я немного задремал, — альфа сел и потянулся. — Джин-хен уже наверняка завтрак приготовил. Вставай — Не думаю, что это хорошая идея, но не весь день же у тебя валяться, — лидер медленно сел на кровати и потянулся. На всю комнату раздался громкий хруст. — Фу фу! Ты как дед старый! Я чуть не оглох. Брр! Жутко… — А вот тебе и фу. Мне то не только противно, но и больно, — медленно встал и пошел на кухню. В воздухе витал прекрасный аромат свежей выпечки. Опять Джин решил побаловать младших вкусностями. Зайдя на кухню, Джун посмотрел на макне-лайн, которые сидели за столом и спрашивали у старшего, когда всё будет готово. Намджуна всегда радовала эта прекрасная и уютная атмосфера, поэтому, быстро приняв водные процедуры он вернулся к парням. — Хён, напомни, пожалуйста, в какую сторону тебя пинать? — спросил Чимин, откусывая кусочек кекса. — Что? А… Ты про это. Да не волнуйся ты так. Отдохну и всё само собой пройдет… — А если не пройдет? Вдруг потом ещё хуже будет?! Хён, почему ты так наплевательски относишься к своему здоровью? — протараторил макнэ и нахмурился. — Правильно он говорит. От одного похода в больницу ты не засохнешь, — согласился Юнги, отпив горячий кофе. Спустя пяти минут разговора лидер не выдержал и ударил ладонью по столу, от чего его любимая кружка свалилась на пол и разбилась в дребизги. — Мне надоело всё это слушать. Я сам знаю, что мне делать и как мне делать. Ваши советы были услышаны, а вот требования пропущены мимо ушей, — Намджун присел и собрал все осколки с пола, сразу выкидывая в мусорку. — Всем приятного аппетита… Джун ушёл к себе, а на кухне повисла гробовая тишина, но вскоре её разбавил тяжёлый вздох Техёна. — Может мы перегнули? — Нет, всё было сказано правильно. Это он выделывается, — ответил Джин, вытирая пол. С этого момента отношения группы и лидера резко поменялись. Если между собой они говорили на разные темы, то с Намджуном только по делу. Парень не мог этого не заметить, поэтому он переступил через свои принципы и пошёл в больницу, чтобы раз и навсегда доказать свою правоту. Так оно и вышло. Джуну поставили диагноз «Переутомление». Из-за такой банальной вещи они поругались. Одногруппников можно понять. Они волновались за здоровье их лидера, но не нужно было на него так давить. Как говорится: «Творческих людей очень легко ранить». Этим же вечером, когда все мемберы сидели за столом, Джун зашёл на кухню и положил листок бумаги на середину, моментально удаляясь в свою комнату. Юнги взял листок бумаги и тяжело вздохнул. — Хён, не тяни, что там? — спросил Хосок, прикусывая губу. — Заключение хирурга… Здоров. Заключение ортопеда — лёгкое переутомление, — кинул на середину обратно. — Это получается мы зря на него ворчали? — Чимин тяжело вздохнул и встал, чтобы пойти к лидеру, но Джин посадил его обратно. — Я считаю, что мы делали всё правильно. Переутомление ведь есть, есть — Но надо бы заканчивать этот бойкот. Мы ведь друзья, — сказал Чонгук и посмотрел на всех. Чимин всё же соскочил и побежал к Намджуну. Зайдя в комнату, он забрал у парня книгу и крепко его обнял. — Мы рады, что с тобой все хорошо… — Я надеюсь эта бумага, как белый флаг, который обозначает поражение… Я не могу идти против вас, — улыбнулся и прижал Пака ближе к себе.