Ночной дождь

[ Включите трек ]

      В спасительном одиночестве Заку сразу стало не по себе. Этот пират, Ророноа Зоро, обо всем догадался. Раскрыл его, как какую-то семечку. А он ведь не собирался им об этом рассказывать… О том, что до полумертвого состояния Мугивару довел именно Скам. Так желание этих глупых пиратов отомстить лишь усилится, а Зак не хочет впутывать едва знакомых людей в проблемы Лолетеру еще больше. А впрочем, куда больше-то?       — Как обычно сидишь в одиночестве, — Реймонду не нужно оборачиваться, чтобы узнать, кто нарушил его покой. За последние годы он научился чувствовать Сэна даже сквозь сон, и воля тут ни при чем.       — Чего тебе? — без особого энтузиазма спросил он. Сэн грустно улыбнулся.       — Узнать, как ты, конечно же.       — Лучше всех.       Каюту охватило молчание. Оба охотника понятия не имели, как продолжить разговор и стоит ли вообще это делать.       — А ведь знаешь… — первым не выдержал Ларри. — Твой план, он ведь все же сработал.       Реймонд повернулся к нему с вопросом во взгляде.       — У тебя получилось, — Ларри охотно продолжил, — получилось разобщить «Мая». Мы с тобой, Пэл и Рейн… Мугивара. Потерять сразу четверых босс… Скам точно не ожидает. А если Мугивара еще и все вспомнит…       — Вот только пока он не вспомнил, — отстраненно заметил Роно. — И будет всеми способами стараться вернуться к своему «парню». Как и Скам приложит все силы, чтобы заполучить своего ненаглядного «Рейна» обратно. Я более чем уверен, что «Мая» ведут поиски, а значит, возможно, на этом судне скоро станет небезопасно.       — И что же нам делать? — расстроенно изрек Ларри. Роно уставился перед собой.       — Нужно придумать новый план, более действенный.       — Есть идеи?       Зак вновь поглядел на Сэна.       — «Мая» известны все способности мугивар, — наконец сказал он, — а вот о том, что здесь есть их сообщники, Скам не в курсе. Надо использовать это.       — Звучит логично, — согласился Оота. — Но как поступим с Р…Мугиварой?       — Можешь звать его, как тебе привычнее, — взор Реймонда слегка смягчился. — Все равно он ничего не помнит.       — Об этом… — Оота заерзал, как если бы хотел что-то спросить. Что-то, на что ответа лучше бы не было. — Скам и правда… сделал все это с Рейном?       С тихим вздохом Реймонд взъерошил свои волосы.       — Так ты слышал.       — Прости.       — Ничего, — Роно усмехнулся. — …Да.       — Тогда твое тело — тоже…       — Да…       В каюте снова повисло молчание. На сей раз, потому что разговор был исчерпан.       — Ну, пойду займусь рукой Мугивары, — Роно поднялся и медленно побрел к выходу. — Думаю в качестве благодарности попросить того доктора пришить и мои глаз с рукой. Только руку сперва нужно найти, — он ухмыльнулся Сэну, когда они поравнялись. — Что скажешь? Не слишком нагло?       — Скажу, что это отличная идея и что ты совсем не наглый!       Роно рассмеялся, и от этого звука в сердце Сэна что-то зашевелилось. В груди определенно стало теплее. «Как давно… я не слышал его смеха?»       Вернувшись в камбуз, первым делом Роно обратил внимание, что Зоро уже был там. Слушавший наставления Чоппера, он Роно даже не заметил, в чем сам охотник, впрочем, сомневался. Зато вместо Зоро на его появление среагировала Нами. При виде Реймонда она уткнулась в некую карту, и Реймонд ей бы поверил, если бы девушка не держала ее вверх тормашками. «Она тоже все слышала», — незамедлительно определил Зак. Но на пиратку злиться не стал.       — Так ты не робот?! А ты не умер?! Вао! — Зак покосился на Рейна, который активно изучал Френки и Брука, щупая бедолаг и тыкая во все на их телах пальцем, причем настолько увлеченно, что кроме них не видел ничего вокруг. Даже Робин, на всякий случай оставшуюся с ними, чтобы, чуть что, оказать еще не совсем стабилизировавшимся накама первую помощь и позвать медиков. Все же, не считая Роно, эти трое пока что — самые слабые и побитые из всех на борту.       «Отлично, он нас не слышит».       — Раз уж теперь мы действуем сообща, — начал Роно, присаживаясь возле других мугивар и пиратов Сердца, все еще сидевших за столом и набивавших животы (кроме Нами, до сих пор усердно изучавшей перевернутую карту), — то я дам вам ваши ответы. И начну со способностей «Мая». Они знают все про силы мугивар, и, думаю, будет честно, если вы тоже узнаете, чего от них ожидать, — юноша даже не удивился внезапно выросшему рядом с ним уху. После всего пережитого это казалось просто безобидной шуткой.       — Роно, — рядом с другом опустился Сэн. — Ты и правда решил все рассказать им?       Реймонд кивнул.       — Я должен сделать это, если хочу одолеть того ублюдка, — произнес он, опуская голову. — Без их помощи мне не справиться.       — Интересно, — Санджи, наконец сам севший поужинать, с предвкушением впился в куриное крылышко.       — Большинство охотников вы запросто победите, — сразу предупредил Реймонд. — Но основной силой «Мая» являются фруктовики. Теоретически, включая меня, их пять, но… — Зак красноречиво глянул на Ооту. — У одного из нас способности так и не пробудились.       — Я? — Оота озадаченно указал на себя.       — Возможно, это станет нашим козырем, — продолжил Зак, проигнорировав вопрос друга. Но внезапно добавил с сомнением: — А может, и нет.       — Ты и Сэн — уже двое, — принялась считать Нами. — Кто другие три?       Зак посмотрел на Сэна и Пэла. После этого они втроем окончательно станут предателями. Но если для них с Сэном — это вынужденная мера, то у Пэла все еще есть шанс передумать. Однако Лунетт утвердительно кивнул, разрешая говорить дальше. Тогда Реймонд поднял взгляд на пиратов. Предчувствуя важную информацию, те даже перестали жевать, а Робин искусственными руками притащила к Луффи гору еды и прифигевшего от такого расклада Бепо, чтобы усыпить бдительность капитана окончательно.       — Три оставшихся фруктовика — Вайл, Офелия и Скам.       Зак закусил губу, понимая: пути назад больше нет. Теперь придется идти до конца.       — Фрукт Вайла — Итами-итами. Своим касанием он причиняет физическую боль или снимает ее. Может также пропускать ее через оружие. Сам он боль не ощущает в принципе, сколько его ни бей.       — Так вот почему, когда я отрубил ему руку, — забормотал Зоро, — то он никак не отреагировал.       — Скам часто использует силу Вайла для наказания провинившихся и пыток, — вспомнил и Ларри. — А Рейну Вайл снижал боль, когда тому было совсем плохо.       — Только его зовут не Вайл, — Пэл тоже решил прекратить отмалчиваться. — Его настоящее имя — Оксимирон Вернон, а имя Вайл он взял, вступив в «Мая». Папа и дядюшка Скам мне сказали, что так было надо, но, когда я тоже захотел сменить имя, мне запретили… А я так хотел стать каким-нибудь Юудаем!       — Оксимирон? — Ларри задумался. — Я не знаю никого в Лолетеру с такой фамилией.       — Он не отсюда, — напомнил Зак. Пэл подтверждающе закивал.       — Кстати, — опомнился он, — если ты и правда Реймонд, то Офелия и Такамура-сан — твои родственники?       — …Сестра и дед, — ответил Роно после недолгой паузы. Пэл значительно переменился в лице.       — Так ты сын того самого…       — Не лети вперед паровоза, — пресек его Роно. — Сейчас мы говорим не обо мне. Поговорим лучше о Реймонд Офелии. Хоть она и не состоит в «Мая» официально, но является ее неотъемлемой частью и ее помощь Скаму очень важна. В конце концов, фрукт Офелии — Чюй-чюй. Концентрация внимания. Она может как приковать внимание окружающих к себе или любому другому человеку либо предмету, так и намеренно отвлечь внимание от цели, причем настолько, что эта цель для всех становится будто невидимой, даже для воли наблюдения. Именно так Офелия прячет от врагов штабы «Мая» по всему острову. Любой, кто войдет внутрь, «исчезнет» тоже. Людей так, правда, «прятать» опасно: потом и сам не найдешь. Поэтому Скам не использовал на Мугиваре силу Офелии, чтобы скрыть его от вас, и просто держал «Рейна» в штабе.       — Выходит, здания в городе — ее рук дело, — с пониманием протянул Чоппер. Тот магазин, что они тогда нашли с Усоппом, он до сих пор не забыл. Зоро же подумал о том помещении, где они с ксо-коком случайно обнаружили Луффи лежавшим без сознания и принесли на корабль.       — Так вот почему Луффи в тот раз назвал Офе-чуан красивой, — встрепенулся вдруг этот самый кок, напоминая давнее разочарование мечника. — Обычно девушки его совсем не интересуют, так что я тогда очень сильно удивился.       — Мугивара-я даже на внешность Хэнкок было плевать, — внес свою лепту Ло, припоминая бедному Зоро и самую привлекательную женщину моря, влюбленную в Монки до потери сознания.       — А ведь и правда, — согласилась с парнями Нами, тоже прекрасно помнившая превосходное тело изящной императрицы.       — Ах, Боа Хэнкок, — мечтательно протянул Санджи. Почти сразу переключаясь на подколы над Зоро: — Видимо, маримо настолько сильно втрескался в Луффи, что чары Офе-чуан на нем не сработали.       — Скорее, ей просто нужен был только Мугивара, — опроверг его не то издевку, не то теорию Роно.       — В одежде Луффи потом же нашлось послание! — спохватилась Нами.       — Меня больше беспокоит, как с ней сражаться, — нахмурился Ло. — Она ведь все атаки «рассеет».       Пэл тут же протестующе дернулся:       — Не нужно! Она не боец!       — Она хуже, — хмыкнул Роно с сарказмом. — Офелия и Хилл преданы Скаму до смерти. Собачек, преданнее их, днем с огнем не сыщешь.       Мугивары и Ло молча покосились на Ророноа.       — Так говорить о своей сестре, — поразился Лунетт.       — Сейчас я говорю как ее бывший соратник, а не как ее брат, — отмахнулся Реймонд. — И вообще, она меня с такой легкостью забыла, так что имею право.       На это Лунетт не нашел, что ответить, поэтому Реймонд продолжил:       — И, наконец, самая главная и самая опасная способность. Фрукт Скама — Джехо-джехо.       Все замолчали, готовясь впитывать важные сведения. Все, кроме Монки, щекотавшего Брука, и самого Брука, уже уставшего сдерживать смех. Под счастливое «Робин, скелет боится щекотки!» Нико нежно улыбнулась капитану, сейчас так похожему на ребенка, и, как и Френки, напрягла слух.       — Силу фрукта Скама можно ошибочно принять за стирание памяти, но тут другое, — прежде чем продолжить, Реймонд немного покусал губы, подбирая правильные слова. — Его способность — «забирать» определенную информацию, конкретные факты из жизни конкретного человека. Через кровь. Ведь кровь — это отличный носитель информации, — на этой фразе глаза медиков зажглись пониманием. — Левая рука Скама превращается в шприц, и, пока он «забирает» у жертвы какие-то факты, шприц берет немного крови и становится колбой, которая хранится где-то в разуме Скама. Одна колба — один человек. И, соответственно, информация о ком-то одном. По сути, «забранная» информация заключается в забранную кровь. Чем больше информации Скам хочет «забрать», тем больше крови ему нужно. И пока кровь хранится в колбе, жертва не вспомнит то, что у нее «забрали».       — Это же сколько он взял крови у Луффи, раз тот забыл всю свою жизнь, — побелевшими губами проговорила Нами, глядя другими глазами на веселящегося Найта и бинты на нем.       — Скам избил его и отрубил ему руку, — подтвердил Роно самые страшные опасения. — Почти всем в «Мая» он тоже что-нибудь отрезал или же просто избивал до нужного количества крови.       Сэн посмотрел на свои ноги без пальцев, сейчас скрытые обувью, немного иначе.       — Получается, память Луффи — в какой-то пробирке? — Винсмок приложил ко рту кулак.       — Нужно разбить ее, — догадался Усопп.       — Она же внутри Скама, дубина, — осадил его Чоппер.       — Значит, нужно ликвидировать самого Скама, — кровожадно заявил Винсмок.       — Ты, — Ророноа указал вдруг на Реймонда. — Ты ведь тоже был под силой этого фрукта. Как ты вернул себе память?       — Испытал то, что заставило вспомнить.       Ответ бывшего охотника был кратким, но более чем понятным. В конце концов, сильное потрясение — довольно действенный способ для возврата воспоминаний, Траффи им тоже об этом как-то говорил. Мугивары понимали, о чем речь, ведь в свое время брат Луффи, Сабо, все вспомнил, прочитав о гибели Портгаса Д. Эйса.       «Может… если сказать о его смерти и Луффи…» — Зоро поспешно отмел данную мысль, поскольку эти воспоминания причинят Монки только боль.       — Рейн-я, — Ло встал из-за стола и подошел к Найту. — Знакомо ли тебе имя пирата Портгаса Д. Эйса?       Осознав, что творит чертов хирург, Ророноа мгновенно вскочил, но оказался остановлен Реймондом.       — Портгас Д. Эйс был казнен два с лишним года назад во время битвы при Маринфорде, — Трафальгар смотрел Монки точно в здоровый глаз. Нами нервно вцепилась в рукав сидевшего рядом Санджи, когда в камбузе повисла напрягающая тишина. Мугивары боялись вдохнуть, а охотники и пираты Сердца просто ждали развязки. И в момент, когда Монки выпустил умолкшего Брука, сердца соломенных пропустили удар.       — Эйс? — переспросил Луффи, пошкрябав ногтем висок. — Не, не знаю таких. А что, он был крутым пиратом?       Нить надежды, возникшая так внезапно, столь же безжалостно оборвалась.       — Трафальгар, — прорычал Ророноа, оттянув пирата в сторону, — какого рожна ты про это ему сказал? А если бы он вспомнил ту боль утраты брата? Если бы он снова сломался?       — Зато он бы вспомнил хоть что-то, — парировал Ло с тем же холодом в глазах. — А ты мог бы проявлять больше рвения, раз ты — его парень. Если будешь щадить его чувства, ничего не добьешься. Впрочем, «парень» Мугивары-я, — взгляд врача переменился, став еще более раздражающим, чем обычно, — сейчас не ты. Так что при нынешних обстоятельствах мои и твои шансы равны. Просто так я не отступлю.       Зоро начинал закипать, но Ло не останавливался:       — Что будешь делать, если Мугивара-я выберет меня? А если вернется к Скаму-я? Будешь и дальше бояться причинить ему боль словами и действиями, которые могли бы вернуть ему память?       — Ты… — голос Зоро охрип от тайфуна эмоций. Этот дурацкий Хирург Смерти, чтоб пусто ему было… Как он вообще посмел сказать такое? Но он был прав, и это злило еще больше.       — Извините, что прерываю, — возле пиратов, готовых истребить друг друга взором, появился ничего не подозревающий Рейн. — Но мне о-очень срочно нужен Зоро.       Прежде чем все поняли, что случилось, Рейн уволок Зоро прочь.       «Испытать то, что заставит вспомнить, — повторила Нами слова Зака. — Ну, конечно! — сообразила она. — Чувства Луффи к Зоро! Близость этих двоих — тоже сильное воспоминание. Если Луффи и Зоро станут проводить больше времени вместе…»       Под начинающийся гул расходящихся пиратов Нами вскинула голову.       — Хоть мне это и не нравится, — заявила она, — но, кажется, я знаю, что сможет вернуть Луффи память.       «Зоро. Вся надежда на тебя».       — …Роно-я, я покажу тебе, где рука Мугивары-я, — вымолвил Ло после домыслов кошки-воровки, которыми она щедро со всеми поделилась, и повел Зака прочь, проигнорировав на себе сочувствующий взгляд Нико.       — Ох, мне бы тоже отлучиться, — зашевелился и Санджи. — Хочу сходить на Санни и покормить наших дорогих охранников.       — Я с тобой! — вызвался Усопп, помогая коку собрать еды для двух наверняка оголодавших капитанов из ВФМ.       — А мне бы поспать, — выдохнул измотанный Рейном Френки. Брук согласно захрустел костями.       — Идемте за мной, — к накама подоспел Чоппер.       Все потихоньку начали разбредаться, и Пэлу с Сэном оставалось последовать их примеру.       — Как думаешь, — обратился Лунетт к Ооте, когда Пенгвин повел их к свободной каюте, где они смогут полноценно отдохнуть, — босс… Скам — и правда фруктовик и умеет управлять памятью?       Пенгвин затих, а Оота продолжил смотреть вперед с нерушимым спокойствием.       — Я не знаю, — честно ответил он. — Но я верю Роно. И если я — действительно Оота Ларри, то я хотел бы посмотреть на свой настоящий дом и навестить могилу господина Ооты Фауста. Может, я тоже что-нибудь вспомню.       — Тебе теперь будет сложно попасть на остров, знаешь? — напомнил ему Пэл. Сэн вздохнул. — Хотел бы я спросить обо всем у отца, — Пэл тоже расстроился. — Но вряд ли он мне что-нибудь расскажет. Все же сейчас мы враги.       — Прости за это, — Сэн виновато улыбнулся. — Мы попросили тебя о такой кошмарной вещи…       — Не! Рас! Ки! Сать! — Пенгвин бодро хлобыстнул обоих парней. — Наш капитан и мугивары обязательно помогут вам вернуть все обратно, а твой папа обязательно тебя простит. Вот увидишь! Он ведь очень любит тебя! Стал бы он иначе запрещать вашему Скаму стирать тебе память?       — Тут ты прав, — Ларри даже выпал в осадок, — дядюшка Сид с Пэла чуть ли пылинки не сдувает.       — Вот видишь! — с лучезарной улыбкой воскликнул Пенгвин. Про себя добавляя, что этим стоит поделиться с капитаном. Быть может, справиться с, на первый взгляд, несокрушимыми «Мая» окажется немного проще, чем они думают.              «Хоть бы так и случилось», — размышлял пират Сердца, открывая ребятам двери их каюты и отправляясь на поиски Шачи.

***

      Зоро глядел на капитана, будто прилипшего к иллюминатору, за которым плескалась вода. Сейчас субмарина Ло неторопливо наворачивала круги вдоль берегов острова, чтобы корабль не сносило течением, к вечеру заметно усилившимся. Если бы его позвал Луффи, Зоро было бы не так неспокойно, но его позвал Рейн, а этому чертяке один Скам знает, что может на ум прийти. Впрочем, старпом подозревал, что речь снова пойдет о совместном побеге на сушу. И не ошибся.       — Что ты решил? — Рейн оторвался от просмотра подводных красот и повернулся к Ророноа. — Сбежишь со мной? Я бы и сам вернулся, но, — Найт вновь уставился в иллюминатор, — похоже, я и правда не умею плавать. Почему, интересно? — губ парнишки коснулась растерянная улыбка, Ророноа же было не до улыбок вовсе. После недавнего нервы сдавали особенно сильно. Возможно, Трафальгар прав, и ему пора стать с этим незнакомым сердцу Найтом Рейном более жестким. Проблема в том, что Зоро понятия не имел, получится ли у него «причинять боль словами и действиями» любимому человеку с такой же легкостью, как это совершал Трафальгар. От одной мысли сделать Луффи больно сердце Зоро само болезненно сжималось. Но если хоть на миг представить, что те неприятные вещи ему сказал не вероятный соперник, а мудрый врач…       — …Потому что ты — фруктовик, — слова с трудом слетали с будто одеревеневшего языка. — Ты не умеешь плавать именно поэтому.       Луффи поглядел на Ророноа с очевидным вопросом в незабинтованном глазе.       — Кто?       — А еще — мой капитан, — по какой-то причине Ророноа уже было не остановить. Как если бы с дикого зверя, посаженного на цепь, все-таки сняли ошейник. — Тебя зовут Монки Д. Луффи, и ты — капитан пиратской команды мугивар. Я не буду с тобой сбегать, потому что мы наконец нашли тебя. Если так хочешь уйти — иди сам.       Монки стоял в полнейшей прострации.       — Я — пират? — переспросил он. — Еще и фруктовик? Это как Вайл и Офелия, что ли? Да ну, бред какой-то.       Психика Зоро сдала почти окончательно.       — Браслет, что подарил тебе твой Скам, сделан из кайросеки, — раз уж быть жестким, то до конца. — Они блокируют силу дьявольского фрукта. Если не веришь — сними.       — Вот еще, — фыркнул Рейн. Но едва Зоро развернулся, чтобы уйти, полез к браслету. Расстегнув застежку, он осторожно пошевелил сперва ногой, потом рукой, но ничего не произошло. — Ну, вот, — заключил Рейн очевидное, — никакой я не фр… — старпом потянул парня за руку, и та растянулась. — Вао! Как ты это сделал? Она тянется! Круто! Я — человек-резинка?! Скам обалдеет! А Офелия в обморок грохнется! Здорово! Интересно, что скажет Пэл?       Ророноа наблюдал за реакцией Найта, не зная, как реагировать самому. Он не ожидал, что доверяющий Скаму Найт вообще снимет браслет, и ляпнул это на эмоциях. А Рейн прислушался к нему. Рейн… доверяет и ему тоже. И это…       Ророноа вскинул голову, нутром почуяв, что-то неладное. Подключив волю, он понял, что подлодка слегка отклонилась от курса и выпорхнула в море, а в нескольких десятках метров от них дрейфует морской король. Монки, словно тоже что-то почувствовав, отвлекся от своих внезапно приобретенных сил и тоже посмотрел наверх.       — Снова… началось… — прошелестел он посеревшим голосом. Рука, которую Зоро все еще держал, вцепилась в его рукав.       — Что случилось? — вниманием мечника полностью завладел человек перед ним.       — Я снова… что-то вижу… и слышу… — Луффи осел на пол, и Зоро сел вместе с ним. — Страшно. Мне нужно то лекарство. Хочу то лекарство…       «Лекарство?» — Ророноа покосился на ногти Найта, царапавшие его запястье даже сквозь одежду. В мысли закралась скверная догадка. Найт просил вовсе не лекарство. Он нуждался в наркотике.       Подобрав Монки на руки и прихватив выроненный браслет, Ророноа бросился к лекарю с острова.

***

      Сэн и Пэл как раз доигрывали партию в карты, когда в их каюту ворвался мечник мугивар с Рейном в руках, а следом за ним — их мохнатый врач.       — В чем дело? — Сэн быстро поднялся, Пэл же молча приблизился к Рейну, выглядевшему так, словно вот-вот потеряет рассудок.       — Дайте ему снотворное, — незамедлительно распорядился лекарь. — Пока что мы ему больше ничем не поможем.       По совету Лунетта Тони Тони погрузил Монки в сон, а Ророноа отнес его в каюту — хорошенько отоспаться.       — Вот из-за таких приступов Скам и велел ввести ему наркотики, — пояснил Пэл со вздохом, когда Монки с горем пополам уложили спать. — Но приступы происходили так часто, что Рейн в итоге подсел. Мы не хотели этого, но что делать, мы без понятия, — честно признался он.       — Что за приступы? — насторожился Тони Тони. Если у Луффи было какое-либо заболевание, он бы точно о нем знал.       — Рейн регулярно видит, а иногда и слышит какие-то глюки, — произнес Пэл. — Может, вы что-то об этом знаете как его подчиненные? — лекарь поднял глаза на мугивар, собравшихся в его с Сэном и Роно каюте почти полным составом. Недоставало лишь спавших Брука и Френки и ушедших на берег Усоппа и Санджи. К Рейну на всякий случай приставили Ло: следить за его состоянием.       — Это случилось, когда я увидел волей, что недалеко от нас проплыл морской король, — сообщил Зоро. — Может, у Луффи просто сработала воля наблюдения?       Нами задумчиво приложила ладонь к лицу, а Робин согласно кивнула.       — Если Луффи не помнит себя самого, то может не помнить и о воле наблюдения, — озвучила она свое мнение. — А раз не помнит, то и контролировать не умеет.       — И поэтому просит наркотик, поскольку тот блокирует волю, — подхватила мысль подруги Нами. — Санджи говорил, что после того, как ему ввели эту гадость, он какое-то время не мог воспользоваться волей.       — В этом есть смысл, — проговорил Чоппер.       — В «Мая» воля есть только у Скама и Роно, так что мы о ней мало знаем, — протянул Лунетт. — Но если дело и правда в ней, то это многое объясняет.       — Доктор Трафальгар сказал, что Рейну лучше, — на пороге появился Сэн, коему досталась незавидная роль объясняться с Траффи и Роно.       — Теперь ясно, зачем он пичкал своего «Рейна» этой дрянью, — следом за другом в дверях показался и вымотанный Зак. — Видно, боялся, что «Рейн» увидит волей мугивар и что-нибудь вспомнит. И кстати, руку его я восстановил. Шить можно хоть сейчас.       — А его глаз подлечить сможешь? — встрепенулся Чоппер.       — Ок, — согласился тот. — Только чуть позже. Сейчас энергии ноль.       Ророноа без предисловий сунул ладонь под его пальцы.       — К слову, об этом наркотике, — Тони Тони заговорил снова с Пэлом. — Мы слышали, его создал твой отец, но что это такое вообще и зачем?       — Мой папа — врач, если вы помните, — ответил Пэл. — Он сделал это… вещество, чтобы получить из него одну микстуру. Она получится, если в наркотик добавить антидот.       — Понятно, — Робин оперлась о стену подле Нами. — Это хорошо. А то мы уже думали, что вы как-то связаны с Цезарем и Дофламинго. На Панк Хазард из-за их наркотиков у нас было немало проблем.       — Ага, — Нами скептично изогнула бровь. — Особенно из-за того, что Траффи поменял нас телами.       — Телами? — восхитился Лунетт. Реймонд, бесстыдно поглощавший силы Ророноа, едва уловимо переменился в лице. — Он и такое умеет?       — Да! — с гордостью за коллегу подтвердил Тони Тони. — А еще у него есть телепорт и способность делить человека на части, не убивая! Круто, да?       — Еще как, — ухмыльнулся Реймонд, отнимая руку от Ророноа. — У меня есть план.       Мугивары и бывшие «Мая» повернулись к нему.

***

      Трафальгар стоял у кровати Монки, наконец крепко спавшего под действием препаратов. Они не вводили ему большую дозу, так что скоро Монки должен проснуться. Но сейчас Трафальгар думал совсем не об этом. Скам и в самом деле качал Мугивару-я наркотой только из-за воли наблюдения? Именно это тревожило пирата. Насколько же сильно этот таинственный глава «Мая» не желал встречи Луффи с его командой, раз так поступил? А все эти побои и отрубленная рука…       — Мугивара-я, почему ты хочешь вернуться к такому человеку? — пальцы Ло робко коснулись бледного лица Луффи. Память услужливо подкинула, как недавно он точно так же смотрел на дремавшего Рейна и пошел на необдуманное. В тот раз дотронуться запретных, но таких манящих губ не удалось из-за Усоппа, но теперь все иначе. Теперь все заняты чем-то важным. И понимание этого будоражило кровь. Они одни здесь. Вдвоем. И от этого кровь бурлила еще сильнее. — Прости меня, Мугивара-я.       Ло накрыл губы Луффи своими. И почти отпрянул, когда тот внезапно начал отвечать. Несмело, еле слышно. Не смея целовать его долго, Траффи все же отстранился. И обомлел от увиденного. Из здорового глаза Рейна текла слеза, а его рот слабо дрожал. Нет, — понял Траффи, — Рейн говорил что-то.       Ло наклонился, чтобы услышать едва уловимый хрип, перерастающий в шепот.       — Не у…ходи… Зоро…       Рейн открыл глаз, созерцая расплывающийся потолок. Слезы капали сами, а в груди словно зияла дыра. Сердце давило странной болью, совсем незнакомой, но будто родной.       Тот человек ему снова снился. Кто-то важный до ужаса. Настолько близкий, что не поверить. Настолько далекий, что не дотянуться.       — Кто же ты? — сев в кровати, Монки прикоснулся к своим губам. Тот человек… поцеловал его во сне. — Почему ты мне снишься? Почему… мне так больно?       — …Возможно, это кто-то, кого твое сердце очень сильно не хочет забывать.       Монки поднял голову и лишь тогда понял, что он не один. Рядом стоял тот вечно хмурый хозяин подлодки с непроницаемым выражением лица и глядел куда-то в сторону.       — Когда будешь готов, мы пришьем тебе руку. А пока отдыхай, — так и не глянув на Мугивару, Трафальгар вышел. Мугивара шмыгнул носом и вытер непрошеную влагу со щек и намокших бинтов.       Ло закрыл за собой двери, вовсе не удивившись, что возле них стоял Зоро. Который наверняка не только все слышал, но и видел. Ло ведь не тупой и ауры считывать умеет.       — Я не стану извиняться, — отстраненно предупредил он, не соизволив даже повернуться к старпому за своей спиной.       — Извиняться ты должен не передо мной, — Зоро не возражал.       Трафальгар ушел, больше ничего не добавив.       Он говорил Ророноа, что их шансы равны. Он ошибся.       Едва хирург исчез в недрах своего корабля, Ророноа рухнул на стену позади. В сердце неумолимо зарождалась надежда от острого понимания, что человеком, который снится его капитану, является именно он.