Ночной дождь

[ Включите трек 1 ]

      Обнимать Луффи спустя столько времени оказалось мучительно. Сердце Зоро было готово выпрыгнуть из груди, особенно от ощущения сумасшедшего сердцебиения капитана, отдававшего в ребра. На фоне этого легкое жжение его ножика в животе совсем терялось и толком не чувствовалось. А вот тепло дрожащего тела Луффи в его руках чувствовалось каждой частичкой кожи. Но продолжать держать его под таким ливнем — плохая идея, так что Зоро разомкнул пальцы и отстранился. Нож, который уже не сжимали, остался в ране, Ророноа его вынул и протянул Монки.       — Тебе лучше вернуться, — произнес он, глядя Монки в глаза. — На ногах еле стоишь.       Он шел сюда поговорить, но все нужное уже было сказано. Остальное просто не имеет значения. Стоит вернуть Луффи под крышу как можно скорее.       — Но твоя рана! — будто очнувшись от сна, Луффи встрепенулся и потянулся к пятну крови на одежде мечника, но тот перехватил ладонь парнишки на полпути и, несильно сжав и слабо улыбнувшись, приложил к груди Монки, отпуская.       — Пустяки, — ответил он.       — Но…       — Пэл, — Ророноа посмотрел на кого-то за его спиной. — Ему пора в сухое место, он слишком вымотан.       — Слава Ками, что он был с тобой, Зоро, — подбежавший к ним Пэл с облегчением выдохнул. — Не уходи так больше, Рейн! Это опасно!       Рейн бы и рад возразить, да ему даже не дали возможности:       — Позаботься о нем. И забери это, — Ророноа протянул Лунетту нож, кровь с которого уже смылась дождем.       — Кстати, — спохватился Лунетт, окинув оружие озадаченным взором и повесив на пояс, — я видел Вайла с Траф…       — Поторопись, — пресек его Зоро на полуслове. Пэл запоздало вспомнил, что при «Рейне» о таком лучше молчать. — А об этом кретине не волнуйся, он живучее таракана.       Луффи пошатнулся, и диалог мигом отложился на потом.       — Скорей идите под крышу, — велел Зоро, слегка подтолкнув Пэла в сторону штаба. Взгляд мечника вернулся к капитану. — Ты знаешь, где меня искать, — он ушел первым.       — Между вами что-то случилось? — спросил в замешательстве Пэл, глядя то на одного, то на другого, уже вовсю удаляющегося от них размашистыми шагами. Найт тоже смотрел вслед Ророноа, в полном смятении, не в силах даже ответить. Под очередной раскат грома Пэл потянул его прочь, решив расспросить обо всем позже.       Зоро возвращался на корабль, изучая ладонь, которой касался капитана, и думая о том, как же сильно ему этого не хватало. Тепло любимого все еще прожигало кожу, даже несмотря на холод ливня и сильный ветер. Сжав ладонь в кулак, Зоро ускорился. Небо растаяло в ярких вспышках молний.

***

      — Да что не так с этой погодой? — злился Зак, выглядывая из-под козырька какого-то магазина. Поганец Ло телепортнул их в центр города, буквально швырнув на середину площади во время бушующей грозы.       — Не высовывайся так сильно, — попросил его встревоженный Ларри.       — Трафальгар без сознания, и Вайл куда-то его несет, — Зак послушно убрался под крышу и настроился на волю наблюдения. — Но я не понимаю, куда. Черт, исчезли! Видать, на территорию Офелии забрели.       — Мы должны ему как-то помочь, — Ларри уставился на дождевое полотно. — Но в такую погоду…       Гром брякнул согласием где-то совсем рядом.       — У нас нет выбора, — вздохнул Реймонд. — Давай проверим одно место.       Прежде чем Оота успел возразить, его увели за руку.

***

      Гроза била по мозгам и ослепляла молниями. Трафальгар медленно открыл глаза, тут же морщась от боли, пронзившей все тело. Вокруг темно и сыро. Он в каком-то подвале? Руки связаны за спиной чем-то плотным и холодным, даже больше похожим на наручники, чем на веревки, и, кажется, пристегнуты к стене; ноги сомкнуты тоже. Сам он сидел на полу, лопатками и затылком наваливаясь на стену. Он попытался напрячь волю наблюдения и обнаружил напротив себя Оксимирона.       — Ну и зачем я здесь? — криво ухмыльнувшись, уточнил Трафальгар.       — «Мая» тоже это очень интересно, — усмехнулся и Оксимирон. Ло не увидел это, но догадался по тону. Глаза начали привыкать к темноте. — Это ведь ты пришил руку Рейну?       — А что? — хмыкнул хирург. — Тебе тоже что-то пришить надо?       — У Вайла все есть, — невозмутимо ответил Вайл. — Но Вайлу интересно, зачем мугиварам так много людей.       — Я всего лишь доктор.       — Ясненько, — Вайл, кажется, опустился перед ним на корточки. — Приятно познакомиться, доктор-чан. Что вы задумали? — холодные пальцы легли Ло на шею, готовые ударить болезненной волной в любой момент. — И зачем вам наши бывшие подчиненные?       — Ты о Роно-я и Сэне-я? — Траффи решил пока не рисковать раскрывать, что ему известны настоящие имена этих двоих и истинная история этого острова. Тем более что пальцы Верна были все еще у его глотки. — Не могу ответить. А зачем «Мая» Мугивара-я?       — Не могу ответить, — парировал Верн.       Глаза наконец приноровились к мраку и разобрали очертания охотника. Тот сидел в метре от Траффи и смотрел на него с любопытством. — Вайл тебя, кажется, вспомнил, — сообщил он вдруг. — Не тот ли ты хирург Смерти, что безответно влюблен в Мугивару и потому везде таскается за ним?       — Могу задать встречный вопрос, — задетый за больную мозоль, Трафальгар все же пренебрег осторожностью. — Не ты ли вечно таскаешься за Пэлом-я по той же причине?       И тут же за это поплатился. Пальцы сдавили горло, и все тело прожгло ужасающей болью, а голову прострелило ударом чем-то металлическим. Кровь застлала обзор, и так раздобытый с трудом.       — Подумай над своим поведением, доктор-чан, — посоветовал ему Вайл. Ощущение охотника испарилось.       Трафальгар шевельнул руками, попытавшись использовать пространство, но не вышло. А характерный треск за спиной пояснил, почему. Наручники на запястьях оказались не просто прикованы к чему-то в стене, они оказались из кайросеки.       — Ублюдок Вайл-я.       Точно ведь, у «Мая» все оружие такое из-за миссии поймать Мугивару.       Вновь откинувшись затылком на сырой камень, Ло зажмурился. Нужно срочно думать, как выбраться отсюда.

***

      Рейн смотрел на бурю за окном, прислонившись руками к стеклу, и кусал губы. То столкновение с Зоро никак не давало ему покоя. Рана, нанесенная его рукой, тепло объятий, те слова… Все это буквально сводило с ума.       Зоро признался ему в любви. В любви, черт возьми. Все, что строилось в разуме об этом человеке, мгновенно рухнуло. А даже если те слова тоже ложь… Бесполезно строить догадки и теории, нужно спросить его прямо.       «Но в такую погоду меня не выпустят», — вспомнил он с огорчением. Остается действовать как обычно. Сбежать.       — Ну и куда это ты собрался? — сложила руки на груди Офелия, стоило Рейну прокрасться к двери на улицу.       — Я быстренько, — взмолился он. — Мне очень надо.       — Не один, — отказалась Офелия, — и уж точно не в такую погоду.       — Пожа-алуйста, — похоже, придется использовать грязный прием, которым он кошмарно владеет. Ложью. — Это ради наших жителей внизу.       «Они ведь называют меня Луффи? Называют. Так что в каком-то смысле это их касается», — занялся он самоубеждением.       Реймонд с сомнением свела брови.       — …Только буквально туда и обратно.       Сработало!       — И возьми это, — девушка протянула ему свой дождевик. — А то твой совсем вымок.       — Пасиб, Офелия! — сверкнув летним солнышком и схватив плащ, Рейн вылетел на улицу, одеваясь на ходу. Скам сейчас у доктора Сида, поэтому времени немного есть. Корабль должен быть где-то в море, значит, нужно на берег.       «Как там работает эта способность? Как ее… воля? Черт, да как?»       Так и не совладав с пугающей волей, Найт побежал к морю, подчинившись своей интуиции и какому-то трепету в груди. Кругом ревела непогода, но он уверенно шел на зов сердца, буквально рвущегося туда, к неистово бушующим волнам. Когда же море оказалось у его ног, он понял, что совершенно не знает, что делать дальше. Никакого корабля, еще и яркого, видно не было, гроза усиливалась с каждой минутой, буквально утапливая его плащ в дожде. Оставаться на месте может оказаться опасно, но куда идти?       «Черт, по-моему, я потерялся».

[ Включите трек 2 ]

      Рейн практически отчаялся, когда сквозь гул бури слуха достигла слабая знакомая мелодия.       Саке Бинкса я возьму…

***

      — …И по миру развезу. Ветер в море волны гонит, я по ним плыву…       Брук напевал «Саке Бинкса» под свою же игру, созерцая заливающийся ливнем остров, от которого их скрывал валун. Над ними дождя не было, так что мугивары рассыпались по палубе и молча наслаждались композицией, думая каждый о своем. Но Брук знал: о чем бы ребята ни думали, мысли все равно возвращались к Луффи и не сказавшему со своего возвращения ни слова Зоро. Что бы там ни случилось, встреча явно прошла так себе. И свежий бинт на животе старпома буквально кричал об этом.       Внезапно Санджи вскинул голову на берег.       — Луффи здесь, — шепнул он, и Соул Кинг прекратил играть, а Зоро зажмурился крепче. — Нет, продолжай, Брук, — попросил кок музыканта. — Он идет на музыку.       Соул Кинг возобновил песню, а остальные взволнованно замерли, боясь лишний раз пошевелиться, лишь бы не спугнуть капитана, что так внезапно пришел к ним сам.       Рейн слушал таинственную старую пиратскую песню, пока не менее таинственный скелет не доиграл последние аккорды. Все это время Рейн сидел на валуне, за которым корабль прятался от тех, кто на суше, но расположился так, чтобы те, кто на борту, не смогли увидеть его. Он сам не понимал, почему остался до конца мелодии. Как будто что-то внутри, далекое и незнакомое, удержало его. И дрожало волнительно от каждой ноты. Хотя в момент, когда Найт только подошел, он был готов уйти сразу же. Потому что скелет вдруг перестал играть, как если бы пираты заметили наличие лишнего слушателя. Это испугало и заставило делать ноги немедленно, но одна мысль о том, что Зоро так близко — вот, только руку протяни, — приковала ноги к месту. И сейчас, когда все же возобновленная песня действительно завершилась, он остался на валуне по той же причине. Вот только, сидя там, с Зоро не поговоришь, а сам Ророноа, похоже, выходить в ближайшее время не собирается. А у Найта не так много этого самого времени, чтобы и дальше ничего не предпринимать. Дождь и так… Кстати, дождь идет только над островом? Что за?..       «Ладно, ты сможешь», — Найт звонко хлопнул себя по щекам и вскарабкался на пиратский корабль.       Изначальная цель визита стерлась в ту же секунду, как его шлепки коснулись палубы. Шесть пар глаз намертво пришило к нему, а от пустых глазниц живого трупа снова стало не по себе. В стороне остался лишь Ророноа, неподвижно сидевший у противоположного борта, словно вовсе его не заметил. Это немного… обидно. Но больше собственных обид Рейна беспокоил чужой порез, оставленный его рукой. Зоро тогда не дал этот порез хотя бы увидеть… Рейну оставалось надеяться, что там не все так плохо.       — Это… Услышал знакомую музыку, вот и, — тишина затянулась, так что Найт заговорил первым. — Красиво… сыграно. И спето.       — Спасибо, Рейн-сан, — Брук от счастья почти прослезился. Всхлипы, по крайней мере, слышны были.       — Ты сказал «знакомую»? — Нами мгновенно ухватилась за возможную ниточку. — Значит, ты не исключаешь, что мог знать ее раньше?       — Наверно? — растерялся Найт, неловко улыбнувшись.       — Тогда ты сможешь вспомнить что-то еще! — поймал ход ее мысли Усопп. — Ох, ты ведь впервые на Санни! Этот корабль… — бросив быстрый взгляд на Зоро, Усопп осекся.       — Зоро уже говорил мне, — утешил его Рейн, — о том, что я якобы ваш капитан. Получается, этот корабль — мой? — он вышел в центр палубы, опустив руки на пояс и задрав голову на флаг.       — Да… — мугивары неуверенно обступили своего визитера, очевидно, не зная, что думать и как реагировать. Рейн покосился на Зоро. Тот все еще отстраненно изучал море. Если предположить, что Ророноа все-таки прав… Тогда сколько же боли Найт причинил ему своими поступками?       Найт повернулся к Ророноа и посмотрел прямо на него.       — Я хочу осмотреться. Может, что-нибудь вспомню.       — Лу… — Чоппер сорвался на рыдания быстрее, чем выговорил имя своего капитана. Парня, которого Рейн не знает, но которым, возможно, когда-то был.       Ророноа все-таки взглянул на него. И в момент, когда их глаза встретились, в груди Найта что-то защемило. Но это и рядом не стояло с тем, что он испытал, когда пират внезапно поднялся и застыл перед ним. Настолько близко, что Рейн на миг разучился дышать. Смутно знакомый запах этого человека снова заполнил легкие, напрочь осев внутри.       Если он ему тоже знаком… Может…       Рейн понял, что поймал рукой воздух, потому что Зоро потянулся к двери за его спиной в то же время и случайно уклонился от прикосновения. Почему Рейн вообще хотел его коснуться?.. Что именно он собирался сделать? Тело в тот момент как будто двигалось само.       — Чего застыл? — спросил у него Зоро, кивая на открытую комнату. Хотя нет, на кораблях не комнаты, а, кажется, каюты? — Заходи и изучай, раз решил все вспоминать.       — Маримо, — Санджи мгновенно возник возле накама и пнул его в бок. — Будь мягче, кретин. Неудивительно, что у него к тебе такое отношение.       — Заткнись.       — Это камбуз, — Санджи потерял к Зоро интерес и обратился к Рейну: — Я здесь готовлю еду, чтобы все были сыты. Ты очень любил это место.       — Понятно, — Найт проник внутрь и с любопытством завертел головой.       Воспрянувшие духом, мугивары принялись с воодушевлением водить его по всему судну, не пропуская ни одного помещения. Они что-то рассказывали, чем-то делились, даже покормить успели, и Найт честно впитывал получаемую информацию, но… продолжал ничего не помнить и украдкой смотреть на Ророноа, не проронившего больше ни слова и стоявшего у подъема наверх, прислонившись к стене.       — А что там? — Рейн тоже встал у подъема. Из не показанных ему мест осталось только то, наверху.       — О, там… — пираты странно переглянулись, не забыв бросить взор на Ророноа.       Определенно, он обязан там побывать. Что бы там ни было.       Рейн уверенно стал подниматься, не заметив попытки Зоро остановить его.       — Зоро, — шепнула Нами, схватившая его за плечо и мотнувшая головой. Найт увидел это краем глаза, но даже не подумал спускаться. Наоборот, он ускорился и уже через секунду стоял в небольшом… эм… тренажерном зале? Вокруг так много всевозможных спортивных принадлежностей вроде гантелей и штанг… К слову, просто тяжеленных.       По какой-то причине сердце Найта забилось сильнее. А когда Зоро вдруг поднялся следом, то и вовсе, казалось, было готово выпрыгнуть. Даже просто стоя с ним в одном помещении, Рейн начинал необъяснимо волноваться, а руки сами тянулись к груди.       — …Это гнездо, — произнес Зоро тихо. — Дежурный пункт. Моя территория.       Сердце Рейна пропустило удар, сбившись с ритма. На подсознательном уровне он ощутил всю важность этой комнаты. Не для себя. Даже не для Зоро. Для них. Для чего-то, о чем сказал ему этот парень, стоя с ножом в животе.       Точно… Он ведь собирался поговорить с ним именно об этом…       — Ам… Давай спускаться, — он стартанул к спуску, решив, что поговорить об этом можно и позже. Прямо сейчас он совершенно не готов. — Зо…       Ророноа так и не сдвинулся, продолжая загораживать дорогу, поэтому Найт поднял на него голову. И оцепенел от выражения на его лице. Казалось, вся боль, которую Ророноа, возможно, скрывал, пряча где-то внутри, наконец вырвалась наружу, целиком, в одночасье. И уколола чем-то острым в груди. Почему Найту так больно, когда у этого человека такое выражение лица?..       Зоро спустился первым, оставив Рейна упиваться шоком. Другие за ними не пошли, так что не знали, что там случилось, но, похоже, мастерски читали атмосферу, либо же просто знали старпома как облупленного, потому что тут же потащили своего гостя подальше от него — в камбуз — вновь пичкать едой и информацией о нем и о них. Зоро остался на палубе, и Рейн смог немного выдохнуть. И с головой окунуться во вкусную трапезу и истории их совместных приключений, которые он совершенно не помнил. И в которые, если честно, не совсем верил.       — Получается, — Найт попробовал все собрать воедино, — я — капитан мугивар, один из йонко, мечтаю найти Ван Пис и стать королем пиратов, а в море отправился в семнадцать лет, один, на какой-то шлюпке, потом вообще в бочке, и все это — будучи резиновым человеком? — он повернулся к пиратам. Те на полном серьезе кивнули. — Звучит же как бред, нет? — Найт не смог удержаться от смеха. — Еще скажите, что я — один из сильнейших пиратов или даже самый сильный из них.       — Ну… — мугивары обменялись взорами с такими гримасами, будто так все и было. Рейн засмеялся звонче.       — Безумие, — подытожил он. — Нет, ну, правда. Версия «Мая» и то реалистичнее звучит. Хотя после всего я верю, что вы не хотите меня убить.       — Уже что-то, — улыбнулась Робин. За незнанием, что добавить, Рейн улыбнулся в ответ. И в тот же миг поймал на себе взгляд Ророноа. В груди снова сдавило. Кто этот пират, черт дери?       Прежде чем Найт успел открыть рот для вопроса, слух и зрение прострелило дальним окружением, внезапно оказавшимся очень близко. Действие лекарства закончилось, черт. Ророноа говорил ему об этом. Как же оно… Наблюдение…       — Воля, — сорвалось с губ. А руки впились в пульсирующие виски. — Снова…       — Посмотри на меня, — Зоро схватил его за плечи и рывком развернул к себе. Его голос отдавал эхом на фоне звуков острова, звенящих в ушах. — Делай, как я тебя учил. Сосредоточься на ком-то с берега.       Сосредоточиться… Как и в тот раз, это очень сложно. Внимание концентрировалось на всем сразу, рассеиваясь во все стороны. Сосредоточиться бы хоть на голосе Зоро…       В какой-то момент все его естество все-таки зацепилось за что-то одно. За кого-то.       За Скама, бегущего по улицам к ним.       К нему.       Сюда, к пиратам. Это плохо. Плохо… Если они с Зоро встретятся…       — Мне… Я думаю, мне нужно уйти, — оттолкнув руки Ророноа, Рейн попятился к суше.       — Но ты…       — Я в порядке, — заверил он Ророноа, беспокойно вглядывавшегося в его лицо. — Правда. И… я приду еще. Думаю. Ты тоже приходи.       — Рей…       Рейн устремился вниз, прочь с корабля, уже не слыша слов подскочившего к борту Зоро.       Зоро не стал его останавливать, просто глядел вслед, пока капитан не исчез из поля зрения, и еще немного после этого. Мысли хаотично возвращались к очертаниям Луффи, высеченным на самом сердце. Возможно, ему всего лишь показалось. Но пару раз и буквально секундами Луффи словно смотрел на него теми же взглядами, что и когда-то. Так, как раньше. Когда все помнил и… любил.       — Маримо, — эро-кок замер рядом, также опустив ладони на борт и уставившись на берег. — Ты ведь тоже заметил? Он ушел, потому что почувствовал Скама, идущего сюда.       — Знаю, — Ророноа зажмурился. — А теперь отвали, я хочу спать.       Под возмущения кока старпом улегся дремать прямо там.

***

[ Включите трек 1 ]

      Поскольку воля все еще держалась на Скаме, Рейн сумел вернуться в штаб раньше, намеренно избежав встречи всеми доступными способами. Совсем скоро придется что-нибудь солгать, а пока что он просто вернется в свою комнату.       «Надеюсь, Офелии не досталось», — подумал он, падая на кровать и зарываясь носом в простыни. Неприятная все-таки вещь — эта воля наблюдения. Хоть и полезная. Теперь он точно знает, что Скам стоит за дверью и ждет чего-то.       Найт закрыл глаза, когда дверная ручка повернулась. Плащ Свита мокрый и холодный, как его собственный, сейчас висевший на спинке стула, который он так и не выбросил.       — Как ты тут? — щеки коснулись ледяные пальцы, заставив вздрогнуть. Делает вид, что ничего не заметил? Почему?       — Отлично, — Найт перевернулся на спину, уходя от руки и встречаясь глазами. Зная Свита, он определенно ждет, что Рейн ему сам все расскажет. Что ж, оправдаем его ожидания. — Я выходил ненадолго на улицу, но там холодно и скучно, так что я вернулся.       — Я ведь говорил тебе не выходить одному, — напомнил Скам. Тот факт, что Рейн не стал от него утаивать свою вылазку, однозначно подкупил его, осталось дело за малым: растопить остатки льда нежностью, как он всегда делал раньше.       Рейн протянул к нему руки, почти сразу замирая. Понимая, что уже не в курсе, как это: как раньше. Тело не двинулось даже по мышечной памяти. Словно разучилось взаимодействовать с мужчиной напротив.       — Иди ко мне, — Скам притянул его в объятия сам, жадно вдыхая запах Найта и пропитывая его влагой с плаща.       — Дождевик хоть сними, — Найт попытался вывернуться, но оказался прижат лишь сильнее. Все тело всколотило дрожью. Но не волнительной и интригующей, как еще пару дней назад. А полной чего-то незнакомого и прежде вряд ли испытываемого. Чего-то скользкого и колючего. Так похожего на…       Отвращение.       — Не… хочу, — слетело с одеревеневшего языка, тут же схлестнувшегося с языком Свита в насильственном поцелуе. Когда же пальцы Свита привычным движением полезли в его трусы, отвращение пугающе возросло. — Отпус… Скам… Я не… Ска…       Его вжали в кровать, лишая любой возможности пошевелиться, и заткнули грубым поцелуем окончательно.       Впервые за беспамятную жизнь его начинало тошнить.

***

      Пэл направлялся к Рейну, как вдруг услышал из его комнаты странные звуки. Похоже, он пришел не вовремя…       — Скам, прекра… Пожа…       Пэл напрягся и сжал ручку двери крепче. Нет, похоже, он пришел вовремя как никогда.       — Босс, тебе же сказали прекратить, — открыв двери как можно шире и обязательно с грохотом, Лунетт окинул Свита осуждающим взглядом. Тот прекратил изводить тело Рейна явно противными ему ласками и зло посмотрел на прервавшего их подчиненного. Эх, само собой, от его выходки Свит просто в бешенстве.       — Какого хуя ты вмешался? — не церемонясь в выражениях, уточнил Свит, вставая с Найта. Тот бросил Пэлу благодарный взор и подорвался следом, отходя от Скама подальше.       — Мне показалось, Рейн был против, — пояснил Пэл максимально невозмутимо. И все же переменился в лице, когда по скуле ему заехали пощечиной, отвернув голову вбок.       — Повтори, — леденящим жилы тоном изрек Скам.       — И повторю, — Лунетт взглянул на него снова. И зажмурился, стояло Скаму замахнуться для нового удара.       — Скам! — Найт вскочил между ними, перехватывая ладонь последнего в сантиметрах от лица Лунетта. — Ты переборщил, — сообщил он, посмотрев на своего «парня» почти разочарованно. Почти, потому что, наверно, еще верил, что в том осталось хоть что-то хорошее. Пэл, в отличие от него, знал, что хорошего там не осталось уже очень давно. — Остынь, — велел Рейн Свиту. Не дожидаясь ответа, он вывел Пэла в коридор.       — Что-то случилось? — к ним почти сразу подошел Вайл. — Вайл слышал шу… — глаза Вайла, изучавшие ребят, вдруг расширились, а пальцы обхватили подбородок Лунетта, вздернув вверх, к свету. — Почему щека красная?       — От мороза, наверно, — отмахнулся Лунетт каким-то бредом. Окси не стал давить, но на всякий случай осмотрел и Найта, после чего глянул, откуда они вышли, и выпустил Пэла.       — Можете идти, — разрешил он. Пэл кивнул и потащил Найта за собой.       Дождавшись, пока парни уйдут, Окси вошел в комнату «Рейна». Ублюдочный Свит совсем не следит за руками, обрезать бы.       — Ты что-то хотел, Вайл? — Свит, стоявший посреди помещения и нервно грызший ногти, повернулся к Оксимирону, застывшему перед ним. Вместо ответа тот приставил к виску Свита руку-протез, перестроив ее на пушку. — Вижу, кто-то сегодня не в духе, — усмехнулся Скам. Пушка прижалась к виску надежнее. — …Ты видел Пэла, да? — понял Скам. Выбесить обычно самого всех бесящего Оксимирона можно было, только задев неприкосновенный рычаг под названием «Пэл». — Ну, прости, он сам напросился.       — Я спускал тебе с рук то, что ты швырялся в него вещами, — напомнил холодно Верн. — Но рукоприкладство к нему я терпеть не буду.       — Говорю же, — Свит отодвинул дуло пальцем, — твой Пэл сказал лишнего, вот и получил.       — Что именно лишнего? — Верн вскинул голову, вновь приложив дуло к башке «босса». — Разложил все по фактам?       — Вайл, — Свит начинал злиться тоже. — Не перегибай.       — Ты тоже.       — Я, конечно, рад, что малыш «Vile» наконец вспомнил, зачем он вступил в «Мая», но это слишком.       — Я и не забывал, — они обменялись убийственными взглядами.       — Я понял. Не ударю твоего Пэла больше.       Вайл убрал оружие. Скам примирительно улыбнулся, подняв руки. Вайл покинул комнату, завершив разговор хлопком двери.

***

      Пэл не придумал ничего лучше, чем привести Рейна в свою комнату. Пэл в ней практически не бывал: все больше пропадал дома, в мастерской или где-нибудь в городе, — так что тут даже кровати не было. Только запасы трав, оставленные на хранение, и стол со стулом, заваленный книгами (как, в общем, и все, где хоть иногда появлялся Пэл).       Лунетт усадил Рейна на стул, а сам открыл окно на проветривание и устроился на краю стола, бедром сдвинув книги. Давненько же он сюда не забредал… Все в пыли.       — Как щека? — поинтересовался Найт, наклоняясь так, чтобы лучше разглядеть покраснение на скуле друга. Тот смущенно прикрыл скулу ладонью.       — В порядке, — буркнул он. — А ты как?       — Тоже в порядке, — Найт заставил себя улыбнуться.       — Скам ничего тебе не сделал?       — Не успел благодаря тебе.       — Ясно.       — …Спасибо, — поблагодарил его неожиданно Рейн. Лунетт даже отнял руку от лица. — Я… сам не думал, что отреагирую… так. Но…       Рейн растерянно уставился на книгу про колдуна, лежавшую прямо перед ним поверх прочих похожих книжек. А потом вдруг собрался с мыслями и вновь поднял на Пэла глаза.       — Пэл, — немного неуверенно, будто сомневаясь, стоит ли это вообще говорить, начал он. — Я… знаю, это сейчас прозвучит абсурдно, но… Пэл, кажется… Кажется, мне нравится Зоро.       От неловкости Рейн вспыхнул, а Пэл осмысливающе моргнул.       — Я знаю, — выдал он неосознанно. Найт вспыхнул сильнее.       — О-откуда? — рискнул выяснить он.       — Да по тебе ж сразу видно, — Лунетт произнес это на полном серьезе, и смущение Найта увеличилось. Когда же эмоции немного поутихли, он продолжил:       — И… В общем… Хоть я и не помню Зоро и остальных… Ну…       — Хочешь уйти с ними? — догадался Пэл. Рейн слабо кивнул. — Но сомневаешься из-за Скама, — снова кивок.       — Думаю, если я поговорю с ним и все объясню, — заговорил Рейн, — то он сможет понять меня и отпустить. Поэтому я собираюсь поговорить с ним и…       — Не получится, — Пэл оборвал его слишком внезапно даже для себя.       На секунду в помещении, кроме пыли, осело молчание. Лунетт пытался найти подходящие слова, но те упорно сбегали. На ум приходило лишь самое ненормальное. Сказать все «Рейну» как есть. Но так, чтобы он поверил. И будь дальше, что будет.       Да. Будь, что будет.       — Не получится так, — Лунетт повторился. — Скам не тот, за кого себя выдает, не такой, как ты думаешь. И все то время, что ты был здесь, он тебя обманывал.       Столько хватит? Этого достаточно? Достаточно, чтобы нагнать на Найта подозрения? Чтобы переубедить его?       — Да не, — Рейн помахал обеими ладонями, — Скам не станет мне врать.       — Ты и правда так считаешь? — Пэл закусил губу. Недостаточно, значит… — Тогда зайди в его кабинет и открой дверь за столом.       — Зачем? — озадачился Рейн. Пэл вздохнул.       — Поймешь, как только зайдешь туда. Можешь побыть еще здесь, а мне пора доставить травы горожанам.       Лунетт вышел из своей комнаты, почти тут же прислоняясь спиной к стене и закрывая глаза. Он сказал это. Сделал тот самый толчок. Даже если Найт сейчас ему не поверил, это хотя бы заставит его задуматься об искренности Скама и той загадочной двери. Двери в «тайную комнату», вход куда для всех под запретом, потому что в ней люк, ведущий к настоящему Рейну.       — Что у тебя все-таки со щекой? — голос Окси буквально вытащил его из размышлений, в которых Лунетт погряз по уши.       — Скам пытался изнасиловать Рейна, а тот был против, — раз нести правду, то всю.       Пэл все же открыл глаза и посмотрел на Окси.       — Что такое любовь?       Вопрос эхом разнесся по безлюдному коридору.       — Кажется, я запутался, Вайл…       — Вайл и сам не знает, — ответил Верн, погодя. — Зато Вайл знает, что к щеке Пэла-чана надо приложить что-то холодное.       Его рука-оружие, уже перестроенная на обычный протез, осторожно коснулась слегка опухшего покраснения на скуле Пэла, обжигая холодом металла. В абсолютно безлюдном коридоре они смотрели друг другу в глаза под вой бури за окнами.

***

      Зак чертыхнулся, в последний момент удержавшись от пинка стены, к которой тут же прижался. От дождя его совсем с ног скосило, но он упорно держался и делал вид, что в полном порядке. Место, что он предложил проверить, оказалось пустым, а в штаб Вайл вернулся один. Они потеряли след Ло окончательно.       — Не расстраивайся так, — постарался утешить Зака Ларри. — Давай позвоним Пэлу? Он хорошо знает Вайла и может быть в курсе, куда тот уносит… своих жертв.       — Звучит максимально тупо, — Реймонд хмыкнул, — но давай попробуем. Набирай.       — Да? — Пэл ответил на удивление не сразу, а выждав большую паузу, подняв трубку в последние секунды. — Я знаю, где это может быть, — произнес он немного глухо, когда выслушал их просьбу. Похоже, он где-то в штабе и опасается, что их подслушают, стоит поторопиться.       — Это слишком далеко, — услышав предположительный пункт назначения, Ларри упал духом. — Роно очень ослаб из-за погоды, — пояснил он как можно тише, чтобы не услышали ни лишние уши, ни сам Роно, все же услышавший и рассыпавшийся в возмущениях и протестах.       — Тогда я вам помогу, — немедленно вызвался Лунетт. — Я схожу туда сейчас и проверю, а вы пока отдохните и присоединитесь, как Роно-семпай оклемается.       — Хорошо, — согласился Оота, игнорируя «Я в порядке!», прилетевшее в ухо.       Завершив звонок, Лунетт поспешил убрать Ден-ден-муши и вернуться к Вайлу. Пришлось соврать, что ему позвонил пациент, и отправить Вайла в свою комнату за забытыми лечебными травами (кстати, после всего надо бы реально навестить жителей). Сам Пэл тем временем подыскал укромный угол, чтобы уж точно не подслушали, и ответил на звонок только там, но все равно опасался.       «Ну, пора возвращаться к Окси», — собравшись с духом, Пэл вышел из-за поворота, за которым прятался. Вернон уже стоял там с мешком трав в обнимку и терпеливо ждал.       — Трудный пациент? — полюбопытствовал он, приподняв мешочек.       — Есть такое, — Лунетт выдавил улыбку и принял травы. — Спасибки! Рейн еще там? — вспомнил он.       — Не-а. Вышел, когда Вайл пришел за лекарствами.       — Ясненько.       «Надеюсь, он в порядке, — Пэл поглядел в направлении, ведущем к комнате Рейна. — Хоть бы Скам больше ничего не выкинул».       — Ну, — он повернулся к Вернону, — я побежал!       — Угу, — Верн проводил его взглядом до самого выхода, думая об услышанном разговоре по Ден-ден-муши, явно не предназначенном для его ушей.

***

      Покинув комнату Пэла, Рейн не стал возвращаться к себе, а направился сразу к Скаму. Скорее всего, тот уже у себя, и если Рейн хочет поговорить, то сделать это лучше сейчас. Потом не решится.       «Пришел», — он замер перед нужной дверью. Открыть ее — и вот он будет в кабинете Скама. Войти в правую дверь — и он в спальне, месте, где бывал чаще всего, не считая собственной комнаты. А левая дверь…       Найт поспешил выбросить ее из головы. Левая дверь находилась за столом Свита и была для него загадкой. Он никогда не задумывался, что за ней. Никогда до слов Пэла.       Напомнив себе, что он должен доверять своему парню, Найт зашел в кабинет.       Свита внутри не обнаружилось. Документы на столе шелохнулись на сквозняке, мелькнувшем из открытой форточки. Не нашлось Скама и в спальне: кровать аккуратно застелена, на тумбе сложенный шарф. Без Скама тут неуютно. Рейн впервые подумал об этом. О том, что отсюда хотелось сбежать.       «Расслабься», — велел он себе. Вот только что теперь делать?       Он убрал руки в карманы, начиная перебирать в голове варианты, как вдруг пальцы левой руки что-то нащупали. Вытащив из кармана найденную бумажку, всю покрытую надписями, Рейн осторожно, чтобы не повредить, развернул ее. И чуть не выпустил из рук. Бумажка оказалась розыскной листовкой, какие он порой видел в таверне, но не это поразило юношу. А человек, изображенный на ней. Там был он. С яркой улыбкой, в соломенной шляпе и огромной ценой за голову. Подписанный как Мугивара Монки Д. Луффи.       — Это… я? — руки дрогнули снова, но Рейн вцепился в лист сильнее. Глаза начали вчитываться в рукописные строки, изрешетившие поля и всю другую сторону листовки вдоль и поперек. Многое из написанного он уже знал: не упоминать пиратов, Роно и Сэна, обращаться за помощью к Пэлу, снять браслет, вернуть ключи Офелии… Стоп, ключи?       — «Проверь свое тело в труднодоступных местах и зайди в «тайную комнату», она в кабинете Скама, сразу за его столом. Будь осторожен. Роно», — к концу прочитанного Найт вообще растерялся.       Что здесь, блин, происходит?       «Роно тоже про ту дверь говорил, — заметил он, когда вышел из спальни, и в глаза бросилась эта чертова дверь. — Нет, — остановил себя Найт, — нельзя».       Он спешно вернулся к тексту на листовке, больше похожему на инструкцию, и вчитался еще раз. Но ничего нового. Хотя…       Рейн решил прислушаться к одному пункту и вернулся в спальню, встав перед зеркалом. Труднодоступные места, значит… Он изучил все свое тело, но ничего странного не увидел. Остались только пятки, подмышки и зона паха, но на ногах если что и было, то давно стерлось, а в последних местах точно ничего такого не имелось: он бы давно уже обнаружил. Разве что непонятные тату под левой подмышкой и членом. «Тату!» — спохватился Рейн. Он нашел их буквально на днях и сперва решил, что просто не замечал раньше, но теперь подозрительным казалось все. И потому, недолго думая, Найт бросил взор на двери, прислушавшись: вроде никого, — и сперва задрал рукав майки, а потом стянул шорты, отодвинув орган. Как и в первый раз, взору предстали нечитабельные письмена чем-то водостойким: он нашел их, будучи в душе, когда получил нагоняй от Офелии за запах, пропотев после бега. Тогда разобрать надписи не удалось, но, может, теперь…       Найт покосился на зеркало. А если?..       «Кто, блин, додумался до такого?» — всерьез поразился он, когда понял, что тату-отражение читабельно более чем. Что за дурацкая головоломка? Еще и в таких местах…       «Ладно, что там про этого Мугивару…» — Найт возобновил чтение странных строк, начинающихся с уже запомнившегося слова.       «Ты — Мугивара, Монки Д. Луффи, капитан пиратской команды мугивар», — гласила первая татуировка.       «Вы приплыли на Лолетеру и стали жертвами «Мая». Скам похитил тебя, стер память и дал новое имя», — гласила вторая.       Глаза, напрягшиеся от мелкого текста, написанного хаотично и размашисто, медленно расширились. Серьезно, что здесь происходит?..       Одевшись, Рейн выбежал в кабинет. Плевать, нельзя или можно сомневаться в своем парне, после всего этого он просто обязан попасть в эту дурацкую комнату, где никогда не был, но о которой ему все твердят. И от такого решения его не остановит даже чертов замок, ведь Рейн как-то случайно увидел, где Скам прячет ключи. К слову, не их же надо было вернуть Офелии? Вроде когда они упали в коридоре, какие-то ключи мелькали тоже.       Отперев «тайную дверь», Найт немного с опаской ступил внутрь. Ключи со звоном выпали из рук. Со всех стен помещения на него глядели его же снимки разного качества, размера, времени. Местами рядом виднелись мугивары, которых старались зарисовать или вовсе обрезать. Но больше всего здесь находилось листовок. Тех самых, розыскных листовок с ним, с улыбкой, в шляпе, но с разных ракурсов и с разными ценами.       Найт сглотнул. Рука сама потянулась к одной из вырезанных фотографий, где возле него проглядывались зеленые волосы, темные одежды и одна из катан.

***

      До вероятного местонахождения Ло Пэл добрался быстро, но войти в здание он не сумел. У самого входа зрение начало мутнеть, а желудок — скручивать морскими узлами. Изо рта и носа пошла кровь, в очередной раз напоминая о его безалаберном отношении к собственному здоровью. На сей раз он хотя бы догадался взять антидот с собой.       Достав ампулу трясущимися ладонями, Пэл пошатнулся и сам, запоздало вытянув руку к спасительной стене. Зрение ухудшается, тошнота сильнее. Кажется, ампула выскользнула из пальцев, как и мешок с травами, давно промокшими насквозь. Черт…       Антидот покатился в сторону и жалобно звякнул, когда его остановили ногой. Лунетт поднял голову, но в глазах плыло просто кошмарно. Этот цвет волос и запах медикаментов и чего-то сладкого… Черт, из всех возможных вариантов, почему это именно Вайл…

***

      Скам вошел в свою спальню, размышляя о произошедшем ранее. Рейн и правда сопротивлялся. Впервые…       — Рейн, — взнял он голову удивленно, за мыслями не сразу уловив присутствие парнишки, сидевшего на его кровати с непривычно непроницаемым лицом. — Ты пришел из-за недавнего? Я…       — Нет, — Рейн поймал его взгляд и приковал к себе. Скам не видел его таким серьезным с тех пор, как… — Лучше ответь на мой вопрос.       — Слушаю, — Свит шагнул ближе. Вопрос, о котором он не имел ни малейшего представления, заставил прирасти к полу.       — Кто такой Реймонд Рейн?       — Реймонд… Рейн? — отойдя от шока, переспросил Свит. — Откуда ты… Это…       — Не можешь ответить? — к его спутанной речи Найт отнесся вполне спокойно. Он поднялся и медленно подошел к своему парню.       — Тогда кто такой Найт Рейн?       В голове Скама загудело. Рейн стал еще на шаг ближе.       — Существовал ли он когда-нибудь?       Виски сдавило будто железом.       — И кто тогда я? — Найт показал ему листовку, подняв ее на уровне своего лица.       Листовку Мугивары.       Виски сдавило прочнее.       — Откуда это у тебя? — в какую-то долю секунды Скам оказался максимально близко, вцепившись в плечи Найта, безэмоционально глядевшего на него.       — Отвечу, когда ответишь ты.       Скам сам не понял, что и почему делал дальше. Но внезапные искры недовольства и злости в глазах его Рейна словно послужили спусковым крючком.       Потому что не его.       И совсем не Рейна.       Скам не видел его таким серьезным с тех пор, как говорил с Мугиварой в том ресторане. Даже сейчас, без памяти, этот парень все еще мог на него смотреть так. И это… возбуждает.       — Скам! — Найт в его руках начал вырываться, но Скаму было плевать. Он просто хотел обладать им здесь и сейчас, вновь показать, кому он принадлежит.       Ведь в гневе этот «Рейн» так похож на настоящего…       Поцелуи начали плавить кожу, а царапины от ногтей Найта — доставлять дополнительное удовольствие.       Зак был прав. Миллионы раз прав. Скам — псих. Абсолютный. И он стал таким из-за любви к Реймонду Рейну.       — Скам! — «Рейн» вновь попробовал освободиться, но Свит даже не слушал, целуя снова и снова, трогая руками все, что мог, подлезая под одежду. — Прекрати! — крикнул Найт резко, и Свит тотчас разжал пальцы, будто оказался обездвижен.       «Королевская воля», — определил он. Раньше ему доводилось о ней только слышать.       Пока сбитый с толку своей же волей Найт соображал, что случилось, Скам снова притянул его к себе и впился в его губы своими. К их ногам упало что-то серебристое с тихим звоном, но Скам не обратил внимания. А в следующий миг был вырублен резиновым кулаком, впечатавшим его в стену, расколовшуюся трещиной до потолка и немного осыпавшуюся на пол. Один из обломков отлетел к лицу Найта и оцарапал скулу, оставляя алую полосу.       Испуганно посмотрев на свой кулак и на поверженного Свита, он бросился прочь.

***

      Хоть Пэл и говорил им не торопиться и немного отдохнуть, Сэн и Роно пошли все равно. Сэн, конечно, был против, но разве Роно переубедишь? Как вобьет себе что-то в голову, то ничем уже не выбьешь.       — Кажется… где-то здесь, — Зак стал осматриваться, всеми силами делая вид, что с ним все хорошо, но Ларри-то знает. Этот дурак ноги едва передвигает и говорит с трудом. Когда же он пошатнулся и оперся на стену, Ларри бросился к нему. Оота поймал его как раз в тот момент, когда Зак все-таки отключился.       — Роно!       Дождь шумом ударил слух в ответ.       — Черт! Роно, очнись! Возьми мою энергию!       Понимая, что даже с энергией под ливнем Реймонд не придет в сознание, Оота подхватил его, закинул себе на плечи, накрыв сверху их обоих своим плащом, и побежал к указанному Пэлом месту. Настолько быстро, как позволял вес Реймонда.       «Роно, держись, пожалуйста. Черт, ну почему этот дождь не влияет только на меня? — думал он с досадой, взглядом выискивая нужное здание. Сейчас бы, если честно, любое здание подошло, лишь бы с крышей. — Лучше бы дождь не влиял на Роно. Тогда бы было намного проще».       Сэн бежал по скользкой и размытой вечным ливнем дороге, все больше погружаясь в мысли и потому не замечая, что капли за его спиной начали стихать.       «Почему я вообще так о нем беспокоюсь?» — выдохнул он, покосившись на Роно за плечами.       Он и правда не знает, почему волнуется об этом парне, почему так бесится от того, что тот видит в нем кого-то другого, а не его самого. Но он точно знает, что если Роно погибнет…       «Просто однажды я понял, что готов отдать за него жизнь. А потом понял, что и этого недостаточно».       Сэн сбился с шагу, замирая на полпути. Ответ Зоро на его вопрос о любви вспомнился так некстати…       Губ коснулась болезненная улыбка от обидного понимания. Черт, похоже, он нереально влип.       — Ларри… — Зак на его спине пошевелился, открывая глаза и соскальзывая вниз. — Почему мы остановились? — спросил он, как немного отошел и отпустил его шею. — Что за?.. — удивленно протянул он вдруг. — Дождь не идет надо мной? Какого?.. — он подставлял руку каплям снова и снова, но каждый раз вода будто отпружинивала, так и не касаясь его кожи. Зак обрадованно улыбнулся. — Не знаю, что это и как оно работает, но стоит этим воспользоваться!       Реймонд довольно понесся вперед, а Оота недоуменно воззрился на небо. Ливень мгновенно омыл его лицо холодным потоком.       «Нашел», — подумал Хилл, останавливаясь в нескольких метрах от Ооты вместе со своими людьми.

***

       — Вайл уже отпустил вашего доктора-чана, — сообщил Вайл Пэлу, все еще липнущему к стене, и в доказательство потряс отстегнутой цепью с пустыми наручниками на конце. Кажется, он как-то умудрился попасть сюда раньше Пэла. А впрочем, это же его место «хранения», так что ничего удивительного. — Поэтому Пэл-чан зря пришел. Еще и в таком состоянии, — Вайл нахмурился, но Лунетт не увидел. В глазах все еще плыло.       — Почему… ты нам помогаешь? — спросил он, с трудом держась на ногах. Кровь продолжала течь, мешая говорить.       — Вайл помогает не пиратам. Тебе.       — Поче…му в твоей комнате… так много моих лекарств? — вопрос был совсем не по теме, но его это всегда интересовало. Особенно теперь, когда он лично убедился, что антидота у Окси реально несметное количество. Он же… Он же не болеет тоже?..       — Потому что ты их вечно теряешь, — Окси вдруг рассмеялся, а Лунетт понял, что давно не слышал его смех. — Вот как сейчас, — Оксимирон подобрал ампулу под своим ботинком и протянул Пэлу. Взлохматив ему волосы, Оксимирон помог парнишке вколоть антидот и устроиться удобнее, отведя его в здание. Травы он взял с собой. Чтобы Пэл не сидел на холодном полу, Вернон постелил ему свою кофту, сам оставшись в футболке и бросив дождевик в ноги. Опустившись рядом, он прислонился головой к стене и посмотрел вперед. Отзвуки грозы приглушенно доносились до них, полосуя сейчас невидимый небосвод.       — Ты спрашивал о любви, — вспомнил Вернон внезапно. Лунетт повернулся в его сторону. Самочувствие все еще оставляло желать лучшего, но скоро уже полегчает. — Вайл не уверен, но, наверно, это когда ты заботишься о другом человеке, несмотря ни на что, и его благополучие для тебя на первом месте. Ты готов прийти к нему, где бы он ни был, и сделать для него, что бы он ни попросил. Будь то обычная помощь с лекарством или освобождение кого-то.       Вайл замолк, а Лунетт покрылся румянцем. То, что Окси ему сказал только что… Ему лишь показалось, или это прозвучало, как…       — Как твое самочувствие? — Оксимирон наклонился к нему. Зрение наконец восстановилось, и очертания Оксимирона обрели четкость.       — Уже лучше, спасибо, — Пэл слабо улыбнулся. И зажмурился, отвернувшись. — Окси, — он позвал Верна, как раньше, зная, что тот наверняка удивился. Но почему-то прямо сейчас захотелось обратиться к нему именно так. — Ты когда-нибудь думал о смерти?       — Что за вопросы? — с подозрением уточнил Вайл.       — Как думаешь, что после нее? — Пэл его будто не слышал. — Последнее время я все чаще думаю об этом. Ведь у меня та же болезнь, что и у мамы… Папа пытался это скрыть от меня, но я нашел его записи еще в детстве. Поэтому знаю, что однажды я…       — Пэл, — Вайл положил руку ему на плечо и развернул к себе. Лунетт улыбнулся.       — Знаешь, почему я решил тоже стать врачом? — спросил он вдруг. Не сказать, что он был именно врачом, скорее, начинающим, учеником даже. Но тем не менее. — Не из-за родителей, как все думают, не-а, — улыбка Лунетта стала печальной. — Я просто хотел успеть сделать как можно больше хороших вещей, пока жив. Спасти как можно больше жизней, раз скоро лишусь своей. Поэтому… спасибо, что…       — Пэл! — повторил Вайл настойчивей, встряхнув его уже обеими руками.       Наверно, он собирался сказать нечто важное. Но так и не сказал. Потому что снаружи послышался грохот битвы.       — …Твои друзья пришли, — озвучил Вернон очевидное и помог Пэлу подняться.       Пэл уже не видел, как Вернон с силой укусил себя за губу. Наверно, так даже к лучшему. Ведь Вернон был в шаге от признания.       Когда они выбежали на улицу, то увидели Роно и Сэна, окруженных людьми Хилла и истекающих кровью. Похоже, им обоим неплохо досталось. Хилл же стоял неподалеку, совершенно нетронутый и непоколебимый.       «Ожидаемо», — отметил Оксимирон. С этим бугаем ничего особенного не происходило даже после фрукта Итами-итами.       — Так ты все-таки жив, — проговорил Хилл, внимательно разглядывая Роно, харкающего перед ним кровью.       — А ты все-таки разговариваешь, — съязвил тот с ухмылкой, вытирая кровь с губ.       — Прекратите! — Пэл хотел броситься к ним тут же, но Вайл успел схватить его и прижать к себе, не позволяя влететь в эпицентр боя. — Вайл, пусти! Они же поубивают друг друга!       — Не поубивают, — успокоил его Вайл и указал куда-то за затылки ребят. У одного из домов стоял Трафальгар, из-за погоды кое-как державшийся, но в целом живой.       — Пространство, — изрек Трафальгар, и Зак с Ларри исчезли, а Хилл и его люди озадаченно озирнулись. Ло исчез тоже.       — Я ничего не скажу Скаму, — шепнул Окси и все же выпустил Лунетта. Тот поглядел на него с благодарностью.       Молния сверкнула над их головами, напоминая, что гроза никуда не делась и что фруктовикам здесь не место.       — Давай вернемся домой, — предложил Окси Лунетту, поправляя капюшон. — Я не смогу тут долго стоять.       — Тогда лучше ко мне в мастерскую, — возразил Пэл. — Она ближе, — и повел Верна к берегу, где располагалась его личная маленькая обитель. Верн пошел за ним, глядя на их сцепленные руки.       — …Хорошо.       Ливень лил просто ледяной, но Вайлу было тепло.

***

      — С погодой, конечно, творится что-то невообразимое, — заметила Нами, приложив ладонь ко лбу козырьком и взглянув на остров, все еще отделенный от них валуном. Этой ночью они планировали сменить позицию Санни, но после внезапного визита Луффи усомнились. Что, если капитан решит прийти снова? Что, если он их…       — Может, Луффи наконец что-нибудь вспомнит? — будто услышав ее мысли, спросил Усопп, державший какие-то склянки Чоппера, пока тот химичил некое лекарство по рецепту Пэла. Ну, у медиков свои пристрастия. Остальные тоже занимались кто чем: Зоро как всегда дремал у борта, Санджи готовил, насвистывая мелодию из камбуза, двери которого были открыты и соблазняли всех ароматными запахами; Френки ощупывал стены Санни на наличие возможных повреждений, которые мог не заметить в прошлый раз; Робин читала очередную книгу, а Брук сербал чаем.       На предположение Усоппа накама согласно промолчали, каждый надеясь именно на это.       — Глянь-ка, чего там происходит, — попросил его вдруг Френки, застывший у кормы. — На берегу суета какая-то, но отсюда за ливнем не разглядишь.       — Сейчас, — канонир повернулся к суше, отставив склянки, и, натянув свои очки, напряг зрение вкупе с волей. Тут же бросившись к борту. — Я… не знаю, что происходит, — начал он сбивчиво описывать увиденное, — но там это… Луффи убегает от Скама… И он ранен…       Деятельность на Санни остановилась.       — Этот ублюдок, — рыкнул Санджи, выбегая из камбуза и кидаясь к воде. И на миг замирая, когда мимо него в море сиганул Зоро. Аура смерти, исходившая от мечника, отравила воздух и воду.       — Вы бегите к Руффи, а я пригоню Санни ближе! — команда Френки послужила спусковым крючком. Пираты врассыпную рванули спасать своего капитана.

***

      Рейн бежал из последних сил, жалея, что даже не удосужился захватить плащ. Но хуже всего было даже не стремительно ухудшающееся самочувствие, а то, что Скам очнулся слишком быстро и теперь преследовал его. Рейн понятия не имел, куда бежать, и ломанулся к морю. Туда, где тогда пришвартовались те пираты. Никакой причины не было, они просто стали первыми, о ком он в тот момент вспомнил.       Голова начинала кружиться, а ноги — слабеть. Гром отдавал эхом в ушах, и шумел гневно дождь. Силы уже на исходе. В какой-то момент Найт уже совсем отчаялся и от слабости начал спотыкаться и тормозить, как вдруг он во что-то врезался на всей скорости, что у него осталась. Тело обдало теплом, а в легкие проник уже знакомый запах. Голова закружилась уже не от дурного самочувствия, а от осознания, что он оказался в объятиях Зоро.       Найт прижался к нему сильнее, позволяя подхватить себя и уберечь от падения. В его объятиях и правда так спокойно…       — Что случилось? — Зоро спрашивал что-то, но Рейн лишь крепче его обнимал. Настолько, что ощущал бешеное биение сердца Ророноа.       — Я не знаю, точно ли я твой капитан, — произнес Рейн наконец, зажмурившись, — но я знаю, что ты мне точно нравишься.       Ророноа под его пальцами дрогнул всем телом. На миг ослабив хватку, он обнял Найта еще сильнее, чем до этого. Словно набравшись уверенности. Тот почувствовал его сбитое дыхание на своей шее, но даже не подумал отстраниться. Почему-то рядом с этим человеком подобного желания не возникало. Ни разу, если честно. Но как же из-за этого страшно… Найт уже запутался, кому верить, так что доверится самому себе.       — Значит, поэтому ты начал избегать близости со мной, — Скам встал напротив них, выпрямившись и окинув упрекающим взором. У Рейна не было сил даже обернуться. И сил, и желания. А вот Ророноа не сводил со Свита взгляда, готовый оборонять себя и капитана в любую секунду.       Свит резко отступил назад, вцепившись в виски и забормотав что-то. Он будто выпал из реальности на мгновенье, забыв обо всем на свете, после внезапно понесся на ребят тараном. Прижав Рейна к себе сильнее, Зоро отскочил в сторону, избегая столкновения. Но совсем скоро понял, что целью Скама были совсем не они. Зоро уставился на собственную катану в руках этого психа и коснулся пустых ножен. Так он собрался…       Скам метнулся к ним, и все вопросы канули в лету. Дабы не задеть Найта, Ророноа оттолкнул его в сторону спешащих к ним накама и обнажил оставшиеся две катаны. Не совсем привычно, но выбора нет.       Со следующей же атакой Свита Ророноа осознал свою ошибку. Свит вновь нацелился совсем не на него.       Зоро вскочил перед Рейном, отбив атаку катанами. Он парировал удары снова и снова, не позволяя приблизиться к Рейну, пока взбешенный этим Свит не выбил его оружие к черту, заставив уклоняться. Несмотря на предрассудки, этот гаденыш оказался очень даже умелым мечником. Однако биться с беззащитной, но верткой жертвой мужчине быстро наскучило, и он снова переключился на Найта, едва державшегося в сознании. И Зоро, просекший это, метнулся наперерез.       В последний миг он успел закрыть Найта собой. Катана прошлась по груди, разрывая одежду и разбрызгивая кровь, но Ророноа не издал ни звука. Бросив взгляд на Рейна, он тут же угодил в его омуты. Побледневший от ужаса, тот смотрел на него с широко распахнутыми глазами.       — Зоро! — мотнув головой, Рейн бросился к Ророноа. Всего на миг, но у него возникло стойкое ощущение, что такое с ним уже было. Кто-то однажды защищал его так же, подставившивь под удар, предназначенный ему. И это был даже не Роно, хотя он тоже совершал подобное.       — Зоро, вы как?! — закричал кто-то из мугивар, но Рейн уже не слышал.       Такое с ним уже было.       Было…       Но не недавно.       А пару лет назад.       Скам сжал рубашку на груди, чувствуя, что колба надтреснулась, и с ужасом понимая: «Рейн» увидел свое первое воспоминание.       Пальцы мальчишки, коснувшиеся Зоро, задрожали, разнося дрожь по всему телу. Рейн рухнул на колени с абсолютным шоком в глазах. По щекам потекли слезы.       — Эй…с…