Ночной дождь

      — Ты монстр, — услышал Верн в свои восемь. Услышал от отца, который после ухода матери к любовнику начал пить еще сильнее, буквально спиваться. Верн ненавидел алкоголь и пьяных людей. Они монстры еще бо́льшие. Он убедился в этом, когда отец начал бить его все чаще и все больнее. Заставлял голодать, запирал в подвале, обжигал раскаленным металлом. Дурацкий кузнец-нищеброд, пропивающий последние копейки и здоровье. Наверно, мама ушла из-за его пьяных замашек причинить боль физически.       — Ты и правда монстр, — услышал он вновь от отца в свои девять. Услышал, потому что не выдержал очередного издевательства и зарезал его кухонным ножом. Отец упал, а Вернон в ужасе закрыл лицо руками. Чужая кровь размазалась по щекам. Оставаться в том доме стало бессмысленно.       «Он был прав, я монстр», — думал Вернон в свои тринадцать, сидя на улице под каким-то мостом. Эти четыре года он провел бездомным отродьем, ворующим еду и готовым убить за деньги. Пять или шесть раз он действительно убивал. Все тем же ножом. Все таким же ударом. Человеческое тело ужасно слабо перед смертью, это даже смешно.       — Эй, пацан, — перед ним возникли чьи-то ноги, но Оксимирону не хотелось поднимать голову. Эти четыре года он сосем ни с кем не говорил. — Ты же знаешь этот район? — неизвестный не отставал. Оксимирон зажмурился. Вот же пристал.       — Лучше не трогайте его, — посоветовал кто-то рядом. Судя по голосу, местный мельник. — Этот ребенок никогда ни с кем не разговаривает. Давайте лучше я помогу, я здесь живу. Что Вы, говорите, ищете?..       Неизвестный ушел вместе с мельником, и Верн все-таки взглянул на него украдкой. Одежда странная, такую в этих краях не носят… Может, обворовать? Приезжий может оказаться богатым…       «Он… тоже монстр?» — удивился мальчик, когда, все же проследив за ним и попытавшись обчистить в пивнушке, был пойман в ту же секунду мечом к шее.       — Интересный ты, малой, — мужик с ухмылкой поглядел на лезвие ножа, ответно взметнувшееся к его кадыку в то же мгновение. — Хочешь пойти со мной?       Верну не хотелось куда-либо идти. Такому монстру, как он, нигде нет места.       — Босс, ты кадришь малолеток? — вокруг них появились другие люди, все до одного странные и в необычных шмотках, хоть и неряшливых, но не чета его захудалому отрепью.       Вернон уже хотел уйти, как ему что-то налили.       — Ему хоть можно? — усомнился кто-то из этой разношерстной толпы.       — Забей, пусть пьет, — немного пьяно фыркнул другой. Вернон молча сбросил кружку с алкоголем со стола и ушел. Он все еще ненавидел алкоголь и пьяных людей.       «Он точно монстр», — убедился Оксимирон, когда в вечер того же дня застал этих людей уничтожающими город. Тот мужик был ведущим, и нетрудно понять, что он у них главный.       — Так ты все видел, — он подошел к Оксимирону, отбросив труп мельника, который этим утром сам же привел убийцу в их район. Кто ж знал, что район искали только за тем, чтобы сжечь дотла.       Мужчина поднял на него свой меч, но Верн не шелохнулся. Немного подумав, вместо побега или защиты он просто раздвинул руки в стороны и зажмурился. Может, уйти туда, за отцом, не так уж плохо?..       — Ты рехнулся? — вместо разреза напополам его стукнули рукоятью по лбу. — Убивать того, кто отдает свою жизнь с радостью, неинтересно.       Верн посмотрел ему в глаза. Неинтересно?..       — Так что, пойдешь со мной? — спросил мужик еще раз с легкой ухмылкой. — Лучше уж так, чем помирать в этой глуши.       Вернон кивнул слабо, неуверенно. Раз они оба монстры, может, что-то и получится?       — Как зовут-то тебя, малой?       Вернон подумал немного, прежде чем ответить. Он еще никогда и никому не говорил свое имя…       — Оксимирон Ве…       — Слишком длинно, будешь Окси.       — …Угу.       Подобравший его человек оказался боссом разбойничьей шайки Танкен. Вообще это была довольно странная шайка, учитывая, что ее участники разносили только родины пиратов и забирали с собой исключительно что-нибудь из пиратского дома, так сказать, в качестве трофея. Чью-то вещь, чью-то жизнь — не суть важно. Но однажды им довелось сорвать реально большой куш — дьявольский фрукт Итами-итами.       — Лови, Окси, — в свои четырнадцать Оксимирон впервые держал что-то подобное. — Мы не пираты или дозор, чтобы жрать такое, нам и без этого дерьма хорошо, — сообщил ему босс. — Если среди нас еще и фруктовик появится, цены за наши головы станут еще больше, а это очень мешает, знаешь. От ребенка такого точно ждать не будут, да и в тебе дозор угрозы не видит.       — Тогда не лучше ли его продать? — озадачился Окси. — Они ведь дорогие…       — Мы сейчас слишком разыскиваемые, чтобы лезть в куплю-продажу, — хмыкнул босс. — Дозор и взбешенные пираты будут первыми, кто придет по нашу душу, если нас сдадут. А нас сдадут, будь уверен.       Окси согласно вздохнул. За этот год их имена и правда стали на слуху.       — Но я все равно не хочу есть это, — вновь отказался он.       — Уверен? Этот фрукт позволит тебе причинять боль окружающим одним касанием и не чувствовать ее самому, — босс немного насмешливо задрал его рваную майку, обнажая худощавое тельце с многочисленными шрамами и ожогами. — Никогда в жизни не чувствовать.       Верн посмотрел на цветной фрукт в своих ладонях.       Никогда?..       — И правда не чувствую, — с сумасшедшим восторгом произнес Верн, выдергивая меч босса из своего живота. — Совсем ничего. Ничего!       — Помереть все еще хочешь, идиотина? — буркнул тот, швыряя ему в лоб какую-то тряпку. — Все тут заляпаешь сейчас. Иди промой.       Вернон побежал за водой с ненормальным смехом.       — Наверно, ей было больно, — проговорил он в свои пятнадцать, глядя на труп женщины у своих ног в горящем доме. Под столом сидела ее дочка с каким-то мелким животным, но Вернону не до них. Эта женщина расцарапала его руки от нежелания умирать, и теперь он весь заляпался кровью их обоих. — Босс был прав, убивать того, кто хочет жить, намного интереснее, — Окси с восторгом в глазах осмотрел лицо своей мертвой жертвы и направился прочь. Получится ли чем-то обработать царапины? — он думал об этом, споткнувшись о горящий стул и рухнув с легким звоном на пол: похоже, что-то еще упало. Поднявшись, Окси пошел дальше.       — Интересно, где сейчас босс?       «Они тоже монстры», — решил Верн в свои семнадцать, уплывая прочь от пылавших смертью кораблей. Случайное столкновение с чертовой властью стоило свободы и жизни всей их шайке, но босс в последний момент швырнул его в судно MARINE, позволив единственному уцелеть и спасти свои гнилые кости. Вот только из-за неспособности чувствовать боль Верн не сразу понял, что спасать уже нечего. Он практически труп, судя по количеству выблеванной крови. Мутнеющим взором Вернон смотрел на горящие вдали корабли и думал о том, что, возможно, не умереть сейчас было бы все же неплохо.       — Меня зовут Лунетт Пэл, — в свои семнадцать, которые чуть не стали последними, Вернон впервые увидел теплую и искреннюю улыбку, адресованную лишь ему. За всю недолгую жизнь ему никогда не улыбались и не заботились о его ранах. И уж точно никогда не беспокоились о его самочувствии.       Точно, нужно тоже назвать свое имя…       Он сначала хотел по привычке представиться насквозь пропитанным кровью «Окси», как нарекли его в Танкен, но отчего-то не смог. И с его губ впервые за целую жизнь сорвалось настоящее имя.       А в свои двадцать два он снова взял прозвище для монстра внутри себя. Вайл. Такое же скользкое и противное, как его нутро.

[ Включите трек 1 ]

      «Но ты все-таки тоже монстр», — думал Верн в свои двадцать четыре с чистой ненавистью, держа за грудки Скама, которого только что догнал. Он действительно ненавидел алкоголь и пьяных людей. Ведь они монстры еще бо́льшие. Ублюдок Скам без алкоголя не пропускал и дня.       — Малыш Вайл решил тоже меня бросить? — ухмыльнулся нахально Свит. Верна передернуло от отвращения. Ради Пэла он прятал своего монстра куда подальше, но теперь, ради Пэла, достанет его вновь.       Хилл схватил Оксимирона за плечо и оттащил от Свита. Оксимирон молча врезал ему, получая в ответ. Оба парня сцепились в битве, больше похожей на обычную драку подростков. Усмехнувшись внезапной развязке, Свит вальяжно ушел. А Окси вцепился в горло Хилла почти намертво. Глаза горели безумием. Ради Пэла он прятал своего монстра куда подальше, но теперь, ради Пэла, достанет его вновь.       Вот только он совсем забыл, что монстр — это он сам.

***

      Сид как раз вводил Луффи антидот, когда Зак вдруг рванул к выходу.       — Чего это с ним? — Луффи любопытной совой обернулся вслед на все сто восемьдесят градусов.       — Ларри увидел, — улыбнулся Зоро, стоявший у стены подле Монки и не сводивший с него нежного взгляда. Цвет кожи капитана наконец стал нормальным, что не могло не радовать.       — Где ты был?! — рявкнул взволнованный Зак где-то в прихожей. — Не пропадай больше так, идиот!       Ушей невольных слушателей достиг шелест одежды. Что бы там ни происходило, но складывалось все точно приемлемо.       — Зак, мы должны поторопиться! — Ларри, казалось, был еще более взвинчен, чем Реймонд. — Вайл только что сбежал куда-то! И выглядел он, как безумец! Я боюсь, что он кого-нибудь…       — Сейчас найду его, — Сид и мугивары выглянули в дверной проем и увидели, как Реймонд ободряюще хлопнул Ооту по плечу и быстро приобнял. — Ох ты ж, — выпалил он, кидаясь к выходу.       — Что случилось? — настороженно спросил доктор Лунетт.       — Хилл и Вернон дерутся! — бросил Зак, растворяясь за порогом. Миг — и остальные исчезли следом.

***

      — Ты даже не представляешь, чему помешал сейчас, — с неким злорадством произнес Оксимирон, отбиваясь от секиры Хилла и целясь в него ножом. Тем самым, из родного «дома», которым совершил свое первое убийство и все последующие. Спасибо Заку, что так мило сохранил его.       — Убийству босса, — немногословно ответил Хилл на его упрек. Оксимирон рассмеялся в голос.       — О нет, Хилл-чан, — змееныш «Вайл» включился снова, неосознанно. — Ты помешал долгой и счастливой жизни Пэла.       — Разве босс не источник антидота? — этот болван серьезно. Глупый-глупый, ничего не понимающий качок Хилл. Да Верн уже и сам не понимал ровным счетом ничего, если честно. Ничего, кроме того, что без уебка Скама мир станет чище на одного монстра.       — Твой обожаемый босс собирается сделать из Пэла нового «Рейна», — оскалился Верн. И снова громко рассмеялся, когда увидел на это взгляд, полный неверия.       Еще бы.       Этот песик слишком верный. Продался за какое-то стертое воспоминание об убийстве. Окси тогда надо стереть целую жизнь.       — Эй, вы двое! — к ним уже на всей скорости несся Зак. Еще один глупый ребенок. — А ну прекрати… — Зак изумленно замолк, во все глаза уставившись на доктора Сида, вдруг обогнавшего его и невозмутимо отвесившего по подзатыльнику обоим драчунам.       — Вы дети, что ли? — недовольно изрек он, складывая руки на груди. — Вернон, в дом.       — Вы сами только что сказали, что я не ребенок, — насупился Вернон. Сид указал пальцем на дверь.       — Живо.       Поглядев на доктора с обидой, Оксимирон бросил злобный взор на Хилла и равнодушный — на Зака с его цветастой компашкой. После чего немного пристыженно зашаркал к зданию, за семь лет скитаний действительно ставшему ему домом. Не таким, какой был когда-то, в детстве, а настоящим. И за эти годы Оксимирон понял, что Пэл и Сид — та самая семья, которой ему так не хватало. Тоже настоящая. И Скам так просто хочет ее отнять…       Оставаться с ними в одной комнате Верн не захотел и вернулся в спальню Пэла, сейчас пустующую. Зак, слегка потоптавшись на месте, пошел за ним.       Услышав его шаги и скрип открывающейся двери, Верн скривился, но гнать не стал. В конце концов, находиться в пустой спальне Пэла с кем-то гораздо проще и менее болезненно, чем самому.       — Офелия и правда мертва? — спросил он в первую очередь, когда Реймонд сел в кресло у кровати и поглядел ему в спину. Окси увидел это в окне, перед которым стоял.       — Да, — произнес тот, чуть помедлив.       — Ясно. Этот глупый ребенок все же погиб, — Окси глухо усмехнулся. — Пэл будет расстроен. Наверняка закатит истерику и побежит искать тело.       — Ты ведь будешь рядом с ним в этот момент? — взгляд Реймонда стал еще ощутимее.       — Разумеется.       — Тогда я спокоен.       В комнату Пэла ненадолго впорхнула тишина.       — Могу я попросить тебя кое о чем? — Реймонд заговорил первым. Оксимирон промолчал. — Под штабом остались клетки с жителями… Можешь их выпустить? Офелии… больше нет, а я туда не попаду…       — Это я напал на Лолетеру девять лет назад.       Тишина поглотила их слова. Из-за этого звон ножа, полетевшего к ногам Зака, показался почти оглушающим.       — Узнаешь это? — Верн обернулся. — Не знаю, где ты нашел его, но это мое. Я потерял его девять лет назад в каком-то доме. Было странно потерять вещь, которой убивал всю жизнь.       — …Зачем ты мне все это говоришь? — явно еще не все осознавая, пробормотал Зак.       — Ты спрашивал, признаюсь ли я Пэлу, — напомнил тот. И показательно указал взором на нож между ними. — Думаешь, я могу?       — Так ты все знал? — Зак подскочил к нему и схватил за воротник. Судя по гневу в глазах, до него наконец дошло. — И ты знал, кто мы? Кто все эти жители и через что прошли? Знал все это время?..       — Предполагал. Но когда нашел этот нож у Пэла…       Руки Реймонда, впившиеся в его одежду, затряслись и разжались.       — Прости.       Вернону стало неудобно. Он впервые извинялся перед кем-то, кроме Лунеттов, и не знал, как себя вести. Такому его не учили — просить прощения.       Ладони Реймонда опали, а сам он отвернулся. А после вовсе вышел из комнаты.       Взглянув еще раз на нож, так и оставшийся на полу, Вернон вышел тоже. И тут же встретился в коридоре с Сидом. Мельком глянув ему за спину, в сторону лазарета, где сейчас лежал Пэл, Верн вперился себе под ноги. Фрукт Итами-итами предполагал, что больше он никогда не ощутит боли. Жаль, это не распространялось на душевную. Он бы тогда съел все существующие.       — Поссорились? — уточнил Сид, проследив его взгляд. — Зак только что зашел к Пэлу.       Оксимирон усмехнулся.       — Можно и так сказать.       И, поколебавшись с секунду, добавил:       — Я признался ему, что напал на ваш остров в прошлом. Вы ведь тоже это поняли, когда нашли ту листовку со мной?       Лунетт потер затылок.       — Я уже говорил тебе: мне все равно, кто ты, пока не вредишь Пэлу, — сказал он с легкой улыбкой. — Своего мнения я не изменил. Но как отреагировал Зак?       — Ушел к Пэлу, как видите, — выдавил улыбку и Верн. Почти сразу стирая ее. — Пэл и правда умрет?       Сид не ответил, но это молчание было самым понятным из всех. И оно убивало.       Вернон думал об этом, сидя на крыльце и глядя на осторожный дождь.       — Как ты? — рядом опустился Зоро, но Вернон не шелохнулся.       — Сойдет, — разрывает на части. — Прости, — вырвалось вдруг. Будто его прорвало извиниться за все грехи, за какие возможно. — За выходку с рукой и глазом Луффи.       Зоро ухмыльнулся.       — Ты за руку тоже прости. Твою, — и кивнул на протез. Верн растянулся в ответной ухмылке. Пошути кто так над ним про Пэла, он бы прирезал на месте.       — У меня теперь рука покруче той, — хмыкнул он, переключая металлическую ладонь на пушку пистолета. Ророноа тихо посмеялся, и Окси тоже выдавил смешок.       — Пэл не умрет и не станет «Рейном», — изрек Ророноа внезапно, задрав голову к дождливому небу. — Мы с накама не допустим.       Верну, который только что смеялся, захотелось плакать. Навзрыд, как ребенок, каким он никогда не был. Но слезы помогают добиться желаемого только детям.

***

      Зак сосредоточенно улучшал состояние Пэла, делясь с ним энергией, заодно проверяя работоспособность фрукта после пришитых заново рук и убегая от лишних мыслей о прошлом, о котором ему так бесцеремонно напомнил Верн.       — Вао! — рядом тут же материализовался Луффи с неуемным восторгом в глазах. — Как ты это делаешь?! Круто!       — А, ты ведь впервые видишь мои способности, — немного смущенно протянул Зак. К сожалению, сколько бы энергии он Пэлу ни отдавал, тот не просыпался.       Тишина, повисшая между ними, нисколько не напрягала. Напротив, она показалась какой-то уютной и мягкой.       — Почему ты… — но Реймонд ее все же нарушил. — Почему ты стал пиратом?       Он поднял голову, и их взгляды встретились.       — Чтобы стать королем пиратов! — не раздумывая даже долю секунды, радостно сообщил Монки.       — Зачем? — Реймонд удивленно моргнул. Звучало, как то, что мог ответить его отец.       — Чтобы быть свободным, конечно же! И отправляться в приключения! Это же круто!       — Так ты хочешь найти Ван Пис из-за такой забавной цели, — Зак почему-то рассмеялся. Облегченно. Некстати вспомнились слова из далекого прошлого о том, что хороших пиратов не существует. Но вот же они — один сидит перед ним, другой ждет снаружи, а остальные рассыпались по всему Лолетеру, чтобы одолеть «Мая». Для них. Для жителей острова, которые и сказали эту глупость про несуществующее добро под флагом с черепом.       — Эй! Ты смеешься надо мной? Я стану королем пиратов, вот увидишь! Да не смейся ты!       Зоро, вошедший к ним, тоже хихикнул, и Зак ощутил неимоверное тепло.       — Теперь и ты смеешься? — Луффи погнался за своим парнем по всему дому, усердно делая вид, что, вообще-то, обижается. Когда же он, вдоволь набегавшись, вернулся в лазарет с удовлетворенной миной победителя и сел на пол напротив Зака, то заявил:       — Но знаешь, порой мне кажется, что свой личный Ван Пис я уже нашел.       Реймонд с интересом поднял на него взгляд.       — И что же это?       Луффи звонко рассмеялся, приятно щекоча слух Зоро и заставляя закатить глаза Верна.       — Мои накама!

***

      — Мне надоело их пинать, — стонал Винсмок, которому то и дело приходилось раскидывать врагов. Найти кого-либо ценного вроде Скама, Верна, Хилла или хотя бы таинственного Ила не удалось, и теперь ему и Нами оставалось довольствоваться мелкими сошками. Впрочем, не то чтобы Нами была против, очень даже за. А вот то, что из-за этого мусора они были вынуждены разделиться с накама в спешке и неравномерно для фруктовиков, ее расстроило.       — Надеюсь, остальные в безопасности, — вздохнула Нами и опалила несчастных «Мая» молнией из облачка, вызванного климатактом.       — Нами-суан! — Винсмок внезапно бросился к ней. Когда девушка успела хоть что-то понять, Санджи уже стоял перед ней, проткнутый мечом в скрещенные руки, которыми закрылся.       — Не Сэн, — разочарованно произнес Ил и с силой вытянул меч из запястий кока.       — Санджи! — Нами с ужасом бросилась к нему, но Санджи выставил перед ней окровавленную руку. Негоже представать в таком виде перед меллорин, черт.       — Не волнуйтесь, Нами-суан, я с ним разберусь.       С расположением дел Нами была не согласна, но спорить не стала. Все-таки это же Санджи.       — Тогда я займусь остальными, — решительно заявила она, разворачиваясь к шестеркам «Мая». Климатакт многообещающе засветился. Винсмок хмыкнул, понимая, что с Илом лучше бы поторопиться: оставлять прекрасную меллорин наедине с этими мужланами в его планы не входило.       — Ну, что ж, приступим, — ухмыльнулся он охотнику. И рванул в их бой первым.

***

      — Да где же этот чертов Скам? — сокрушался Френки, когда за необычайно долгие двадцать минут блуждания по острову им с Робин и Чоппером так никто и не встретился. Даже из жителей.       — Мне не нравится, что здесь никого нет, — насторожился Чоппер. — Это ведь та самая площадь, где состоялась «казнь» Луффи?       — Похоже на то, — протянула Робин, уже осматривавшая какой-то валун у эшафота. Когда Робин к нему прикоснулась, валун пошатнулся. — Френки, можешь его подвинуть? — попросила она Катти.       — Пожалуйста, — тот с готовностью разнес валун к чертям.       — Френки, это не «подвинуть», — выпал в осадок Тони Тони, а Нико уже вовсю разглядывала подозрительную плитку, скрывавшуюся за этим камнем и явственно отличавшуюся от остальных.       — Она поднимается, — догадалась Нико.       — Мне поднять? — Катти тут же оказался рядом.       — Не стоит, — Робин улыбнулась. — Тут какой-то механизм.       — Думаешь, внизу что-то есть? — Тони Тони шагнул к плитке с сомнением.       — Какой-то тайный ход или типа того? — Флам вдумчиво почесал затылок. — Если это еще один вход в штаб «Мая», то круто!       — Сейчас посмотрим, — Робин внимательно изучила поверхность и нашла небольшую выемку странной формы. — Чоппер, — обратилась она к олененку, — поставь-ка сюда копыто.       Чоппер пугливо поджал ушки, но все же выполнил просьбу. Плита с грохотом сдвинулась.       — Вот теперь можешь толкнуть ее, — разрешила Нико Фламу. Киборг с воодушевлением пнул кусок камня, закрывавший от них что-то неизвестное внизу.       — Это… — Чоппер уселся на землю.       — Гроб, — выдохнула Нико удивленно.       — В таком-то месте? — нахмурился Френки. — Площадь на костях?       — Р-Робин, не открывай его! — взмолился Тони Тони, но крышка, даже не приколоченная, уже отъехала в сторону, стукнувшись о край ямы, в которой этот гроб и находился. На них смотрела голова мертвого рыжеволосого мужчины, отделенная от тела, лежавшего там же. Мужчины в годах, внешне очень похожего на Ила, которого ни Френки, ни Робин, ни Чопперу еще не довелось встретить лично.       — Думаю, это его казнили как «Мугивару», — проговорила Робин жестокую вещь, касаясь обрубленной шеи. — Люди сказали, он был рыжим. И это след от гильотины.       — Какой кошмар, — Чоппер закрылся копытцами. — Так распорядиться чужой жизнью… В «Мая» жизни совсем не ценят?       — Забавно слышать такое от пирата, — съязвил кто-то сзади, и ребята обернулись. В центре площади стоял какой-то тип с винтовкой на плече. — Так вы и есть мугивары? — дуло снятой винтовки направилось на них.       — А Вы — из «Мая»? — уточнил Френки с предвкушением.       — Как видишь, — незнакомец начал пальбу. Чоппер и Робин оказались закрыты металлическим телом Катти.       — Идите дальше, — велел он, — тут я сам справлюсь.       — Пожалуй, мы все же задержимся, — с улыбкой возразила Робин. И, став с Чоппером спина к спине, уставилась на окруживших площадь шестерок «Мая».       — Вот и выползли, — Катти довольно оскалился.       Еще один бой начался.

***

      — Усопп-сан, почему мы пришли в это место? — Усопп и Брук тем временем находились перед мастерской Пэла.             — Сам не знаю, — честно сказал Усопп. Он и правда не знал: ноги будто бы сами привели его сюда. — Но давай зайдем, что ли, раз уж мы здесь?       Брук против не оказался, и они вошли внутрь. Пожалев об этом сразу же: у стола, заваленного книгами о ведьмах и травах, а также пучками засушенной целебной зелени, стоял Хилл с фотографией семьи Лунеттов в руках. Задумавшийся и изучавший улыбку Ханы, точно такую же, как у ее сына, он настолько ушел в себя, что даже не заметил присутствия посторонних. Пока те не шагнули обратно за порог. Хилл мгновенно сменил приоритеты и, отложив фото, бросился за ними.       — Твою налево, я на это не подписывался! — взвизгнул Усопп, когда уже хорошо ему знакомая секира чуть его не располовинила.       — Кажется, он не видит во мне противника, — расстроенно заметил Брук тот факт, что Хилл преследовал только канонира и целился лишь в него. — То, что я умер, не значит, что меня можно игнорировать, — пробормотал он немного обиженно, и в охотника полетела катана. Не ожидавший нападения со спины, Хилл обернулся и с сомнением уставился на скелет. — Вы меня смущаете, — заявил Соул Кинг, кокетливо сверкнув глазницами. Хилл обалдел окончательно. И этого стало достаточно для меткой рогатки Усоппа.       — Чем они занимаются? — Ло, пошедший в город в одиночку, без команды, слегка раздраженно глядел на весьма любопытную стычку двух мугивар и одного разбойника. Он решил заглянуть в мастерскую Пэла, чтобы узнать больше об изобретенных этим мальчишкой травяных зельях и придумать заодно, как помочь ему справиться с болезнью. Встретить здесь кого-то из соломенных он точно не ожидал. А ощутить за своей спиной Скама — тем более.       — Ты, — процедил Ло с долей ненависти. Они не встречались раньше лицом к лицу, но Ло заранее от него воротило.       — Не сказал бы, что мы знакомы, — вскинул бровь Скам. — Но раз ты так не рад меня видеть, значит, ты на стороне Зака или Мугивары.       — Обоих.       — Паршиво.       «Нужно увести его от Усоппа-я и Брука-я», — думал Трафальгар, обнажая нодати и шагая полубоком, так, чтобы Свит оказался к накама Монки спиной. Получилось. Трафальгар попятился, и Свит, доставший из ножен потертый меч, последовал за ним. Подозрительно легко последовал. Как будто знал, что его попросту выманивают прочь. В конце концов, он шизанутый, а не тупой или слепой.       — Не знаю, кто ты и зачем здесь, — изрек Скам, медленно приближаясь, — но ты мешаешь.       Миг — Скам уже перед ним. Последнее, что Ло запомнил, это острую боль в животе, окровавленное лезвие и мелькнувший шприц. Игла под кожей, удар по затылку, тьма.

***

      — Тут мы разделимся, — сообщил Зак Луффи, когда они, закончив с антидотами и прочим лечением, все вместе вышли из дома Лунеттов в полной боевой готовности. — Если пойдем искать Скама всей кучей, нарвемся на ненужные бои с его подчиненными. Лучше подобраться к нему со всех сторон и окружить, так у него не получится сбежать.       — Хорошо, — Луффи сверкнул довольной лыбой. — Тогда встретимся там, — он ткнул пальцем в сторону штаба «Мая». Воля наблюдения шептала, что Скам сейчас именно там: видно, в мастерской Пэла, куда он направлялся до этого, ему не понравилось.       — Я пойду один, — сразу обозначил свою позицию Вернон. — Не в моих правилах сотрудничать с пиратами.       — А помощь бывшего охотника примешь? — усмехнувшись, спросил Ларри. И, пока Вернон не успел возразить, коснулся его плеча с сосредоточенным лицом.       — Что ты делаешь? — от чужого касания Оксимирон дернулся.       — Маленький презент, — уклончиво объяснил Ларри. Зак с ухмылкой указал на что-то над головой Оксимирона. Посмотрев вверх, тот понял, что дождь прекратил лить над ним. Точно так же, как это было с Заком и Луффи, стоявшими под небом уже несколько минут даже без дождевиков и все равно совершенно сухими. Вновь встретившись с Заком взглядом, Окси тут же отвел его.       — …Если найду ваши клетки, всех выпущу, — глухо буркнул он.       Реймонд улыбнулся.       — Спасибо.       — Так и не скажешь, что они вроде как враждуют, — заметил Зоро, когда все наконец разбежались в разные стороны. Оота ушел с Реймондом, Оксимирон — один, как и хотел, а доктор Сид остался с сыном.       — Думаю, Зак уже простил его, — произнес Луффи слегка рассеянно.       — Ты как? — Зоро всмотрелся в его лицо. Лу поспешил улыбнуться.       — Отлично! Готов навалять Скаму хоть щас!       — Даже не думай, что я его к тебе подпущу, — оскалился чуть насмешливо Ророноа.       — Эй! А как мне его бить тогда? — возмутился Монки.       — Никак. Сам побью.       — Я тоже хочу!       — Вот от ломки избавишься, тогда поговорим.       — Да нет у меня ничего!       — У тебя кровь из носа капает, — скептично заметил Ророноа.       — Где? — Монки провел пальцем под носом, но все оказалось чисто. Под смех Зоро он понял, что его нагло надули. — Зоро! Ну, я тебе сейчас устрою!       — Если догонишь!       — Стоять!       Вернон, слышавший их хохот и крики даже на расстоянии, в который раз закатил глаза. И немного ускорился. Пора побыть монстром снова. Ради Пэла.

***

      Кое-как вдвоем вырубив Хилла, Усопп и Брук поторопились к своим: где-то рядом разбушевался климатакт Нами, а значит, ребятам могла понадобиться помощь. Как оказалось, они были правы и успели как раз вовремя: их накама попали в окружение и медленно проигрывали количеству. Еще и у Санджи руки по локоть в крови…       — Нами-сан, Санджи-сан, держитесь! — Брук налетел на обидчика Нами, уже замахнувшегося для атаки.       — Скелет?!       — Серьезно?!       Со всех сторон посыпалось удивление, а Усопп побежал к Санджи с рогаткой наготове.       — Да уж, Чопперу это лучше не видеть, — прокомментировал он руки кока, становясь спиной к его спине. — Сколько их тут?       — Человек двадцать, не больше, — с легкой одышкой выдохнул Винсмок, уже порядком вымотанный столь неравными условиями.       — Тебе бы руки обработать, — со скепсисом заметил канонир.       — Забей, — отмахнулся кок.       — Ладно.       Сражение возобновилось.

***

      Найти Скама для Луффи оказалось проще простого: надо было всего-то войти в его кабинет. С одной стороны, наверное, даже к лучшему, что первыми с ним столкнулись именно они с Зоро, но с другой, настораживало, что добрались сюда только они. Учитывая жажду его смерти Зака и Верна…       — Уже соскучился? — Скам поглядел на них с бесящим выражением лица. Настолько бесящим, что по нему захотелось проехаться кулаком, а лучше двумя.       — Что-то типа того, — ответил Луффи с широкой улыбкой. — Умрешь разочек?       — Не думал, что ты способен желать кому-то смерти, — Свит сделал вид, что удивился.       — Я тоже, — а вот Монки, напротив, стал серьезнее. — Мне впервые так сильно хочется лично убить кого-то.       — Так вы здесь только вдвоем, — произнес Свит внезапно. И в секунду оказался перед Монки. Ророноа наставил на него катану, но оказался блокирован мечом. — А вот я по тебе и правда скучал, — продолжил Скам как ни в чем не бывало. — Я даже всерьез начал верить, что ты — мой дорогой Рейн. Но мой Рейн не умел ненавидеть, — Свит провел по щеке Луффи свободной рукой, неотрывно глядя в его глаза, полные отвращения, и парируя уже вторую катану Зоро. — Даже узнав о моих истинных чувствах, он не смог меня возненавидеть. Пусть и очень хотел. А ты смог, — пальцы мужчины замерли на губах Мугивары. Тот не задумываясь их укусил. Свит убрал руку с тихим смешком. — Черт. Даже твоя ненависть так прекрасна.       Скам нырнул под катаны, ускользая от них, и отшагнул от пиратов.       — Но сейчас мне, увы, некогда предаваться нашим совместным воспоминаниям, Луффи. Поделись ими со своим новым парнем, — сказав это, Скам резко бросился к выходу и, швырнув что-то к ногам ребят, захлопнул двери. Как только он отбежал от кабинета, внутри раздался взрыв.       Сейчас ему и правда не до этих надоедливых мальчишек. Воля наконец вернулась. И он наконец видит Пэла.

***

      Ло открыл глаза в темноте. Первое, что он почувствовал, — это тошнотворную смесь запахов чего-то цветочного и разлагающегося трупа. Второе — что он связан по рукам и ногам. Повезло, что всего лишь веревкой: похоже, тот, кто его схватил, не знал, что имел дело с фруктовиком, или же по какой-то причине не посчитал нужным использовать кайросеки.       Кое-как достав нодати и разрезав веревки, Ло поднялся и вслепую зашарил руками по стене. Пройдя почти все помещение по кругу (насколько он мог сориентироваться в темноте), Трафальгар наконец нащупал выключатель и зажег свет. Пару секунд привыкания и режущей боли — и он все же смог оглядеться.       Он был в небольшом помещении, где из мебели стоял только гроб. Прямо в центре, открытый, весь уложенный цветами. Подойдя к нему, Трафальгар понял, от чего именно исходил трупный запах гниения. От рвотных позывов его спасла только многолетняя врачебная выдержка. Вот только кто это? Почему он здесь? И почему Трафальгар здесь тоже? Он должен быть следующим в гробу, или что? Последнее, что удавалось вспомнить, — это что он плыл куда-то с острова Кабуя, чтобы… что? Причина того плавания напрочь вылетела из головы, хотя, по логике, не должна была. Где вообще его команда и корабль? И что это за подозрительное место?       От мыслей хирурга отвлекли резкий грохот наверху и дрожание пола. Потолок начал сыпаться, а со взрывом лампочки вообще обвалился. В момент, когда Ло поднял голову, на него падал…       — Мугивара-я? Ты тоже здесь? — Ло приподнялся на локтях, уставившись на неизвестно откуда свалившегося на него Луффи, кашлявшего от пыли и дыма, ввалившегося следом за ним. — Что происходит? — вопросил недоуменно Трафальгар, когда, не отставая от Луффи, к ним скатился Зоро. Мышечная масса и воткнутая в пол катана сыграли с мечником злую шутку, и Зоро провалился еще на этаж ниже.       — Позже объясню, Траффи, сейчас надо торопиться! — Монки поднялся и потянул его за руку. — Скам подорвал нас с Зоро и ушел к Лунеттам! Он знает, где Пэл!       Трафальгар вцепился в виски, а Монки подбежал к дыре, проделанной Ророноа.       — Ты там живой?       — Ага, — Ророноа отряхнулся от мелких камней и осмотрелся. — Слушай, вы не об этих клетках говорили? — спросил он вдруг, тыча куда-то пальцем. Монки сиганул вниз.       — Дедуль, тетушка! — и тут же прилип к решеткам. — Зоро, давай их выпустим!       — Понял.       Ло сполз на пол окончательно. Мозги сдавило, а сердце екнуло. Как? Как он посмел забыть столь важную информацию?       «Скам тот еще говнюк», — ухмыльнулся Ло. Скотина Скам забрал вместе с его кровью сам факт того, что Трафальгар плыл на Лолетеру, чтобы спасти Луффи. Повезло, что он смог все вспомнить, всего лишь увидев этого взбалмошного мальчишку… Или это способности Скама стали слабее? Наверно, удерживать столько чужой памяти сразу — та еще перспективка.       — Траффи, чего завис? — голос Монки вновь всколыхнул что-то в сердце. Не тратя больше ни мгновенья, Трафальгар спрыгнул к ним и обнажил нодати.

***

      Бой Санджи, Нами, Брука и Усоппа подошел к своему завершению. Враг наконец был повержен, причем абсолютно случайно: Френки, сражавшийся где-то рядом, поджарил «Мая» своим лазером одновременно с молниями Нами. Обугленная винтовка его противника рухнула с кучи поверженных тел.       — Вот это да, — присвистнул Усопп, подошедший к бездыханным охотникам. — Френки, да ты у нас прям оружие массового поражения.       — Это же круто, — неловко посмеялся тот.       — Ты же кок, Санджи! Ты должен бережнее относиться к своим рукам! — взвинчено крикнула Нами, уже летевшая к Винсмоку вместе с Чоппером и аптечкой. Спровадив маленького медика проверить раны Усоппа и Брука, Нами буквально впечатала Винсмока в землю, сдавив его плечи. — Какого черта ты тогда меня закрыл?! Я могла увернуться!       — Я не мог позволить Вас ранить, Нами-суан, — усмехнулся тот, прикрывая глаза.       — Я же не совсем беспомощная!       — Я знаю, Нами-суан.       — Тогда почему?!       — Потому что люблю Вас.       Санджи моргнул, сам не сразу поняв, что сказал. Что признался.       Бинт, недовязанный, покатился вниз.       — Это взаимно, — бросила Робин, проходившая мимо с заботливой улыбкой матери, и Винсмок с Нами залились краской.       — Так, а теперь идем к Руффи! — громко заявил Флам, и Нико невольно хихикнула.       Возможно, однажды и она сможет признаться. Но пока что не время и не место.       Нико забыла об этом в тот же момент, когда Ил, шатаясь, поднялся и набросился на нее, но ранил Френки. В спину. В его единственную наружную часть тела, оставшуюся человеческой. Просто потому что этот дурак вдруг решил закрыть ее собой.       Сердце Робин пропустило все удары сразу, когда ее любимый человек рухнул на землю из-за нее.       — Френки!

***

      — Па… папа…       Сид уронил склянку с обезболивающим, когда понял, что Пэл очнулся.       — Да, я здесь, — он опрометью бросился к сыну, помогая сесть. Неужели способности Зака все-таки возымели какой-то эффект? Сколько же энергии он влил в Пэла, что тот аж пришел в себя? — Как ты себя чувствуешь? Не тошнит? Голова не кружится? Хочешь пить?       — Воды, — согласно прохрипел Пэл. Сид потянулся за графином. — А где Окси?       Пальцы, обхватившие горлышко графина, на миг застыли.       — Скоро вернется, — как можно более беззаботно ответил доктор, подавая сыну воду и придерживая дно, пока он пьет. — Что-нибудь еще хочешь?       — На улицу.       — Но ты только что…       — Я буду во дворе, хочу на свежий воздух, — Пэл попытался улыбнуться. Вышло неубедительно.       — …Хорошо, — но доктор Лунетт сдался все равно. Как обычно. — Только не уходи далеко. И возьми с собой это на всякий случай, — он протянул две разные ампулы.       — Спа… Пап, этот не закончен, — Пэл вернул одну из ампул.       — Она и не для тебя, — улыбнулся Сид. — Введи его Скаму, если… если что-то случится, — неопределенно закончил он.       Пэл неуверенно глянул на ампулу в своей руке. Определенно, это наркотик, еще не доведенный до антидота. Зачем отцу говорить вколоть Скаму такое?       — Будь осторожен и не сиди там долго, уже ночь все-таки и похолодало, — доктор Лунетт взлохматил сыну волосы и отпустил. Как только тот шагнул за порог, он взялся за Ден-ден-муши. Сид не умеет сражаться, и если что-то случится…       — Вернон, — трубку взяли мгновенно, — Пэл очнулся.       Пэл медленно вышел за пределы двора и опустился в траву у калитки. Холодный воздух безжалостно терзал легкие и кружил голову. Наверно, не следовало сразу бежать на улицу…       — Тебе плохо? — в пределы обзора парнишки попали чьи-то ботинки, и он поднял голову. Губ коснулась нерешительная улыбка.       — А, это Вы, босс.

***

      Вернон сбросил звонок и посмотрел перед собой. Интуиция и правда не подвела. Жуткое нежелание покидать Пэла одолело его с той самой секунды, когда он, как и пираты с Заком и Ларри, отправился на поиски Скама. Как оказалось, не зря. Едва он начал возвращаться, тут же наткнулся на крысу.       — Не говори мне, что ошивался у дома Лунеттов просто так, — с ехидством обратился он к Хиллу. Побитый кем-то — мугиварами, видимо, — но не сдавшийся. Все еще ищет Пэла по приказу своего «босса»?       — Не твое дело, — безразлично проговорил Хилл.       — Ты ведь пришел за Пэлом? — Хилл не ответил, но Верн знал: о вещах, касающихся этого ребенка, этот бугай врать не станет. И однозначное «да» Верн прочитал в его глазах. — Что именно приказал тебе Скам? Убить Пэла? — Хилл взглянул на него с возмущением. — Значит, просто поймать и привести?       — …Босс ничего ему не сделает, — тихо произнес Хилл. Верн чуть не рассмеялся в голос.       — Ты действительно в это веришь?       Хилл схватил Окси за горло.       — Я верю боссу, — заявил он. — И если он попросил привести Пэла, значит, это важно. А если ты продолжишь мне мешать, я убью тебя, — секира в другой руке мужчины замерла в сантиметре от шеи Оксимирона.       — Попробуй, — протез-рука Оксимирона взметнулась ко лбу Хилла.       Выстрел. И одной из угроз уже нет.       Вернон молча смотрел на труп накама с простреленной головой и вытекающими мозгами.       — Это к лучшему, Хилл. Убийце матери этого мальчика не стоит находиться рядом с ним.       Смахнув с протеза капли крови, попавшие также и на лицо, Вернон побежал дальше.       …Он действительно монстр.

***

      Пэл и Скам сидели в мокрой траве под ливнем плечом к плечу и молчали.       — Каждый раз, выходя из комы, чувствую себя так странно, — пробормотал Пэл с легкой иронией. — Будто проспал полжизни и теперь ничего не понимаешь.       — Понятно, — Скам улыбнулся краем губ. — Думаю, я понимаю, о чем ты. Я чувствую себя похоже, когда отхожу от… — он прервался. Шелест дождя заполнил собой все вокруг. — Знаешь, — Свит все же возобновил их нерешительную беседу. — Твой отец разрешил вступить тебе в «Мая» только при одном условии. И из нашей с ним дружбы я соблюдал это условие до сих пор.       — Что за условие? — в глазах Лунетта вспыхнул интерес. — Ничего об этом не слышал.       — Ну, оно и не удивительно, — хмыкнул Свит. — Все же условием было не трогать твою память.       — Память? — Лунетт озадачился. — В каком смысле?       — В этом, — у шеи паренька возник… шприц вместо руки? — Если честно, мы с Сидом никогда не были друзьями. Да и ты предал «Мая», спевшись с пиратами, так что больше не ее участник. Поэтому…       В висок Скама влетела пуля, но тотчас отскочила. Верн шокировано глядел, как кожа Скама в миг встречи с пулей превратилась в стекло, а теперь возвращалась обратно.       — Что ты такое, черт дери? — выдохнул Верн, справившись с удивлением. Краем глаза глянув на Пэла и убедившись, что тот отскочил от Свита на более-менее приемлемое расстояние, он снова прицелился и выстрелил. Все повторилось. Свит сам как будто состоял из гребаного стекла. Словно одна гигантская колба в человеческой оболочке.       — Может, сначала стереть память тебе? Чтобы не лез больше в мои дела, — на лице Скама появилась улыбка. Столь же лживая, как ее обладатель.       Скам обнажил меч и сделал шаг вперед. Оксимирон коснулся ножа на поясе. Но битвы не произошло. В момент, когда Свит приготовился для атаки, Лунетт воткнул ему в плечо какой-то шприц.       — Блять, я ведь только отош…       Меч выпал. Свит осел на землю. Лунетт схватил Оксимирона за руку и, ничего не объяснив, бросился прочь вместе с ним.

***

      Брук отбил меч Ила, дав возможность Робин и Чопперу унести Френки. Небо окончательно счернело из-за прихода сумерек, и обзор стал значительно хуже. Не помогали даже тут и там зажигающиеся огни города.       — Его меч был чем-то обработан! — воскликнул Чоппер, в панике хватаясь копытцами за голову.       — Естественно, — ухмыльнулся Ил, вытирая кровь с губ. — Наше оружие не просто из кайросеки, оно покрыто наркотиком. Чтобы скосить без проблем не только фруктовиков, но и…       Брук атаковал его, не дав закончить, однако замер почти сразу.       — Брук, осторожно! — Санджи вырубил Ила вместо него. Удары в печень и селезенку работали все еще безотказно.       — Что случилось? — растерялся и Усопп, когда Нико и Тони Тони тоже застыли.       — Мы слишком долго под дождем, — растирая виски, произнесла Нико. Напоминать о том, что каждый из них еще и получил свою порцию боевых ранений обработанным кайросечным оружием, она не стала. — Нужно вернуться в укрытие…       — И желательно туда, где есть антидот и другие лекарства, — проскулил Тони Тони, намертво прилипая к ране Флама. Винсмок подбежал к ним, помогая Усоппу и Нами унести Флама и увести фруктовиков. Дождь разревелся сильнее, словно прочувствовав атмосферу.

***

      Вернув себе способность передвигаться, Скам поднялся и отошел от дома Лунеттов. Мельком взглянув на окно, за которым на него смотрел Сид, Скам направился в город. Тут ему делать нечего, нужно снова искать Пэла. Теперь подобраться к нему будет сложнее, да и наркота отключила волю, нужно что-то придумать…       — Нашел, — ветер донес до него чей-то задыхающийся голос. Свит повернул голову и увидел Зака. Добежал все-таки. Видать, раньше не мог из-за дурного самочувствия: вон, какой бледный и дышит тяжело.       — Переборщил с лечением Пэла? — уточнил насмешливо Свит. — Не растрачивай так много энергии, если собираешься с кем-то драться.       — Я не за дракой пришел, — оскалился тот. — А убивать.       — Ну так убей, — ухмылка Скама стала немного шире. И немного безумнее. — Иначе могут убить тебя.       Секунда — и Скам стоит перед Заком, замахиваясь мечом. Вторая — и Ларри, бежавший за Реймондом, наконец догоняет его и толкает.       Реймонда затопило дождем. Лезвие все же пронзило плоть, но не того.

***

      — Окси! — Пэл подхватил Верна, когда тот пошатнулся и посмотрел сперва на ночное небо, обливающее их дождем, а потом — вокруг.       — Как же не вовремя, — усмехнулся раздосадованно он, вытирая снова намокшее дождем лицо, и вновь взглянул на окруживших их «Мая». — Совсем не вовремя.       Пэл обнял его крепче, из еще не окрепших сил шагая вперед и шепча что-то, что должно было успокоить, но не успокаивало совершенно.       Оксимирон шел за ним, уверенный лишь в одном. Если ради спасения Пэла ему придется умереть, он это сделает без сожаления.

***

[ Включите трек 2 ]

      — Эй, вы двое, — Зоро подхватил за шиворот обоих капитанов, неожиданно начавших слабеть, стоило подняться наружу.       — Дождь, — Луффи посмотрел наверх, удивленно моргая тут же намокшими ресницами, — он… заканчивается?       Ло недоверчиво подставил ладони каплям.       — И правда. Может, просто становится тише? Или это только над нами?       — Думаешь, снова что-то Ларри учудил? — задумался Луффи.       — Сомневаюсь, — Зоро взглянул на светящийся лампочками город, распростертый перед ними, и легонько встряхнул Монки и Трафальгара, кивнув вперед. Дождь над Лолетеру действительно прекращался.       Монки тревожно коснулся руки Ророноа на своем шивороте.       — Ларри…

***

      — Разве этот остров не звался Островом вечных дождей? — спросил скептично кто-то из подчиненных, когда отряд Смокера и Ташиги подплыл ближе на нескольких кораблях. К Лолетеру они добрались уже к ночи, пусть и спешили сюда со всех волн. — Что-то я тут вообще не вижу ни намека на дождь. Вон, безоблачное небо, аж луну целиком видно.       — Но это точно то место, — Ташиги нервно вцепилась в карту, сперва взятую вверх тормашками и потому теперь подсвечиваемую фонарем.       Смокер вдумчиво выдохнул дым сигар, разглядывая засыпающий остров.       — Предлагаю сойти на берег и осмотреться.       — Да, вице-адмирал!

***

      Зак сидел на земле, влажной от недавнего ливня и свежей крови. И смотрел на лицо Ларри, лежавшего у него на руках. Дождь, которым они возмущались долгие семь лет, остановился в мгновение. Вместе с дыханием его любимого.       На белую щеку Ларри капнула слеза, которую он уже никогда не сотрет.