Просто простуда

      Ночь пришла в лес неожиданно и тут же накрыла его холодной чёрной мантией. Чаща моментально ожила. Проснулись дикие звери, шуршали в сухой листве, стали громче слышны птичьи испуганные голоса. Разнообразие и изобилие посреди хаоса. Красота. Но для плохого зрения ночь была равносильна катастрофе вселенского масштаба. Гарри не сразу заметил их маленькое убежище, скрытое в густом колючем кустарнике. Овраги и холмики норовили сбить его с ног, корни хватались за щиколотки, а тропы то и дело водили кругами. Но он всё-таки вернулся. По ощущениям — почти что домой. Защитное заклинание, что заковывало небольшую поляну в невидимую сферу, приятно покалывало кожу, поднимая маленькие волоски дыбом. Магия. И предвкушение тоже.       Стараясь не шуметь, Гарри осторожно расстегнул вход в палатку и, наклонившись, зашёл. Внутри она была гораздо просторнее. Гарри с удовольствием выпрямился во весь рост и сладко потянулся, вдыхая знакомые запахи. Его разведка заняла целый день. Когда он выходил ещё даже не рассвело. Теперь же, судя по ночному колориту, время перевалило далеко за полночь.       Помятый свитер, штаны, ботинки — всё было свалено в одну кучу. Сейчас Гарри мечтал лишь об одном. На ощупь продвигаясь по внутренностям палатки, он обнаружил подобие кровати. Тут же устроился на краю, натянул на себя шерстяное тонкое одеяло и потянулся ближе. К мягкому, приятно пахнущему силуэту.       — Кто там? — спросил сонный голос и тут же прервался от приступа кашля.       — Рон в пальто! А то ты не знаешь… Погоди, ты чего, заболела?       — Гарри, не кричи. Голова раскалывается.       Гарри зажёг фонарь с помощью палочки и испытывающим взглядом осмотрел волшебницу. Она недовольно щурилась от яркого света и попыталась прикрыть глаза локтем. Её щёки пылали огнём, на лбу блестели капельки пота. Волосы спутались сильнее обычного и липли к влажной коже. Гарри приложил к её лбу тыльную сторону кисти. Горячо. Слишком. Даже для Гермионы.       — Это всего лишь простуда, — пробормотала она, пытаясь взбодриться. Вид нарастающей паники в лице Поттера её не радовал. — Полежу и всё пройдёт.       — Когда успела? И что теперь делать? У нас есть лекарства? Или ты знаешь какие-нибудь заклятия?       — Никаких заклинаний на мою простуду! — выпалила Гермиона, прервав поток его мыслей. Сказывалась привычка жизни в семье врачей. Пусть и стоматологов. Гермиона так и не привыкла доверять магическим действиям в сторону собственного здоровья. В этом талантливой волшебнице даже было стыдно признаваться. — Мне до сих пор в кошмарах снится твоя рука без костей.       Гарри продолжал сидеть на кровати, по-турецки скрестив ноги, и беспомощно на неё смотрел. С каждым днём жизнь всё больше катилась под откос. Медальон неприятно холодил кожу на груди, Рон ушёл от них и не спешил возвращаться, приспешники Воландеморта буквально дышали в затылок, а теперь ещё и это. Гарри понимал, что должен что-то предпринять, но не знал, что именно. О нём никогда никто всерьёз не заботился. Особенно в детстве. Тётя Петунья выделяла чайник с отвратительной болтушкой и следила, чтобы Дадли не приближался к «болезному» за километр. Вот и всё лечение. Неожиданные воспоминания прошлого больно ранили.       При свете фонаря Поттер напоминал насквозь промокшего после осеннего дождя совёнка. Растрёпанного, удивлённого и совсем не понимающего, как жить дальше. Гермиона сделала глубокий вдох и задержала дыхание. Похоже, ей придется всё взять на себя. Как обычно. Злиться или обижаться не хватало ни сил, ни желания. Она протянула руку и мягко щёлкнула оцепеневшего Гарри по носу.       — Возьми таблетки у меня в сумке. Белые, боковой карман.       Пока Гарри боролся с бесконечностью дамской сумочки, Гермиона смотрела ему в спину и вспоминала прошлое. Сколько всего пришлось пережить их троице. Страшные злодеи, нелепые ситуации, удачные спасения. Как в глупых сказках, не меньше. Сейчас, скитаясь по Британии, казалось, что реальность наконец-то взяла над ними верх и решила отыграться по полной. Даже простуда. Гермиона и не помнила, когда в последний раз болела. Наверное, в далёком детстве. Слишком много стрессов пришлось испытать за короткий срок, быть может, это просто усталость. Желание отдохнуть. Но такая роскошь им пока недоступна.       — Главное, чтобы в итоге всё закончилось хорошо, — пробормотала она себе под нос. — Как в глупых сказках.       Спустя долгие пятнадцать минут Гарри с горем пополам отыскал таблетку, извлёк её из фольги дрожащими пальцами, раздобыл стакан с водой. Горькая. Гермиона потушила фонарь и откинулась на подушки, намереваясь хорошо выспаться. Утром им снова предстоял долгий путь в неизвестность. Дурные мысли лезли в голову. Она переживала за Рона. Он никогда не славился трезвой головой, а известие о том, что они с Гарри давно вместе, совсем привело его в бешенство. Бедолага. Опять за спинами других. Но он вернётся. Всегда возвращался.       Вдруг, Гермиона почувствовала, как рядом примостилось что-то тяжёлое. Руки обхватили её со спины и прижали ближе. Стало тепло. Как в мягком кресле возле камина с любимой книжкой. Надёжно. Гермиона с радостью прижалась покрепче к новоявленной грелке, а потом спохватилась:       — Ты тоже можешь заболеть! Уйди. Или нет, давай я лягу в спальник Рона. Тебе нельзя сейчас рисковать.       — Никуда я не уйду, — сонно прошептал Гарри ей в затылок. Его дыхание посылало приятные мурашки вниз по спине. — И тебя отпускать не собираюсь. Спи.       В подтверждение своих слов он легко поцеловал её в макушку. Это оказалось щекотно, и Гарри засмеялся. Гермиона ещё поворчала для приличия, но волны сна быстро увели её за собой. Они справятся. Разве уж такая сказка им выпала по судьбе, тому и быть. Обязательно справятся.       Наутро Гермиона проснулась бодрой и полной сил. Гарри к своему несчастью несколько раз чихнул при ней, и был яростно атакован медицинскими советами. В конце-концов, Гермиона всегда была страшна в своей заботе. И слова «просто простуда» её не устраивали.