Мысли и белки

У Стива есть мысль. И он ее думает. То есть мысль в его голове, конечно, не одна, просто думает он уже не первый день об одном и том же. Вот только разбирается в этом вопросе Роджерс… Никак. И потому всерьез задумывается обратиться за помощью. Вопрос: к кому? Старка Роджерс вычеркивает сразу. Возможно, Тони и сведущ больше всех в интересующем Стива вопросе, но дело-то деликатное. А Старк и деликатность… это как грациозно танцующий Халк. На столе. В розовой пачке. Кэп отчаянно трясет головой, стараясь отогнать бессмысленное, но красочное видение, и, поймав на себе удивленный взгляд Романофф, утыкается в телевизор. Тренировочный бой сегодня получился каким-то особенно изматывающим, и команда Мстителей собралась в гостиной жилого блока, чтобы передохнуть — достаточно редкое явление само по себе. Не было только Беннера, но он был в лаборатории. Как всегда, впрочем. Старк уже полчаса рассказывает агенту Романовой какую-то пошлую предположительно смешную историю. Наташа меланхолично подпиливает ногти и совершенно не смеется, и Стиву кажется, что она просто не слушает Тони. Роджерс, снова погрузившись в раздумья, не замечает, что рассматривает русскую в упор. Может Нат? Она ведь женщина. Женщины всегда больше разбираются в таких делах. Но… привлекать Романову как-то страшновато. Уж больно деятельна она. Тут парой советов точно не ограничится. Или все-таки рискнуть? Наташа, получив смс, вспархивает с кресла и уносится в неизвестном направлении, небрежно бросив на прощание: «Всем пока!» Старк, так и не закончивший свою историю, демонстративно зевает. — Скучно с вами, — заявляет гений-миллиардер-и-прочее и, не получив отклика, уходит доставать Беннера, все еще надеясь вывести того из себя. Стив смотрит ему вслед и мысленно желает неудачи. В прошлый раз, когда Брюс сорвался, Халк несколько часов гонял Мстителей по лабиринтам ЩИТа, пока не загнал всех в «гнездо» Соколиного Глаза. Все прекрасно понимали, что он запросто может достать их там, если захочет, но, видимо, Халк хотел не этого. Он просто рычал на них снизу и швырялся кусками оборудования, но похоже был не очень зол, потому что ни разу не попал. Брюс, конечно, потом краснел и извинялся. Обычный день в ЩИТе, в общем. Стив растерянно смотрит на оставшегося с ним в гостиной Бартона. Лучник грызет яблоко, сосредоточенно глядя на экран. Там идет что-то про животных. Может, Бартон? А что… Клинт, может, и не такой спец, как Старк, но наверняка понимает больше Роджерса. Да и куда уравновешеннее Тони, хотя, конечно, тоже тот еще тролль. Засмеет. Стив тяжело вздыхает и не сразу реагирует на расслабленный голос Клинта. — Кэп, если хочешь что-то спросить, то спроси уже. И хватит на меня пялиться. — Я не пялюсь! — вскидывается Роджерс. Спросить? Не спросить? Он чуть ли не мечется по комнате, провожаемый цепким взглядом внешне равнодушного лучника, а потом, резко решившись, плюхается на диван рядом со стрелком и выдает на одном дыхании: — Клинт, ты когда-нибудь ходил на свидание с мужчиной? Бартон предсказуемо давится яблоком и заходится в кашле, после с минуту молчит, ошарашенно глядя на Стива, отчего последнему хочется вернуться в ту самую глыбу, в которой его нашли. А потом Клинт привычно усмехается и хлопает Кэпа по плечу. — Чувак, мне, конечно, очень лестно, но знаешь, я не по этой части. Ты уж прости, но у нас ничего не выйдет. Хотя ты вполне себе ничего так. Роджерс обреченно стонет и топит лицо в фейспалме. Идея поговорить с Бартоном изначально была фиговая. И теперь этот гоблин его затроллит… тролль загоблинит… или как оно там правильно? Прощай спокойная жизнь, короче. — Да я не про тебя вообще! — А про кого? — Это неважно. — Это Тони, да? Тони? Он постоянно на твою задницу пялится. — Нет… Что??! Нет! — А кто? Коулсон? Ты с ним осторожнее. Он тот еще коварный тип. — Да нет же. Черт, просто забудь. — Вот уж не думал, что ты предпочитаешь мужиков, — но Клинт не может просто забыть. Его практически распирает от любопытства. — Но ты не расстраивайся. Это еще не делает тебя фриком. Хотя куда уж больше… Да и на дворе не средние века. Ничего такого. — Я. Не. Предпочитаю. Мужиков. Мне женщины нравятся! Но это тоже тебя не касается, — почти воет Стив от отчаяния. — Ладно, ладно. Чего завелся-то? Твоя ориентация меня вообще не колышет. — Клинт… иди ты. Стив притворяется что, не слышит тихий смех за спиной, вылетая из гостиной. Бартон догоняет его уже в конце коридора и, пряча вполне добродушную усмешку в глазах, все-таки уводит Роджерса с собой, обещая помощь. Стив обиженно хмурится и кусает губы, подозревая стрелка во всех смертных грехах, но все-таки позволяет себя увести. Разговор получается неожиданно серьезным. Клинт больше не подшучивает над ним и дает вполне приемлемые советы, улыбаясь одними глазами только тогда, когда Стив особенно смущается. Выходя от Бартона, Кэп уже имеет в голове определенный план действий, даже не смотря на полную уверенность в том, что очень скоро весь ЩИТ будет в курсе его неожиданно проявившихся симпатий. Впрочем, Стиву все равно. Он беспокоится только о том, чтоб это не навредило Брюсу. Однако, ни на следующий день, ни через день не происходит ничего, чтобы подтвердило опасения Стива. Никто не изводит его шуточками и намеками, и Роджерс несказанно благодарен за это Клинту, даже если отсрочка лишь дело времени. Нет, Бартон не сплетник. Бартон — тролль. И неизвестно что хуже. — Брюс, соглашайся, — Кэп уже битый час уламывает упрямого ученого, но тот упирается, словно он его не на свидание приглашает, а как минимум на гильотину, — ты же сидишь тут, как крот. Скоро шерстью обрастать начнешь. Я же не предлагаю тебе ничего экстремального. Просто сходим куда-нибудь. Выпьем. — Стивен, — Беннер снимает очки и трет переносицу. Ему не хочется выходить в город. Совсем не хочется. Но Кэп тоже упрям и не собирается сдаваться так просто. — Мы оба не пьем. Для меня это опасно. Для тебя — бессмысленно, — Брюс откладывает очки в сторону, и Стив неожиданно отмечает, что без них ученый выглядит как-то совсем беззащитно. — Я могу потерять контроль, и кто знает, чем это закончится, — продолжает Беннер тем временем. — А ты не пьянеешь из-за повышенного метаболизма. Смысл? — Ладно, — попытка снова провалилась, и Роджерс предпринимает новую. — Пить не будем. Просто погуляем. Стив стоит вплотную к ученому и, пользуясь ситуацией, наклоняется и осторожно, едва касаясь его губ, целует Брюса. И Брюс сдается. Нет, Стив не устраивает грандиозных сюрпризов. Не тащит Беннера в шумные и набитые, как селедка в бочке, людьми модные современные места. Стив уводит его старыми тихими улочками в парк. Здесь почти нет людей, и совсем не слышно гула оживленных городских магистралей. И лежа на траве, держась за руки, как школьники, и глядя на проплывающие в синем небе облака, они оба чувствуют себя свободными, а не запертыми в клетке, как это часто бывает. — Спасибо, Стивен. Это было замечательно. В голосе ученого искренняя благодарность. И неважно, что это было самое нелепое свидание в его жизни. Да и в жизни Роджерса, собственно, тоже. Даже не смотря на то, что этих самых свиданий было не так уж и много. У них обоих. Но ставя укол с антигистаминным препаратом покрытому ярко-красными пятнами Кэпу, Брюс думает не о том, почему чудо-сывортка, сделав из бруклинского парнишки сверхчеловека, не вылечила аллергию; и не о том, что им обоим придется исключить из рациона роллы с угрем и вообще угря в любых вариациях; и даже не о том, почему же Стив не понравился парковым белкам, от которых тот еле отбился; и вовсе не о том, что в следующий раз не помешало бы проверить прогноз погоды, чтобы потом не мокнуть под ледяным ливнем. Брюс думает о том, что этот следующий раз непременно будет. И о скользящих по его мокрой от дождя коже горячих губах Стива. Покусанного белками Стива. Стив не видит, как вспыхивают зеленые искры в глубине карих глаз, когда Брюс целует его в коридоре возле медблока, совершенно не заботясь о том, что их кто-то заметит.