сомнамбула.

С недавних пор Астер начал ходить во сне. Об этом знал уже весь отряд Черных быков. Вначале, когда в длинном коридоре по ночам вдруг начали раздаваться тихие шаги, члены ордена боялись выходить из своих комнат, считая, что в старом, пережившем черт знает сколько веков замке завелось привидение. Истину о природе ночных шагов случайно раскрыла Чами — одной ночью ей ужасно захотелось отведать мягких ванильных булочек, так что она, переборов в себе страх наткнуться на блуждавший призрак, вышла в темный коридор. С опаской дойдя до столовой с припасами, девушка так же осторожно вернулась к себе в комнату и уже хотела запереть дверь, как вдруг услышала чьи-то шаги совсем рядом со своим жилищем. Бесшумно затворив дверь, она с любопытством начала вглядываться в отверстие замочной скважины. Каково же было её удивление, когда по коридору мимо неё прошел не призрак, а всего лишь Астер! Эхо шагов, которое ранее приписывали привидению, определенно принадлежало младшему сослуживцу Чами. Уже утром новость о ночных похождениях антимага была у всех на устах. Строились догадки, невероятные теории, зачем парню понадобилось гулять по старому замку. Но все сомнения товарищей рассеяла всё та же Папиттсон, уверенно заявив, что Астер просто страдает лунатизмом. Она про это в книжке читала. Быки охнули, покачали головой, дружно посочувствовали, согласились. Начали вспоминать знакомых, которым тоже приходилось страдать от сомнамбулизма. Потом ещё раз посочувствовали. Лишь только Ноэль скрестила руки на груди и, задрав носик, сказала, что так ему, балбесу, и надо. А потом почему-то вдруг покраснела. Вышедший к завтраку Астер застал в холле подозрительно гнетущую тишину — быки, завидев приближавшегося к ним юношу, оборвали разговор на полуслове. — Всем утречка! А че вы какие унылые сидите? — сонно потягиваясь, спросил парень, но в ответ на свой вопрос получил лишь сочувствующие взгляды друзей-чародеев. Астер этому удивился, но ничего не сказал — взял куриную ножку да яблоко и быстро ретировался из холла. Так, на всякий случай. Следующей ночью шаги опять повторились. И через ночь тоже. Ноэль выглянула сквозь замочную скважину в коридор. Её надежды оправдались: уже скоро она увидела дорогой сердцу силуэт, на мгновение мелькнувший в прорези замкá. Улыбнувшись, девушка отошла от двери и направилась обратно к своей кровати. — И ничего я не думаю об этом деревенском дурачке. Вот ещё, — успокоила себя девушка, засыпая с блаженной улыбкой на лице. А Астер шел дальше по коридору, оглушая громким эхом шагов стены старого замка. Мраморный пол эпохи Средневековья холодил ноги парня, но он этого даже не чувствовал. На очередной общий завтрак Быков антимаг вышел, сонно зевая и потирая уставшие глаза. Друзья вновь одарили его сочувствующими взглядами — из-за блужданий по ночам Астер в последнее время совсем не высыпался. Быки даже старались как можно тише проходить мимо комнаты юноши в обед, позволяя ему спокойно отсыпаться. — Добрых снов, Астер! — Добрых снов, Лакк! — Спокойной ночи, Астер! Спи хорошо, сладкий. — Спасибо, и тебе того же, Ванесса. — Астер, попрощавшись с товарищами, подошел к двери, за которой скрывалась его комната. Зайдя внутрь, он с облегчением выдохнул. «И чего им в голову стукнуло, что они теперь каждый день смотрят на меня сочувственно и дружно желают спокойной ночи? Неужели прознали?..» Подождав, пока все заснут, Астер бесшумно отворил дверь и вышел наружу. Глаза постепенно привыкли к темноте, и теперь он мог неторопливо двигаться по ночному коридору, схему которого уже успел выучить наизусть. — Я уж начал думать, что не придешь сегодня, — Ями дотянулся до пепельницы, стоявшей на столе, и потушил об её стеклянное донце недокуренную сигарету. — Простите, капитан, сегодня пришлось ждать дольше обычного, — Астер, прошмыгнув в комнату, закрыл дверь и повернулся лицом к командиру. — Сколько раз я тебя просил, не обращайся ко мне по званию, когда мы вдвоем, — поморщился брюнет. — Извини, Сукехиро. Я постоянно об этом забываю, — улыбнулся юноша, забираясь на кровать к Ями. Тот хмыкнул и, подложив одну руку под голову, второй крепко прижал к себе не по годам мускулистое тело мальчишки. По суставам и мышцам начало разливаться долгожданное тепло физической близости. — Словами извинения сегодня не принимаются, — Сукехиро поцеловал светловолосую макушку и вдохнул давно ставший родным запах пшеницы, луговой травы и чего-то ещё, напоминавшего о далёком позабытом доме. — Намек понял, капитан, — тихо рассмеялся Астер, дотрагиваясь до руки старшего. — Кстати, тебе не кажется, что в последнее время все ведут себя как-то… странно? — Я ничего необычного не заметил. Думаешь, прознали о наших отношениях? — Ями развернул голову парня так, что их лица теперь почти соприкасались. Астер непроизвольно облизал губы, с волнением взглянув в глаза напротив, и прошептал: — Хотя, знаешь, это все-таки неважно. На следующее утро орден Черных Быков дружно списал синяки, появившиеся на теле у Астера, на ночное столкновение с каким-нибудь предметом мебели. И неважно, что отметины находились на шее — для Чами и её учения о сомнамбулизме не было ничего невозможного.