Гадкий утенок

-Эбби, сегодня тебе придется задержаться. Скоро нужно будет проводить благотворительную ярмарку, мне нужно обсудить очень много вопросов с Хильдой, не уверена, что вернусь к ужину. Когда уложишь детей спать, можешь посмотреть телевизор в гостиной. -Да, миссис Хиллс. Больше тридцати лет я воспитываю чужих детей. Я помню их имена, их первые слова и первые шаги. Я помню их первые рисунки и первые кляксы в прописях. Помню ветрянки, скарлатины и краснухи, помню ушибы, укусы и царапины. Я помню все... Я знаю этих детей гораздо лучше матерей, бросающих их на нянек и горничных. Я помню каждую слезинку в их глазах, когда мать в очередной раз отказалась читать им сказку, променяв собственного ребенка на беззаботный покер с подругой. Семья Уоррен была не слишком богата. Но миссис Уоррен считала ниже своего достоинства чистить столовое серебро самостоятельно. Можно сказать, что мы нашли друг друга. Уореннам нужна была прислуга, совмещающая работу горничной, няньки и повара за весьма скромное жалование. А мне нужна была работа, обеспечивающая меня едой и крышей над головой. Миртл не была желанным ребенком для матери. Миссис Уоррен каждую свободную минутку жаловалась на токсикоз, мигрень, боль в спине и отеки. Ее нытье переходило в агрессию, а когда взбешённый мистер Уоррен пытался как-то урезонить супругу, то она моментально падала в обморок, хватаясь то за сердце, то за голову. Я думаю, что она с радостью бы избавилась от младенца, нарушившего ее комфортное и беспечное существование, если бы не общественное мнение и мистер Уоррен. Миртл родилась недоношенной и очень слабенькой. Миссис Уоррен сразу же отказалась кормить младенца, мотивируя свое решение тем, что ее фигура и так безнадежно испорчена, и вдобавок жертвовать красивым бюстом она не намерена. От молока и смесей у девочки постоянно болел живот, она плакала и страдала. Постоянный шум раздражал Диану и в итоге она переселила меня в детскую, что бы в случае плача и криков я забирала ребенка из кроватки и спускалась с ней в кухню. Когда мистер Уоррен возвращался домой, миссис Уоррен неизменно хватала Миртл и с видом умирающего лебедя встречала супруга с работы, причитая, как много душевных и физических сил отбирает вечно орущий ребенок. Мистер Уоррен забирал малышку, играл с ней, а иногда и укладывал ее в кроватку. К полугоду боли в животике отступили, и я смогла вздохнуть свободно. Девочка была тихой и спокойной. Пока я готовила обед, могла часами грызть погремушку или складывать кубики, напоминая о себе только тогда, когда от меня требовалось сменить запачканные штанишки. Малышка очень быстро усвоила, что вечером и ночью бесполезно плакать и звать маму — никто не придет к ней. Мне стоило огромных усилий отвоевать ночник в детской — миссис Уоррен считала это роскошью и бесполезными тратами. То, что дочь начала заикаться от страха ее не волновало. -Миртл, Миртл... Солнышко встало, кто у нас соня, кто ещё в кроватке? – я легонько прикоснулась к ножке девочки, ребенок был ледяным, а вся постель мокрой и холодной. Обычно я будила Миртл в полночь и высаживала ее на горшок – у девочки был энурез, но мать категорически не желала мириться с таким диагнозом и лечить дочь. Я нашла выход – будить ребенка среди ночи, частично решая проблему. Этой ночью меня не было в доме Уорренов. В Лондон вернулась моя сестра и племянники, мне хотелось их повидать. С четырех лет Миртл ни разу не спала в мокрой постели, но в этот раз встать к собственной дочери Диане, как обычно, было лень. За окном январь, в доме прохладно. К вечеру поднимется температура, и я буду очень рада, если пронесет с циститом. - Эбби, я так скучала – маленькие ручки обнимают меня за шею – мне было так страшно засыпать без тебя. - Я пришла, солнышко. А теперь, давай быстренько снимем мокрые вещи и оденемся потеплее. Я сменила мокрую постель и спустилась с девочкой на кухню. - Эбигейл, завтра у меня гости. Будет обсуждение благотворительной ярмарки. Будет миссис Добс, приготовь, пожалуйста чизкейк и те изумительные пирожные, которые ты готовила на рождество. - Да, миссис Уоррен... - А что у тебя в руках? Неужели Миртл опять описалась ночью? – Диана резко повернулась к дочери – Миртл, как тебе не стыдно! Ты уже такая большая девочка, а все еще мочишься в постель. Ты наказана, никакого сладкого до воскресенья! Эбигейл, ты поняла! Не смей давать ей сладости! Какой кошмар, хорошо, что об этом не знают другие, а то меня бы засмеяли! И не смей сказать об этом папе! Ты меня поняла? Малышка стояла, опустив голову, отчаянно стараясь не разреветься. Она кивала на каждое замечание матери, прекрасно зная, что говорить что-то в свою защиту просто нет смысла. Дождавшись окончания тирады от миссис Уоррен, я взяла девочку за руку и ушла в кухню. Весь оставшийся и день и следующее утро прошло в хлопотах. Нужно было убрать дом, натереть хрусталь, фарфор и серебро, да и заказанные Дианой лакомства требовали много времени. По случаю прихода гостей Миртл была красиво наряжена, заплетена и ей позволили побыть в гостиной, пока дамы не сядут за стол. Расставляя подносы с угощениями я мимоходом слушала светские сплетни и обсуждения, как тут до меня долетели слова, явно касающиеся Миртл. - Девочка полностью пошла в свою бабку, мою покойную свекровь. Ни красоты, ни породы. Даже не представляю, кто захочет на ней жениться в будущем... - Не драматизируй, Диана. Твоя Миртл очень симпатичная и миловидная девочка. А такие слова от матери вообще слышать не пристало. Сейчас она гадкий утенок, а вырастет в прекрасного лебедя... - Не успокаивай меня, Джейн, я же не слепая, вижу. Миртл, детка, иди к себе, позже Эбби принесет тебе ужин. Вечером, заглянув в комнату девочки, я застала ее в слезах. Малышка тихо плакала, уткнувшись носом в плюшевого медведя. Плакать громко она не решалась, чтобы не нервировать мать еще больше. -Миртл, детка, послушай меня, не плачь, не надо. Запомни, ты ценная, ты хорошая, ты самая красивая, ты самая лучшая. За всю твою жизнь вокруг будет много людей, который будут говорить тебе гадости. И это не потому, что ты плохая, а потому что некоторым людям нравиться унижать и оскорблять других. -Эбби, мама не любит меня, потому что я уродина? - Нет, малыш, просто у тебя такая мама. Она любит тебя по-своему. Твоя мама показывает, что любит тебя, покупая тебе одежду и игрушки. Она не умеет любить по-другому. А красота... Красота в глазах смотрящего. Что я вижу, глядя на тебя. Я вижу маленькую девочку, миленькую, умненькую, самую лучшую, самую сладкую. Как тебя называет папа? Золотцем, радостью, солнышком.... А разве солнышко может быть уродливым? Я гладила ребенка по голове, мысленно проклиная тупую сучку Диану за то, что та своими же руками медленно уничтожает дочь. Я перечисляла ее бесконечные достоинства и рассказывая смешные случаи из собственной жизни. Вскоре в глазках Миртл засветилась радость. Девочка крепко обняла меня и сказала -Эбби, это не она моя мама, она не настоящая, игрушечная, как те гномы в саду. Это ты моя настоящая мама... Я обняла Миртл в ответ, крепко прижала к себе и увидела, как герань на окне в один миг зацвела яркими красными цветами...

***

Забеременев вторым ребенком, Диана превратилась в очередную капризную мегеру. Она цеплялась к Миртл по любому поводу, часто доводила ее до слез. Девочке категорически было запрещено жаловаться мистеру Уоррену, в противном случае Диана грозила ей побоями и интернатом. Несколько раз я пыталась достучаться до разума этой женщины, но взбешенная миссис Уоррен сказала мне не лезть не в свое дело, иначе я буду уволена. Френк безгранично любил маленькую Миртл, но в то же время он точно так же безгранично любил и Диану. Внешне девочка была здорова, была чиста, сыта и одета. Мужчина вряд ли поверит словам прислуги, ведь при нем Диана вела себя с дочерью ласково и приветливо. Девочка лезла из кожи, чтобы получить малейшее одобрение своей деспотичной матери, и до дрожи боялась остаться с ней наедине. Это было крайне трудное решение, но выбор был сделан. Сейчас я забочусь о ребенке, а будет ли заботиться о ней следующая няня, если я покину эту семью неизвестно. Учитывая то, какими способностями обладал ребенок. Весной девочке исполнилось пять, и она должна была отправиться в школу. Располневшей Диане было лень ходить по магазинам, и сборами в школу я занималась сама. В тот день я решила проверить, как Миртл запомнила первые буквы алфавита, попросив показать их на вывесках магазинов. -Солнышко, давай посмотрим, как ты запомнила буквы, какие есть в этом слове? - Здесь есть А, еще одна А, есть С и У. - Отлично, а вот здесь посмотри, какие буквы? - У, К, О... -Замечательно, а здесь? – я показала на небольшую афишу, внизу которой мелким шрифтом были перечислены театральные постановки.- Детка, что же ты? Ведь здесь есть те буквы, которые мы уже называли... - Эбби, я не вижу буквы, я вижу только картинку... Вечером я дождалась мистера Уоррена и объяснила ему ситуацию, сказав, что не хочу лишний раз беспокоить беременную миссис Уоррен. Утром он лично отвез Миртл в больницу, откуда девочка вернулась в забавных круглых очках. Как только мистер Уоррен вышел за дверь, миссис Уорррен выдала очередной шедевр — Господи, и так уродилась уродцем, а теперь еще и в очках. Надеюсь дети в классе не будут сильно смеяться над тобой. - Миссис Уоррен, разве так можно – хотя внутри все кипело, я попыталась хоть как то повлиять на женщину – Разве можно собственного ребенка называть уродцем? Вы же обижаете ее. - Эбби, ты в своем уме? Разве можно обижаться на мать? Она мне еще спасибо скажет. Пусть сразу знает, что она не красавица, потом не будет страдать от неразделенной любви. Или от того, что рядом более красивые и успешные. Она мало того, что лицом не вышла, еще умом не вышла. Вот недавно я ей дала газету, попросила найти буквы, которые вы уже выучили. Я же знаю, что ты с ней по букварю занимаешься. Она не нашла ни одной! -Миссис Уоррен, мы обнаружили проблему со зрением только сегодня. Вы понимаете, что она просто не видела те буквы, которые вы ей показывали? - Эбби, а заголовки она тоже не видела? Я прекрасно вижу, что ты относишься к ней как к любимой внучке. Смотрю на тебя и вижу свою любимую бабулечку, ты точь в точь, как она. А я смотрю на вещи реально. Миртл некрасивая и глупая, и чем раньше она это поймет, тем для нее будет лучше. То, что маленькая Миртл после слов матери целый день не выходила из комнаты, ее не волновало. Первые дни в школе были для Миртл настоящей радостью. Несмотря на постоянные придирки от матери она не растеряла своей непосредственности и жизнерадостности. Многие подруги миссис Уоррен не разделяли ее фанатичного желания постоянно унижать девочку, в разговоре часто делали Миртл маленькие комплименты. К началу школы Диана родила мальчика и о существовании Миртл она просто забыла. Она сама заботилась о сыне, что несомненно радовало меня и весьма огорчало Миртл. Даже мистер Уоррен, уделявший девочке хоть немного внимания, забыл про нее, с удовольствием нянчась с маленьким Брайаном. Я отчетливо помню тот день, когда эта девочка сломалась. Пятница выдалась особенно ясной и солнечной. Последняя пятница учебного года. Я забрала Миртл с занятий и она показала мне свой похвальный лист и аттестат с одними высокими оценками. Миртл сияла, она щебетала словно птичка, радуясь, что наконец то может доказать матери, что она не тупая. - Мамочка, мамочка, смотри, у меня самые высокие баллы в классе – девочка вбежала в дом, я не успела за ней, не успела сказать, что сейчас как раз дневной сон Брайана и нужно вести себя тихо. Подойдя к дому, я услышала звонкий удар и тихую ругань – Диана дала дочери пощечину, за то, что она разбудила младенца. Вечером миссис Уоррен жаловалась мужу на то, что дочь не дала поспать малышу, и он капризничал весь день. Про успехи Миртл она даже не упомянула. Девочка сидела тут же за столом, безмолвно снося очередную критику в свой адрес. Убрав и перемыв посуду я поднялась в спальню к Миртл. Она больше не плакала. Она сидела на полу, обняв колени, и монотонно раскачивалась из стороны в сторону. Я села рядом, обняла ее и прижала к себе. -Не огорчайся детка, просто помни, что ты умная, ты добрая, ты бесценная... - Эбби, а если они узнают, что я не такая, что я могу делать эти разные штуки, они будут любить меня больше? Они говорят, что я глупая и уродливая. Но ведь я могу делать эти вещи, как фокусник в цирке... Ведь так больше никто не умеет, может стоит показать им, Эбби? - Не думаю, солнышко. Твоя мама не любит ничего необычного, лучше не говорить ей об этом. Миртл не была глупой, и не была уродливой. Но когда родная мать ежедневно внушает тебе эту мысль, тяжело не поверить ее словам. К одиннадцати годам Диана окончательно разрушила самооценку Миртл, внушив девочке мысль о том, что она страшная и никчемная. - Эбби, я не хочу жить. Я не хочу ничего чувствовать. Хочу замёрзнуть изнутри. Хочу, чтобы мое сердце заледенело. Как в той сказке, про Кая и Герду. Ведь когда Снежная королева заморозила сердце Кая, он всех забыл. И я хочу забыть маму, папу, Брайана... Хочу собирать свою мозаику, рисовать или решать примеры и не думать, что нужно возвращаться к ним... Я хочу жить во дворце со Снежной королевой, как Кай... Мне очень хотелось рассказать ребенку про Хогвартс и магию, но ее способности были настолько слабо выражены, что я боялась дать девочке ложную надежду. Я помнила то ожидание и то ужасное разочарование, когда письмо из Хогвартса все-таки не пришло. Я не хотела такого для Миртл. В первые летние дни в дверь все таки постучали. Письмо Миртл принес Гораций Слизнорт. Мы часто пересекались в гостях у сестры ми были знакомы с детства. Было воскресенье, вся семья Уоррен была дома. Когда шок от новости утих, мне показалось, Диана даже обрадовалась тому факту, что дочери не будет дома почти целый год. - Миртл, детка, я думаю тебе действительно будет лучше среди таких, как ты, ведьм. Лицом ты не вышла, хоть учишься хорошо, и то слава Богу. А если все, что говорит этот профессор правда, то ты сможешь по окончании школы хоть как то улучшить свою внешность, может и найдешь себе какого-нибудь невзрачного колдунишку. Да и у Эби сестра из колдунов, может помогут тебе устроить свою жизнь. Естественно, за покупками мы с Миртл пошли вдвоем. У мистера Уоррена не нашлось времени, а миссис Уоррен решила, что я справлюсь гораздо лучше. Провожать девочку на Хогвардс Экспресс тоже отправилась только я. Крепко обняв ребенка, я долго махала вслед отбывающему поезду, еще не зная, что вижу ее живой последний раз....

***

- Эбби, привет… Она висела над мои любимым креслом и выглядела такой несчастной и потерянной. Моя девочка, моя Миртл… Когда Гораций рассказал мне о ее смерти, я думала, что сойду с ума от горя… Диана уволила меня спустя месяц после того, как Миртл отправилась в школу. Дела мистера Уоррена пошли на спад, и они больше не могли позволить себе содержать няню. Я решила осесть в Оттери-Сент-Кэчпоул, недалеко от которого было поселение магов, где жила моя сестра с семьей. Каждый раз при встрече, я расспрашивала Горация о Миртл, и он каждый раз расхваливал ее таланты и умения. Я была уверена, что у девочки все хорошо… Когда уходишь из семьи нельзя встречаться с детьми, это самое главное правило няни. Я буду винить себя до смерти за то, что так и не решилась встретиться с ней. - Министерство запретило мне покидать Хогвартс, теперь я буду всегда жить в замке. И вдруг я вспомнила о тебе… Эби, ты единственный человек, который любил меня по- настоящему. "Ты добрая… Ты красивая… Ты бесценная… " Я помню эти слова, Эбби…. Спасибо тебе… За все… Я помню всех своих детей... Капризных, покладистых, хулиганитстых, жестоких, добрых, отзывчивых, ласковых и неприступных, счастливых и очень одиноких... Но маленькую Миртл я помню лучше всех. Ведь она стала последним ребенком, после которой я больше не смогла работать няней... Ребенком, чью маленькую жизнь уничтожили глупые и жестокие взрослые…