Маленькое чудовище

POV Павел 241 квартира. Крепко ухватившись вспотевшей ладонью за дверную ручку, другой рукой продолжаю долбить этот чертов звонок. Почему никто не подходит?! Почему дверь не открывается и на меня не запрыгивает мой чертенок с криком: «Ты пришел!»? Сердце как-то странно сжимается, словно предчувствует надвигающуюся беду… Он ведь ТАК ждал, когда я приеду! Он не мог забыть… Что-то случилось! Нервно набираю уже в который раз номер Кеши. И Димка как назло не отвечает! Что случилось? - Молодой человек? Вы к Никитиным? – напротив Димкиной квартиры открылась дверь и из нее выглянула маленькая старушка. - Да, – Паша, застыв с поднятой рукой, не осознавая, что его палец продолжает нажимать на звонок, уставился на ее лицо, надеясь прочитать хоть что-то, объясняющее внезапное появление соседки. Его резко дернуло и, как будто вырвавшись из оцепенения, он опустил свою руку. - Ох, Господи, – начала она горько причитать, - горе-то какое! Бедный мальчик наш! Старушка, уже вознамерилась пустить слезу, как внезапно подлетевший Паша, ухватился за ее дверь, а затем быстро отпустил. - Что…случилось? – прижав руки к гудящим вискам, прохрипел не своим голосом парень. Такое впечатление, что ему в голову вбивают гвозди. - Ну, это… - старушка явно растерялась от такой реакции на свои слова. – Сегодня утром мальчика-то нашего… сбила машина! Говорят, столько крови было…столько, что… - Кого сбили? – закричал Паша, мертвенно бледнея. – Кого? - Кешеч… - старушка, замолкнув, уставилась на убегающего вниз по лестнице парня. – Вторая больница-то, слышишь? Вторая! * * * Сегодня в операционной находилось не два, как обычно, а три хирурга. Молодой мужчина, недовольно сморщив нос под марлевой повязкой, с нетерпением в глазах посмотрел на настенные часы. Экстренный случай вынудил их в срочном порядке начать сложнейшую операцию. Уже как час назад она должна была закончиться. Центром всеобщего внимания было маленькое тельце, лежавшее перед ними. Поступивший пациент - мальчик, лет четырнадцати-пятнадцати, с тяжелейшей степенью травматизации. В большинстве случаев подобное состояние как у больного заканчиваются либо моментальной смертью, либо остановкой сердца на хирургическом столе. Шансов выжить ничтожно мало. Всё это они прекрасно знали… Хирурги, отгоняя от себя мрачные мысли, поддерживали друг друга ободряющими словами. Еще полтора часа ушло на реставрацию пострадавшего тела. Напряжение так и сквозило в операционной. Жутко уставшие глаза врачей и команды медсестер были направлены на пожилого человека, склонившегося над столом. - Теперь остается только ждать… - проговорил старший хирург через некоторое время, подняв глаза на остальных. – Спасибо всем, мы сделали все, что от нас требовалось… * * * В зал ожидания зашел невысокий человек в голубом халате и повязкой, спущенной на шею, глазами выискивая родных только что прооперированного мальчика. В углу комнаты он заметил рыдающую женщину в кресле. У ее ног сидел парень, который явно старался успокоить свою мать, нервно поглаживая ее колени. Еще один парень стоял возле окна, выдыхая сигаретный дым в открытую форточку. Как только хлопнула дверь, на вошедшего человека испуганно уставились три пары покрасневших, заплаканных глаз. - Это вы Никитины? – тихим голосом проговорил он. Ему в ответ утвердительно кивнули. – Здравствуйте, я старший хирург-консультант Мороз Владислав Олегович. Именно мне и моей команде было поручено прооперировать Никитина Иннокентия. Он ваш сын? - Да, - прошептала женщина, крепко сжимая поддерживающую ее руку сына. Всматриваясь в лицо врача, лишенного всяких эмоций, женщина с громким вскриком на губах лишилась чувств… Несчастный парень, поддерживая свою маму за голову, старался держаться из последних сил, несмотря на мелкую дрожь, сотрясавшую его тело. Бледное лицо с невысказанной мольбой в испуганных глазах было обращено на пожилого человека, который уже осматривал женщину, доставая из кармана халата заранее подготовленный нашатырный спирт. Врач, на секунду подняв глаза, увидел, как к нему резко подскочил парень, ранее куривший у окна. - Он жив? Скажите мне, черт возьми, он жив? Почему вы не говорите, что с Кешей? – заорал Паша, не сдерживая непрекращающихся литься из глаз слез. - Он жив! Молодой человек, советую вам успокоиться! – моментально повысив голос, произнес хирург. – Кешу мы спасли! Поймите, что теперь самое главное: сможет ли его организм справиться с последствиями такого серьезного хирургического вмешательства. Мы сделали все, что смогли! Остальное зависит от него… - Он справится... Мы…справимся, – со слабой улыбкой на лице прошептал Павел, медленно опускаясь на колени перед врачом.