Маленькое чудовище

*Давно что-то не было повествования от лица Паши))) Время летит незаметно и события в главе развиваются довольно быстро.* POV Павел Какой же он маленький… Такое хрупкое тельце на огромной больничной кровати. И так сладко спит, подложив ладошки под щеку. А из-за его тихих посапываний неосознанно раздвигаются уголки губ в счастливой улыбке. Как же я соскучился, как будто уезжал не на несколько дней, а на целый месяц. - Солнышко? – тихонько позвал я Кешу, присаживаясь к нему на кровать. – Просыпайся. – Моя ладонь старается осторожно отвести упавшую на глаза челку. Почему я раньше не замечал, какие у него пушистые длинные ресницы? - Ммм… - промычал мальчик и, сладко зевнув, с недовольной мордашкой посмотрел на виновника своего пробуждения. Несколько раз моргнув, он, резко приподняв голову от подушки, во все глаза уставился на меня. - Пашаааааа! - Соня ты мой, - моя улыбка стала еще шире. Я не мог отвести глаз от этого создания. Как же приятно осознавать, что тебе так рады, когда буквально неделю назад, тебя не хотели видеть и как могли, игнорировали. - Вижу, что соскучился. Ты себя хорошо вел, пока меня не было? – строго спросил я. Сегодня утром, не успев дойти до Кешиной палаты, как ко мне со всех ног кинулась медсестра с жалобами на больного. Оказывается, я их последняя надежда урезонить негодника. Поэтому мне было интересно, что скажет мальчик. - Очень хорошо. Да-да! Ты можешь мной гордится! – быстро протараторил Кеша и потянулся ко мне за поцелуем. В его глазах ясно читалось предвкушение. - Не хорошо обманывать старших, - стараюсь недовольным тоном сказать я. Так дело не пойдет, но оторвать взгляд от этих манящих губ был не в силах. Это преступление – излучать такой соблазн! Готов все простить, на все закрыть глаза, если только он счастлив. Да простят меня медсестры. Эх, Кеша, тебе только веревки из меня вить… Глядя в темные озера его расширившихся глаз, я коснулся кончиком пальца Кешиного рта, гладя бархатистую поверхность его губ, пока они не задрожали и не приоткрылись. Как же меня сводила с ума эта пухленькая нижняя губка. Обводя ее языком и проникая вглубь его восхитительного ротика, другая моя рука скользнула Кеше на шею, нежно поглаживая, а затем обхватила его затылок, поддерживая голову... Секунды превращались в минуты, а мы никак не хотели отрываться друг от друга, прерываясь лишь для того, чтобы сделать жадный глоток воздуха, как вдруг резко распахнувшаяся дверь громко стукнулась о стену. Испуганно отпрянув друг от друга, Кеша, резко зажмурившись, закрыл рот руками, а я от неожиданности рухнув с кровати, больно стукнулся коленом об пол. Со злостью в глазах уставившись на женщину в белом халате с тележкой, я потирал ушибленное место. Да уж, как вовремя! Подниматься с пола мне перехотелось. Посижу пока и так. - А вот и завтрак! – протянула она, явно стараясь переварить открывшуюся перед ней картину. - Не хочу есть! - сразу начал капризничать Кеша, но вдруг залившись краской и с испугом посмотрев на меня, добавил: - Извините, но что-то не хочется… Женщина, с явно читавшейся на ее лице крайней степени удивления, во все глаза уставилась на мальчика, как будто он сказал что-то из ряда вон выходящее. Да уж, Кеша, молодец! Ну что ж, будем в ускоренном темпе осваивать азы вежливости. Довел бедных людей… - Но, Кешечка, сегодня на завтрак овсянка. Вкусная… - отойдя от шока, пролепетала женщина, умоляюще посмотрев на меня. А от меня что она хочет? Что ж они так все боятся его! - Кеша, - строгим голосом протянул я, поднимаясь с пола. – Ты овсянку будешь? Ну как он мог ослушаться меня? Знает, проходимец, что получит за свою ложь. - Ладно, - грустно опустив глазки на поднос перед собой, мальчик неуверенно потянулся за ложкой. - Вот и славненько! Приятного аппетита! С сияющей улыбкой на лице, женщина укатила свою тележку, даже закрыв за собой дверь. - Она же противная! Вот сам попробуй! – захныкал Кешка, размазывая по стенкам тарелки кашицу. - Ну ты же не маленький ребенок! Может тебя еще с ложечки покормить? Ты слаб и тебе надо хорошо питаться, - нравоучительным тоном сказал я. Кеша, хитро сощурив глаза, нагло протянул мне ложку. - Не я это предложил! Ааааааа, - открыв рот, мой чертенок в ожидании уставился на меня. Ну вот что с ним сделаешь?

* * *

- Это просто божественно!.. Какой кайф!.. – счастливо восклицая, Кеша стоял в кабинке туалета, предварительно оставив меня за дверью. Он просто чудо! Люди с офигевшими лицами проходили мимо меня. Да уж, что можно подумать? А вот как бы вы радовались, впервые самостоятельно сходив в туалет. Да мне самому хреново стало, увидев эту утку, дьявольское приспособление. Успех был налицо, Кеша уже мог ходить. Конечно, только с помощью кого-нибудь, но все же… Каких нервов стоило это, но точно не Кешиных. Этот чертенок орал как сумасшедший, делая первые шаги. Посылая всех и вся, он просто падал на пол, не желая стараться. За эти недели он настолько всех достал, что медперсонал стороной обходил его палату. Димка, Есон и я носились над Кешей как мамочки, уговаривая и соблазняя всякими вкусняшками, чтобы он тренировался. Терпение даже у нас таяло как снег…

* * *

Возвращаясь от Кеши жутко уставший и прикупив пиво, я зашел в свой любимый парк посидеть в тишине и спокойствии. С наслаждением вытянув ноги, я развалился на лавочке. Людей почти не было, кроме одной парочки, невдалеке сидевшей от меня. Нашли уединенное местечко и просто не могут оторваться друг от друга. Глаза отвести от них не получается. Наверно завидую... Присмотревшись повнимательнее, я удивленно отметил, что это парни. Хах, да уж… Один из них сидел на коленях другого и, блин, такое впечатление, что он насилует бедный рот. Парень, который был явно постарше и помощнее, обнимал мелкого за талию. Надеюсь, они ограничатся только поцелуями… Почему-то я не мог отвести взгляд именно от первого, бросившегося моим глазам, парнишки. Как он мне напоминал моего Кешку! Неожиданно каркнула ворона и парни, разорвав поцелуй, повернулись на звук. Ни хрена себе! Да провалится мне на месте, если это не Есон! Тогда кто, черт возьми, рядом с ним? Когда этот малой успел расстаться с Антоном? Они же еще вчера вместе приходили к Кеше и целовались на моих глазах... Да что здесь творится, мать твою!