Жить с пацанами из псов-это...

Жаркая погода казалась настоящим адским пеклом, даже воздух был пропитан удушающей духотой и связывающей по рукам и ногам вялостью. От невыносимого чувство жара не спасали даже кондиционеры в магазинах, кафешках и других общественных местах, где люди оставляли кучу денег ради простой холодной воды со льдом, можно даже с уверенностью сказать, что владельцы бассейнов и аква-парков неплохо обогатились на желающих окунуться в расслабляющей холодной глади. Честно, ты и сама готова вот-вот зайти в ближайшие заведение и заказать какой-нибудь большой стаканчик холодного напитка с порцией большого мороженого, но задание, полученное от Куникиды, заставляло тебя завыть измученной волчицей и топать в нужное направление, рыча как самая злая собака. Каждое движение отдавало тяжестью и болью в ногах от натёртых в кровь мозолей, а липкий пот и тошнотворный запах и вовсе добивал твои скудные надежды и ничтожные амбиции. Да, к концу дня твои оставшиеся клетки мозга точно расплавяться и станут супер жидким желе. Но а пока ты должна напречься и выполнить чёртово задание, за которое ты уже мечтаешь потребовать двойную плату. Людей вокруг было немало и почти на всех их лицах были нарисованы карикатурные и точно описывающие их состояние гримасы усталости и измученности, словно толпы грешников в аду варяться на одном большом котле. В воздухе витал запах пота, а к подошвам обуви прилипали остатки чего-то мороженного, пролитых напитков, жёванных жвачек и лопнувших шариков с изображениями разных машинок и принцесс из Диснея. Со всех сторон слышались детские крики и разговоры взрослых, однако ты была слишком занята, чтобы вслушиваться, да и не красиво как-то подслушивать чужие разговоры. Задание… задание… задание… Аргх! Ты приостановилась и нервно почесала мокрый затылок и слегка схватившись за края футболки, стала помахивать и создавать лёгкий ветерок, дабы хоть как-то остудить влажное туловище и спину. Пот обильно выделялся из-под ткани кожи, дабы выхолодить нагревшееся тело, но также от этого становилось неприятно и мерзко. Услышав громкое «посторонись» ты вздрогнула и отпрыгнула в другую сторону, пока несколько буйных велосипедистов проехали мимо тебя, энергично звеня звоночками. Тихо выругавшись, ты пошла дальше, помахивая рукой возле лица и высовывая язык, как собака. Пройдя несколько улиц и кварталов, ты наконец-то добралась до нужного дома, растекаясь как лужица под палещим солнцем. Без следа, следствия и стука, ты ворвалась в дом, крикнув громкое: — КАТАЙ! Названный лежал в своём футоне, громко хлюпая лапшой быстрого приготовления, подавившись едой от неожиданности и проливая на себя кипяток. Мужчина тут же вскрикнул и убрав лапшу подальше, стал потирать больное от горячей воды место, тихо шипя. — Эй, т/и, м-могла бы и постучаться! — Таяма вздохнул и протёр мокрое место тряпкой. Ты что-то пробубнила в ответ и пыталась пройти вперёд, но валяющийся под ногами свежий мусор заставил тебя силой толкнуть один из пакетов в Катая, но тот благо успел увернуться и мешок попал в компьютер, отчего техника слегка покачалась в разные стороны и приняла своё прежнее положение. — Катай, ну как можно быть таким неряшливым?! Так ты и вправду никогда свою на-дэ-си-ко не найдёшь! Ни одна девушка такого не выдержит! — ты начала собирать разбросанную одежду с пола и укладывать по местам, как ты делала обычно, когда заявлась в дом эспера, в очередной раз говоря себе, что этот раз будет последним. Уже который раз ты обещаешь самой себе, что это последний раз, когда ты убираешь за этой неряхой? А сколько раз уверяла, что в последний раз проследишь за его питанием и здоровьем? Ты всячески оправдывала свои действия тем, что Катай просто не может позаботиться о себе сам, вот и помогаешь по доброте душевной, однако раздражающая жижа где-то в желудке дразнила тебя и давала понять, что всё совсем не так, твои оправдания превратились давно в ложь, а настоящая правда спрятана за аккуратно разложеной по полочкам одеждой и хорошо приготовленной едой. — не дави на больное, т/и! — простонал Таяма, укутываясь сильнее в свой футон и издавая тяжёлые вздохи. Ты лишь закатила глаза и принялась мыть посуду, с лёгкой злости крутанув ручку с холодной водой и первые пару минут охлаждая руки и лицо. Когда более-менее жар отпустил, ты схватилась за первую грязную тарелку и принялась намыливать её губкой. Боже, как же он так живёт? Неужели он только и ждёт, когда к нему придут и всё за него сделают, а он может продолжать мусорить и ничего не делать? Если бы не его способность… — Катай, к тебе задание от Куникиды, нужно одну информацию узнать, — Прикусывая от нервозности губы, ты поняла, что уже минуту мылишь одну тарелку, что была вся в зеленовато-белой пенке, а в нос бил запах мусора, сырости и химикатов с остатками еды, главное, не забыть где туалет и главное, чтобы там было чисто… — Не могу, я бесполезен…– Дальнейшее нытье ты перекрыла потоком воды, смывая пену с тарелок и убирая кухню. Закрыв кран, ты прислушилась к тишине в доме, прерываемой монотонными завываниями мониторов техники и приглушённым нытьём информатора под одеялом. Закончив с уборкой, ты вышла к Катаю и облокотилась на ближайшую стену, смотря на то, как под тканью шевелился взрослый рыдающий мужчина. Ты вздохнула и ощутив своего рода смирение, стала спрашивать более спокойным голосом: — что случилось-то? Туша под футоном замерла, а затем голова с грязными волосами вылезла из-под одеяла. Таяма поправил очки и посмотрел на тебя: — я…                                     

***

— Влю… влюбился?! Ты стояла неподвижно и пыталась подобно тесту, придать этой осознанной мысли форму, утопающей где-то в пучине спутанных крахмальных мыслей из дрожжевых глубин. Пытаясь осторожно оторвать от этого теста по кусочку, ты пыталась придать услышанному смысл, но тесто всё равно становилось твёрдым и ломалось, как и твоё осознание стоящего перед того факта. Информатор кивнул и поджал губы, неловко почёсывая затылок, будто ты узнала о том, чего знать не должна была. Таяма теребил какой-то провод в пальцах и что-то мямлил, однако ты этого не слышала, точнее, даже не хотела. — и… и в кого же? Катай молчал, сминая в руках злосчастный провод и отвернулся от тебя: —… в прекрасную Ямато-Надесико… Ты почувствовала, что будто от тебя самой оторвали кусок, и увы, этот кусок размяк и не сможет получить свою форму, а стал липким и неприятным. Как и сама мысль, что Таяма мог найти свою любовь. Это казалось глупой шуткой, которые иногда мог выбросить мужчина, но мимика и тон в голосе Катая говорили всё в точности да наоборот. Ты не знала что сказать, как будто набрала в рот воды и не могла сказать не слова, боясь пролить хоть единую капельку из губ. Ты вздохнула и пыталась понять, отчего ты так удивилась, отчего ты так шокирована? Это же Катай… да, это же Катай, который свою Ямато-Надесико только во снах видел, и то не часто, а тут нашлась девица, что под его больные выдумки и фетиши подходит. Бедненькая. — и, я так полагаю, ты боишься признаться ей в любви, это тебя тревожит и поэтому ты не можешь работать? Кивок и Таяма плюхнулся лицом на пол. Ты не сдержался смешка и погладила мужчину по сальным и спутавшемися волосам, которым явно нужен уход. Да и всему Таяме нужно измениться чутка. Хотя… ты посмотрела на дом в целом, на летающих мух вокруг целой пирамиды пакетов мусора, пыль во всех углах и остатки коробок от еды, некоторая из них уже покрылась лёгкой плесенью. Да… нужно меняться в корне. — Ну… я могу тебе помочь…– подала голос ты, — только пообещай, что постараешься, хорошо? Катай удивлённо вскинул брови, а потом с широкой улыбкой кивнул, отчего ты не удержалась и тоже улыбнулась.

***

По дому шагали двое людей, махая мётлами в разные стороны, поднимая клубы пыли и грязи вверх, растворяя их в воздухе. Звуки трения посуды и выжимание мокрых тряпок заглушали чьи-либо другие источники звуков, включая даже гудение техники. В очередной раз отжав тряпку в ведро, ты вытерла влажный от пота лоб и осмотрелась вокруг, любуясь итогами собственных трудов, казалось, что ещё немного, и дом засверкает блестящей чистотой. Катай терпеливо вытирал пыль с полок и то и дело нервно оглядывался, всё ли он сделал, иногда между перерывами зарываясь в свой футон и продолжая ныть, что он жалкий и никто его не полюбит, на что ты сначала давала сильных пинков, но потом спокойно упрашивала его заняться делом и тот покорно вставал и продолжал. Ты до сих пор не понимала, как так вообще получилось, что ты уговорила Таяму заняться уборкой, эдаким «перевоспитанием» самого себя? С одной стороны, это было вполне очевидно, ведь грязнулю и лентяи вряд-ли кому-то нужны, особенно в качестве романтических отношений, но с другой… будто что-то в грудной клетке разжигало внутри огонь, кричащий о том, что всё немного не так, просто позволь огню разгореться сильнее, устрой пожар внутри себя и преврати в угольки свои сомнения. Но ты лишь вхмахнула тряпкой и пыталась игнорировать огонёк, предполагая, что у тебя просто от жары появилась изжога, как бы это смешно не звучало, и нужно потом просто прикупить себе панамку и прохладной воды. — вот видишь, Катай, — начала ты, потирая мозолистые руки, — начнёшь заниматься собой и своим домом — уже восемьдесят  процентов того, что на тебя кто-нибудь, да обратит внимание, осталось теперь тебе и самому помыться и привести себя в порядок. Мужчина почесал затылок и вновь поправил очки, о чём-то задумываясь и теребя в руках тряпку, с которой стекали капли воды. — Это обязательно? — Да, надо, Катай, надо! Тот вздохнул и кивнул, сняв халат с себя.

***

Яркий свет заставил Таяму прикрыться руками, а от духоты спасал недавний свежий душ и откуда-то появившийся у тебя одеколон. Аккуратно причёсанные волосы, чистая одежда и… — Катай, да сними ты уже этот футон! Мужчина отрицательно кивал головой, уткнувшись в тёплое одеяло и как ребёнок, отказываясь подчиняться просьбе родителя. Ты закатила глаза и сомкнула руки в кулаки, однако взяв себя в руки, ты мысленно досчитала до десяти и вновь приняла спокойный тембр голоса: — Катай, твоя Ямато-Надесико никогда тебя не заметит, если не станешь заметным! Так что давай, твоя Ёсико никуда от тебя не уйдёт! — Таяма вздохнул и оставил футон дома, напоследок сказав чуть ли не огромную тираду о любви к своему спальному месту, за это время ты бы уж точно смогла бы выпить несколько молочных коктейльчиков. Ах, от таких мыслей твой рот мгновенно наполнялся слюной. Ты вновь посмотрела на Катая и была удовлетворена тем, как смогла превратить гадкого утёнка… не в лебедя, но в достойную птицу точно. — давай, пошли, найдём твою красавицу и почапаем выполнять задание от Куникиды, — ты была полна решимости покончить со мной этим и уйди домой довольной, но что-то упрямо било где-то под ложечкой и не давало быть абсолютно спокойной, даже на улицу выходить не хотелось. А может… ты ты хотела, чтобы мужчина встретил любовь всей своей жизни? Что за глупости, т/и, угомонись! Ты замечала, что Катаю явно не очень хорошо в социуме и решение вывести его на улицу теперь казалось тебе не очень хорошей: Таяма жутко нервничал, оглядывался из стороны в сторону и держался рядом с тобой, будто впервые выбрался в реальный мир и не знает, что ему делать. Это заставляло чувствовать себя плохим другом, нежели просто было стыдно. Всё-таки, твоя идея была, но и с другой стороны, он мог и отказаться. Хочет любви, так пусть ради неё стараеться! — ладно, сейчас перекусим и поищем твою любовь, — ты потащила информатора в ближайшее кафе перекусить, и мужчина был не против, ибо сам кроме лапши ничего не ел. Видеть наслаждение на лице молодого человека от поедания пищи была верхом твоего умиления. Ты попивала коктейль, наблюдая за бывшим членом агентства и странное чувство внутри ещё сильнее горело, что даже никаким мороженым его не остудить. Да что это за чёртово чувство?! — ладно… пошли, — оплатив счёт, вы вышли из кафе и просто гуляли по городу, иногда мужчина заходил в какие-то магазины, а после, выходил со словами «думаю, ей понравиться». Ты каждый раз вздрагивала и пыталась побороть в себе нарастающий гнев, но это вызывало лишь боль, отдающую мигренью в голове и дрожанием в конечностях. Почему, почему тебя так бесило то, что ты помогаешь другу найти свою любовь?! А другу ли…

***

Уже вечерело, на улице стало меньше людей, а всё окрасилось в ярко-оранжевые краски. Стало прохладнее и это помогло тебе вздохнуть с неким облегчением. Уже вечер, а его любви всё нет и нет. Может… и к лучшему это? — не переживай, Катай, ты сделал всё, что смог, — ты сострадательно похлопала друга по плечу, однако тот на удивление был бодр и весёлым, будто вера ещё не утерена и тебя это заставило немного переволноваться. Наконец, вы дошли до парка, где абсолютно никого не было, лишь ты и Таяма, что стоял к тебе спиной, а после развернулся, а на лице скромная улыбка. — Катай? — на самом деле, я уже нашёл свою Ямато-Надесико, — ответил мужчина, а его лицо сверкало в лучах оранжевого солнца. Катай впервые выглядел настолько… привлекательным? Живым? Информатор вытащил из кармана письмо, немного помятое, но точно сложенное с заботой и осторожностью. Таяма смотрел на это письмо с особой любовью и нежности, отчего тебе казалось, будто ты лишняя, но едва ты успела открыть рот, как руки мужчины поднесли это само письмо тебе. — я не мог работать, потому что осознал, что всё это время моя Ямато-Надесико была со мной, я старался ради неё и буду стараться, — Катай посмотрел на тебя с самым искренним взглядом, — ты мой идеал женщины, т/и, я буду стараться ради тебя. Ты молчала, а непонятное чувство внутри исчезло словно по щелчку, будто именно этого момента все и ждали. Ты вздохнула и улыбнулась, когда на смену непонятному чувству пришло приятное осознание. — а ты мой идеал, Катай Таяма   

«Будто идеалами друг для друга»