flip-flap

Пришлось трястись в вагоне достаточно долго, прежде чем Вэньхуа наконец вышел и глубоко вдохнул загрязненного промышленными парами и машинными газами воздуха, прикрыв глаза. И тут же согнулся пополам, получив крепкий удар кулаком под дых. — Я тоже рад видеть тебя, Шан Шу, — просипел писатель и посмотрел на свою сестру снизу вверх. Та лишь фыркнула, надменно смотря сверху и все еще сжимая руку в кулак. Весь ее вид говорил о том, что девушка не прочь ударить еще разок. Ее лицо можно было бы назвать красивым, не будь оно таким холодным и высокомерным. Одетая в строгий костюм, держа в руках свой рабочий кейс, Шу все же подавила жажду крови и резко развернулась. Вэньхуа, тихо охая и потирая место удара, поспешил за ней. — Ты слишком долго добирался, придурок, — не оборачиваясь, бросила девушка. — Прости-прости, — рассеяно отозвался полностью погруженный в сюжет Вэньхуа, на ходу печатая в телефоне. Дойдя до машины в полнейшем молчании, они так же молча сели в нее: девушка заняла место водителя, а ее брат без всяких сомнений шлепнулся на соседнее сиденье, не отрываясь от телефона. — Итак, что слышно у стариков? Шу бросила на Вэньхуа быстрый взгляд, а после вновь сосредоточилась на дороге. — Отец видеть тебя не хочет, а матушка как всегда скучает. — А старший брат? — В этом плане этот придурок схож с тобой. — Ты о чем? — Узнав, что ты скоро приедешь, он был удивлен, что ты еще жив. Услышав такое, Шан Вэньхуа не сдержался и засмеялся, даже перестав набирать текст на телефоне. Но его смех быстро прервался — Шу, не глядя, двинула своему дорогому брату кулаком в бок. Так они и доехали до больницы, под тихое оханье парня, который, симулируя медленное умирание, даже не сбавил скорость набора текста. Выбравшись из машины и увидев прямо под носом сжатый кулак сестры, Вэньхуа печально вздохнул и спрятал телефон в карман. Прямо напротив входа стояла женщина, которая, несмотря на свой пожилой возраст, выглядела свежо и молодо. Увидев, как брат с сестрой вышли из машины, она тепло улыбнулась и сделала шаг вперед, разводя руки в стороны: — Мой милый А-Жу, как же я рада тебя видеть, мое сокровище. Под строгим взглядом сестры, Вэньхуа обнял свою мать, неловко похлопывая ее по плечам. — Ну, я типа, тоже рад тебя видеть. Женщина же совсем не ощущала неловкости при встрече. Она быстро поцеловала сына в лоб и тут же резко потащила его внутрь больницы. — Я счастлива, что ты смог приехать, чтобы навестить своего брата. — Ну, типа… — Я очень беспокоилась, что ты мог быть слишком занят, но как хорошо все же получилось. Проигнорировав ворчливое: «Да чем этот мудак может быть занят помимо своих извращений» от сестры, Вэньхуа просто поддакнул матери. Весь путь до нужной палаты парень прошел, находясь в ловушке крепких рук своей матери. А сзади бдительным цербером за ним следила сестра. Судя по спокойным лицам матери и сестры, жизнь брата была вне опасности, поэтому Вэньхуа не понимал, зачем его сюда вообще позвали. Он хотел просто спокойно где-нибудь сесть и дописать главу. Когда они оказались в палате и покончили со всеми приветствиями, Вэньхуа успел лишь спросить у брата: «Ну чо, когда уже сдохнешь?», прежде чем сестра выгнала его из палаты под доброе оханье матери и оклик старшего брата: «Только после тебя!». Эй, это и правда был важный вопрос, у него очень серьезный график выхода глав, и не факт, что он сможет присутствовать на похоронах. Да, отношения в семье Шан были достаточно своеобразные. Отец, Шан Ли, был волевым и серьезным человеком, который смог подняться с самых низов и достичь небывалых высот. Мать же, Шан Я, была совершенно противоположным человеком, нежной и утонченной. Для нее духовность стояла выше мирских желаний. В детстве Вэньхуа часто спрашивал матушку, почему она еще не развелась с этим противным стариком и не нашла кого получше. На самого первого сына, Шан Вэя, Шан Ли возлагал большие надежды. Вэй рос в атмосфере серьезной дисциплины и с ранних лет приучался к ответственности. Его детство можно назвать достаточно тяжелым для ребенка — Шан Ли с самого начала хотел слепить из своего сына идеального человека. Вторым ребенком в семье Шан оказалась малышка Шу. Шан Я с самого рождения дочери представляла, как та станет писаной утонченной красавицей, которая покорит все высшее общество. Возможно, у матери и получилось бы воспитать прекрасную девушку, но отец семейства и тут приложил свою руку. У Вэя и Шу были ровные отношения. Они росли почти в одинаковых условиях, да и Шу была девочкой, что смиряло Вэя с некоторой несправедливостью в послаблениях для нее. Но для воспитания между ними семейной любви не хватало тепла. Пусть Шан Я и пыталась всеми силами окружить каждого члена своей семьи вниманием и заботой, но ее тепла было недостаточно для всех. Третьим ребенком в семье Шан оказался Вэньхуа. Шан Ли бросил все силы на воспитание первенца, поэтому младшего сына не рассматривал как личность. Он отдавал ему роль помощника старшего брата, что всегда будет у того на побегушках, и его это устраивало. Так как отец семейства почти не зверствовал над младшим сыном, полностью удовлетворенный результатом старшего, Шан Я взяла его полностью под свое крыло. Естественно, видя такую разницу в отношении, Вэй и Шу преисполнились праведным гневом! Их разница в возрасте была не очень велика, всего два года, но глядя на младшего брата, который был младше Шу на три года и младше Вэя на пять лет, эти двое поняли, что несмотря на разный возраст, они прекрасно понимают друг друга. И Вэй, и Шу, были очень обижены на Вэньхуа, считая несправедливым, что его детство проходило намного легче, чем у них. Поэтому, не вмешивая взрослых, они негласно стали немного издеваться над своим младшим братом. Поручали ему невозможное, скидывали на него ответственность за собственные проступки, отбирали игрушки и сладости, отдавая взамен невкусные овощи и заставляли выполнять за них часть собственных обязанностей. Маленький Вэньхуа искренне считал, что такое положение вещей нормально. А оба взрослых были слишком слепы, чтобы что-то заметить и как-то проконтролировать ситуацию. Двое детей росли, постепенно становясь теми, кем они являются сейчас. Отвращение Шан Ли к младшему сыну неустанно росло: тот совсем не оправдывал даже тех никчемных ожиданий, что оставили на его долю. Матушка же видела в Вэньхуа того маленького милого наивного ангелочка, которому очень сложно находить контакт со внешним миром. Ну, а Вэй и Шу, пусть и переросли свои детские обиды, не смогли избавиться от въевшихся в них привычек. У медсестры Вэньхуа наконец-то узнал, почему его брат лежит в больнице. Шальная пуля — Вэю не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Разборки банд всегда были головной болью во всех городах. Стражи порядка естественно направили все свои силы на то, чтобы найти виновных, но даже такой наивный человек как Вэньхуа сомневался, что удастся кого-то найти. Глубокомысленно похмыкав и покивав, он поблагодарил медсестру и поскорее ускользнул на улицу, увидев вдалеке коридора фигуру своей сестры. Стоя на крыльце больницы, он наконец нашел ту спокойную минутку, чтобы написать своему читателю. Как душа творческая, он не имел проблем с воображением, но все же иногда ему не хватало наглядной детализации для завершения той картинки, что возникла в его голове.

***

Шэнь Юань плохо помнил, как он помог донести пакеты сестры до такси и попрощался с ней. Он так же почти не запомнил, как добрался до дома. В себя он пришел уже лежа пластом на собственной кровати и с ненавистью смотря на сообщение от этого извращенца. Юань ощущал себя очень неловко, рассматривая большие чужие члены. Что же почувствовала его милая невинная сестренка, глядя на это?! Он хотел задушить Вэньхуа собственными руками. Внезапно картинка на экране сменяется и пространство вокруг заполняет мелодия из песни одной популярной девчачьей группы. Юань несколько мгновений смотрит на входящий вызов, а после принимает звонок, даже не скрывая своего рычания: — Я прикончу тебя! — Ого, звучит горячо, — чужой смех выводит из себя, пальцы все сильнее сжимают телефон, будто хотят сломать. — Но чувак, мне пиздец как нужно твое мнение в этом вопросе. А ты так и не ответил. — Почему у тебя вообще возникают такие вопросы, — от возмущения голос Юаня становится почти писклявым. — Мне нужен профессиональный взгляд со стороны. — В каком месте мой взгляд можно считать профессиональным?! — А что, нет? — слыша искреннее удивление в чужом голосе, у Юаня возникает срочное желание побиться головой об стену. А еще лучше заменить себя на одного конченного извращенца, а после еще и вдоволь наплеваться в эту наглую морду. — Так ты выбрал фотку? — Третью! — крикнул Юань, отключая и отбрасывая телефон подальше от себя, а после пряча горящее лицо в ладонях. Чтобы в аду тебя черти имели, гребанный Вэньхуа! Шан Вэньхуа положил трубку и открыл отправленные сообщения, потому что уже и не помнил, в каком порядке прикреплял фотки. «Ого, а братец Огурец не поскупился, одаривая главного героя». Кивнув, одобряя выбор своего читателя, Вэньхуа отмахнулся от сестры, что вышла вместе с ним, опасаясь очередного побега и подозрительно прислушивалась к странному разговору. Глубоко вдохнув, он вновь вошел в палату. — И это был тот важный звонок жизни и смерти? — Шу недовольна и не скрывает этого. Старший брат, полусидящий на кровати, с трудом скрывал интерес. — Ага, детка, он самый, — шутливо отозвался Вэньхуа и тут же получил подзатыльник за фривольность от сестры и осуждающий взгляд от брата. — Ай, сестрица, не будь так жестока к любимому младшему брату. — Матушка скоро вернется, — серьезно произнес Вэй, прерывая начавшуюся склоку. — Вэньхуа, до тебя все дошло? — Неа, можешь повторить, — беззаботно ответил парень, совсем не ощущая опасности от старшей сестры, что уже занесла кулак для удара. Слушая умирающие охи и слезные просьбы младшего брата, Вэй тяжело вздохнул, закрыв глаза и потирая лоб. Повезло же ему с семейкой. Вечером этого же дня Шэнь Юань увидел, что новая глава Пути Гордого Бессмертного Демона опубликована ровно по расписанию, практически по секундам. С мрачной решимостью разгромить главу в пух и прах, Юань открыл ее и погрузился в чтение. Но дойдя до постельной сцены, где главный герой одновременно отдыхал со своими тремя фаворитками, он беспомощно оглянулся, будто ища поддержки, а после вновь уткнулся в экран. Этот паршивец очень горячо и детально расписал сам процесс. Почему-то Юань слишком явно представлял эту сцену, будто в тот момент сам находился на том ложе вместо одной из фавориток. Потому что этот чертов агрегат так и стоит перед глазами! Взяв ослабевшими руками телефон и открыв сообщения от Вэньхуа, Юань какое-то время внимательно разглядывал третью фотографию, а после вновь уставился на текст. Несомненно, во всем виноват этот гребанный автор-извращенец.