Слабость и хитрость

Принцесса бьет слабо. И не из-за того, что устала за день и физически не может как следует взмахнуть мечом. Она боится ударить посильнее. Ее удары точны — на секунду в голове пролетает мысль об очередной ночной тренировке в одиночку — но в них нет силы, нет ярости и злобы. В каждом шаге осторожность, в каждом выпаде. Любая атака точная, но очень слабая. И Хак понимает почему. Раны все еще болят. Усилиями Юна он быстро идет на поправку, Мамочка драконов даже позволил ему тренировать сегодня Йону, однако приказал следить — рана не должна снова открыться. Драконы жутко суетились в первую неделю — Громовой Зверь лежал почти без движения. Ао чуть не обкормила его орехами. Доходило даже до того, что Принцесса кормила его сама. Он бы возмутился, но если Йона о нем заботится, то выздоравливать можно и помедленнее. Больше всего хотелось, чтобы она его напоила, как в замке Куэрбо, но препятствием тому были все тарелки и миски. И не разобьешь — Юн точно на тот свет отправит. О поцелуе старались не говорить, да и вообще не думать. Не получалось. Хак стал все более внимательным к Принцессе, а она не отходила от него ни на шаг. Шаг. Выпад. Снова атака. Снова слишком слабо. Йона не бьет в полную силу, не забывает о его ране. Не хочет причинять ему еще больше боли. Отражая одной левой новую атаку Принцессы, Хак уверовал в то, что сказанное девушкой — пусть и в бреду— чистая правда. Правда, о которой он не мог и мечтать. В один миг неосуществимое стало реальным — признание, поцелуй, и она совсем не отталкивала. А сейчас бьет осторожно, не в полную силу. Бережет его. «Да, Зверь! Очень мило!» — ворчит на себя Хак, и сам переходит в наступление. Йона медленно отходит шаг за шагом, но атаки отражает все равно слабо. Боится ему навредить. Не хочет, чтобы ему стало еще хуже. Вот она — почти прижата к дереву. Отступать больше некуда. Хак ликует. Сейчас-то и можно перейти в главное наступление. Клинки скрещены. Хак тоже нажимает не в полную силу — по той же причине, что и она. Принцесса сильная, но очень хрупкая. И он об этом не смеет забывать. — Вы слишком слабо бьете, Принцесса! — замечает Сон. — Вы не устали, этой ночью палатку вы не покидали и мирно спали — ночных тренировок не было. Физических причин для слабости нет! Губы ее сжимаются в тонкую линию, а щеки едва заметно краснеют. Она не скажет, что ее слабость — это он. Не скажет, что не хочет его случайно ранить. Не хочет, чтобы он снова над ней смеялся. Она промолчит. Она упряма. И Хак знает об ее упрямстве. Знает, что она будет молчать, но глаза все скажут за нее. Громовой Зверь поддается вперед и тихо спрашивает: — А может я и есть ваша слабость, Йона? Эффект мгновенный. Лицо под стать цвета волос, взгляд, застывший в одной точке, сердце бьется так, что даже он слышит. Секунда. Две… Сон торжествующе ухмыляется, но тут же приходится отбиваться от молниеносных атак, смущенной и разозленной до предела девушки. Ухмылка не сходит с лица — стоило только чуть-чуть поддразнить и удары становятся настолько сильны, что вполне можно сразить рослого мужчину. Только не Хака. Атака за атакой. Быстрые выпады — будто яркая молния, едва уследишь. На него сыпятся обзывания и возмущенные, но больше смущенные крики Его Принцессы. Он смеется. Меч отлетает в сторону и теперь к дереву прижат уже сам Хак. Клинок вонзается рядом с головой, а разгневанная Принцесса нависает над ним хуже хмурой тучи. И в гневе она особенно прекрасна: огонь в глазах, растрепанные волосы, дышит тяжело и часто — похожа на Богиню. — Вы слишком великолепны, — улыбается Сон, а весь боевой настрой Йоны сдувает ветром. Сейчас она снова донельзя смущенная Принцесса. Слишком милая, слишком любимая. И Хак хитрит. Изобразить боль на лице, прижать руку к ране, и вот оно — Йона тут же опускается на колени рядом и начинает допрашивать о том, что болит. Хак хитрит, смотрит на нее из-под полуприкрытых век и просит воды. Он знает, что чашки у нее не найдется, до лагеря бежать далеко, а рядом ручей. И Йона бежит к ручью, набирает в руки воду. Хак терпеливо ждет и чувствует легкое дежавю. Только теперь он знает, что будет дальше. Он знает, что ему влетит. Влетит так, что мало не покажется. Об этом он подумает потом, не сейчас. Йона садится рядом на колени и тянется к будто ослабленному Хаку, а он вдруг неожиданно приходит в норму и сам тянет Йону на себя. Вода его совершенно не интересует, его интересует только Принцесса. Она испуганно выдыхает, а вся вода стекает вниз. Не все же ей его целовать, пусть сам Хак не совсем честно — поцелует ее сам. Кулачки стучат по спине, но это особо не занимает. Она отвечает ему, а возмущенно колотит просто так, для приличия. Короткий миг, и теплые ладони девушки скользят по шее Хака, а он лишь прижимает к себе так близко, насколько возможно. Сам же тихо радуется своей проделке. — Обманщик, глупый Хак! — поджимает она губы, когда отстраняется, но счастливую улыбку сдержать явно не получается. А Хак довольно ухмыляется: сегодня ему точно не влетит!