Слишком дешёвый, дорогой

      Антон весь дрожал, стоя в огромном холле борделя. Вокруг него крутились парни, которые поправляли на нём бандаж, чулки, волосы.       — Ты должен выглядеть подобающе, сладенький! — восклицала их «мамка», женщина, которая держала этот притон.       Шастун был в холле впервые, до этого его месяц держали взаперти в комнате на третьем этаже, как он позже узнал. В первые дни было страшно, парень боялся любого шороха, любого стука. Потом к нему привели его первого клиента. Тогда-то Антон понял, что такое настоящая боль. Он не испытывал жалость к себе, лишь отвращение и презрение: какой же он был наивный и не вчитываясь в бумаги подписал их. Взял блять кредит.       Сверху на тело в бандаже был накинут кардиган, который скрывал недавние побои и гематомы. Первый клиент был очень нетерпим и жесток. К сожалению парня, это оказался ППС-ник, который приехал только-только с дежурства, не забыв в авто дубинку. От воспоминаний синяки и ссадины снова начинает жечь, отчего парень вцепляется пальцами в место выше локтя и жмурит глаза, глубоко дыша.       Тело снова бросает в дрожь. Наконец его оставляют в покое, и остальные парни на одну ночь становятся рядом с ним. Антон оказывается в самой середине этой линейки. Из-за пудры, которая скрывает под собой синяк, хочется чихнуть или хотя бы почесать нос, но как только он тянет руку, чтобы сделать желаемое, массивные двери из тёмного дуба открываются.       В бордель входят двое высоких, кажется, ростом с Антона, мужчин с широкими плечами и руками как две ноги Шастуна. Смотрят презрительно, свысока, отходят в стороны и становятся по краям от входа. На пороге появляется еще один мужчина, он не был похож на эти «шкафы», он был подтянутым, на лицо красивым, волосы были темными. Одет мужчина был в с виду дорогой костюм: синий пиджак, такие же брюки и белая рубашка, которая обтягивала его торс. До Антона долетает судорожные и восхищенные вздохи со стороны шлюх.       Шаст машет головой и склоняет её вниз, утыкается взглядом в пол, лишь бы не привлекать к себе внимания. Парень запахивается в кардиган держа тёплую ткань в кулаках.       Лишь бы не я, лишь бы не я...       — Привет, Арсений, выбирай! Знаешь же, что к твоему приезду мы выставляем самых лучших и чистых мальчиков! — противно восклицает женщина своим хриплым, прокуренным голосом.       — Знаю, знаю, Лидочка, — кивает Арсений и рассматривает стоящих перед ним парней, которые всячески крутятся перед ним: выпячивают задницы, оттягивают чулки, задирают подолы юбок.       Брюнет безразлично скользит по ним взглядом и лишь усмехается, думая, что он, наверное, единственный клиент, который нравится всем этим шлюхам, и они не прочь с ним переспать добровольно. Он продолжает проходить мимо парней и натыкается взглядом на парнишку, который прикрылся кардиганом и опустил голову. Привлек он внимание лишь благодаря тому, что не пытался как-то приманить Попова к себе. Тот просто стоял опустив голову, кажется, даже не дыша.       — Готовьте его, — быстро говорит Арсений.       Мужчина сделал это решение быстро, даже не подумав. Остальные были противны ему, они не скрывали, что им нужно тело брюнета, видно, что уже не первый день здесь и знают все фишки системы. Попов слышит расстроенные вздохи и ухмыляется - все-таки они шлюхи.       В это время Антона берут под руки и уводят на второй этаж. Парень ничего не понимает, но не сопротивляется, послушно идет в ногу с бугаями, смотрит в пол. В груди что-то неприятно колет и страх волнами дрожи проходит по худому телу. Антон не понимает, как его могли выбрать. Он же стоял тихо, не привлекал к себе внимания, скрыл тело, даже старался не дышать! Но всё равно гость выбрал его, наверное, ему следует гордиться, что выбрали именно его, что теперь его зауважают остальные, но... Но. Вдруг все выйдет наоборот? Вдруг его начнут всем своим сердцем ненавидеть.       Его швыряют в пустую комнату с большой двуспальной кроватью с чистым белым постельным бельём. Антон поднимается на ноги, скидывает кардиган. Лицо ничего не выражает, взгляд направлен в пустоту, будто парень смотрит сквозь предметы. Он садится на кровать с ногами, опирается спиной о спинку кровати, подтягивает колени к себе и взрывается слезами. Влага будто сама скатывается из глаз, а парень только успевает утирать дорожки, чтобы ненароком не разозлить того мужчину. Дышит часто и глубоко вдыхает, пытается набрать побольше воздуха и наконец успокоиться.       Из коридора доносится скрип половиц и парень резко переводит взгляд на дверь. Прекращает рыдать, утирает глаза и шмыгает носом. Встает с постели и идет к двери, которая в следующий момент распахивается и на пороге появляется брюнет.       — Ты слишком худой, — безэмоционально говорит он и проходит мимо Антона, снимая пиджак и кидая его на кресло.       Шаст проводит рукой по рёбрам и смотрит на своё тело, думая, что он и не такой уж и худой, бывают и тощее него. Антон молчит, поворачивается лицом к клиенту и сталкивается взглядом с голубыми глазами, которые в полумраке поблёскивают. Чувствует себя неуютно, обхватывает руками предплечья и смотрит в пол. Сердце, учащенное, колотится о грудную клетку, то ли от страха, то ли от чего-то другого непонятного парню.       Брюнет быстро подходит к Шасту и хватает за руку, тащит к кровати под ойканье парня и кидает его на кровать спиной. Наваливается сверху, разведя коленом его согнутые ноги, смотрит в испуганные зеленые глаза и облизывает пересохшие вмиг губы. Проводит рукой по рёбрам, считая их про себя, чувствует, как кожа под ладонью покрывается мурашками, а парня под ним передёргивает.       — Неприятно? — хрипло спрашивает мужчина у самого уха и мокро целует шею.       — Н-нет, — тихо отвечает парень. — П-почему... прият.. — его прерывает собственный вскрик из-за того, что с него резко срывают чулки.       — Никогда не любил эту дрянь, — поясняет Арсений и возвращается в прежнее положение, уже лаская руками бёдра шатена.       Шаст не знает, куда деть руки, и просто сжимает в руках простыни, боится издать лишнего звука, смотрит в стену, избегая зрительного контакта с мужчиной. Но тому это не нравится и он, нагло и крепко, сжимает подбородок парня, поворачивая его голову к себе. И, отпустив его, опускается к шее, втягивает кожу, оставляет дорожку из мокрых поцелуев, расстёгивает свою рубашку, скидывает её на пол. Проводит левой рукой по рёбрам, боку шатена и опускает свою ладонь на безжизненную плоть Антона. Злится. Прикусывает кожу на шее, яростно спускается укусами к ключице и оставляет укус там, отчего парень вскрикивает и давит всхлип в себе. Укус пришёлся по большому синяку, который до сих пор болел от любого прикосновения, а сейчас от боли сковывало всё тело, и Антон с силой сжимает челюсти, глотая слёзы.       Арсений отрывается от шеи и ключиц, поднимется над парнем на руках, смотрит на гримасу боли и не понимает, что он сделал не так. Дальше взгляд опускается ниже, и брюнет видит огромный синяк размером примерно с его ладонь. Раздражается еще больше и резко поднимается с постели, поднимает свою рубашку с пола, и, накинув её, быстро застегивает, потом вылетает из комнаты весь взъерошенный и злой.       Шаст, судорожно вздыхая, сворачивается на кровати в клубок и обхватывает руками худые колени, чувствует, как синяки на спине начинают болеть с новой силой из-за того, что их потревожили. Кусает кожу на коленях, пытается терпеть и не расплакаться, как маленькая девчонка, но всё идёт по пизде, и слёзы уже не прекращаясь стекают по щекам.

***

      Арсений явился на пороге борделя спустя неделю. Тогда Шастун отходил от очередного клиента, который возомнил себя кем-то высшим, который выше всех на планете, и решил для себя, что избиение Антона - это самое безобидное, ничего не значащее. Но вопреки его возгласам о том, что он практически весь в гематомах, и в прошлый раз Попову это не понравилось, его потащили вниз в холл.       Арсений был одет по-другому: черные зауженные штаны и черная однотонная футболка. С ним так же были те двое бугаев. Брюнет, даже не задумываясь, выбрал Антона, и сказал, чтобы его не готовили, сразу же схватил Шастуна под локоть и повел за собой на второй этаж. Парень послушно шел рядом с мужчиной и не смел смотреть на него, а вот Арсу никто не запрещал смотреть на шатена, что он и делал всю дорогу до своей комнаты. Эту комнату он сам обустраивал и всегда приводил шлюх туда, в другой он отказывался, и в эту запретил пускать кого-то кроме него.       Они заходят в комнату, и Попов закрывает её изнутри, положив ключ в задний карман джинс. Смотрит на Антона, который медленно и нехотя стягивает с себя кардиган, потом чулки. Смотрит удивленно, приподняв левую бровь.       — Ты дурачок? — спрашивает голубоглазый.       Антон дёргается из-за внезапно разорвавшего гробовую тишину баритона и поджимает губы, уткнувшись взглядом в пол.       — Я не собираюсь тебя трахать, — чеканит мужчина и подходит к парню, смотрит на большие синяки на спине и продолговатые ссадины, царапины.       Шаст стоит и не двигается, дышит тихо. Боится. Боится снова ненароком разозлить брюнета, из-за которого на прошлой неделе нехило отхватил от охранников.       — Я просто хочу поговорить, — Арсений невесомо касается ссадины подушечками пальцев. — Кто?       Антон молчит. Чувствует дыхание у себя на затылке, чувствует, как аккуратно мужчина проводит кончиками пальцев по синякам, ссадинам, чувствует лёгкие поцелуи на лопатках, но все равно молчит.       — Антон, скажи пожалуйста, я его просто убью, — уже жестче говорит Арс и опускает свои ладони на оголенные бока Шаста. — Почему ты молчишь? — он проводит носом по изгибу шеи и оставляет поцелуй за ухом шатена.       — Я не знаю, кто это был, — быстро тараторит Антон, часто дыша.       От того, как нежно прикасается к нему мужчина, внизу живота начинает закручиваться узел, и дыхание становится частым и прерывистым. Парень ладонями сжимает свои плечи и прикрывает глаза.       — Тебе нравится? — Попов ведёт ладонями выше и перемещает их на торс парня, лаская невесомо впалый живот и грудь.       Антон судорожно выдыхает через рот и сам пугается этого, резко открывает глаза. Он спиной чувствует, как Арсений прижимается грудью к его спине, чувствует его частое горячее дыхание и понимает, что поплыл. Ему становится жарко, воздуха не хватает, и он дышит через рот, откидывает голову назад на плечо брюнета, опускает руки со своих плеч на чужие ладони, облизывает губы.       Попов медленно скользит руками по телу шатена, трогает везде, где только может дотянуться, оставляет мелкие поцелуи на плече, лопатке, на затылке, за ушком. Дышит парню в шею, облизывает свои губы и аккуратно поворачивает горячего Антона лицом к себе, тут же впиваясь в его губы, и аккуратно, нежно сминает их, на что парень неуверенно и немного неумело отвечает, вызывая улыбку у мужчины.       Арс аккуратно подталкивает Антона спиной к кровати и попутно проталкивает свой язык в его рот, уже настойчиво углубляя поцелуй. Парень протестующе упирается руками в грудь мужчины и сжимает в кулак ткань футболки, но все равно послушно приоткрывает рот. Попов, оторвавшись от губ шатена, заставляет того лечь на кровать, сам же подминает его под себя и стягивает свою футболку, бросая её в ноги, возвращается к губам. Продолжает жадно сминать их и ласкать руками все части тела Шастуна, до которых только может дотянуться.       Следом к футболке добавляются штаны и нижнее бельё. Одним движением Арсений переворачивает парня на живот и, надавив между лопаток, заставляет прогнуться в спине. Держа за таз одной рукой, брюнет проводит ладонью по синякам и слышит шипение со стороны Антона.       Попов оставляет дорожку из мокрых поцелуев на плечах парня, на лопатках, и, придерживая левой рукой за таз, а правой обхватив за плечи, медленно входит в уже подготовленное для него тело. Благодарит правила борделя, в котором говорят о подготовке к клиентам заранее, перед выходом к гостям.       Мужчина входит медленно, оставляет поцелуи на плече Шастуна, прижимается виском к его.       Шатен, прикрыв глаза и закусив губу, пытался расслабиться, что у него получалось отлично, благодаря мокрым поцелуям мужчины. Дышит часто, глубоко и держится за руку брюнета, которая придерживает его за плечи. Спустя секунды две от силы чувствует, как Арс делает первые плавные толчки и попадает по простате, отчего по телу парня проходит волна удовольствия, и с губ слетает громкий стон.       С каждым толчком Арсений ускоряет темп, буквально вколачиваясь в податливое тело шатена, который очень громко стонет, выгибается под ним, царапает ногтями руку. Попов делает быстрые и размашистые толчки, выходя из парня и резко входя полностью, отчего выбивает воздух из легких шатена.       Ещё пару таких резких и размашистых толчков, и Антон, громко вскрикнув, изливается, даже не прикоснувшись к себе. Попов кончает, сделав еще пару резких толчков в расслабленное тело парня.       Силы резко уходят, и глаза у Антона начинают слипаться, и парень поддаётся на желание организма отдохнуть, даже не сходив в душ. Остаток сил он тратит на то, чтобы перевернуться и лечь на грудь брюнета, тут же вырубаясь.

***

      Утро выдалось солнечным, но таким недобрым.       День для Антона начался с пустой половины огромной кровати и шкатулкой с запиской, на которой ровным почерком было написано: Ты был самой дешевой шлюхой, дорогой. Достаточно пары поцелуев, и ты готов. Я ожидал большего.       В шкатулке под яркими лучами солнца переливались кольца без камней и разнообразные браслеты, которых так не хватало Антону. От которых его избавили еще в первый же день.       Боль медленно распространялась в груди, но грело одно, что наконец у него снова есть своя коллекция колец. Слишком дешёвый, дорогой. Ты оказался для него дешевым.