Ревность

— И что это было? Эрен нахмурился, глядя на Леви. Аккерман же с совершенно спокойным видом снял куртку, повесил ее на крючок, и только тогда посмотрел на парня. — Было что? Эрен нахмурился еще сильнее, скрестив руки на груди. Он ненавидел эту привычку Леви отвечать вопросом на вопрос. — Ты обнимался с Петрой. Аккерман с излюбленным «кирпичным» выражением лица зашагал в гостиную. — Не думаю, что прихожая — подходящее место для таких разговоров. — Аккерман! Будь добр, объясни, почему ты обнимал её! Леви сел в обожаемое кресло, закинул ногу на ногу и принялся читать газету. Все его действия были изящными и грациозными, и если бы Эрен не был зол, он бы определенно завис. — Это был просто прощальный жест вежливости. Ну конечно. Это совершенно нормально — обнимать мужчину при его парне после того, как он починил случайно сломавшийся компьютер. Ей же совершенно не к кому больше обратиться! — Ты ведь знаешь, что она влюблена в тебя! — негодование заполняло собой всю черепную коробку, не оставляя места здравому уму. Леви только кивнул, не отрывая взгляда от газеты. — Знаю. — Тогда зачем? Она ведь подумает, что ты дал зеленый свет ее чувствам! — Петра не настолько глупа, чтобы так подумать. Эрен открыл рот, чтобы что-то возразить, но не нашел слов, и просто закрыл его, как рыба. Губы сжались в тонкую полоску. В нефритовых глазах — обида. — Леви, это бред! Конечно она решит, что ты принял её влюбленность! Может, если она тебя поцелует, ты тоже скажешь, что «это просто дружеский жест, нет в этом ничего такого»? Голос дрожал, глаза застилала пелена слез. Как же он не понимает… Леви выдохнул, прикрыл глаза и сжал переносицу. Эрен закрыл лицо ладонями, отвернулся от Леви и задрожал в беззвучных рыданиях. Как же… Как же… — А, может быть, это взаимно? Она тебе тоже нравится? Умная, милая, привлекательная… Чем не подарок? И по возрасту тебе подходит больше. Намного лучше меня, да? Эрен слышал, как Леви поднялся с кресла. По спине пробежался холодок, вслед за ним — волна невыносимого жара. Леви — очень непредсказуемый человек. Эрен ждал чего угодно в этот момент. Удара, оскорблений, молчаливого ухода из их общей квартиры на неопределенный срок, пока не остынет… Но нежный поцелуй в заднюю часть шеи стал полной неожиданностью. Эрен замер, не в силах поверить в реальность происходящего. Леви никогда не нежничал. Он считал это бессмысленным, ребяческим и крайне несерьезным. Но сейчас… — Эрен, — мурашки по коже от того, насколько восхитительно звучит собственное имя из его уст. — Если Петра поймет что-то не так — это её проблемы. Кроме тебя мне никто не интересен, слышишь? Я люблю только тебя. Влажный и горячий язык прошелся по шейным позвонкам. Где-то под ребрами разлилось тепло. Леви любит его. Только его. — И не надо говорить, что она лучше тебя. Ты идеален, малыш. Я бы изменил в тебе только одно. — Ч-что? Еще один мягкий поцелуй. — Твою фамилию на свою.