Предел снов

***

Грейс едва держит глаза открытыми, да и по её виду не скажешь, что она из тех, кто регулярно высыпается, она очнулась, когда кто-то пихнул её локтем в бок. Девушка посмотрела на виновника испепеляющим взглядом, а это оказалась Ороро: — Ты вообще меня слушаешь? — прошептала она. — Ты мне что-то рассказывала? — Грейс не могла понять, чего от неё хотят, так что просто сильно зажмурилась, отгоняя сон. — Ты, конечно, сама внимательность, — она задыхалась от возмущения. — Я ей тут душу изливаю, а она дремает вместо того, чтобы послушать и поддержать, как нормальная подруга! — она скрестила руки на груди, демонстративно отворачиваясь, словно ребёнок, а Грейс осталось только гадать, почему на неё наорали полушепотом. — То есть, похитители работают не на *определённом месте? — спросил Эрик. — Именно. Когда происходит большой разброс, сложно выяснить, кто стоит за всем этим, — телепат кивнул в сторону мужчины и продолжил: — Вот почему никто не обращает внимания на такие похищения, даже правительство узнало об этом буквально пару недель назад. — То есть, по сути мы... — Да, Скотт, по сути мы отправляемся спасать Питера из неприятностей, в которые он попал, не зная ничего, кроме его местонахождения, — вздохнул Чарльз. Ему тоже совсем не нравился этот безумный порыв, но если не следить за Эриком, то он со стопроцентной вероятностью угодит в тюрьму, и никакие расписки ему уже не помогут. — И ты не можешь его увидеть? — уточнил металлокинетик. — Нет. — профессор покачал головой. — Может быть, стоило поискать лидера этой группы? — Эрик не сдавал позиции. — Я искал, Эрик. Но сложно искать того, кого не знаешь. Я даже не знаю, правдивы ли его данные. — А... «Твоя Джин? Или Грейс?» «Они обе нестабильны, Эрик. Грейс прибыла к нам в школу недавно, и она не может контролировать эти видения, поэтому не может прямо сейчас, даже при желании, просмотреть будущее. А Джин, я хочу, чтобы она держала свои силы под максимальном контролем, да и телепатия не очень радостная штука.» «И ты даже не попробуешь?» «Нет.» «Ты боишься, что кто-то из них потеряет контроль?» «Естественно! Когда контроль теряет один из слабых мутантов — дело поправимое, а когда такое происходит с такими мутантами, как они, кто-то может серьезно пострадать или даже умереть.» — Мы все над этим работаем, Эрик. И я не хочу рисковать жизнью наших учеников, и других мутантов, — уже вслух добавил телепат. — Конечно, — фыркнула Рейвен. — Похищенные мутанты, опыты... Никого не напоминает? — Рейвен, мы не можем обвинять людей исключительно из-за своих подозрений. Мы даже не уверены, он ли это был. — Серьезно, Чарльз? Я, может быть, перегибаю палку, но давай будем какое-то время объективными. Люди могут жить с нами в том мире, где мы будем подчиняться всем и каждому. — Ты не можешь знать об этом наверняка... — Что там с похищениями? — Грейс решила прервать такой трогательный диалог, пока он не превратился в ругань. — Слышала уже в паре мест, что пропали мутанты. Ну, как пропали... Якобы они вышли на прогулку, после этого они не возвращались домой. И стоит учитывать тот факт, что похитители похищали мутантов не сразу, а постепенно, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Грейс так заслушалась Рейвен и профессора, что не расслышала, о чем беседовали остальные. —... Ртуть? — Магнето как-то неестественно дернулся, хмуря брови. — Ну, он сказал, что хочет выбрать это имя потому, что «красива и опасна, прямо как я», — процитировала Ороро, пихая Грейс какую-то помятую бумажку под руку. Та развернула его и у неё глаза не в буквальном смысле полезли на лоб, девушка проморгала несколько секунд, пытаясь понять, галлюцинации это или реальность. Сама Грейс не знала, какое у неё было в тот момент лицо, но судя по тихому хихиканью беловолосой, отреагировала она что надо. Да даже у непроницаемой и серьезной Джин дрогнули губы и та отвернулась, пытаясь подавить подкативший приступ смеха, в то время как наша героиня пыталась выяснить, кто это такой бессмертный надавал ей безвкусное прозвище, хотя у остальных оно было лучшим из лучших. — Нам надавали кодовые имена? Уже? Я думала, что нам самим нужно будет поработать мозгами, — Грейс отбила руку Скотта, который сразу же захотел заполучить эту бумажку себе. — Что? — он посмотрел на неё с напускной обидой. — Ты у нас Циклоп, — Грейс покусывала губы, но по ней было понятно, что ей тоже стало весело. — Что? Серьезно? Я же просил не называть меня так! — он вырвал из рук девушки бумагу, которая уже закрывала лицо руками, не понимая, отчего же ей так смешно. — И только у девчонок нормальные имена! У меня что, один глаз и находится он на лбу? — он начал откровенно закипать и растроенно скривился, прочитав остальные прозвища, данные мутантам. — Ночной Змей... — он посмотрел на Курта, который неловко помахал нам трехпалой рукой. — Мне нг‘авится, — он широко улыбнулся, а так называемый Циклоп еще больше хмурился. — Это не я придумывала, честно, — подала голос Ороро. — Ты Шторм! Штормом быть куда круче, чем быть Циклопом! — Мне что, тоже прозвище дали? — полюбопытствовала Монро. — Феникс и Блайндфолд. Я отказываюсь быть Циклопом! Пусть придумывают нормальные прозвища, — он порвал бумажку в клочья. Шторм хмыкнула: — Он же мальчишка. У таких, как он есть привычка всё рвать и метать, — выждав паузу, добавила: — По-детски. — У нас проблема, — откликнулась беловолосая. — Вся школа прочитала и за нами уже закрепились такие имена, так что ничего не поделаешь, — она развела руками, наблюдая, как по лицу Скотта пошли бледные пятна. Нехорошие бледные пятна. У него даже глаз задергался и он невольно сглотнул, вызывая у Грейс неконтролируемый приступ смеха, но она вовремя заткнулась, уткнувшись в плечо Ороро. Вроде серьезная миссия, а они занимаются ерундой, которая помогает отвлечься от мыслей о предстоящей битве.

***

«Почему он не слышит меня?», — пожаловался Питер. Он сидел на лестнице, обычно там снуют туда-сюда ученики-мутанты, но сейчас там не было никого кроме спидстера. Грейс решила убедиться, что спит и не придумала ничего лучше, чем ущипнуть себя за руку, но не почувствовала ничего — будто не кусок кожи, а какая-то жижа. Выходило, что она спала. Уснула, даже не заметив того, в сидении Икс-Джета. Её занесло на лесную чащу, и она была сюрреалистично цветастой, как радуга: фиолетовая трава, розовые деревья, синие пятна просвета между ними. — В каком смысле не слышит? И почему мы здесь? — спросила Грейс. «Не знаю. Он меня просто не слышит.» Картина снова поменялась. Видеть Питера, разгуливающего по её собственной комнате, было жутко и непривычно, но эти мысли вскоре ушли на задний план. «Я устал», — сказал Питер, стоя к ней спиной. — От чего? И почему ты...— она не договорила. «Если я сейчас сплю, почему тогда я устал?», — седовласый с вопросом на лице обернулся к ней. Грейс была не сильна в подобных вещах, поэтому просто потерла глаза. Она правда не знала. Питер как-то неестественно для него грустно вздохнул и поправил волосы, лезущие в глаза, прошелся пальцами по её книгам. «Здесь красиво, — заметил он. — Сделай так, чтобы он меня услышал.» Питер сел на кровать, рассматривая Грейс, пока она сидела на стуле, одинаково сложив руки. — Как я это сделаю? — спросила она, подозревая и ища подвох в его словах. «М? Ну... Передай ему мои слова.» — Ты сейчас что-нибудь чувствуешь? Или слышишь? — Грейс понимала, что уже спрашивала его, но ей нужно было как-то поддерживать разговор с неестественным Питером. Он был каким-то неправильным и нематериальным. «Холод. Постоянно», — задумавшись, ответил он. Девушка отчего-то вспомнила свой сон, о котором она вскользь упомянула самому спидстеру. «Холод и боль. Я лежала в операционном столе, а на мне ставили опыты». «Ты придумала, как передать ему мои слова?», — спросил Питер. — Нет, прости. Я… Я не знаю ни что ты такое, ни как это сделать. Питер вдруг поморщился и потер руки. — Питер? — всполошилась Грейс, вскакивая со стула и тот в буквальном смысле испарился, оставляя после себя песок. — Что случилось? Что-то не так? «Просто стало больно. И холод. Он исчез, — спидстер посмотрел в её глаза. — Помоги мне, пожалуйста.» — Хорошо, я помогу тебе. Мы все поможем. Только потерпи... Бродить по пустыне в полном одиночестве было сродни попаданию на необитаемый остров без средств связи. Никто её не искал, не на кого было посмотреть, да и никого тут не было. Только сны умели выглядеть совершенно обычными и странными одновременно. И она даже не удивилась, увидев Питера вдалеке и помахала ему рукой.

POV Грейс

Мне с трудом удается разлепить веки. Чувствую себя действительно паршиво: по лицу струится пот, кости невероятно ломит. Я пытаюсь подняться на ноги, но тело меня не слушается. Падаю обратно и притягиваю колени к себе, покачиваясь из стороны в сторону. — Жалкое зрелище. Если ты думала вызвать этим у меня жалость, то поздравляю, у тебя это получилось, — слышу как кто-то хлопает и вижу чей-то силуэт. Мне кажется или я где-то слышала этот голос? Черт, не о том думаю. Он подходит ко мне и садится на корточки. Я ощущаю его дыхание у своей шеи. — Но мне этого недостаточно. Ты ведь понимаешь это, тварь? — поднимаю взгляд и вижу Питера, который так же сидит рядом. Что он тут делает? — Я...— я не могу шевелить языком, он будто онемел. — Не хочешь говорить? Ну и хорошо. Зато мне есть, что тебе сказать. Ты никчемная. Никому не нужна. Ты тварь, которая позволила мне умереть, — с полушепота он срывается на крик: — ТЫ убила меня! ТЫ!! ТЫ!!! — его хриплый крик болью отдается в моей голове. Я хочу одного: чтобы это поскорее закончилось. Он резко поднимается на ноги и спокойным тоном продолжает: — Я все знаю. Ты убила меня. — Я знаю, ты не хочешь в это верить. Но ты упал сам, — что?.. Я его не убивала! — Я виновата... но не в твоей смерти. — Ты! Ты! Ты во всем виновата!— я вижу, как его футболка покрывается ярко-красными пятнами, как на руках появляется свежие порезы. Это все причиняет почти физическую боль, и я зажимаю уши ладонями и зажмуриваюсь изо всех сил: — Хватит, пожалуйста, хватит...— мой тихий шепот практически не слышен между всхлипами. Страх, боль, пульс — все усиливается, заставляя задыхаться и искать выхода. Искать избавления от мучений. — Прекрати! Замолчи! — мой крик ударяется о бесчувственные стены здания и камень безжалостно поглощает моё отчаяние. Меня кто-то сильно потормошил и при этом кричал моё имя. — Что? — я распахнула глаза и увидела Ороро, которая вцепилась в мое плечо, что-то бормоча. — Успокойся, из-за тебя трясётся самолет, и да, он чуть не потерпел крушение. — почти выплюнула Шторм, а я приподнявшись на локтях (видимо, съехала вниз, когда спала), встретила несколько пар глаз, которые смотрели на меня не то удивлением, не то ужасом. Впервые я жалела об отсуствии Питера, ведь он бы смог разрядить напряженную обстановку какой-нибудь глупой шуткой. Я глубоко выдохнула и села прямо, гипнотизируя пол самолета. Ороро отцепилась от моего плеча и заняла свое место, а я подняла взгляд и заметила встревоженный и непонимающий взгляд профессора с мистером Леншерром. Мистер Маккой тоже посмотрел на меня, а затем салон погрузился в тишину, нарушаемый лишь тихим звуком работающего мотора. Все пытались не встречаться со мной взглядами, я буквально кожей ощутила их страх, кроме Джин, которая смотрела на меня с пониманием. Наверное, она много раз переживала подобное, поэтому и не осуждает меня. На самом деле, немного неприятно, когда чувствуешь, что чужой даже среди своих. «Грейс. Ты в порядке?». Слышу в голове голос профессора, и его вход в мое сознание не сопровождается болью и дискомфортом, как я ожидала, а наоборот, приносят с собой чувство безопасности и спокойствия. Паника и тревога отступают, давая мне спокойно вдохнуть. Но, как ни странно, мыслю я на удивление ясно, также я заметила, что жар который я ощущала во сне, отступил, может я уже привыкла, а может он просто ослаб. Мне стали чудиться голоса, множество голосов, зовущих меня. Галлюцинации? Не знаю, но мне так хочется откликнуться, жаль, что не могу. Я попыталась ответить профессору, точнее подумать: «Да. Всё хорошо.». Признаться честно, для меня в новинку вести такой диалог в голове. «Что тебе снилось?». Он же может просто посмотреть в моей голове, так зачем спрашивать? «Я не могу нарушать личное пространство другого человека, Грейс. Это также касается любой другой способности.». «Питер, который обвинял меня в своей смерти. Не рассказывайте, пожалуйста, об этом мистеру Леншерру.». Я правда не хочу, чтобы из-за меня всё стало хуже, чем есть сейчас. Хотя, так оно и есть. «Но ты же знаешь, что ты не виновата в этом?». Знаю, но не уверена, что понимаю. Я ничего не сделала, а могла сделать, могла использовать свои способности, вместо этого стояла и смотрела, как он умирает. «Ты не виновата, Грейс. Ты не можешь быть виновата в том, чего ещё не произошло. Это не зависит от тебя одной.». Но могу быть причастна к этому тем или иным образом, додумала я. К удивлению, я не ощутила как профессор покинул мое сознание, потому что чувство спокойства осталось со мной, и... Наконец я чувствую облегчение, впервые за долгое время. Мне кажется, что у него есть особая способность — успокаивать людей, ну или же он знает, что говорить и как это донести. Самолет относительно мягко приземлился, судя по тому, что я ощутила только небольшую вибрацию под ногами. Мутанты сканировали примерное местоположение спидстера (кто мог, конечно же), каждый своим даром, в то время как я возилась с застёжкой ремня безопасности, которую ещё и заело. Черт! Пришлось использовать свои способности, чтобы избавиться от давления в груди, который нехило так блокировал доступ кислорода моим легким, как мне казалось. Голова закружилась сразу после того, как я поднялась на ноги, разминаясь и гоняя по онемевшим конечностям кровь. Мистер Маккой открыл выход из самолета и перед тем, как выйти мы услышали голос профессора: — Курт, Ороро, кроме Питера там находится еще несколько мутантов и находятся они на уровне 4-5 этажа, на вас эвакуация. Джин и Грейс, укрепите здание, если он начнет рушиться и некоторые мутанты еще не выведены на безопасную зону. Будьте осторожны, — дал последнее напутствие телепат. — Осторожность — наше третье имя, — уверенно заявили мы и начали операцию по названию «Спасение одной серебристой макушки».